23 глава.

Лаборатория была пуста — только гул фильтров и тихий писк приборов. В углу, где стоял металлический стол, мерцал слабый свет лампы, отбрасывая на стены тени, похожие на разорванные нити.Чишия стоял, склонившись над пробирками. На лбу — капли пота, на пальцах — следы реагентов, а под глазами — багровые круги, накопившиеся за десятки бессонных ночей.Попытка номер триста восемьдесят первая.Он записал цифры в блокнот, не поднимая глаз. Почерк уже был не таким ровным — в каждой строчке чувствовалась усталость, но и злое упрямство.— Так... новая формула. Введение антигена А12 вместо В34, температурный режим ниже на 0.3 градуса... пробормотал он.Руки двигались автоматически. Каждое движение — точное, выверенное, как у хирурга, что знает цену ошибке. В одной колбе бурлила густая жидкость с серым отливом, в другой — прозрачный, почти чистый раствор, пахнущий металлом.Он соединил их.Раздалось шипение, потом тихий хлопок — реакция пошла быстрее, чем он ожидал.Пар поднялся, ударил в лицо. Чишия отступил, прикрыл глаза рукой, но не остановился.— Температура стабильна... структура изменилась... он смотрел, как жидкость медленно мутнеет, превращаясь в нечто между дымом и стеклом.Он замер, наблюдая.Через пять минут реакция стихла. Осталось вещество — почти идеальное по цвету. Чишия долго молчал, потом выдохнул.— Почти...Он аккуратно набрал несколько капель в шприц и подошёл к клетке, где в углу свернулась крыса — серое, дрожащее существо, заражённое вирусом на ранней стадии. Её дыхание было прерывистым, шерсть слиплась.— Извини сказал он тихо, хотя знал, что она не поймёт. — Ты должна помочь им.Ввел препарат.Через минуту крыса затихла. На мгновение — дыхание замедлилось, потом стало ровнее.Чишия прищурился, наблюдая, затаив дыхание.— Работает?.Но не прошло и двух минут, как тело крысы дёрнулось, потом выгнулось дугой. Короткий визг — и всё стихло.Он ударил ладонью по столу.— Чёрт...Разбитая пробирка отлетела к стене. Он провёл рукой по лицу, вцепился в волосы.Почти. Всего один шаг.Снова тишина.Он сидел, глядя на свои записи — исписанные формулы, диаграммы, последовательности. Всё казалось правильным. Всё — кроме результата.Он встал, подошёл к шкафу с образцами. Взял новую пробирку, в которой жидкость мерцала едва заметно — голубоватым светом, словно живая.В этот момент в голове мелькнула мысль — опасная, запретная.А что если... попробовать на себе?Он посмотрел на свою руку. На мгновение представил, как вводит иглу в вену, как внутри разливается холодное жжение, а потом — возможно — исчезает всё: усталость, страх, сомнение.Если сработает — это прорыв. Если нет — конец.Он смотрел на шприц долго, почти не дыша.— Глупо выдохнул наконец. — Слишком глупо. Я уже схожу с ума.Он отставил пробирку в сторону.Сел обратно, уткнувшись в стол, и долго сидел, глядя в пустоту.— Попытка 381 сказал он тихо. — Почти. Но не то.Пальцы дрожали, но он всё же записал это в журнал.На полях рядом с цифрами он написал:Эффект частичный. Мутация подавлена на 34%. Побочный эффект — клеточный распад. Прорыв близко.Он провёл рукой по лицу, вдохнул глубже.Почти рассвет. Свет пробивался сквозь жалюзи, ложась на его уставшее лицо.— Осталось чуть-чуть сказал он сам себе. — Ещё одна ночь. Ещё одна попытка.

Комната была тихой, лишь тихое жужжание приборов нарушало спокойствие. На столе стояли миски с едой — простая, но сытная пища, принесённая сегодня для Рины и Нираги. Рина аккуратно расставила всё, когда в комнату вошёл Арису.Он присел рядом с ними, выложил несколько приборов и начал проверку. Его движения были точными, отточенными, почти механическими.— Сейчас проверим состояние твоей крови и иммунной системы сказал он Нираги, аккуратно беря образцы.Он начал серию тестов 1. Кровь на антитела — Арису капнул реактив на стекло, посмотрел в микроскоп. «Иммунный ответ стабилен, но есть следы недавнего стресса» сказал он, слегка нахмурившись. 2. Температура тела и сердечный ритм — он прикрепил маленькие датчики на руку Нираги, следя за показателями. «Пульс ускорен, но сердечный ритм в пределах нормы. Стресс всё ещё ощущается» отметил он. 3. Тест на обезболивающий реагент — Арису ввёл каплю реагента в микропробирку с кровью Нираги, наблюдая реакцию. Цвет изменился слегка, что указывало на наличие остаточных воздействий прошлых препаратов. 4. Тест на концентрацию антител к zeta-13 —Нираги чуть дернулся, когда Арису аккуратно проверял каждый образец. «Слабый, но есть устойчивость. Организм сопротивляется» сказал он, делая пометки. 5. Тест на токсичность анаболиков — последний тест показывал минимальное воздействие на печень и почки, что означало, что организм справляется.Арису отставил приборы в сторону и тяжело выдохнул и повернулся к Рине. — По поводу того шрамоватого... начал он, переводя взгляд на Рину. — Разобрался с ним. Когда всё закончится, если захочешь, сама скажешь Чишии.Рина кивнула, благодарно взглянув на него:— Хорошо. Спасибо.В этот момент Нираги скосил взгляд на них обоих, явно пытаясь понять, о чём идёт речь.— О чём вы? спросил он, но Рина быстро собралась.— Ничего страшного. Охранник отдал Чишии мои вещи, но забрал одну папкусоврала она.Арису кивнул, словно понял без лишних слов, и встал:— Хорошо. Я вернусь позже.Он аккуратно собрал приборы и направился к двери, оставив Рину и Нираги наедине.Нираги посмотрел на Рину, слегка нахмурив брови, но пока не задавал больше вопросов. Тишина вернулась, но в воздухе оставалось напряжение — каждый из них чувствовал, что события последних дней оставили глубокий след.

