2.4. - Другая жизнь. Глава 10 - «Мы сможем жить вместе!»

2.4. – Другая жизнь. Глава 10 – «Мы сможем жить вместе!» Ибо, скрестив руки и ноги, сидел у изножья кровати и зло смотрел на свою бледную копию. Прошло несколько дней. Лан Шен всё ещё был без сознания, но опасность миновала. Он был жив!– Ну что, едва не допрыгался? Чем ты думал?.. Ну, понятно чем! Одни проблемы от тебя! Эгоист озабоченный!.. Что же ты с ним делаешь? Ты хоть на секунду задумался о его чувствах? Ты же просто издеваешься над И Вэем! Думаешь только о себе, о своих желаниях и потребностях. А ты подумал хоть раз, каково ему? Что он испытывает? Каково ему жить в неведении после твоих внезапных исчезновений, каждый раз оставаясь наедине со своей тревогой, с пугающей неизвестностью! Он чистый, светлый... Это он – истинное божество, а не ты! Ты недостоин его, слышишь?Ибо попытался пнуть Юного Бога.Лан Шен тихо лежал. Глаза закрыты, лицо неподвижно.– Ты его недостоин... – повторил Ибо почти шёпотом. – Ты его не чувствуешь, а я чувствую... Как только я оказался здесь, я чувствую его как себя. И это действительно больно!.. Ты садист! – он вдруг прервал свою изобличающую тираду и с горечью потупился себе в ноги. – А знаешь, что самое мерзкое? То, что я точно такой же... Я нисколько не изменился, оказывается. Ты – это я! Сколько бы я это ни отрицал. Я такой же безмозглый кретин!.. Я также мучаю Чжаня... Исчезаю, появляюсь, когда вздумается, недоговариваю... Он сокровище, которое надо оберегать, а не растрачивать, как золотую монету... За что нам это счастье?.. Касаться его... да просто иметь возможность видеть... Мы не ценим этого. Мы просто берём и используем как данность. И знаешь, что бесит? Мы не поменяемся никогда. Мы останемся такими же эгоистами...В комнату вошёл Тань-Тань. Следом за ним спешил худенький юноша – помощник и ученик лекаря Вана....В ту ночь, когда Тань-Тань примчался сюда, с Лан Шеном на руках, тот почти не подавал признаков жизни. Яд оккупировал практически всё его тело, распространившись по меридианам. Действовать нужно было как можно скорее, и лекарь Ван принял тогда единственное верное решение – забрать яд на себя, применив для этого собственную технику Семи Исцеляющих Кинжалов.– Лекарь Ван, но сейчас эта техника может убить вас! – Тань-Тань едва не плакал, ведь ситуация становилась критической.Техника была нацелена на мгновенное исцеление, но при этом заболевал сам лекарь, поэтому применялась только в крайних случаях. Семь духовных энергий лекаря проникают в семь точек в поражённом теле, вытягивая болезнь. И как ни печально, именно это и стало причиной вознесения лекаря Вана сто лет назад.– Она не может убить меня снова, юный Бог Тань-Тань!Его движения были чётки, уверены и быстры. Он создал семь источающих розоватое сияние кинжалов. Их прозрачные лезвия метнулись и глубоко вошли каждый в определённую точку на теле Лан Шена. А затем по чистой энергии, что тянулась от них к лекарю Вану, потекла чёрной дымной полосой зараза Отравляющего Металла Смертоносного Меча.Ибо наблюдал эту сцену со стороны, и то, как они боролись за жизнь Лан Шена, и переживали за него, тронуло его до глубины души. Что говорить, ведь это был он сам.Лицо лекаря Вана, всегда мягкое и сердечное, стало жёстким, словно сталь. Тогда как строгий и непоколебимый в своём образе Тань-Тань был похож на перепуганного ребёнка.В тот поздний вечер, когда он зашёл навестить Лан Шена перед сном и увидел пустую постель, он, конечно, сразу всё понял. Эти дни Бог Сыска практически не отходил от кровати Лан Шена...Лекарю Вану удалось вытянуть из него яд до последней капли раньше, чем он потерял сознание, и теперь он сам находился на лечении и был очень плох. – Что ж ты делаешь, Лан Шен? Мне связать тебя, что ли? Если что, лекарь Ван мне разрешил!Ибо почувствовал тепло в груди и понял, что сознание Юного Бога, наконец, отозвалось, заставляя его вернуться.