Глава 151 Подготовка к воссоединению кланов

Столица уже скрылась позади. Но эта история начинается за день до того момента, когда колёса карет покатятся по большой дороге.

Тан Сан и Бай Ченсянь прибыли в клан Силы, Ченсянь подхватывала Сяо Ву на руках, пока Тан Сан шёл рядом, его взгляд был тяжёлым и сосредоточенным.

Снаружи ворот уже ждал Тай Тан, огромная фигура с мощными руками, с которым каждый камень на площади выглядел как игрушка.

При виде Тан Сан он первым шагнул вперёд, крепко ухватив юношу за предплечье, оценивающе, но по-родственному.

— Ты вернулся не мальчиком... — прогудел он. — В глазах — сталь. И... — его взгляд скользнул на кролика Сяо Ву. Тут даже такой исполин помрачнел. — Значит, правда. Сяо Ву...

Ченсянь шагнула между ними, чтобы снять давящую паузу.

— Не беспокойтесь. У Тан Сана есть способ. Мы поможем ему довести его до конца.

Тай Тан сдержанно кивнул. Он посторонился, пропуская их внутрь здания.

Клан уже преобразился: рядом с основным двором стояли ряд высоких строений, ещё окружённых строительными лесами. Люди в форме трудились не покладая рук.

— Видишь? — Тай Тан повёл их вдоль новой территории. — Всё, что ты тогда предложила... Мы начали сразу. Соседние здания выкуплены, ремонт идёт днём и ночью. Деньги твоего клана пришлись весьма кстати.

— Не «моего», — мягко, но холодно поправила Ченсянь. — Это капитал нашего клана Тан.

Тай Тан хмыкнул, оценивая её пристальный, уверенный взгляд.

— Что ж... твой дед Бай Хэ действительно породил сильную внучку.

Тан Сан подошёл к нему ближе.

— Дядя Тай Тан. Нам ещё многое предстоит сделать. Цехи для оружия — только начало. Скоро начнутся поставки новых видов скрытого оружия, не только арбалетов Чжугэ. Мы расширим тренировочную площадку. Люди вашего клана должны стать ударной силой.

Тай Тан усмехнулся, глядя сверху вниз.

— Это звучит. Но ты уверен, что сможешь обогнать Храм?

— Храм не понимает, что мы уже начали войну, — ответил Тан Сан. — А когда поймёт — будет поздно.

Пока двое обсуждали будущее, неподалёку Ченсянь беседовала с Тай Лонгом.

Он уже стоял позади, словно боялся помешать разговору гигантов.

— Ты вырос, — сказала она, скрестив руки. — И не только в плечах.

Его ранг духа колыхнул воздух — пятьдесят второй.

— Стараюсь! — услышалось гордо, но с лёгкой нерешительностью. — Ты уже шестьдесят седьмая, да?

Ченсянь едва заметно кивнула.

— И не собираюсь останавливаться.

Тай Лонг нервно потер затылок.

— Та девушка... которая когда-то бросила меня на колени и заставила кричать о поражении... стала ещё страшнее.

Ченсянь позволила губам изогнуться в уголках, но глаза остались холодными.

— Страшнее — для врага. Если ты слаб — мир тебя сожрёт. Ты этого уже видел.

Тай Лонг серьёзно кивнул.

— Я не подведу. Я стану тем, кем должен быть воин клана Силы.

И когда она вернулась к Тай Тану и Тан Сану, разговор уже подходил к концу.

— Итак, — подвёл итог Тай Тан. — Ты хочешь, чтобы мы поехали на собрание четырёх атрибутов вместе?

— Мы хотим, поехать не как гости, — сказала Ченсянь. — А как союзники. Дедушка Бай Хэ уже знает. Мы будем действовать вместе.

Тай Тан хмыкнул, на этот раз с оттенком уважения.

— Выезжаем завтра утром.

Разговор был закончен. Но решение — только начиналось.

Утро следующего дня наступило сурово. На дворе выстроились две кареты.

Первая — для главных: Тан Сан с Сяо Ву, Бай Ченсянь и Ма Ходзюнь, и сам Тай Тан. Вторая — Тай Лонг и трое сильнейших молодых бойцов клана.

Тан Сан аккуратно устроился в карете, Сяо Ву лежала у него на коленях, глаза — всё так же пусты, боль рвалась наружу, но лицо он держал как каменную маску.

