Часть 1

Не было ни одного человека на земле, который бы не слышал эту умопомрачительную новость. Газеты пестрели первыми полосами сенсационных заголовков еще за год до начала сборки самого корабля. Журналисты, тщетно пытаясь разобраться в научных терминах, старались донести народу то, что больше всего жаждало услышать давно истосковавшиеся по открытиям и новшествам человечество. Из сотни претендентов, лучших из лучших в своем деле, выбрали сравнительно молодого, но уже имевшего за плечами два полета в космос, капитана Алекса Шейзера, покорившего всех членов строгого жюри своей выдержкой и железной волей. Именно такой претендент, по мнению собравшегося консилиума, должен был стать достойным представителем человеческой расы при возможном контакте с инопланетными цивилизациями. Центр управления полетами намеревался отправить Алекса Шейзера в долгое одиночное странствие к ближайшей солнечной системе Альфа Центавра. Астрономы уже давно обнаружили в пределах тамошнего, третьего по счету, светила экзопланету, очень похожую на Землю, и надеялись в будущем колонизировать ее. Нет, создавать двигатели способные развить скорость света ученые все еще не могли, но зато изобрели возможность погрузить человека в летаргическое состояние на срок до пятидесяти лет, а потом так же безболезненно вывести из него, не повреждая ткани и, что более важно, умственную активность. Правда, до этого дня опыты проводились только на крысах и свиньях, но это мало кого смущало, кроме, конечно, самого Алекса Шейзера.

В назначенный день корабль устремился ввысь к неизведанным далям, оставив толпе журналистов за объективами телекамер только след в небе, а центру управления полетами повод отметить вечером это историческое событие. Контролируемый сверхмощным компьютером, звездолет своим путешествием дарил человечеству призрачную надежду когда-нибудь вновь бесконтрольно размножаться и играть в излюбленное дело - войнушку, не боясь кануть в безызвестное ничто. Сам капитан был "заморожен" еще за три часа до старта. Поэтому, если бы с ним что-либо случилось, все равно ничего бы не почувствовал. Его тело плавало в специальном питательном желе, которое надежно предохраняло от обезвоживания, а мозг работал в стандартном, для такого положения, режиме.

Настал кульминационный момент, то к чему, собственно говоря, и затевалась вся эта кутерьма, и программа начала поэтапный вывод человека из крио-сна. Уже через час Алекс Шейзер вывалился из своей кабинки прямо на пол, голый и весь перепачканный склизкой субстанцией. Микроимпульсы электрических разрядов оживили давно бездействующие мышцы, и, не считая неприглядного внешнего вида и туманного разумения происходящего, капитан был готов возглавить победоносное шествие человечества по галактике.

Сев на полу, Алекс замотал головой, отгоняя остатки долгого сна. Потом встал и неуверенно, цепляясь руками за стены корабля, прошел в душевую кабину, где остывшая за долгие годы вода привела его в чувство лучше всякой электрической встряски. Уже причесавшись и одевшись, Шейзер отправился в кабину управления, которая находилась в трех шагах от жилого отсека, и принялся проверять показания приборов. Руки капитана так и чесались сию минуту открыть защитный экран и поскорей узнать, как все же выглядит вблизи солнце Альфа Центавры, но он продолжал выполнять предписания, хоть и знал, что этого никто не увидит и не проверит. Как в детстве, оставляя самое вкусное на десерт, он буквально оттягивал кульминационный момент, предвкушая грандиозную встречу с иным миром. И когда, наконец, не осталось никаких для себя отговорок, и капитан снял защиту, включил камеры обзора, его постиг глубочайший шок, заставив подскочить с уже теплого насиженного кресла. Перед ним в просторах космоса парила все та же Земля, которая парила и в его предыдущие два вылета. Капитан протер глаза, в надежде, что виденное им только остатки сна. Но нет, иной цивилизацией и не пахло. Родная Земля, с голубыми океанами и зелеными континентами, наполовину выжженная последней атомной войной. От удивления Шейзер присвистнул, медленно опустился обратно в кресло и просидел в основательной задумчивости не менее получаса.

- Это что же получается, - обращаясь к самому себе, почесал он затылок, - я летел, летел и никуда не улетел?

- Первая планета на пути с пригодными для биологической жизни условиями, - констатировал бортовой компьютер, отвечая на не заданный вопрос капитана.

- Приказ был разбудить меня по прибытию в другую солнечную систему!

