Коллекционер

Крис и Итан вернулись в их гостиничном номер, чтобы переодеться перед вечерним приемом. Первым, что сделал Крис как только щелкнул замок, это обнял Итана, со всей силой, на которую только был способен. Зарываясь пальцами в волосы, он жадно вдыхал аромат любимого. Итан ощущал дрожь в теле Криса, и всё недовольство, что он собирался высказать смыло при одном взгляде в эти уставшие, ставшие практически прозрачными глаза. Они простояли так почти десять минут, Итан поглаживал Криса по спине, нежно целовал в висок, и прижимал крепче, как только начиналось казаться, что тот отстраняется.

Сейчас, все что нужно было Крису это любимый и тишина. Итан не делая резких движений слегка отстранился, и приобнимая за талию и крепко сжимая вторую руку, повел опустошенного Криса в душ. Итан еще не сталкивался с подобным состоянием Криса, и очень боялся ошибиться. Он не отпускал руки ни на секунду, пока настраивал воду в душе, не прекращал касаться Криса, успокаивающе поглаживать пока раздевался сам, и раздевал любимого, что был словно в трансе.

Горячая вода и блуждающие по телу руки, смывающие стресс, привели Криса в чувство. Итан не прекращал намыливать грудь Криса, когда тот, наконец, поднял на него осознанный взгляд. Промолчал, когда сквозь шум воды услышал тихое «Спасибо». Итан ответил на такой нужный Крису поцелуй. Не ласковый и любящий, а отчаянный, требующий с нотками сумасшествия и привкусом крови, от натиска Криса на губы Итана.

Струи воды обрушивались на них, образуя вокруг плотный занавес, отрезая от внешнего мира. Крис прижал Итана к прохладному стеклу душевой кабины с такой силой, что тот едва мог вдохнуть. Их губы столкнулись с отчаянной необходимостью Криса насытиться Итаном. Крышеснстный поцелуй поцелуй, сравнимый по силе со столкновением двух галактик. Горячая вода стекала по их телам, смешиваясь с каплями пота, образуя единый поток ощущений.

Руки Криса метались по телу Итана, пальцы впивались в кожу, оставляя красные следы, но боль только усиливала желание. Каждое прикосновение было пронизано неутолимой жаждой, не осторожной и нежной лаской, а необузданной страстью, словно тело Криса действовало независимо от его разума. Итан не отстранялся, понимая, что этот физический контакт сейчас был необходим Крису как воздух, это способ почувствовать реальность.

Их губы разомкнулись лишь на мгновение, чтобы глотнуть воздуха, смешанного с паром, и Крис снова впился в рот Итана, кусая, требуя, умоляя о большем. Их тела скользили друг по другу, ища тепло, контакт, подтверждение существования друг друга.

— Ты нужен мне, — хрипло выдохнул Крис между поцелуями, его голос едва пробивался сквозь шум воды. — Пожалуйста.

Глаза Криса были затуманены похотью и желанием. Он снова прильнул к Итану, сильнее вдавливая того в стеклянную стенку душевой кабины.

— Крис, нас ждут на приеме, — попытался напомнить Итан, задыхаясь от напора любимого, — Мы опоздаем...

— Я не справлюсь, если ты не сделаешь этого, — перебил его Крис, его губы, покрасневшие от поцелуев, дрожали, — Ты мне так нужен, пожалуйста.

Он снова впился в губы Итана, кусая их до крови. Его руки скользнули вниз, обхватывая оба их члена, уже твердых и готовых к активности.

— Пожалуйста, — повторил Крис, и в этот момент Итан понял, что никогда прежде не видел его таким.

Горячие струи воды продолжали обрушиваться на них, смывая не только пот и усталость, но и последние границы разума, парни растворялись друг в друге под этим очищающим потоком, забыв о договоренностях Криса встретиться с Александром перед началом фуршета.

Крис стоял посреди номера, и выглядел теперь больше воодушевленным, чем истощенным. Адреналин от успешного выступления смешивался с удовольствием от оргазма, и усталость от долгого дня напряженного общения практически не чувствовалась.

