Глава 121. Найди меня

Радостные вести пришли в мир людей столь же внезапно, как и предыдущая угроза, застав всех врасплох. Как раз в тот момент, когда они психологически приготовились к войне, сотни тысяч призраков, вторгшихся в царство живых, развернулись и направились к вратам Призрачного Города.

Складывалось впечатление, что они пришли в мир людей просто на достопримечательности посмотреть да сыграть безобидную шутку, а после экскурсии удалились восвояси.

Эта цепочка событий ошеломила всех без исключения мастеров прорицания, их скальпы онемели, а ладони вспотели от страха. Они завершили все приготовления и даже уже мысленно попрощались с жизнями. А в итоге их враги просто отряхнули штаны и ушли без какого-либо намёка на агрессию.

Неужели эти духи просто решили их подразнить?

Но столь странные розыгрыши всё же были лучше тотальной войны. На самом деле духовная организация прекрасно понимала, что если бы Призрачный Город серьёзно нацелился на битву, они оказались бы совершенно бессильны. Самое большее, они бы немного продлили свою агонию перед смертью. Несколько высокопоставленных лиц из каждой страны, знавших правду об инциденте, организовали встречу, в то время как высшее руководство Китайского филиала уже давно было вне себя от гнева. Теперь, когда самый насущный вопрос был решён, пришло время должным образом поквитаться со страной Хэлунь.

На этот раз именно действия Хэлунь стали причиной столь глобального инцидента. Из чувства самосохранения даже те страны, которые имели с ней тесные отношения, не осмеливались вступаться за неё.

Таким образом, результатом нынешней встречи стало то, что граждане Хэлунь были исключены из кандидатов на три высшие должности в духовной организации. Причём это была не временная мера, а перманентная. Это означало, что Хэлунь лишилась права баллотироваться на пост председателя духовной организации.

Даже кролик может укусить, если загнать его в угол, что уж тут говорить о спящем тигре. После этого инцидента Китай не прекратил свои нападения по Хэлунь, хотя последняя и так уже изрядно пострадала. Под таким шквалом атак ей пока можно было даже и не мечтать о том, чтобы подняться на прежние высоты.

Более того, даже несмотря на то, что Се Лань отказался от идеи уничтожения человеческого царства после того, как его возлюбленный решил остаться в Призрачном Городе, он не собирался так легко прощать людей из Хэлунь, которые осмелились коснуться его перевёрнутой чешуйки [1].

[1] Перевёрнутая чешуйка – слабое место в броне дракона, расположенное под горлом. Драконы не выносят, когда кто-то дотрагивается до неё, и немедленно атакуют наглеца.

Поэтому он уделил Хэлунь «особое внимание». Отныне расположенный на её землях проход между Призрачным Городом и царством людей станет открываться каждый месяц, и это будет самое популярное место среди обитателей загробного мира.

Этот участок земли с дисбалансом Инь и Ян не получит никакой пощады, пока король призрак не решит сменить свой гнев на милость.

Прошло уже полгода со дня, когда предположительно должен был состояться конец света. За это время Гу Янь в полной мере осознал, что не стоит давать легкомысленных обещаний.

Он не собирался нарушать своё слово и возвращаться в человеческий мир, ведь у него не было особых требований касательно места проживания. Более того, эти полгода, проведённые в Призрачном Городе, были весьма комфортными, так что он не испытывал острой необходимости возвращаться в царство людей.

А когда в разговоре всё же затрагивалась тема человеческого мира, его возлюбленный опускал взгляд и разыгрывал выражение неуверенности и робости. Этой манерой он напоминал большого кота, требующего объятий и поглаживаний от своего хозяина, и каждый раз, когда это случалось, сердце Гу Яня смягчалось, и он сдавался. Он ни разу не отверг своего возлюбленного... даже в те моменты, когда это стоило бы сделать.

