Глава 9 Обоюдная зависимость

Лишь оказавшись в студии, я смогла нормально дышать. Хотя мысль, что он находится совсем близко, за стеной, заставляла мое сердце стучать, как у бегуна, преодолевшего немалую дистанцию.

Это как-то ненормально.

Моя рабочая одежда – измазанные краской джинсовые комби-шорты и серая футболка – находились в этой комнате. Я намеренно переодевалась здесь, чтобы не терять время. И вот теперь, приступая к работе, я искала в ней спасение от гибельных мыслей о Себастьяне Эскаланте.

Я реставрировала картину немецкого художника Карла Вутке. В углу морского пейзажа была незначительная царапина на бесценном полотне. У меня даже руки подрагивали, когда я начала работать над ней. А может это из-за Себастьяна?

Минут через пятнадцать после моего стремительного побега из гостиной, в дверь студии постучали.

Осевшим голосом я озвучила приглашение войти, и в комнату ступил Себастьян Эскалант, держа в руке широкую и плоскую прямоугольную коробку.

- Ты позволишь немного отвлечь тебя? – он скользнул взглядом по моему наряду.

Черт, лучше бы не переодевалась. Стою тут словно грязнуля!

- Ты совсем не отвлекаешь, - смущенно улыбнулась я, отмечая, как чувства вновь начинают бурлить во мне с неудержимостью горной реки. – Злата иногда сидит вон на том стульчике и развлекает меня беседой.

Он шагнул вглубь комнаты и заглянул за мое плечо на картину, лежащую на столе в ожидании моего «лечения».

- Ценное полотно, - кивнул он и стал медленно озираться. – Помнишь, ты обещала показать мне другие свои работы?

Как же хорошо, что его портреты спрятаны! Неловко было бы. Мне.

- Так вот же они! – я развела рукою, указывая на мои картины на стенах и на столах, стоящие в хаотичном беспорядке. – Но на сайте их больше и они там лучше, наверное...

Себастьян отвел от меня взгляд, положил свою таинственную ношу на один из столов и стал прохаживаться по студии, изучая мою живопись.

А я отчаянно пыталась унять дрожь в теле и в голосе. Сила волнения пугала меня своей неуправляемостью. Аромат Себастьяна туманил мой разум, но я продолжала вдыхать его – пагубно и ненасытно. Необходимо сконцентрироваться на чем-то другом, но я никак не могла оторвать прилипшие к нему глаза.

Себастьян долго смотрел на один из моих пейзажей заснеженного леса, а после обернулся, найдя глазами мой взгляд.

Потрясающе! Я, кажется, разучилась дышать.

- Я подсел на твое творчество, - вдруг выдал он безумно приятное признание.

- Что? – выдохнула я, почти уверенная, что мне послышалось.

Но Себастьян был серьезен. На его совершенном лице не было и намека на улыбку.

- Я подсел на твои рисунки, - просто повторил он.

Значит, не показалось. Его слова прозвучали как признание в любви. Нет, намного ценнее.

- Это лучшее, что я слышала в жизни! - тихо сказала я, не в силах отказаться смотреть в его глаза, которые рисовала все эти дни и ночи.

- У тебя все еще впереди.

Один уголок рта Себастьяна слегка приподнялся, и он направился в мою сторону, повторно разглядывая работы.

- Я надеюсь! - зачаровано пробормотала я.

Он еще раз прошелся по комнате и остановился напротив меня. Близко. Очень близко. Я стала отчетливей слышать запах его парфюма. Обволакивающий аромат так ему подходил! Подчеркивал его властную натуру и силу духа.

- Подаришь мне свой рисунок? Один.

Я нервно улыбнулась:

- Конечно. Это...здорово. Какой?

Медовые глаза пронзали меня насквозь:

- Выбери сама.

- О... хорошо.

Закусив губу, я взяла свой альбом и принялась его листать. Мои руки чуть дрожали от переизбытка эмоций от волнующей близости этого человека и ощущения, что он за мной наблюдает.

Что же выбрать-то? Ему нравятся пейзажи, изображение дороги.

- Как тебе этот? – я протянула ему рисунок болгарского леса во время рассвета с широкой тропинкой в центре.

Себастьян взял его и стал рассматривать.

- То, что нужно! - наконец произнес он, снова глядя на меня. – Спасибо, Зоя.

Я улыбнулась.

Он потянулся к своей коробке, и сказал:

- А это - тебе.

Я изумленно переводила взгляд с него на предмет в его руке и обратно.

- Что это?

- Если угодно, пусть это будет плата за твой рисунок. Но в действительности - это подарок.

- Подарок... - эхом повторила я за ним.

Мне не дарили подарков шесть лет. Но это такая мелочь, по сравнению с тем, что я осталась одна в этом огромном и злом мире. Но теперь, я смотрела на эту легкую, почти плоскую коробку в своих руках, словно она была бесценна.

Это были пастельные мелки «Фабер Кастелл Полихромос». Одни из самых лучших профессиональных пастелей, произведенных в Германии. Более того, это - моя воплотившаяся мечта. Такой набор, больше чем в двести оттенков, я смогла бы себе позволить только став популярным и востребованным художником. Либо же продав одну из своих почек...

- Себастьян, - проведя пальцами по этим драгоценным мелкам только раз, я с огромным трудом закрыла коробку. – Нет. Это слишком дорогой подарок. Я не могу его принять. Прости!

Глядя ему в глаза, я протянула свою мечту обратно.

- С чего ты решила, что это для тебя? – не касаясь набора, спросил он.

- О... - растерялась я.

- Это подарок для поклонников твоего творчества, - невозмутимо объяснял он. – Я хочу, чтобы они наслаждались твоими шедеврами, выполненными на качественной бумаге и хорошей пастелью.

И, словно для пущей убедительности своего отказа принять мелки обратно, Эскалант направился к выходу.

- Себастьян! – окликнула я его.

- Ах, да! Забыл, - он остановился почти у двери и посмотрел на изумленную меня. – Если не возьмешь, выброшу их вон в то окно на твоих глазах.

Он взялся за ручку двери.

- Себастьян! – окликнула я его, освободив руки от коробки.

Я быстро подошла к застывшему мужчине, вопросительно глядевшему на меня. Не знаю, какими мотивами я побуждалась, может счастье меня так вдохновило?

- Спасибо! – шепнула я и, встав на цыпочки, коснулась губами его смуглой гладковыбритой щеки.

Его кожа сладко пахло корицей и нотками ванили. Так приятно!..

Он резко сжал мои плечи. Я затаила дыхание и отстранилась под хмурым и тяжелым взглядом Себастьяна.

Что я наделала?!

- Не стоит! - холодно сказал он и резко разжал пальцы.

Секунда и дверь за ним закрылась.