Нужен ты

Утром Итан проснулся от звука закрывающейся двери. Он лениво потянулся и осмотрел номер. Взгляд зацепился за знакомый стикер на прикроватной тумбочке. Это была записка, написанная аккуратным, почти каллиграфическим почерком: «Доброе утро. Надеюсь, ты хорошо отдохнул. Утренняя сессия заканчивается в 12:30. Предлагаю встретиться в холле отеля в 12:45. Крис».

Итан улыбнулся, представив, как Крис старательно выводил эти строки, прежде чем уйти. Такой простой, но трогательный жест ещё больше поднял настроение. Он поцеловал, а потом прижал записку к груди, словно это был не листок бумаги, а кусочек самого Криса.

Итан провел утро, гуляя по окрестностям и посетив небольшую художественную галерею, которую заметил накануне. Ровно в 12:45 он стоял в холле отеля, Крис ожидаемо появился с точностью до минуты, но рядом с ним шел Александр Райнер.

— Итан, — Крис выглядел немного уставшим, — На конференции я встретил доктора Райнера. Он предложил присоединиться к нам за обедом, чтобы обсудить детали моего доклада.

— Надеюсь, вы не возражаете, — добавил Александр, довольно улыбаясь, — Обещаю не злоупотреблять вашим временем. Кроме того, я хотел бы лучше познакомиться с человеком, который так важен для Кристофера.

«Надеюсь, вы не возражаете», — мысленно передразнил Итан, чувствуя, как раздражение прокатывается игольчатым валиком по спине. «Конечно, я возражаю. Ты пытаешься увезти моего парня хрен знает куда, а теперь ещё и крадёшь наше личное время. Прекрасно, просто прекрасно».

Он собрал всю силу воли в кулак, заставил себя улыбнуться и ласковым тоном ответил: — Конечно, почему бы и нет? Я буду рад узнать больше о вашей работе.

Все трое отправились в ресторан при отеле. Как только они сели за столик, Александр сразу завладел разговором, рассказывая о впечатляющих исследованиях своей лаборатории и о том, какое место в них мог бы занять Крис. Он говорил так, словно решение уже было принято.

— Команда будет в восторге от твоего подхода, Кристофер, — говорил он, отрезая кусочек стейка, — Особенно Джулия — наш специалист по вычислительным методам. Она уже знакома с твоей работой и впечатлена не меньше меня.

«О, теперь ещё и Джулия, — мысленно фыркнул Итан. — Интересно, она тоже с «пронзительными глазами» и в «элегантном костюме»?»

— Джулия Чен? — спросил Крис, и Итан заметил в его голосе нотку интереса. — Автор работы по симуляции кварк-глюонной плазмы?

— Именно, — кивнул Александр. — Джулия будет работать с тобой в одной лаборатории, думаю, вы найдете много общих точек для соприкосновения.

«Отлично! День становится всё лучше и лучше», — Итан подавил желание закатить глаза.

Заметив, что в салате Криса есть лук, который тот не особо жаловал, Итан незаметно переложил его к себе на тарелку. Затем аккуратно придвинул блюдо с хлебом ближе к Крису, точно зная, что тот предпочитает чесночный багет, который был уже почти на исходе.

Александр повернулся к Итану: — А вы, Итан? Чем вы занимаетесь, если не секрет?

— Я изучаю менеджмент, но особое место в моей жизни занимает живопись, — ответил Итан, стараясь, чтобы его голос звучал так же уверенно, как у Александра.

— Как интересно, — Александр сделал глоток вина. — Искусство — это прекрасное хобби. Я сам иногда посещаю выставки, когда выдается свободное время, это помогает отвлечься от напряженной работы.

«Хобби? Серьёзно? Снисходительный засранец», — внутренне вскипел Итан.

— Это не хобби, — Итан почувствовал, как внутри закипает гнев. — Это моя страсть и будущая профессия. После получения диплома я планирую развиваться в живописи.