Например, в тот день, когда ему удалось удержать Се Ланя от падения в бездну безумия, Гу Янь решил закрепить результат и прямо предложил: «Давай сделаем это». О чём вскоре сильно пожалел. На следующее утро он едва-едва смог выползти из постели.

Ну и все остальные моменты, когда ему лучше было проявить твёрдость и ответить отказом, в основном касались этого вопроса. Всякий раз, когда Се Лань чувствовал, что сердце юноши смягчается, он немедленно выдвигал просьбу: «Цюцю хочет сделать это с А-Янем». Добившись согласия возлюбленного, он безудержно овладевал тёплым и податливым телом до тех пор, пока Гу Янь уже не мог издавать никаких звуков, кроме тихих всхлипов. Только тогда он неохотно отпускал юношу.

После того, как подобный сценарий повторился несколько раз, до Гу Яня дошло, что всё это было частью тщательного плана его возлюбленного, но это никак не повлияло на его способности к сопротивлению. Даже если он знал, что призрак лишь притворяется неуверенным, его всё равно поколеблет малейший намёк на подлинный страх. И он согласится на всё.

Если бы не опасения, что человеческое тело не сможет выдержать большое количество энергии Инь, вливающейся в него единовременно, Се Лань использовал бы все известные ему методы, чтобы не выпускать юношу из кровати. Впрочем, не то чтобы ему нужно было прикладывать для этого недюжинные усилия, достаточно было просто вести себя послушно. После стольких миров Се Лань тоже давно вычислил все слабости юноши.

Гу Янь был очень доволен. Естественно, он не испытывал нежелания, когда дело касалось постельных упражнений, ведь каждый раз, когда они это делали, он испытывал несравнимое блаженство. Однако если их интенсивность увеличится, он просто-напросто не справится с подобным напором. У Гу Яня складывалось впечатление, что если бы ему не нужно было заботиться о своём смертном теле, и он бы позволил своему возлюбленному делать всё, что только заблагорассудится, он и вовсе никогда не поднялся бы с простыней.

Человек и призрак. Если бы первый был рядовым обывателем, то давным-давно бы уже умер. Но поскольку это был талантливый мастер прорицания, история была несколько другой.

Неизвестно, было ли это из-за того, что он часто получал определённое количество энергии Инь, или из-за длительного пребывания в Призрачном Городе, или по каким-то другим причинам, но утончённая красота юноши не показывала никаких признаков увядания, несмотря на всё время, которое он провел здесь.

Если что-то и изменилось, то только эти прекрасные глубокие глаза. Чуть прищуренные в улыбке, они легко притягивали внимание окружающих.

Жаль только, что владыка призраков даже не пытался скрыть своего стремления к единоличному обладанию юношей. В этом призрачном городе не было ни одного духа, который осмелился бы засмотреться на черноволосого молодого человека дольше положенного, опасаясь быть пойманным с поличным и брошенным на восемнадцатый уровень ада для «вразумления».

Десятилетие минуло за десятилетием. Приятные деньки заставляют время течь быстрее. Призрачный Город оставался всё тем же даже после стольких лет, но в человеческом мире, вероятно, многое изменились до неузнаваемости.

«00, сколько времени осталось у этого тела?» – сидя во дворе в плетёном кресле, Гу Янь откинулся на спинку и лениво прищурил глаза, наслаждаясь солнечными лучами.

Хотя его внешность не изменилась, это вовсе не означало, что его тело прекратило стареть. Это прекрасно – вечно оставаться молодым, но избегать смерти – значит нарушать правила этого мира. Хоть «Закон» и был предвзят по отношению к юноше, такое даже ему бы не спустили с рук.

[Три дня.] – менее чем за секунду 037 провела полный анализ его тела и дала ему ответ.

После этого 037 не смогла устоять перед своими цифровыми инстинктами:

[Отчёт в режиме реального времени, у вас осталось три дня, семь часов и девять секунд.]

«Угу, я тебя понял», – купаясь в солнечном свете, темноволосый юноша вновь сощурился. Он уже давно привык к педантичным замашкам системы.