Как только колёса тронулись, Ченсянь вздохнула, отбросив занавеску кареты.

— Я наверх.

Ма Ходзюнь поднял голову.

— И я!

Она вскинула бровь.

— Зачем?

— Я буду следить за периметром с тобой. Не позволю кому-то напасть.

Она хотела возразить, но Фатти уже ловко вылез на крышу, пол под ним угрожающе заскрипел.

— Тяжёлый ты... — пробормотала она и последовала за ним.

Внизу разговор между Тан Саном и Тай Таном шёл непрерывно. Карета подпрыгивала на ухабах, но мужчину это, казалось, не тревожило.

— Вот тут, — говорил Тан Сан, показывая схему, — если увеличить прочность передней рамы и применить новый сплав для метательных игл — дальность вырастет на треть.

Тай Тан чесал подбородок.

— Значит, меньше скрытости — больше урона?

— И скрытость, и точность. У нас будут варианты. Разные ситуации — разные решения.

Бай Ченсянь, лежащая на крыше и слушавшая через тонкую деревянную стенку, закатила глаза.

— Скоро они женятся на своих болтах и гайках.

Ма Ходзюнь фыркнул.

— Пусть занимаются. Это их способ держаться на ногах, пока всё... — он задержал взгляд на кролике внизу — ...так.

Ченсянь на минуту замолчала.

Ветер трепал её волосы, запах леса и дороги смешивался с сыростью утреннего тумана.

— Ты правда переживаешь? — спросила она спокойно.

— Конечно переживаю! — Фатти нахмурился. — Ты их видела? Они все держатся только потому, что не могут позволить себе упасть. А мне можно. Я слабее всех.

Он попытался улыбнуться, но в его глазах дрогнула тень.

Ченсянь положила ладонь ему на плечо. Не мягко, но уверенно.

— Ты не слабее. Ты — честнее. Он смутился, почесал нос.

— Вообще... — он попытался сменить тему. — Ты стала совсем другая. Холодная, сильная, уверенная. Ты... — он замолчал, а потом выпалил: — Я обязательно стану достойным твоего доверия! Всегда буду рядом. И если однажды вес твоей ноши станет слишком тяжёлым — подставлю плечо.

Она отвела взгляд вдаль, чтобы он не видел, как на мгновение смягчились её глаза.

— Какие громкие слова для толстяка.

— Но ты их запомнила! — гордо заявил он.

Она закрыла глаза и улыбнулась почти незаметно.

— Посмотрим.

Через несколько минут она спрыгнула вниз, распахнула дверцу и закинула в карету корзину.

— Перерыв. Еда.

Тан Сан и Тай Тан удивлённо заморгали — они так увлеклись схемами, что забыли, зачем люди вообще останавливаются.

— Спасибо, — тихо сказал Тан Сан.

Ченсянь кивнула.

— Пока ты жив — ты ешь.

Она ушла назад на крышу, оставив слова висеть в воздухе.

Дорога была длинной. Колёса грохотали, лес тянулся стеной по обеим сторонам.

Тай Лонг и молодые воины клана следили за окрестностями, чувствуя ответственность впервые в жизни.

Время от времени карета останавливалась — чтобы проверить лошадей, перекусить , отдохнуть и снова шли в путь. Тан Сан и Тай Тан весь день не выпускали из рук чертежи, идеи рождались и тут же внедрялись в план.

Ченсянь наблюдала за их работой и понимала: это ядро сопротивления, пусть пока маленькое и хрупкое, но истинное.

Ма Ходзюнь рассказывал ей о тренировках, о том, как он добрался до пятьдесят седьмого ранга, и обещал ей, что на том не остановится. Она слушала молча — но слушала.

Вечер приблизился быстро. Огонь заката резал небосклон кровавой вспышкой.

Ченсянь поднялась на крышу кареты снова, глядя туда, где солнце падает в расколотый горизонт.

Ма Ходзюнь хотел что-то сказать, но замолчал, когда увидел её лицо. Она смотрела далеко за пределы дороги. За пределы Доуло. За пределы судьбы.

«Бибидун... — пронеслось в её голове. Она сжала кулак. — Обещаю, я не только спасу мир от тебя... Я спасу и тебя, и твою дочь от самих себя. Клянусь.»

Ветер сорвался в ночь, поднимая пыль. Кареты катились вперёд, увозя с собой обещания, боль и надежду.