Заметив, что Александр пододвинул свой стакан воды ближе к тарелке Криса, Итан как бы случайно переставил стаканы на прежние места, сопроводив действие невинной улыбкой, и чуть пожал плечами на немой вопрос мужчины.

— Да-да, — Александр примирительно поднял руку. — Разумеется. Просто в нашей среде мало кто понимает ценность... Хм... более мягких дисциплин.

«Мягкие дисциплины? Да ты просто сноб в костюме от Армани», — Итан мысленно составлял целый список колкостей, которыми хотел бы ответить.

Заметив, что Крис задумчиво смотрит на оставшийся лук в салате, Итан незаметно подцепил вилкой ещё несколько кусочков и переложил к себе. Крис бросил на него благодарный взгляд, и это маленькое признание его трудов согрело сердце Итана.

Он посмотрел на Криса, ожидая, что тот скажет что-нибудь в его защиту, но тот выглядел глубоко погруженным в свои мысли, рассеянно помешивая принесенный официантом чай. Итан не мог не заметить, как внимательно Александр наблюдает за каждым движением Криса, и это посылало волны ревности по всему телу.

— Искусство и наука не так уж далеки друг от друга, — наконец произнес Итан, легко коснувшись плеча Криса, жест, который мог показаться дружеским, но на самом деле был откровенно собственническим. — Оба требуют творческого мышления, оба исследуют мир, просто разными способами.

— Возможно, — снисходительно улыбнулся Александр. — Хотя, должен заметить, наука оперирует объективными фактами и измеримыми данными, в то время как искусство... более субъективно, не так ли?

Итан сузил глаза, мысленно представляя, как он опрокидывает бокал вина на безупречный костюм Александра.

— Субъективное восприятие тоже может быть предметом научного изучения, — неожиданно включился в разговор Крис, кладя руку на колено Итана, Александр не мог видеть этого, зато Итан просиял в этот момент так ярко, что можно было заряжатьсяя т него энергией. — Нейроэстетика, например, исследует нейронные основы эстетического опыта. Это интересное пересечение искусства и науки.

Итан благодарно посмотрел на него, чувствуя волну облегчения и тепла. Одной фразой, одним прикосновением Крис подтвердил их связь и вселил уверенность. Эта маленькая победа наполнила Итана радостью, которую он постарался скрыть за вежливой улыбкой, когда Александр уже переключил разговор на предстоящий доклад Криса.

— Кстати, о твоём выступлении, — сказал он, наклоняясь ближе, — Я просмотрел аннотации других докладов в твоей секции. Сегодня будет выступать Хироши Танака с критикой методологии, похожей на твою. Возможно, тебе стоит подготовиться к его вопросам.

Лицо Криса напряглось, взгляд сфокусировался на точке где-то между столом и дальней стеной. Его пальцы начали отбивать едва заметный ритм по краю стола: три коротких, два длинных, три коротких. Итан узнал этот жест, Крис делал так всегда, когда сталкивался с неожиданной переменой в планах.

— Я не знал, что профессор Танака будет выступать. Его критика может быть полезной и одновременно разрушающей.

Крис вернулся к своему салату, методично разделив оставшиеся ингредиенты на аккуратные секторы: помидоры в левом верхнем углу, огурцы в правом, оливки внизу и несколько колец лука, изолированных в центре, словно нежеланные гости. Он никогда не смешивал еду на тарелке, предпочитая есть каждый компонент отдельно, в определенной последовательности.

— Не беспокойся, — Александр положил руку на плечо Криса, и Итан заметил, как тот мгновенно напрягся, едва заметно отодвинувшись. Мышцы его шеи натянулись, пальцы на мгновение замерли над тарелкой. Александр, почувствовав на себе сокрушительный взгляд Итана, тут же убрал руку. — Я помогу тебе подготовиться к возможным возражениям. Мы можем обсудить это сейчас, если ты не возражаешь потратить на это немного времени.