— Как ты? — спросил Итан, помогая Крису завязать галстук, любуясь отметиной на его шее, что он оставил для Александра.

Его пальцы нежно скользнули по коже Криса, задерживаясь чуть дольше необходимого, наслаждаясь теплом и мягкостью. Он невесомо коснулся губами виска Криса, вдыхая ставший родным аромат его кожи. Взгляд Итана был полон тихого обожания, которое светилось в каждой черточке его лица, в легкой улыбке, отражающееся даже в глазах.

— День был насыщенным, а впереди не менее трудный вечер.

— Теперь лучше, — ответил Крис, подойдя к зеркалу ближе и поправляя галстук с педантичной точностью.

Он на мгновение встретился глазами с отражением Итана, и его взгляд смягчился, наполняясь теплом. В этих глазах читалась бесконечная благодарность и нежность, которую Крис редко выражал словами, но всегда показывал во взглядах, предназначенных только для Итана. Он мягко, почти застенчиво улыбнулся, и эта улыбка преобразила его лицо, в ней было столько открытой привязанности, что сердце Итана пропустило удар.

— Профессор Ли предложил мне доступ к данным CERN для проверки моей теории. Это значительное преимущество.

— А доктор Райнер? — осторожно спросил Итан, обнимая Криса со спины.

Его руки нежно обвились вокруг талии Криса, а подбородок опустился на плечо. Итан не смог удержаться и оставил легкий, как перышко, поцелуй на изгибе шеи. Его пальцы ласково поглаживали живот Криса через ткань рубашки.

— Он, кажется, очень заинтересован в тебе.

Крис на мгновение замер, перевел взгляд с галстука на Итана и ответил, мягко накрыв своими пальцами руки Итана на своем животе. В этом простом жесте было столько трепетной нежности, столько безмолвной преданности, что слова казались излишними:

— Доктор Райнер предложил мне осмотреть MIT во время нашего следующего визита. Он считает, что лично увидев лабораторию и познакомившись с командой, я смогу принять более объективное решение.

Говоря это, Крис чуть повернул голову, чтобы легко коснуться губами шеки Итана, почти неосознанное движение, которое было для них таким же естественным, как дыхание. Его взгляд был бесконечно мягким, со сладкой теплотой, которую видел только Итан.

— И ты согласился?

Итан развернул Криса к себе, не разрывая объятий, лишь меняя их позицию, чтобы лучше видеть его глаза. Он нежно заправил выбившуюся прядь волос Криса за ухо, невесомо погладив при этом скулу большим пальцем. В этом прикосновении не было ничего требовательного — только бережная забота и тихое обожание.

— Я сказал, что рассмотрю эту возможность, — Крис полностью повернулся к Итану и поправил воротничок его рубашки.

Его пальцы двигались с математической точностью, но глаза выдавали его, в них плескалась нежность, почти благоговение, с которым он смотрел на Итана. Закончив с рубашкой, Крис не убрал руки, а вместо этого на мгновение обхватил лицо Итана ладонями, словно держа самое драгоценное сокровище. Он наклонился вперед и легко, невесомо коснулся губами лба Итана, это был не столько поцелуй, сколько проявление чистой, безусловной любви.

— Итан, я знаю, что ты беспокоишься о нашем будущем. Я тоже размышляю об этом, но сейчас я прошу тебя дать мне еще немного времени. Эта конференция — важная веха в моей карьере.

Его глаза говорили больше, чем слова, в них читалась просьба о понимании, обещание, что Итан всегда будет в его вселенной, что все эти карьерные решения имеют смысл только потому, что они вместе. Кончиками пальцев Крис едва ощутимо погладил линию челюсти Итана.

Итан мягко положил руки на плечи Криса, притягивая ближе, нежно поцеловал в скулу, задержав губы на теплой коже. Затем он оставил ещё один поцелуй, и ещё — легкие, как крылья бабочки, прикосновения к уголку рта, подбородку, переносице. В каждом из этих поцелуев была такая любовь, что Крис невольно закрыл глаза, растворяясь в этих ощущениях.

