I. Кровавый амулет

Красное небо

Империя Мидарис (Miedari emperum; Импера Мидара), Мидарская империя – Создана в 1483г. бывшим королём Мидарии Андаром Меченосцем (1441-1495гг.) в результате капитуляции восточных народов континента Нордаль в ходе Сегримской Войны (1474-1483гг.). Столица – Норхад. Занимает большую часть континента. Номинально разделена на две провинции – Хаенвальд (Запад-центр) и Сандис (Восток).

Саврина Риасай, Нагор Гедерсон. История Стархельма. Том III.

Приграничный тракт в нескольких верстах от Арвэльда, Мидарис. 1592г.

     Солнце только-только начинало показываться из горизонта. Этим утром, каждый пробивающийся сквозь кроны деревьев луч, согревал не только тело, но и душу. Пожалуй, мало что может вдохновлять так же сильно, как возвращение в свой родной дом, спустя столько лет пребывания в чужой стране. Казалось, даже неспешно скачущая лошадь сегодня была в столь же добром и задорном расположении духа, что и её наездник, Кальдвин. Путь предстоял немалый, хотя при должной скорости можно было успеть и до следующего утра. Впрочем, спешка была ни к чему. Даже свежий воздух вносил свою лепту. За три с лишним года, куда более привычным стал разряженный воздух высоких гор, или частичное его отсутствие в недрах двальдских шахт. Кальдвин с привеликим удовольствием вдыхал чистый воздух, что разносил ароматы растущих у дороги трав и близлежащих озёр. Это даже малость навевало те немногочисленные приятные воспоминания о доме, что ещё остались в душе парня. И комом возвращало ему мысли о том, зачем он все-таки сюда вернулся.      Правда, вечер уже не желал быть встреченным столь же мирно и романтично. На протоптанной копытами и колёсами тропе, которая и служила Кальдвину ориентиром, вдалеке стоял одинокий конь. Седло и поводья выдавали, что его хозяин должен быть где-то поблизости. И так и оказалось. В нескольких метрах от жеребца, где начиналось углубление к ограждающей засеянные поля лесополосе, всё более заметными стали грубые голоса, бормочущие что-то в такт дрожащим огням факелов. Тихо остановившись рядом с одиноким конём, Кальдвин слез со своего скакуна, и направился в сторону голосов, открыв для себя весьма любопытную картину: Трое мужчин, сравнительно крепкого телосложения, одетых в поношенные, рваные лохмотья, усердно перебирали содержимое нескольких кожаных сумок, пока четвёртый глумился над одним пареньком. Вид четверых оборванцев, и сама ситуация не оставляла сомнений в том, что юноша подвергся нападению бандитов.      Кальдвин, не желая оставаться безучастным, тихо и прытко вытащил из ножен, спрятанных на поясе, сравнительно небольшой клинок, длиной всего около сорока или пятидесяти сантиметров.      – Да ладно вам, – Малость устало и насмешливо прохрипел Кальдвин. – Такой прекрасный вечер. Неужто вам надобно его испортить?     – Вали, дружок, пока железку твою тебе меж булок не воткнули. – Грубо проскрипел один из разбойников, что обыскивал сумки бедолаги.      Парень лишь фыркнул, с таким тоном, будто считал своего собеседника лишь грязной подстилкой. Впрочем, пройдя мимо него, в направлении побитого юноши, он лишь подкрепил это.      – Слыш, мужик, смелым себя чухаешь? Сча исправим. – Выпалил всё тот же оборванец, привстав в боевую стойку, и расчехлив свой стилет. За ним последовали и остальные.      – Так-так.. О, ещё и на академика позарились. – Кальдвин, словно не обращая внимания на бандитов, взглянул на наряд юноши, что выдавал в нём ученика местной академии. Правда на голове был мешок. Стандартная практика местных бандитов. Таких их никто не сможет узнать. – Перевелись бандиты, никого круче бедных студентов ограбить не в состоянии.     