Итан тем временем аккуратно подцепил вилкой оставшиеся кольца лука с тарелки Криса. Он видел, как напряжение немного отпустило Криса, его плечи слегка опустились, дыхание стало ровнее.

Крис выглядел явно обеспокоенным, его взгляд метался между салфеткой, которую он начал складывать идеальными треугольниками, и лицом Итана, никогда не задерживаясь на глазах больше секунды.

— Я думаю, это было бы полезно, — он повернулся к Итану, впервые за обед, фокусируясь на взгляде собеседника, — Ты не будешь возражать, если мы с доктором Райнером обсудим некоторые технические детали?

Итан был готов убить салатной вилкой этого напыщенного индюка. Он понимал, насколько важен этот доклад для Криса, но также ясно видел, что Александр использует ситуацию, чтобы изолировать его.

— Конечно, — он постарался улыбнуться. — Я понимаю, что это важно. Может быть, я пока прогуляюсь и вернусь к началу твоего выступления, что бы ты не отвлекался на мое присутствие?

— Это было бы оптимально, — с явным облегчением сказал Крис. Его пальцы прекратили складывать салфетку, и он выпрямился, как делал всегда, когда находил решение. — Моя презентация начинается в 15:30, зал B.

— Не беспокойтесь, — добавил Александр с улыбкой, которая не коснулась его глаз. — Я позабочусь, чтобы Кристофер был полностью готов к своему звездному часу.

«А без тебя он бы что, в коридоре отеля потерялся? Ты тут только потому, что мой Крис гений, и ты хочешь его себе», — Итан метнул на Александра гневный взгляд, но тут же совладал с эмоциями.

Итан ласково посмотрел на Криса, сжал его ладонь на своем колене, и поднимаясь из-за стола сказал: — Тогда увидимся на твоем выступлении, Крис. Удачи с подготовкой.

Крис кивнул, его взгляд на мгновение встретился с глазами Итана. Александр с удивлением смотрел на Криса, который ни разу не удосужил его взглядом. Итан был доволен, ведь это был редкий и ценный момент настоящего зрительного контакта с таким человеком как Крис. В первые недели он и сам мог наслаждаться им, только в моменты особой близости или когда Крис хотел подчеркнуть важность сказанного.

Выходя из ресторана, Итан оглянулся и увидел, как Александр наклонился к Крису, что-то увлеченно объясняя и рисуя схемы на салфетке. Крис слушал с тем особым выражением концентрации, которое Итан так хорошо знал — слегка наклонив голову, сосредоточенно сдвинув брови, одна из рук потянулась к карману, в котором неизменно был шарики, что отражало его растущее волнение и интерес.

«Может, надо было остаться?» — беспокоился о любимом Итан.

Частично, то, что Крис не предложил остаться с ним, не повернулся вслед, задело Итана, впервые за все время их отношений Итан почувствовал себя по-настоящему лишним.

***

Итан вернулся в отель за двадцать минут до начала доклада Криса. Зал B уже был наполовину заполнен, в основном серьезными людьми в строгих костюмах или с типичным для ученых небрежным стилем в одежде. Он нашел место в третьем ряду и сел, чувствуя себя немного не в своей тарелке среди этой академической публики.

«Боже, они все выглядят как Александр — или хотят выглядеть как он», — подумал Итан, оглядывая зал. «А я здесь в своих джинсах и футболке с принтом Ротко. Словно попал на другую планету, планету Кристоферов и Александров».

Вскоре начали прибывать новые участники, и вдруг кто-то задел его, опускаясь на соседнее место. Это была молодая женщина азиатской внешности, с короткой стрижкой и в стильных очках.

— Привет, — сказала она, протягивая руку. — Я Джулия Чен. Вы здесь на доклад Кристофера Эссель?

Итан замер. Так это та самая Джулия, о которой говорил Александр.

«Ну конечно, ещё и красивая», — кисло отметил он про себя.