— Я понимаю, Крис. И я действительно горжусь тобой. Просто... просто помни, что я тоже часть твоей жизни, хорошо? И будет честно, если о твоем решении я узнаю первым.

— Я помню. Ты важен для меня, Итан. Больше, чем я могу адекватно выразить, — Крис ответил, глядя в глаза любимого, говоря с такой искренностью, что Итан готов был растаять.

Произнося эти слова, Крис подался вперед и соединил их лбы вместе, интимный жест, который для него значил больше любых пылких объятий. Его пальцы нежно поглаживали шею Итана, а глаза, полные безграничной преданности, не отрывались от глаз любимого. В этом взгляде было столько чувств, что Итану показалось, он может видеть саму душу Криса, открытую только для него.

Крис прикрыл глаза и оставил легкий, почти невесомый поцелуй на губах Итана — целомудренный, но наполненный таким трепетом, что оно было ощутимее самой страстной ласки. Когда их губы разъединились, Крис не отстранился, а остался близко, деля одно дыхание на двоих, создавая маленький мир, где существовали только они вдвоем, окруженные невидимым коконом любви и понимания, которое не требовало слов.

***

Они спустились на прием вместе, плечо к плечу. Большой банкетный зал отеля был преобразован для вечернего мероприятия, элегантные столы с белыми скатертями, приглушенное освещение, тихая классическая музыка. Ученые, весь день обсуждавшие сложнейшие формулы и теории, теперь расслабленно беседовали с бокалами в руках.

Едва они вошли, Александр материализовался рядом с ними, держа два бокала шампанского: — Кристофер, вот ты где! Я несколько раз звонил тебе, но ты не ответил. Профессор Стейнбек очень хочет познакомиться с тобой.

Он протянул один из бокалов Крису, полностью проигнорировав присутствие Итана.

— Доктор Райнер, — сдержанно сказал Крис, — Я не пью алкоголь.

Александр бросил мимолетный взгляд на Итана, и снова всё его внимание сконцентрировалось на Крисе, но как только парень повернул голову мужчина заметил шалость Итона. Даже в приглушенном свете, невозможно было не заметить багровеющую отметину.

— Давайте я возьму бокал доктор, — кивнул Итан на напиток в руках мужчины, стараясь сохранять спокойствие, наслаждаясь изменениями в лице ненавистного профессора.

— Конечно, — Александр снова повернулся к Крису. — Кристофер, профессор Стейнбек возглавляет комитет по распределению грантов NSF в следующем году. Это исключительная возможность.

Крис выглядел явно заинтересованным: — Действительно важный контакт. Итан, ты не будешь возражать, если я...

— Конечно, иди, — Итан нежно улыбнулся он, бросая на Александра взгляд полный вызова. — Я найду, чем себя занять.

Крис благодарно кивнул, и Александр тут же повел его через зал к группе серьезных мужчин у противоположной стены. Уходя, он бросил через плечо: — Уверен, что вы найдете здесь кого-нибудь, с кем можно обсудить... искусство.

Итан сжал руку в кулак, глубоко вдохнул и направился к бару, оставляя на одном из столов шампанское, принятое от Александра. Получив бокал вина, он осмотрелся и с облегчением заметил Джулию, которая разговаривала с немолодой женщиной в элегантном брючном костюме.

Когда он подошел, Джулия приветливо улыбнулась: — Итан! Отлично, что вы пришли. Познакомьтесь с доктором Еленой Петровой, она работает с квантовой запутанностью — буквально и метафорически.

Пожилая женщина рассмеялась и протянула руку: — Джулия преувеличивает. Я просто пытаюсь понять, как частицы общаются на расстоянии, и почему некоторые люди не могут сделать то же самое, находясь в одной комнате.

— Звучит как задача не менее сложная, чем квантовая физика, — Итан улыбнулся, сразу почувствовав симпатию к ней.

— О, намного сложнее, — серьезно кивнула Елена. — Квантовые системы хотя бы следуют уравнениям. Люди — куда менее предсказуемы.

