Глава 120. Не прячься

В алых глазах не отразилось никаких изменений, но их обладатель протянул руку, чтобы обнять темноволосого юношу и притянуть его к себе на колени. Призрак использовал все свои силы, чтобы осторожно прижать его как можно ближе, заключив в крепкие объятия.

Любые признаки борьбы только заставили бы руки вокруг талии юноши напрячься. Несмотря на то, что ситуация была далека от нормальной, Гу Янь не сопротивлялся, даже напротив, проявлял полное понимание.

Будучи настолько тесно прижатым к своему возлюбленному, что между их телами не осталось ни малейшего зазора, Гу Янь легко мог заметить, насколько призрак напряжён, а также то, насколько тяжёлым и рваным становится его дыхание.

Это показывало, что мужчина отчаянно пытался сдерживать себя. Что-то сломленное внутри него заскрипело и вновь заворочалось. Глубокий страх, укоренившийся в глубинах души, охватил Се Ланя; он крепко держал юношу, как будто тот был единственной соломинкой, способной спасти его тонущее «я».

Его дыхание становилось всё более затруднённым и торопливым, пока обладатель алых глаз полностью не покрылся холодным потом. Он начал дрожать, погружаясь в крайне опасное состояние.

Из соображений безопасности Сюй Цю стоял поодаль, наблюдая за ними. Его спина похолодела, он сразу понял, что больше не может здесь оставаться, ведь такого расстояния было теперь совершенно недостаточно. В этом дворце не должен был оставаться посторонний, иначе его босс впадёт в неистовство.

Но, вероятно, было уже слишком поздно. Сюй Цю оказался прикован к месту свирепым взглядом своего владыки, который выглядел так, будто перед ним находится его заклятый враг. Мысленно он обливался горючими слезами; ни уйти, ни остаться невозможно.

Если он двинется, на него нападут, но если он останется, его все равно ждёт уничтожение.

Однако в следующую секунду он выдохнул с облегчением, ведь дилемма – умереть так или умереть эдак – разрешилась сама собой. Воспользовавшись моментом, когда внимание его босса было отвлечено, Сюй Цю поспешно бросился прочь из дворца.

Что-то мягкое и тёплое быстро коснулось губ короля призраков и так же быстро отступило, но это мгновенно утихомирило бурлящую в нём энергию. Он опустил голову и неподвижно уставился на юношу.

После этого нежный поцелуй больше не прерывался спустя долю секунды, он длился и длился.

– ... – отражение темноволосого юноши в паре алых глаз постепенно прояснялось. С каждым поцелуем яростно мечущаяся в короле призраков энергия постепенно утихала, пока он наконец не опустил взгляд, а на его лице не проступила нежность.

Этот метод утешения не возымел своего обычного эффекта. Напротив, как только юноша прервал поцелуй, рука Се Ланя, которая удерживала его на месте, переместилась на затылок, требуя большего.

Не удовлетворившись этой степенью близости, Се Лань прикусил бледные губы юноши, после чего приник к ним глубоким поцелуем, не сдерживаясь. Он перехватил чужое дыхание, лишая Гу Яня воздуха, пока тот не начал задыхаться.

Дав юноше некоторое время, чтобы тот отдышался и пришёл в себя, Се Лань прислушался к его ставшим размеренными вдохам, и с новыми силами продолжил прерванное занятие.

Гу Янь получил лишь короткий промежуток времени, чтобы перевести дух, прежде чем его губы вновь накрепко запечатали. Он знал, что стоит притормозить, иначе всё закончится тем, что они займутся чем-то очень аморальным. Что важнее, он должен был сначала успокоить своего возлюбленного.

– Цюцю, будь умницей. Я здесь, – тихо произнёс юноша, ласково поглаживая Се Ланя по волосам и уткнувшись лбом ему в плечо. Эти действия придадут его любимому чувство уверенности и безопасности.

Как и ожидалось, Се Лань показал положительную реакцию на эти слова. Юноша, заключённый им в крепкие объятия, знал наперечёт все его слабости, и то, как он доверчиво прижался к нему, отчасти удовлетворило безумное желание Се Ланя к обладанию.

Его драгоценное сокровище было здесь, и никто больше не сможет его похитить. Этот человек теперь был в его руках, принадлежал ему безраздельно.

Тишина окутала дворец, пока Се Лань продолжал удерживать юношу на месте, под неусыпным контролем. Губы короля призраков наконец чуть шевельнулись.

– А-Янь. Его голос был хриплым, едва слышным. Однако Гу Янь понял, что сделал всё правильно, как только услышал своё имя из уст возлюбленного.