— Да, — он пожал её руку. — Я Итан Сорель, друг Криса.

«Друг. Звучит так формально, так недостаточно информативно. Но что я должен сказать в этом храме науки? «Парень»? «Партнёр»? «Тот, кто знает, как Крис выглядит после оргазма»? Ещё и Крис не дал инструкций, что говорить...».

— О, вы тоже физик? — с интересом спросила она.

— Нет, — Итан покачал головой. — Я занимаюсь современным искусством.

«И сейчас она тоже посмотрит на меня с высокомерной снисходительностью», — ожидал Итан, внутренне готовясь к очередной порции пренебрежения.

— Как интересно! — в отличие от Александра, ее интерес казался искренним. — У меня всегда были проблемы с пониманием современного искусства, но я нахожу его визуально стимулирующим. Как вы познакомились с Кристофером?

— Мы учимся в одном потоке, — ответил Итан. — А вы? Вы работаете с доктором Райнером, верно?

— Да, уже третий год, — кивнула Джулия. — Александр прекрасный руководитель, хотя иногда бывает... чрезмерно требовательным. Он упоминал, что пытается привлечь Кристофера в нашу команду. Это было бы потрясающе — его работа поистине великолепна.

Она говорила с таким энтузиазмом, что Итан не мог не улыбнуться. Но её следующие слова заставили его напрячься, а новая волна ненависти к именитому ученому захлестнула его разум.

«Если бы я взглядом мог убивать, Александр уже был бы мёртв десять раз», — мрачно подумал Итан, стискивая подлокотники кресла.

— Александр очень высоко ценит Кристофера, — продолжила Джулия. — Он говорит, что не встречал такого блестящего молодого ума со времен своей собственной аспирантуры. И, между нами, — она понизила голос и продолжила, — по правде говоря, я думаю, что его интерес не только профессиональный.

— Что вы имеете в виду? — осторожно спросил Итан, готовый сорваться с места, забрать Криса и вылететь домой первым же рейсом.

«Чёртов хрыщ со своими степенями и премиями, со своим пониманием каждой формулы, которую пишет Крис, с его возможностью говорить на одном языке с моим парнем, — кипело в голове у Итана. — А чем я могу удержать Криса? Я даже не понимаю, о чём будет его сегодняшний доклад, а мог бы хоть почитать!»

Джулия пожала плечами: — О, вы же знаете, как это бывает в академической среде. Более опытный ученый находит яркого протеже, вкладывает в него свою энергию, свои идеи... Это почти как влюбленность. Я видела, как Александр смотрит на Кристофера — так он не смотрит ни на кого другого в лаборатории.

«Она говорит об этом так, словно обсуждает последний эпизод модного сериала», — в растерянности подумал Итан. «Как будто это обычное дело — такие «академические романы». Как эти люди науки могут так легко обсуждать чужие отношения, но при этом разговаривать о своих исследованиях шепотом, будто выдают государственную тайну?»

Итан почувствовал, как внутри все сжалось. Так вот что происходит? Александр не просто хочет получить талантливого ученого в свою команду — он хочет получить Криса полностью?

«А что, если Крис это видит? Что, если он отвечает взаимностью и поэтому не пресекает его действий? — паническая мысль прострелила сознание Итана. — Ведь у них столько общего. Они оба живут в мире уравнений и частиц, говорят на одном языке формул. А что у нас общего с Крисом? Кроме любви, конечно. Но достаточно ли этого, когда появляется кто-то вроде Александра — блестящий, успешный, понимающий его работу до мельчайших деталей?»