Стоит ли говорить, что Лан Шену снова всё сошло с рук. Лекарь Ван и словом не обмолвился о том самовольном поступке Юного Бога, который едва не убил их обоих.Но всё в прошлом. Лан Шен вернулся к учёбе и был очень тепло встречен друзьями. О последнем инциденте никто не знал – Тань-Тань умел хранить тайны. Урок проходил под ласковым солнцем в саду Белых Пионов. Пышные шапки бархатных лепестков наполняли воздух сладким ароматом. Словно снежные шары зависли над ровным зелёным покрывалом сада. – Невозможно обратить мёртвое в живое! – нараспев рассказывал учитель по искусству магии. – Это закон мироздания! Но если в существе теплится хотя бы крохотная частичка жизни, то сделать это в наших силах.Перед каждым учеником стоял горшок с сухим растением. У кого-то был вялый цветок, у кого-то засохшая палочка с жухлой листвой. Задача учеников состояла в том, чтобы определить, есть ли в растении искра жизни и, если есть, вернуть ему былой облик, если нет – обратить в прах.– И запомните! Если вы будете пытаться восстановить жизнь мёртвому существу, это может повлечь серьёзный конфликт между Царствами Живых и Мёртвых!Не любитель разбираться в тонкостях, Ян Гуан осмотрел свою сухую палочку и, недолго думая, развеял её по ветру. Учитель был опечален, ведь на тонком стволе уже набухла молодая почка.В грубых руках Сяо Лея действительно было мёртвое растение, но он очень хотел его оживить, и тоже получил минус за ошибку. Умница Тань-Тань сразу понял, что его растение безнадёжно, а у маленького Шан И из обломанного черенка распустилась невероятной красоты пурпурная роза.Перед Лан Шеном в глубокой золочёной вазе мумией застыл абсолютно сухой цветочек. Единственный лепесток ещё как-то держался на грустно опрокинутой головке. Но Юный Бог, пребывая в своих мыслях, даже не взглянул на образец. Он перебирал пальцами красную нить, вспоминая минувший разговор с мамой. Сердце его томилось любовным желанием, а невозможность их с И Вэем будущего, разрывала душу. И кто как ни мама – Богиня Любви Ай Мэй, могла понять его и помочь...– Мама, есть один человек, простой смертный... – он сделал паузу, а после с жаром выпалил: – Я так люблю его...– Можешь ничего мне не говорить, – нежный голос матери успокаивал. – Я вижу твоё сердце. Оно пылает так, что своим сиянием затмевает солнце. Мой бедный мальчик, ты страдаешь. Лан Шен сидел напротив большого круглого зеркала, тот единственный источник связи с его родителями.– Мама, как мне быть? Есть ли способ оставить его жить здесь со мной? Я не могу без него!Молодая женщина, воплощение женственности и красоты, резонно спросила, усмиряя его пыл:– А любит ли он тебя так же, как ты его? Хочет ли он того же? – на длинных белокурых волосах блеснули золотые украшения.Тут Лан Шен не сомневался. После их последнего разговора он был в этом уверен. То, как слёзно И Вэй просил стереть ему память, говорило громче всяких слов.– Есть один способ, – после томительной паузы наконец произнесла мама.– Какой? – глаза Лан Шена вспыхнули огнём надежды.Она помолчала, а потом продолжила:– Печать Души: она соединяет души влюблённых. Даже если судьба разлучит их, они найдут друг друга, где бы ни были. Во всех жизнях и перерождениях они будут вместе. Но только истинная любовь может быть скреплена такой печатью. Скрепленные ей становятся частью друг друга. Они всегда почувствуют, если что-то случится с их второй половиной. И никто другой не сможет принудить их к близости.Эти слова мамы, Лан Шену особенно понравились, пробудив в нём собственника. – И ничто не сможет разрушить печать?– Действие печати можно отменить лишь силой желания своего сердца. И обратного пути уже не будет. Если это сделают оба партнёра, они просто пойдут разными дорогами, но если только один, то второй, в силу привязки души становится его марионеткой, безвольным рабом.Огненной чертой она нарисовала в воздухе треугольник, после чего вписала в него круг и пересекла его линиями исходящими из трёх углов.