- В программе заложено: разбудить человека по достижению любой планеты пригодной для существования биологической жизни, - отрапортовал компьютер.

- Ну шикарно! - протянул Шейзер, мысленно прикидывая чей это прокол и кто будет за все в ответе. - Шикарно. Интересно, там меня еще помнят?

- Я не могу сказать за всех индивидуумов, но если вычислять по теории вероятности, триста лет могли оставить сведения о человеке только в некоторых источниках.

- Сколько лет? - сдавленно прохрипел Алекс, подавившись собственным дыханием.

- Триста лет и сорок восемь дней с момента запуска в космос.

Новая, еще более шокирующая подробность заложила в капитана зерно сомнения относительно адекватности поступаемой информации, и он решил обходным путем все перепроверить.

- Какой сейчас год по земному летоисчислению?

- Две тысячи семьсот сорок девятый.

- Сколько лет мы в полете?

- Триста лет.

- Почему ты меня не разбудил через пятьдесят, как было тебе велено! - заорал в бешенстве капитан.

- В программе заложено: разбудить человека по достижению любой планеты пригодной... - машина не успела договорить, как капитан ее перебил:

- Да замолчи ты, клятая железяка! Ну, пятьдесят лет мы летели туда, пятьдесят обратно, где тебя носило еще двести лет, черт возьми!?!

- Мы пролетели полностью солнечную систему Альфа Центавры, и для целесообразной экономии топлива использовали гравитацию космических тел. Чтобы приблизится к Земле, понадобилось именно такое время, - голос компьютера своей бесстрастностью помог хоть немного прийти в себя обезумевшего от нахлынувшей действительности капитана.

- Так ладно, что нам говорит родная планета?

- Связаться с центром управления полетами не удается. Но уже несколько лет я получаю устойчивый сигнал на другой частоте, - доложил искусственный разум.

- И хоть бы хны! - буркнул под нос капитан. - Вот, машина, пока не пнешь - не заработает, все приходится выпытывать.

- Пинать машины нецелесообразно, могут выйти из строя детали, в связи с физическим воздействием.

- Тебя забыл спросить, - огрызнулся Шейзер.

- Можно настроить функцию напоминания.

- Да замолчи уже, - и капитан потряс кулаком в воздухе. - Лучше скажи, что там с сигналом.

- Сигнал устойчив.

Алекс взвыл, тяжело вздохнул и взял себя в руки. В конце концов, он всегда славился железной выдержкой, и время давать себе поблажку после пробуждение кончилось. Надо выполнять свою работу, чего бы это ни стоило. Может он, вообще, никуда еще не успел отлететь, у программы произошел сбой, и она его разбудила.

- Какого рода сигнал?

- Сигнал стандартный, есть возможность перекодировать в голосовое сообщение.

- Так чего же ты тянешь? Расшифровывай!

Электронные мозги зашкварчали и из приемника внешней связи вылетели скрипучие сухие слова, не лучше тех, что капитан слышал от бортового компьютера.

- Приветствуем вас в Солнечной системе, неопознанный летающий корабль. Обозначьте планету своего конечного пункта назначения. Отключите защиту на автопилоте, мы перешлем на ваш бортовой компьютер координаты посадки. В случае отказа мы не можем гарантировать вам безопасного полета и успешной высадки. Приятного пути.

Это сообщение повторилось еще несколько раз, пока, наконец, Алекс Шейзер не приказал выключить его, уже практически выучив наизусть.

- Ну что, передавай: Я аппарат Крио-1, отправленный в первую межсистемную экспедицию к системе Альфа Центавра в 2449 году, конечный пункт - Земля. Прошу передать координаты, - и помедлив, добавил: - Компьютер, отключи защиту.

- В процессе, - отрапортовало электронное сознание и замолчало. На передней панели замигали многочисленные лампочки, и корабль принялся медленно выравнивать траекторию. - Пристегните ремни, скоро будет произведена посадка.

Капитан выполнил предписания, готовясь к тяжелым перегрузкам. Плавно входя в атмосферу, космолет ожидаемо затрясло, стены его сильно нагрелись, и казалось до земли доедет только кресло пилота с обгоревшим трупом. Но, уже приближаясь, судно неожиданно замерло и повисло в воздухе, а потом мерно село на твердую поверхность. Вытирая пот со лба, Шейзер отстегнул ремни безопасности и прошагал к входному люку.