Прежде чем он смог ответить, в зале погас свет, и ведущий объявил начало доклада. Криса пригласили на сцену, и Итан увидел, как он, немного скованно, поднимается по ступенькам. За его спиной на большом экране появился титульный слайд презентации. Несмотря на внутреннее беспокойство, Итан не мог не гордиться Крисом. Он стоял перед аудиторией ведущих ученых мира, выглядя собранным и уверенным. Его голос звучал сильно и четко, когда он начал объяснять свое открытие. Большая часть доклада была для Итана набором непонятных терминов и формул, но он видел, как аудитория реагировала. Люди неосознанно подавались вперед, заинтересованно кивали, делали заметки. Даже не понимая содержания, Итан мог оценить реакцию тех, кто в этом разбирался — Крис производил отличное впечатление.

«Он сияет, — подумал Итан с гордостью и одновременно с укусом ревности. — Это его мир, его стихия. Здесь он чувствует себя как рыба в воде. А я... я просто наблюдатель, чужак, который не может по-настоящему оценить его гениальности. Александр же понимает каждое слово, каждую мысль. Он может предложить Крису то, чего я никогда не смогу — настоящее интеллектуальное партнерство».

После основной части начались вопросы. Как и предупреждал Александр, профессор Танака, пожилой японец с суровым выражением лица, задал несколько коварных вопросов. Но Крис был готов, и спокойно отвечал, иногда обращаясь к дополнительным слайдам, специально подготовленным для таких возражений.

«Спасибо, доктор Райнер, за вашу бесценную помощь», — саркастически подумал Итан, пытаясь подавить новую волну ревности. «Теперь Крис будет ещё больше восхищаться вами. Интересно, когда Александр поможет ему подобрать галстук для выступлений, он тоже наклонится так близко, почти касаясь лицом его шеи? И когда Крис отпрянет от этого прикосновения, Александр поймёт, что ему не нравится, когда его касаются? Или он решит, что это просто смущение?»

Итан молил всех богов, каких только знал, чтобы Александр больше не дотрагивался до Криса. Не потому, что боялся их сближения, хотя этот страх тоже присутствовал, а потому что знал, как некомфортно Крису от неожиданных прикосновений. Как он напрягается всем телом, как это выбивает его из колеи, нарушает его концентрацию.

«Если этот напыщенный индюк ещё раз коснётся Криса без предупреждения, клянусь, я не сдержусь», — пообещал себе Итан.

Итан заметил, как Александр, сидящий в первом ряду, слегка кивает, явно довольный ответами Криса. Вдруг их взгляды встретились, и Александр едва заметно улыбнулся, качнув головой. Не Итану, а как будто самому себе, словно только что выиграл партию в шахматы.

«Это не игра, чёрт возьми!» — внутренне вскипел Итан. «Крис — не приз, который можно выиграть. Он человек, со своими желаниями, предпочтениями, страхами. Человек, который любит зеленый чай с жасмином, который не может уснуть, если где-то капает вода, который выбивает пальцами морзянку, когда решает сложную задачу. Человек, которого я люблю — не за его гениальный ум, а за всё, что делает его Крисом».

Но глядя на то, как уверенно держится Крис на сцене, как его лицо озаряется, когда он говорит о своём исследовании, Итан не мог отделаться от мысли: «А что, если ему действительно будет лучше с кем-то вроде этих великолепно одетых ученых? С кем-то, кто разделяет его страсть к науке, кто может быть полноценным партнером во всех сферах жизни?»

Когда сессия закончилась, Крис был окружен коллегами, засыпавшими его вопросами и поздравлениями. Итан наблюдал со своего места, как Александр ловко маневрировал толпой, оставаясь рядом с Крисом, направляя поток разговора и представляя его нужным людям.

Для остальных Крис выглядел собранным и профессиональным, но Итан различал тонкие, известные только ему признаки нарастающего дистресса. Едва заметное постукивание большим пальцем по указательному, ритмичное, как метроном, помогающее Крису сохранять самообладание. Чуть более частые, чем обычно, моргания, когда очередной незнакомец подходил слишком близко. Периодическое сглатывание, словно ему приходилось преодолевать невидимый барьер, чтобы просто продолжать говорить. И эта особенная, едва уловимая скованность в плечах, которая появлялась только тогда, когда сенсорная нагрузка становилась почти невыносимой.