– Треугольник – это ты. Три его угла, три стороны – это три энергии: Цзин – любовь и секс, Ци – жизнь и эмоции, Шэнь – разум и духовность. И в центре твоё сердце, которое питается этими тремя энергиями.Печать раздвоилась, и из полосы любви – Цзин – вниз опустился такой же треугольник, образовав фигуру ромба.– А это твоя избранница, избранник, твоя истинная любовь. Вот так вы навеки скреплены общей дорогой любви. Ваши чувства, эмоции, разум живут в гармонии. Одна часть предназначена для одного, другая для другого. Но если останется лишь одна часть печати, то гармония разрушится, и душа окажется подчинена той энергии, которая её поставила. Поэтому прежде оба должны пройти проверку Нити Любви.Радости Лан Шена не было предела. Оказывается, было всё так просто! Вот он пропуск для И Вэя в Небесное Царство, пригласительный билет в его дом. И кроме того, он здесь будет в безопасности!– Но почему же я никогда не слышал об этой печати? – Потому что уже много лет Печать Души предана забвению.Ай Мэй, опустив взгляд, погрустнела. На её длинных ресницах блеснули бусинки бриллиантов.– Раньше я многим дарила Печать Души, высшим существам и даже смертным. Я хотела, чтобы истинно любящие сердца всегда были вместе. Так и было, пока не случилась та история. Лан Шен насторожился: а вот и тот подводный камень, который не даст его лодке любви плыть по реке счастья. – Ты, конечно же, слышал о печальной любви одной из дочерей Небесного Императора Богини Ночного Неба Е Син (夜星 – Ночная Звезда) и Князя Тьмы, отца Дэ Нэя. Однако то, что все знают, о чём когда-то активно судачили, лишь искажённое отражение правды, то, что было позволено знать – и не более. Истинная же суть в том, что они действительно любили друг друга несмотря на происхождение и вечную вражду наших царств. Она была моей самой близкой подругой. Е Син долго уговаривала меня скрепить её душу и душу Князя Тьмы печатью, чтобы она смогла покинуть Небесное Царство и обрести счастье с ним в Царстве Тьмы. Я читала их сердца и видела там истинную любовь. В итоге я помогла им и подарила ей скрепляющую души печать. Небесный Император, отец Е Син, конечно же, всё узнал. В гневе он заточил свою дочь во Дворце Вечного Сияния, лишив её свободы. Чтобы избавить меня от наказания, она взяла всю вину на себя. Твой отец тогда возглавлял Небесную Стражу. Так мы с ним и познакомились, когда я тайно приходила навещать её. Она умоляла меня помочь ей бежать, и если бы я только знала, чем всё обернётся... я бы послушала её, несмотря на все запреты. Я видела, как она страдала, но не могла нарушить волю Небесного Императора. Несмотря ни на что, Князь Тьмы неоднократно просил аудиенции и, рискуя всем, приходил лично. Конечно, его не допустили даже до Небесных Врат, предупредив, что следующий раз для него станет последним.«Видимо, им и стал тот раз, когда он пришёл забрать сына», – припомнил Лан Шен.Богиня Любви вздохнула, и в этом вздохе Лан Шен услышал отзвуки давней боли.– Е Син замкнулась в себе и больше не желала никого видеть, даже меня. За пределы Небесного Царства выходить ей было запрещено. Вскоре появился на свет Дэ Нэй. А потом случилось то, что случилось.– Она сожгла себя и сына, – пробормотал Лан Шен.– Тогда она просто хотела сбежать из своей темницы. Е Син обучилась кое-какой тёмной магии у князя. Это был магический ритуал – опасный в неопытных руках и крайне мучительный. Она обдала себя демоническим огнём, ведь только так Е Син могла попасть в Тёмное Царство, чтобы там остаться с князем навечно. Но, приняв этот ритуал за акт самосожжения, прислуга попыталась её вызволить – магия была нарушена и пламя огня убило её. Спасти удалось только маленького Дэ Нэя. Небесный Император и так не признавал его как внука, а узнав о смерти дочери, возненавидел ещё больше. В гибели Е Син был обвинён Князь Тьмы. Все посчитали, что он разрушил Печать Души, превратив её в свою марионетку.