Эти слова не на шутку разозлили стоящего рядом бандита, что и избивал студента. Не успев вытащить кинжал из ножен, ублюдок получил резкий удар кулаком в грудь. Отпрянув назад на несколько шагов, мужчина откашлял остаток воздуха в лёгких, и едва ли удержав равновесие, устремился к Кальдвину. Парень не стал ждать слишком долго, и тот же час перехватив клинок в другую руку, ударил нападавшего по плечу, совершенно выведя из строя руку бандита. Дезориентированный от боли, мерзавец вновь отпрянув назад, в этот раз не в состоянии удержать равновесие, свалился на землю.     Троица бандитов, стоявшие поодаль, с криками устремились к Кальдвину, крепко сжимая свои кинжалы. Первым напал лысый бандит в маске, попытавшись перерезать шею парня лёгким горизонтальным движением. Уклонившись, Кальдвин выбил кинжал у него из рук, и со всей силы оттолкнув, что бы тот упал. За этим последовал синхронный удар от двух оставшихся оборванцев. Оба удара со свистом и лязгом слились в один, наткнувшись на потрепанный клинок странника. Рискнув, Кальдвин ринулся вправо, бросив свой клинок, и дав разбойникам потерять равновесие. Прежде, чем они сообразили, что происходит, парень толкнул одного из оборванцев, и тот упал на землю.      Последний бандит, устояв резко повернулся к Кальдвину. Не сводя с него глаз, он поднял во вторую руку клинок путника, и приготовился нападать. В свете восходящей луны, что слабо отбивался в его кличке, парень увидел на шее бандита кулон. Деревянный ромб, внутри которого была высечена и выжжена молния. Парню был отлично знаком этот символ.     Бандит ринулся в бой, обольщенный тем, что Кальдвин просто стоял, уставившись на его амулет. Занеся клинок Кальдвина над его головой, он не успел сделать желанный выпад, и упал на четвереньки, выронив оба своих орудия. Повернувшись, он узрел Кальдвина, стоящего над ним. Пресекая попытку взять кинжал, парень поставил ногу на предплечье разбойника, и перехватив кинжал, вонзил его прямо в локтевой сустав противника, с хрустом разорвав его, и пригвоздив ублюдка кинжалом к земле. Бандит завопил и с ужасом уставился на свою руку. Через несколько мгновений его крик стих, а затем и вовсе прервался.      Странник взял свой клинок, и направился в сторону остальных разбойников. Лысый, уже оправившийся от падения, мгновенно приблизился к Кальдвину, намереваясь доделать до конца задуманный ранее приём. Ловкости верзилы хватило только на то, что бы немного повредить плащ Кальдвина. Парень перехватил готовящийся вскоре удар, и не ожидая ни секунды, полоснул мерзавца по груди его же кинжалом. По оставшейся на нём крови можно было предположить, что удар был неглубоким, но этого хватило, что бы сбить громилу с ног и лишить сознания.      Видя происходящее, третий бандит попытался прошмыгнуть мимо Кальдвина, к мешкам с добром студента, но разъярённый путник успешно его остановил, зарядив ему ногой прямо под рёбра. Кашляя, бандит обеими руками держался за живот, свалившись на землю, пока странник тихо к нему приближался. Последнее, что увидели затуманенные глаза разбойника – летящий в голову удар всё той же ногой, погрузивший мерзавца в сон.     Последний бандит, что судорожно пытался перевязать плечо, слишком поздно заметил приближающегося парня.      – Ты.. Т-ты.. П-пожалуйста, отпусти.. Я ничего не возьму, просто дай мне уйти. – Дрожащим от страха голосом выкрикивал бандит.      – Вот до чего вы докатились. Грабите беззащитных студентов, умоляете о пощаде и не можете справится с одним лишь человеком. Свора бесхребетных ублюдков. – Произнес Кальдвин таким голосом, от которого бандит, казалось, стал ещё бледнее. – Уходи, пока этот клинок не оказался у тебя в глазу. Уходи, и передай своему боссу, что я за ним приду.      Кальдвин наклонился, и глядя в глаза разбойника убийственно холодным взглядом, что-то прошептал. Услышав последнюю фразу парня, ублюдок закричал, и бросился убегать, всё ещё держась за своё плечо.