— Прекрасное выступление, не правда ли? — сказала Джулия, вставая. — Думаю, пойду поздравлю его лично. Вы идете?

Итан кивнул и последовал за ней. Они медленно пробирались через общающихся между собой участников конференции, пока не оказались рядом с Крисом, который как раз заканчивал разговор с одним из профессоров. Подойдя ближе, Итан заметил, как пальцы Криса поглаживали шов на манжете пиджака, маленький якорь реальности, за который он цеплялся в моменты перегрузки, когда шарики были неуместны. Его дыхание было слишком размеренным, почти механическим, признак того, что он сознательно контролировал каждый вдох, борясь с подступающей тревогой.

— Кристофер! — Джулия протянула руку, — Поздравляю с великолепным докладом. Твой ответ профессору Танаке был просто блестящим.

Крис не пожал ее руку, и Итан заметил легкую неуверенность на его лице. Микроскопическое напряжение вокруг глаз, едва заметное поджатие губ — Крис балансировал на грани своих возможностей, автоматически отстраняясь на полшага назад.

«Почему эти люди не замечают очевидных сигналов? Или кроме своих компьютеров они ничего не видят?» — сердился Итан.

— Благодарю, доктор Чен. Ваша работа так же вдохновляющая на новые открытия.

В этой безупречно вежливой фразе Итан уловил то, что другие не могли услышать, характерную, почти неощутимую монотонность, которая появлялась в голосе Криса, когда он переходил в режим «социального автопилота». Его взгляд был сосредоточен не на глазах Джулии, а на точке чуть выше ее плеча, маленькая стратегия, которую он использовал, избегая прямой зрительный контакт.

— Пожалуйста, зови меня Джулия, — улыбнулась она. — Надеюсь, мы в скором времени станем коллегами. Александр рассказал мне о твоем приглашении в нашу команду.

Итан заметил, как левая рука Криса на мгновение сжалась в кулак, непроизвольная реакция на возрастающий социальный стресс, который он пытался скрыть. Почти неуловимое напряжение челюсти выдавало, сколько усилий ему стоило поддерживать этот разговор.

— Мы все ещё обсуждаем детали, — дипломатично ответил Крис, инстинктивно двигаясь ближе к Итану.

В этом маленьком смещении было больше, чем просто физическое движение. Тело Криса бессознательно искало убежище, безопасную гавань, которой для него стал Итан. Его дыхание, до этого поверхностное и напряженное, стало чуть глубже, словно само присутствие Итана позволила ему немного расслабиться.

Он заметил его всего минуту назад и, казалось, что даже выдохнул. Не просто выдох, а освобождение, будто тяжелый груз внезапно стал чуть легче: — Итан, ты здесь. Я рад, что ты пришел.

В этих простых словах Итан услышал несказанное: «Наконец-то. Спасибо, что не бросил меня. Я на пределе». Взгляд Криса в эту секунду выдавал всю глубину его эмоционального состояния, глядя на Итана он стал открытым, почти беззащитным. В этих глазах читалась такая обнаженная, почти отчаянная нужда, что Итану стало физически больно. Это был взгляд человека, который цепляется за соломинку в бушующем море, и этой соломинкой был Итан.

— Я бы не пропустил твое выступление, — Итан улыбнулся, а его глаза искрились гордостью, — Ты был потрясающим. Даже я понял, что ты всех впечатлил, хотя половина терминов для меня звучала как заклинания из «Гарри Поттера».

Крис почти незаметно улыбнулся, но для Итана эта улыбка была как солнечный луч — первая настоящая реакция за весь день, проблеск подлинного Криса сквозь маску социальных условностей. На мгновение напряжение покинуло его лицо, и Итан увидел в его глазах то, что не могли видеть другие — безмолвную благодарность, доверие и молчаливое признание: «Только ты знаешь как мне плохо».