Кровавый оттенок в его глазах стал менее интенсивным. Но по мере того, как к нему возвращалась рациональность, острое чувство, что он вернул себе нечто, однажды потерянное, заставляло Се Ланя напрягаться всё сильнее. Словно человек, которого выловили из океана за мгновение до того, как он должен был сделать свой последний вдох, никак не мог теперь подавить жадные вдохи.

Гу Янь безропотно позволил своему возлюбленному полностью и тщательно проверить его со всех сторон. Его Цюцю беспокоился, что у него может недоставать какой-то конечности, очевидно, он находился во власти безотчётного страха, поэтому Гу Яню оставалось только терпеливо успокаивать своего любимого.

– Цюцю, будь умницей, – вновь повторив эти слова, юноша бросил все силы на терапию. Осознав, что призрак уставился на его забинтованную ногу, он тихо кашлянул, чтобы переключить внимание возлюбленного: – Я случайно вывихнул лодыжку, но в остальном я в полном порядке.

Чем сильнее были эмоциональные колебания, тем тише становился Се Лань. С самого начала он молча наблюдал за юношей в своих объятиях, прежде чем перейти к активным действиям.

Глядя на своё отражение в чёрных глазах юноши, король призраков поднял руку, чтобы прикрыть левую сторону лица. С точки зрения человеческой эстетики, она выглядела жутко – он не мог позволить юноше смотреть на подобное уродство.

– Ну и чего ты прячешься? Боишься, что я увижу, до чего ты себя довёл? – любой мог услышать нотки гнева в его голосе. Более того, было бы ложью сказать, что Гу Янь не чувствовал огорчения.

Губы короля призраков дрогнули, но на этот раз он просто поджал их, вместо того, чтобы заговорить. С опущенным взглядом он действительно напоминал большого кота с виновато прижатыми к голове ушками перед своим хозяином.

С первой попытки Гу Янь не смог убрать руку, закрывающую лицо призрака. Но со второго раза ему это удалось. Отведя ладонь, которой его возлюбленный прикрывал левую щёку, Гу Янь намеренно вперился в неё взглядом.

Заметив, что мужчина снова собирается закрыть лицо, Гу Янь решил действовать на опережение. Он наклонился и нежно поцеловал своего возлюбленного.

– Не прячься, – прошептал юноша после того, как их поцелуй закончился. Он намеревался убедить его через действия.

Если бы его действительно заботила лишь внешность партнёра, он не стал бы вступать в межвидовые отношения с этим человеком во всех прежних мирах. С самого первого мира и до последнего он с головой погружался в межвидовую любовь. Если задуматься, похоже, он всё-таки был довольно безбашенным.

Как только его вздыбленный мех пригладили, пребывавший на грани нервного срыва король призраков наконец посмотрел на юношу мягко прищуренными глазами. Алый свет в них исчез, явив миру изначальный оттенок.

Если дело касалось этого юноши, даже нечто сломленное и разбитое можно было вернуть к жизни. Рядом с ним владыка призраков мог стать безобидным и послушным существом. Но как только он потеряет этого человека, то превратится в кошмар наяву, в создание, способное принести гибель всему миру.

Этот человек держал в своих руках его судьбу.

Успокоив своего возлюбленного ласками и нежными уговорами, юноша увидел, как настроение Инструменты

призрака постепенно начинает возвращаться к норме. Теперь Гу Янь наконец мог завести разговор о том, что происходит в человеческом мире.

– Помнишь тех духов, которых ты отправил в мир людей? Даже если они не станут ничего предпринимать, учитывая их количество, баланс Инь и Ян вскоре будет нарушен, что вызовет множество проблем для сотрудников духовной организации, – обеспокоенно произнёс юноша.

Се Лань не издал в ответ ни звука. Даже если он отомстил виновникам этой ситуации, и юноша вернулся к нему, после некоторых раздумий король призраков пришёл к выводу, что по-прежнему хочет уничтожить мир.

После уничтожения не останется неопределенных факторов. Разве так будет не лучше?

Отчасти угадав ход мыслей своего возлюбленного, Гу Янь приподнял бровь и быстро выдвинул идею, которая пришла ему в голову ещё до прибытия в Призрачный Город.

– Тогда отныне мы будем жить здесь и больше не вернёмся в мир людей.

– Хорошо, – на этот раз ответ Се Ланя был очень быстрым, его холодный голос эхом раздался вслед за словами юноши. Он удовлетворённо кивнул.

В это мгновение из глаз призрачного владыки исчез последний отблеск безумия. Почти одновременно с этим деформированная левая половина лица начала восстанавливаться, и вскоре он вновь обрёл свой первоначальный вид.

Если всё будет так, то угрозы и в самом деле не предвиделось, и в искоренении человеческого царства не было нужды. Он мог бы их пощадить.