Чишия снова сидел за массивным столом, заваленным стопками документов, пробирок и образцов. Его взгляд скользил по анализам, отмечая показатели и сверяя их с предыдущими результатами. Каждый из трёх новых иммунов был тщательно исследован: он проверял уровень антител, реакцию на различные штаммы zeta-13, устойчивость к токсинам, концентрацию химических элементов и следов препаратов.Он аккуратно поворачивал страницы, словно боясь пропустить что-то важное. На столе лежали графики, маленькие микропробирки с кровью, тест-пластинки, результаты которых он сравнивал с цифровыми данными на экране. Он заново проверял все реакции на присутствие патогенов, фиксировал показатели температуры и кислотности среды, отмечал малейшие изменения в поведении клеток. Даже незначительное отклонение могло стать ключом к созданию антидота.

Время шло, но результаты оставались стабильными, предсказуемыми — ничего аномального. Чишия уже несколько раз перезаписывал свои выводы в блокнот, вычёркивал старые, снова сверял, делал пометки для себя: «ничего аномального». Он тщательно фиксировал даже малейшие отклонения, не желая допустить ошибку.И вдруг, на всех этажах раздался громкий голос из рупора — низкий, строгий, пронзительный. Он повторялся дважды, словно вколачивая в сознание каждого присутствующего:— Все сотрудники, химики, профессора и охрана — подняться на самый верхний этаж. Срочно!Чишия закатил глаза, словно слышал это уже тысячу раз. Он аккуратно сложил документы, уложил их в папку, проверил, чтобы ничего не выпало из рук, и медленно двинулся к выходу, почувствовав странный, едва уловимый запах. Он задержался на секунду, принюхался, но не придал этому значения — иногда в лабораториях появлялись запахи химических реакций или перегретых приборов.Люди начали спешно подниматься наверх, спускаясь и поднимаясь по лестницам, обгоняя друг друга в суете. Лаборанты, охранники, ассистенты — все, кроме иммунов, покинули свои этажи. Чишия остался последним на своём этаже, прислонившись к дверному проёму и наблюдая, как потоки людей исчезают за поворотом.Он внимательно вглядывался в пустые коридоры, мысленно просчитывая каждый шаг: «если что-то пойдёт не так... придется действовать мгновенно». Его разум работал в двух направлениях одновременно — анализировал данные по иммунной системе подопытных и готовился к возможной экстренной ситуации.Прошло десять минут. Чишия уже собирался вернуться к работе, когда дверь лаборатории резко распахнулась. Донован вошла в комнату с привычной властной грацией, её взгляд пробегал по всем присутствующим. Рядом с ней были Усаги и Арису, а также Шибука — все вместе, словно единая команда, готовая к любым указаниям.— Итак сказала Донован, глядя прямо на Чишию,— у нас возникла проблема по неосторожности. Через шесть минут будет закрыт нижний этаж люками по причине возгорания заброшенного архива. Как только весь воздух выйдет, огонь прекратится, откроются люки, и можно будет работать в Д1 корпусе, он тоже заблокирован.Глаза Чишии округлились, напряжение мгновенно пронеслось по всему телу. Он мгновенно оценил ситуацию, прокрутив варианты действий в голове: эвакуация людей, защита иммунов, возможные последствия блокировки воздуха.— А имуны? спросил он с тревогой, мгновенно думая о тех, кто находился под его наблюдением.— Будет ещё партия иммунов сухо ответила Донован— те остались внизу.Чишия замер на мгновение, осознавая, что на этот раз всё будет зависеть от точности действий и скорости реакции. Он сделал глубокий вдох, сжав кулаки, и сосредоточился на возможных сценариях. Его ум работал с железной холодностью, просчитывая каждый шаг, но внутри нарастала тревога. Рина оставалась внизу.. в д3 корпусе.. он не заблокирован