Джулия заметила, как Итан бросил взгляд через зал в сторону Криса, который был вовлечен в оживленную беседу в окружении нескольких ученых, с Александром неизменно стоящим рядом с ним.

— Александр полностью завладел вашим партнером, да? — сочувственно спросила Елена.

— Это так очевидно? — слабо улыбнулся Итан.

— Александр Райнер имеет репутацию человека, который всегда получает то, что хочет, — задумчиво сказала Елена. — Будь то научный грант, редкий экспериментальный образец или... талантливый молодой ученый.

— Вы его хорошо знаете?

— Достаточно хорошо, — кивнула Елена. — Мы работали в смежных областях. Александр — блестящий физик, в этом нет сомнений. Но его методы... Скажем так, в науке, как и в других сферах, не все средства одинаково этичны, даже если они эффективны.

— Что вы имеете в виду? — нахмурился Итан.

Елена покачала головой: — Это не мое дело распространять слухи. Просто будьте внимательны. Александр любит коллекционировать таланты. Ему важно, чтобы люди вокруг отражали его собственное величие.

Итан хотел спросить больше, но в этот момент к ним подошла молодая женщина и обратилась к Елене с каким-то вопросом, увлекая её в другой разговор.

— Она имела в виду, что у Александра есть дурная привычка, — тихо сказала Джулия, когда они остались вдвоем, — Он находит исключительно талантливых молодых ученых и берет их под свое крыло. Помогает им развиваться, продвигает их карьеру, делает их частью своей научной «семьи».

— Это звучит... не так уж плохо? — неуверенно сказал Итан.

— В теории — да, — Джулия сделала глоток шампанского. — На практике... скажем так, он питает свое эго их достижениями и ожидает абсолютной покорности. Многие из тех, кто работал с ним, добились успеха, но почти никто не смог выйти из его тени. И те, кто пытались обычно сталкивались с трудностями.

Она помолчала, глядя через зал, и тяжело вздохнула.

— Но этот парень, Кристофер, особенный случай. Я никогда не видела, чтобы Александр так быстро и так явно фиксировался на ком-то, кто ещё даже не в его команде.

Итан проследил за её взглядом. Александр стоял очень близко к Крису, почти касаясь плечом, и что-то говорил с характерным для него интенсивным взглядом.

— Знаете, — вдруг сказала Джулия, — Если вы хотите провести немного времени с Кристофером, я могу помочь. У меня есть вопрос к Александру о нашем проекте, которому он не сможет отказать во внимании.

Итан благодарно улыбнулся:— Это было бы замечательно. Спасибо.

Джулия кивнула и направилась через зал. Итан наблюдал, как она подошла к группе, где стояли Крис и Александр, и что-то сказала. Александр нахмурился, но затем извинился и отошел вместе с ней.

Крис остался один, и встретившись взглядом с Итаном сразу же направился к нему.

— Привет, — сказал Итан, улыбаясь. — Как проходит нетворкинг?

— Продуктивно, — ответил Крис, и Итану показалось, что в его голосе прозвучало облегчение, — Но социальные взаимодействия такой интенсивности требуют значительных энергозатрат.

— Ты устал, — перевел Итан с «крисовского». — Может, сделаем перерыв? Выйдем на террасу, подышим свежим воздухом?

— Доктор Райнер советовал мне максимально использовать возможности, — колебался Крис.

— Думаю, пять минут перерыва не повредят твоей карьере, — мягко настаивал Итан, — К тому же, свежий воздух помогает мозгу лучше работать, разве не так говорят нейробиологи?

— В этом есть рациональное зерно. Кратковременное увеличение уровня кислорода действительно может улучшить когнитивные функции.

Они вышли на просторную террасу отеля. Вечерний воздух был прохладным и свежим, а над горизонтом висела почти полная луна, окруженная россыпью звезд, а вдали мерцали огни города. Они были одни, остальные гости предпочитали оставаться в тепле и шуме приема.

Итан заметил, как Крис глубоко вдохнул и расслабил плечи.