— Спасибо. Твое присутствие было... Пусть я тебя не видел, но просто знать, что ты где-то тут, это было поддерживающим фактором.

В его голосе проскользнула легкая дрожь, почти неуловимая, но для Итана она звучала громче любого крика. Это была та особая сторона его души, которую Крис показывал только ему. В моменте их взгляды соединились, и Итан увидел в глазах Криса всю глубину его чувств, не просто желание быть рядом, а жизненную необходимость, словно Итан был воздухом, который позволял ему дышать в этом душном океане социального взаимодействия.

В этот момент к ним присоединился Александр, положив руку на плечо Криса. Итан мгновенно уловил, как всё тело его партнёра напряглось — почти незаметное для других, но кричащее для него одеревенение плеч, микроскопическое движение подбородка, чтобы создать дополнительное пространство между собой и непрошеным прикосновением. Дыхание Криса на мгновение прервалось, а в глазах промелькнула тень паники, которую он тут же подавил.

— Руку, — почти зарычал Итан, и Александр тут же убрал ее, сделав вид, что не замечает парня.

— Вот ты где, Кристофер! Профессор Ли из CERN хочет обсудить с тобой возможность совместного проекта.

Прежде чем ответить, Крис бросил на Итана взгляд такой беспомощной мольбы, что это было почти физически осязаемо, как если бы он вцепился в его руку. В этом взгляде было всё: «Не дай мне утонуть. Я больше не могу. Мне нужен ты, а не эти проекты». Это был взгляд человека, который использовал последние крупицы своих психических ресурсов, чтобы оставаться «нормальным».

— Джулия, мистер Сорель, прошу простить нас. Нетворкинг на таких мероприятиях критически важен для карьеры, — Он кивнул Джулии и едва заметно Итану.

Крис мастерски нацепил маскировку, но Итан чувствовал его внутренний голос : «Я должен идти, но каждая клетка моего тела хочет остаться с тобой. Пожалуйста, не уходи далеко. Я вернусь к тебе, как только смогу».

Не дожидаясь ответа, Александр увел Криса, оставив Итана и Джулию стоять вдвоем. Итан видел, как Крис бросил через плечо последний взгляд, в нём была такая обнажённая, отчаянная нужда в Итане, такая чистая зависимость от его присутствия, что Итан невольно смутился, словно подглядывал за кем-то в самый уязвимый момент. Этот взгляд говорил всё, что Крис не мог произнести вслух: «Я выживаю только благодаря тому, что знаю, что ты здесь. Ты — моё единственное убежище».

— Он всегда такой, — извиняющимся тоном сказала Джулия. — Постоянно в движении, всегда с планом в голове. Хорошо для науки, сложно для общения.

Итан смотрел вслед удаляющейся фигуре Криса, чувствуя странную смесь гордости и тревоги

— Да, понимаю. Просто Крис плохо переносит большое скопление людей, и прикосновения, а ваш доктор не чувствует личных границ по ходу.

— Конференционные дни всегда сумасшедшие, — сочувственно заметила Джулия. — Кстати, после всех выступлений будет прием для участников и гостей. Обычно это более расслабленная обстановка, где можно поговорить. Вы придете?

— Я не знал о приеме, — признался Итан. — Но думаю, что да. Спасибо за информацию.

Неприятное чувство вновь катнулось слизким комом в груди, Крис явно знал о приеме после, но ничего не сказал. Не хотел брать с собой, или и сам не собирался?

Итан ещё раз посмотрел на Криса, теперь уже стоящем в дальнем конце зала. В последний момент, словно почувствовав его взгляд, Крис обернулся. Даже на таком расстоянии Итан мог прочитать в его глазах мучительную борьбу между профессиональным долгом и личными потребностями. Это был взгляд человека, для которого присутствие любимого было не просто желанием, а жизненной необходимостью, как кислород, как вода, как земное притяжение, удерживающее его от падения в пустоту.