Потрясённый Лан Шен молчал. Теперь всё встало на свои места. Вся разрозненная мозаика высказываний Дэ Нэя, и его собственных обрывочных знаний, всё сошлось в единую картину. Ненависть Эмэна к Лан Шену была, конечно, обусловлена ненавистью к его родителям, ставшими невольными виновниками гибели его собственных. И поквитаться за всё с Лан Шеном стало бы лучшей местью. Дэ Нэй разорвал своё сердце, чтобы не только разрушить связь с миром Богов, а став демоном получить, наконец, свободу и невероятную силу.– Вот почему я больше не даю Печать Души. Это стало для меня печальным уроком.– Ты не дашь? – спросил Лан Шен, едва не пав духом.Она улыбнулась, и он заметил, как воздух качнулся и, уплотнившись, принял форму её тонкой, изящной руки. Касание было реальным, аж всколыхнуло сердце. Как же он по ней скучает.– Ну как я могу отказать тебе, мой родной. Конечно, дам.Она погладила его по щеке.– Но только после того, – в руке Богини Любви появилась красная тонкая нить. Она просочилась сквозь поверхность зеркала и легла на ладонь Лан Шена. – Только после того, как Нить Любви свяжет вас. Вы должны быть уверены... я должна быть уверена, что вы предназначены друг для друга. Это гарантирует, что в сердце не появится желания разрушить Печать Души.– Но мама! Я уверен! Это лишнее!– Нет, сердце моё, не лишнее. Только тогда я позволю скрепить души печатью.И сколько бы Лан Шен ни уговаривал мать, она была непреклонна.– Хорошо, если всё сложится и нить выберет нас, когда я смогу получить Печать Души?– Она станет тебе доступна сразу.– И когда она вступит в силу? Когда я смогу привести сюда Вэя?– Должен пройти лунный цикл и ещё шесть дней, чтобы печать соединилась с каждым из вас. Проникнув в тело, вошла в каждую из энергий. В момент ритуала вы помещаете в неё частичку своей духовной силы и передаёте друг другу. В твоём избраннике будет жить часть твоей божественной силы, а в тебе часть его духовной энергии. Однако тебе надо знать: так как он простой смертный, ему будет тяжело принять твою божественную мощь. Тебе нужно будет помочь ему справиться с этим. Ведь благодаря тому, что у твоего избранника будет частичка тебя, частичка Бога, именно это позволит твоему избраннику жить в Небесном Царстве. Твоя сила будет оберегать его на протяжении всей жизни.– А как мне защитить его до этого? Моё присутствие делает его мишенью для тёмных сил. Я совсем ничего не знаю о защите смертных и ничего не нашёл в библиотеке.– Видимо, ты не там искал. Ты смотрел в божественных свитках, попробуй заглянуть в земные писания... Сидя в саду, Лан Шен смотрел на красную нить в своей руке и снова, и снова думал о том, а что если Нить Любви не свяжет их?«Вдруг мы не предназначены друг для друга?»– Что с твоим цветком, юный Бог Лан Шен? – неожиданно нависла над ним седая голова учителя, вырвав его из тяжёлых раздумий.Конечно, Лан Шен даже не приступал к работе. Тань-Тань незаметно вскинул два пальца, и сушёная икебана вмиг ожила, распустившись множеством лиловых цветов, над которыми тут же запорхали яркие бабочки.Учитель похвалил Тань-Таня, а Лан Шену рекомендовал не витать в облаках.Из-за болезни Лан Шен много пропустил, и спускаться в Царство Смертных ему было категорически запрещено, пока не будет им исполнен весь список заданий. Он едва не заплакал, когда ему вручили тот свиток. Он развернулся из рук белым полотном на несколько метров, ударившись в стену. Тренировки, тренировки, тренировки! Теория, магия, медитация. И снова тренировки, тренировки, тренировки! Ну, конечно, будущий Защитник Небес должен уметь не только виртуозно обращаться с любым видом оружия, но и быть отличным тактиком. Тем более, что он так сплоховал в Храме Пяти Столпов Бытия, упустил врага, да ещё и позволил себя ранить!Лан Шен обречённо застонал.Но стоило вспомнить любящие глаза И Вэя, его улыбку... манящее тело, и это становилось лучшим стимулом, чтобы покончить со всеми долгами. Он занимался даже усерднее, чем требовалось. Более того, даже учителя заметили, что после болезни Лан Шен стал усидчивее и старательнее.