— Лучше?

— Да, — Крис посмотрел на небо. — Я всегда находил звездное небо успокаивающим. Парадоксально, учитывая, что мы наблюдаем хаотичные термоядерные реакции на расстоянии световых лет.

— Только ты можешь сделать романтику космоса ещё более романтичной, говоря о термоядерных реакциях, — улыбнулся Итан.

Крис повернулся к нему: — Ты находишь мой способ описания романтичным?

— Я нахожу романтичным то, как ты видишь мир, — ответил Итан. — Для тебя понимание, как что-то работает, не лишает это красоты.

Они помолчали, наслаждаясь моментом тишины и покоя. Крис стоял, опираясь о перила террасы, и лунный свет мягко очерчивал его профиль.

— Итан, — наконец произнес он, не глядя на собеседника. — Я должен обсудить с тобой предложение доктора Райнера.

— Весь во внимании, — Итан постарался, чтобы его голос звучал непринужденно.

— Предложение включает в себя не только позицию в MIT. Доктор Райнер говорит, что сможет организовать для меня грант на проведение независимых исследований. Это значительная степень научной свободы, которую редко предлагают молодым ученым.

Итан глубоко вдохнул: — Хорошее предложение.

— Да, — подтвердил Крис. — Одно из лучших, которые могут представиться на данном этапе моей карьеры.

— А что насчет нас? — тихо спросил Итан. — Я уже понял, что требуется переезд в Бостон. Если ты беспокоишься обо мне, то я могу перевестись в местный университет. Но...

— Но?

— Но я не уверен, что дело только в переезде, вернее что ты планируешь его вместе со мной, — признался Итан. — Слушай, Крис, я должен спросить... Сомнения разрушают мой мозг, я за сегодня думал больше, чем за прошлую сессию, и перезарядка мне не помогла... Ты замечаешь, как Александр относится к тебе? Не только как к ученому, а... как к человеку?

— Доктор Райнер проявляет высокий уровень профессионального интереса к моей работе, — Крис слегка нахмурился, обдумывая вопрос Итана.

— Я думаю, дело не только в твоей работе, — подошел к сути Итан. — Я вижу, как он смотрит на тебя, как находит поводы прикоснуться, как изолирует тебя от других. Это больше похоже на личный интерес.

Крис долго молчал, и Итан уже начал беспокоиться, что обидел его.

— Я осведомлен о возможности такой интерпретации, — наконец произнес Крис. — И у меня есть основания полагать, что твое наблюдение может быть точным.

— Ты знал? — удивился Итан, возмущенно выдыхая. Его голос был на тон выше обычного, но Итана это не волновало.

— Я... заметил определенные паттерны поведения, которые статистически нетипичны для чисто профессиональных отношений, — медленно сказал Крис, — Доктор Райнер действительно иногда ведет себя так, что можно предположить его заинтересованность.

— И тебя это не беспокоит?

Крис повернулся к Итану, и в его глазах отразилась луна: — Это не влияет на ценность профессиональной возможности. Я способен поддерживать границы в наших отношениях. И у меня нет намерения менять нашу ситуацию, Итан.

— Нашу ситуацию? — эхом отозвался Итан.

— Нас, — уточнил Крис. — Я ценю то, что у нас есть. Ты... ты понимаешь меня, что недоступно для большинства людей. Ты принимаешь мои особенности и не пытаешься изменить мой образ мышления.

Он сделал шаг ближе, что для Криса было редким проявлением инициативы в физическом контакте в месте где могут появиться люди: — Я не всегда эффективно выражаю эмоции, но это не означает их отсутствие. Ты важен для меня, Итан. Критически важен.

Что-то в его голосе, в том, как он произнес эти слова, заставило сердце Итана сжаться от нежности, Крис редко говорил о своих чувствах так прямо.

— Ты тоже критически важен для меня, — передразнил Итан тон любимого. — Просто... я боюсь, что если мы переедем в Бостон, Александр будет постоянно пытаться вклиниться между нами. Я видел таких людей, как он, они не останавливаются, пока не получат то, что хотят.