Три дня, конечно, меньше, чем он ожидал, но этого было вполне достаточно. Достаточно для последних слов... и для того, чтобы указать путь своему возлюбленному.

[Обиды читателей в адрес хозяина практически сведены к нулю. Как только будет подтверждено, что тело мертво, хозяин сможет спокойно вернуться в свой первоначальный мир.] – поведала 037 после некоторого колебания.

Строго говоря, система не должна была испытывать сомнений, но, пережив с хозяином все эти миры, понаблюдав за ним своими глазами, 037 больше не была уверена, что «возвращение в первоначальный мир» – это то, чего хотел юноша.

Некое непостижимое существо проникло в разум и сердце её хозяина с самого первого мира. Если после возвращения в родную реальность он больше никогда не увидит это странное создание, то юноша не будет счастлив – 037 чувствовала это.

Даже система не могла изменять или нарушать правила перемещения между мирами. Кроме того, жёсткая задача, поставленная перед ней высшим руководством, состояла в том, чтобы «безопасно доставить цель обратно в первоначальный мир после того, как вопрос будет улажен». Независимо от того, как сильно она хотела открыть заднюю дверцу [2] для своего хозяина, 037 не могла ослушаться приказа.

[2] Открыть заднюю дверь – пропустить/продвинуть кого-то по знакомству, в обход правил.

Связь между пользователем и системой очень крепка. Гу Янь мог легко почувствовать, что его глупая малышка не только расстроилась, но и преисполнилась ненависти к себе. Гу Янь кашлянул: «00 не делала ничего плохого, ну же, будь умницей».

У Гу Яня были некоторые догадки о причине такого состояния системы, и он был вполне в них уверен. Скоро у него будет возможность подтвердить их.

Каждый раз, слыша эти два слова, 037 на какое-то время замирала и погружалась в молчание. Потому что непостижимое существо, которое каким-то образом могло чувствовать присутствие системы, приблизилось к юноше и обняло его.

– А-Янь, – бледная кожа короля призраков казалась почти прозрачной под ярким солнечным светом. Она резко контрастировала с тёмными одеждами, которые подчеркивали его уникальную красоту. Он осторожно обхватил руками черноволосого юношу, сидящего в плетёном кресле, и прижался к его щеке: – Человеческий мир, А-Янь всё ещё хочет взглянуть на него?

Времени оставалось не так уж много. Не только Гу Янь, Се Лань тоже знал это. Теперь призрак лишь хотел исполнить его желания и сделать своего возлюбленного счастливым. Если Гу Янь захочет полюбоваться на человеческий мир, у него не возникнет желания стереть его с лица земли.

Лишь бы этот человек был доволен. Се Лань прищурился и запечатлел лёгкий поцелуй на губах юноши.

Разлука – это то, к чему он никогда не привыкнет, независимо от того, сколько раз ему придётся пройти через подобное. Се Лань прекрасно понимал, что после своей смерти юноша не станет призраком, и ему вновь придётся испытать чувство потери самого дорогого человека.

Эта боль и отчаяние способны свести с ума.

Даже если юноша сможет превратиться в призрака, настанет день, когда он исчезнет. Се Лань этого не хотел.

Чего он желал, так это обладать своим любимым сокровищем вечно, эта мечта никогда не покидала его сердце.

Гу Янь был совершенно сбит с толку неожиданным вопросом своего возлюбленного, но его позабавили осторожные жесты призрака, который будто бы касался не человеческого тела, а тончайшего фарфора. Подумав немного, юноша ответил:

– Прошло много лет, должно быть, там всё изменилось. Прогуляться по нему и в самом деле будет неплохой идеей.

По счастливому совпадению, врата в мир живых были открыты.

Следующие три дня ушли на путешествие по человеческому царству. Независимо от того, куда Гу Янь хотел отправиться, Се Лань открывал проход через пространство и доставлял их прямо к месту назначения.

