Глава 4. Ярмарка

Это было лучшим способом отвлечься - пройти по фестивалю, который не знал, что случилось. Посмотреть на радостных людей, играющих в волейбол, запускающих змея, смеющихся. Это было хорошей идеей - зайти на ярмарку и походить вдоль палаток, посмотреть, что привезли из гостиницы Севастополь. Это стало хорошей прогулкой: мама, Лена и котенок Перец, который спокойно спал в кармане толстовки, лениво бродили по полигону, смотрели на собирающихся волонтеров, и на товар, который ярмарочники ещё не успели убрать.

Тоторо осталась сидеть в штабе вместе со Скифом и Темным. Ей хотелось слушать рацию и не слышать там плохих новостей. Скиф и Темный просто хотели быть в гуще событий, а не спать после ночной смены. Это был последний день фестиваля, последняя ночь, когда фестиваль шумел и слушал музыку. Вечером на полигоне почти никого не останется, большинство разъедется, а некоторые постройки уже разберут.

- Впереди ещё целый месяц лета, - проговорил Скиф. - Куда его девать?

- У тебя ещё месяц лета, а мне уже на работу послезавтра, - пробурчал Темный.

- А я уволился, - грустно ответил Скиф. - Теперь я свободный безработный, фрилансом что ли заняться?

- А я к ЕГЭ буду готовится, - сказала Тоторо. - Мама нашла репетитора, буду к нему ходить.

- ЕГЭ? - искренне удивился Скиф. - Я думал, ты уже закончила школу!

- Все мы на фестивале выглядим на десять лет старше, - философски заметила Тоторо.

- А ты одна приехала что ль?

- Нет, с братом, он в кафе тусит, поэтому мы с ним не пересекаемся особо, и слава Богу.

- А он знает, что случилось?

- Да, мы с ним решили маме ничего не рассказывать, а то на следующий год нас никуда не пустят.

Ярмарку было видно со штаба. Небольшая аллея из палаток и навесов была увешана лампочками, мишурой и ещё какой-то декоративной лабудой. Хиппи, приехавшие торговать своим товаром, были уверены, что чем ярче и неординарнее выглядит его точка, тем больше спроса будет. Так же они были уверены, что чем больше лежит товара, тем интереснее покупателю. Поэтому помимо декора на столах в кучу были свалены украшения, шерсть, мыло, кулечки с хной, ловцы снов и мандалы. Среди всех палаток выгодно отличалась кальянная, именно из-за кальянов. Вокруг продавца толпились волонтеры, которые уже не были задействованы на фестивале, и гости, которые решили ещё поторчать на полигоне. Рядом с кальянной пахло специями и апельсинами. А в следующей палатке пахло ванилью, там продавали мыло ручной работы и бомбочки для ванн.

Огромное количество этнических украшений и одежды лежало чуть ли не на каждом лотке. Часть из них повторялась, а цены на одну и туже брошку могли варьироваться от ста и до тысячи рублей, в зависимости от жадности продавца.

- Накупили на Севастопольской и притащили сюда, - покачала головой мама, пока они с Леной прогуливались по ярмарке. - Где же любители хенд-мейда?

Палатки с украшениями ручной работы не отличались обилием товара на стенде, зато там можно было найти что-нибудь действительно интересное и необычное.

Река подобрала себе стеклянную брошь с серебряной веточкой внутри. Продавец рассказал, что мастер, который придумал это украшение, нашёл способ обжига стекла так, что веточка между полосками сгорела, но пепел не почернел, а остался таким, серебристым.

Мама купила котика в коллекцию, а для Перца на одном из стендов Лена связала свитер. Молодая девушка-продавец устроила своего рода аттракцион: она предлагала связать шарфик или шапку на руках прям на месте. Со свитером, конечно, помучились, но результат устроил всех.

- Совсем не обязательно, что он будет это носить. Просто сам факт, что у котенка есть свитер, очень поднимает настроение.

Поход по ярмарке, как поход по магазинам, лечит и помогает отвлечься, как и приближающийся час расставания.

Народу становилось всё меньше, палатки попадались всё реже, и всё реже в рации слышались вызовы. Фестиваль подходил к концу, словно засыпал до следующего года. Действия волонтеров становились ленивыми, никому уже не хотелось ничего делать. Лениво сворачивали аппаратуру, лениво убирали до следующего лета рации и мотки проводов.

Оставшиеся на полигоне волонтеры и гости собрались у кафе. Вся движуха переместилась к кафе. Ярмарка, к слову, тоже переместилась туда. Оставшийся генератор тоже переместили к кафе, залили в него остатки бензина, включили лампочки, музыку. А штаб сидел у себя и охранял рации и другое оборудование, которое туда принесли. Вместе со штабом сидел Инфоцентр.

- Почему-то нет ощущения, что ещё месяц лета впереди. Кажется, что вот всё закончится, мы уедем, и надо в школу, - Тоторо сидела, свесив ноги и смотрела в ночь.

- А ты больше никуда не едешь? - спросил Темный.

- Ну, можем в Питер скатаюсь, - пожала плечами Тоторо. - Дело ведь не в этом.

- Мать, - подал голос Скиф. - На фестивалях жизнь не заканчивается. Фестиваль - это сезонное, а постоянное развлечение ты можешь найти себе сама. Если хочешь волонтерить, то возможностей масса.

- Я хочу, чтобы было, как сейчас. Как здесь.

Скиф покачал головой и улыбнулся.

- Река, - Тоторо повернулась к Лене. - А ты что скажешь?

- Что скажу? Скажу, что когда я вернусь домой, то снова окунусь в мир, где я не река, а серое облако. Ветра гоняют это облако, и оно вот-вот готово будет расплакаться дождем.

- Что это тебя на метафоры потянуло? - удивился Темный.

- Не хочу в свой старый класс и школу. Точнее, в школу хочу, но в другую.

- Так перейди.

- Перейду, если напишу вступительный экзамен. Один раз я его уже завалила. В июне. Следующий будет в начале августа. Поэтому у меня лето действительно заканчивается здесь.

Звезды гасли, одна за другой, темное синее небо становилось не просто серым - черные тучи ползли из-за деревьев. Сверкали зарницы. В генераторе у кафе закончился бензин, и свет погас. Полигон погрузился в темноту.