— Я понимаю твое беспокойство, — сказал Крис после паузы. — И я не игнорирую этот фактор в своих расчетах. Но я также уверен, что мы способны преодолеть эту переменную.

Он сделал ещё один шаг ближе и неловко, но искренне обнял Итана. Это было настолько нехарактерно для обычно сдержанного Криса, что Итан на мгновение замер от удивления, прежде чем обнять его в ответ.

— Преодолеем, — прошептал Итан. — Не то, чтобы я не верю в нас... Просто... будь осторожен с ним, хорошо?

Они стояли так, обнявшись, пока позади не раздался холодный голос: — Вот вы где. Я искал тебя, Кристофер.

Итан нехотя отстранился и оба повернулись к источнику звука. Александр стоял в дверях террасы, его силуэт выделялся на фоне яркого света из зала. Выражение его лица было невозможно разобрать, но в голосе звучало плохо скрываемое раздражение.

— Профессор Нильсен спрашивал о твоей работе, — продолжил он, обращаясь только к Крису, — Он уезжает через полчаса, и это твой последний шанс поговорить с ним. Я думал, мы обсудили важность нетворкинга.

— Обсудили они, — фыркнул Итан, и спокойным тоном ответил профессору, — А мы с Крисом обсуждали наше будущее.

Александр впервые за вечер посмотрел прямо на Итана: — Будущее Кристофера в науке. Выдающиеся умы, подобные его, появляются раз в поколение. Было бы непростительно мешать его развитию.

— Я не собираюсь мешать его развитию, — твердо ответил Итан, — Я поддерживаю его во всем. Но я также часть его жизни, хотите вы этого или нет.

Александр сделал шаг вперед, и Итан с удивлением заметил, что в его глазах мелькнуло что-то похожее на искреннюю боль.

— Вы, правда, думаете, что понимаете, о чем говорите? — тихо, но с напором произнес Александр. — Вы представляете, каково это иметь в своей голове идеи, которые могут изменить наше понимание Вселенной? Представляете, что значит жить с умом, работающим на таком уровне? Нет, не представляете. А я знаю. Я прожил эту жизнь.

Он повернулся к Крису: — Кристофер, ты стоишь на пороге великих открытий. Твоя работа имеет потенциал, который ты даже не до конца осознаешь. Ты заслуживаешь окружения, которое будет питать твой интеллект, а не сдерживать его.

— Итан не сдерживает меня, — спокойно ответил Крис. — Он предоставляет мне эмоциональную стабильность, которая фактически повышает мою научную продуктивность.

— Ты ещё молод. Поверь моему опыту, настоящее призвание требует жертв. В конце концов, тебе придется выбирать между комфортом и величием, — покачал головой Александр.

— А почему не оба варианта? — вмешался Итан. — Почему вы так уверены, что одно исключает другое?

— Потому что я пытался, — неожиданно резко ответил Александр. — И знаю цену таких иллюзий.

— То что у вас не получилось, попробовав раз, не значит что и у Криса не выйдет!

Что-то в тоне Итона заставило Александра замолчать, на мгновение его маска уверенного, успешного ученого соскользнула, и Итан увидели проблеск личной драмы.

Но момент быстро прошел, Александр выпрямился и снова стал профессионально сдержанным: — Профессор Нильсен ждет, Кристофер. Я настоятельно рекомендую не упускать эту возможность.

Он развернулся и направился обратно в зал, явно ожидая, что Крис последует за ним.

— Иди, — мягко сказал Итан. — Я понимаю, это важно для тебя. Мы позже поговорим.

Крис благодарно кивнул и сжал руку Итана перед тем, как последовать за Александром.

Оставшись один на террасе, Итан глубоко вздохнул, глядя на звезды. Ночное небо, которое минуту назад казалось таким романтичным, теперь выглядело далеким и холодным. Но где-то там, среди этих далеких звезд, возможно, были ответы на вопросы, которые так увлекали Криса. И Итан не мог, не имел права стоять между ним и этими ответами.