[Остался один час и сорок девять минут.] – хозяин пребывал в очень, очень хорошем настроении, и 037 совсем не желала его беспокоить.

Гу Янь зачерпнул ложкой шоколадное мороженое и собирался уже было отправить его в рот, но вдруг нахмурился. Выслушав сообщение, юноша мысленно дал ответ, на сердце у него в этот момент царил покой.

– Оно снова говорит с А-Янем, – хоть он не мог слышать содержание разговора, Се Лань смутно ощущал его наличие и даже приблизительно догадывался, о чём шла речь.

Гу Янь кивнул и протянул руку, чтобы погладить своего возлюбленного по голове. Тело Се Ланя мгновенно напряглось, и пара тёмных глаз была прикована к его телу.

Беспокойство проступило из глубины этих бездонных омутов, затапливая их до краёв. Оно становилось всё сильнее, и вот его уже невозможно было скрыть.

Эта тревога не исчезала, как бы крепко он не прижимал к себе своё сокровище. Се Лань знал, что бестелесный голос, который в последнее время появлялся всё чаще, скорее всего, сообщил, сколько времени осталось у юноши.

И сколько времени осталось у него до того момента, как он потеряет своего возлюбленного.

– Цюцю сможет меня отыскать, – мягко сказал юноша, чуть прищурив глаза в улыбке, после чего ободряюще поцеловал призрака.

– Мгм, – Се Лань не отводил взгляд. Его изначально глубокий голос был ещё более хриплым, чем обычно.

Он больше не сможет терпеливо ждать того мгновения, когда юноша придёт к нему. Поскольку теперь у него есть способность сохранять все воспоминания, в следующем мире он сам отправится на поиски своего любимого сокровища.

Гу Янь не сказал своему возлюбленному, что для него это был последний мир. Как только миссия закончится, он вернётся в свою реальность. Правила системы запрещали ему открывать правду обитателям книжных миров.

– Если найдёшь меня, то обязательно поймай, – опустив голову, Гу Янь продолжил инструктаж: – И ни в коем случае не отпускай. Тебе только нужно вести себя мило, и я непременно сдамся. Ты понял?

Хотя Се Лань был несколько смущён этими словами, он быстро развеял свои сомнения и послушно кивнул.

– Цюцю, будь умницей. Ты должен хорошенько запомнить мои слова, – договорив, Гу Янь съел ещё одну ложку мороженого, позволив сладости на языке отвлечь его от мыслей.

Прошёл ещё час.

[Оставшееся время...] «00», – Гу Янь вдруг прервал отчёт своей системы, – «ты уверена, что меня вернёт точно в момент до переселения?»

Опасения её хозяина были ожидаемы. 037 дала тот же ответ, что и своим предыдущим пользователям:

[Указатель реальности установлен на тот миг, когда вы покинули свой первоначальный мир. Если только не произойдёт серьезный сбой, и указатель не будет потерян, сильного отклонения во времени не будет. Самое большее, разница составит 10 минут.]

[Указатель реальности абсолютно надёжен.]

«Выходит, он действительно сумел поймать меня» – доев последнюю ложку мороженого, Гу Янь вновь вернулся в прекрасное расположение духа.

[?] – 037 не могла понять, о чём толкует её хозяин.

Се Лань не вмешивался в разговор Гу Яня с этим бесформенным существом и лишь осторожно вытер лицо юноши салфеткой после того, как он закончил.

Гу Янь позволил призраку, ведущему себя подобно большому коту, прижаться к нему потеснее, и даже время от времени потакал его просьбам о внимании.

Пока, наконец, не пришло время...

[Инициализация передачи. Обратный отсчет, 10, 9, 8...] Прозвучал знакомый монотонный голос. Гу Янь протянул руку, чтобы коснуться призрака, осыпающего его лицо невесомыми поцелуями, и немного подался вперёд, чтобы поймать его губы своими.

– Найди меня и поймай. И тогда я буду принадлежать тебе вечно.