     – О чем ты говорил с тем бандитом? – Отозвался студент. Он явно желал спросить кое-что другое, но что-то его остановило.      – Долгая история. – Сухо ответил Кальдвин. – Скажи лучше, как тебя звать?      Кальдвин глянул на спутника, и наконец в лучах рассветного солнца смог его разглядеть. Стройного телосложения юноша, с беспорядочными русыми волосами и карими глазами.      – Голдри. – Ответил студент, слегка дернув за поводья, стараясь удерживать тот же темп, в котором скакала лошадь Кальдвина. – А тебя?     – Кальдвин. Просто Кальд. – вздохнул парень.     – Приятно познакомиться. – Приветливо произнес юноша. – Ты же тоже в Фадис направляешься?      Парень лишь утвердительно кивнул. Путники уже ехали в районе нескольких часов. После такой ночи особенно хотелось спать, но до города оставалось совсем немного. Кальдвин неохотно шёл на разговор, предпочитая обдумывать произошедшее, но всё же стараясь соблюдать вежливость, отвечал на нечастые вопросы Голдри.      Ближе к обеду, врата города уже предстали перед путниками. Сколько бы лет не прошло, а эти врата так и оставались весьма красивыми, ухоженными, и казались довольно крепкими, способными выдержать многие напасти. Добродушные стражники, формально остановив ребят у входа в город, запросили подтверждение на вход. Голдри показал свою нашивку студента, потрепанную во время драки, а Кальдвин показал короткое письмо, подписанное инициалами "С.Х." и украшенное восковой печатью, похожей на герб академии, что изображён на нашивке Голдри. Стражники, увидев должные доказательства, приветливо пожелали парням хорошего дня, и впустили их в город.      Совсем недалеко от ворот находилась просторная конюшня. Спрос на транспорт был большой, но помеченных хозяинами загонов было довольно мало, а лошадей в таких - ещё меньше. Голдри слез со своего жеребца, и отвёл его к загону, где красовалась надпись, свидетельствующая о принадлежности его юноше. Кальдвин проделал то же самое, но отвёл своего скакуна в самый дальний конец здания, где был его загон. Было видно, что там никого не было уже давно, но лошадка была безумно рада вернуться на своё любимое место.      – Спасибо за помощь, Кальд. И за компанию. – Оживлённо обратился Голдри, выходя из здания.      – Угу, не за что. И тебе тоже за компанию спасибо. – Попытался приветливо ответить Кальдвин, следуя за ним. – Глядишь, ещё увидимся.     На том пути странников и разошлись. Голдри, как и предполагалось, возвращался в Академию. Величественное здание, что находилось почти в самом центре города. Одновременно и престижное учебное заведение, и городская ратуша и главная достопримечательность Фадиса. Кальдвин же направился в сторону непримечательного, изрядно поросшего старого дома. Здесь он и жил, ещё до того, как уехал в Хальгард. За время его отсутствия, всё припало таким слоем пыли, что не все предметы даже можно было опознать. Бросив недалеко от входа свои сумки, Кальдвин направился на второй этаж, по скрипящей, старой лестнице. Там были всего две комнаты. В одной - одна кровать, верстак с множеством разномастных инструментов, прикроватная тумбочка, и шкаф, скорее всего для одежды. А вторую Кальдвин даже открывать не стал. Что-то внутри него не дало даже прикоснуться к дверной ручке.

     – Прошу, входите. – Произнёс старик в ответ на стук в дверь. Он сидел за рабочим столом, окружёнными внушительными книжными полками, и увлечённо осматривал чертежи.     Дверь отворилась, и в проёме появился Голдри. Не смотря на свой внешний вид и дикую усталость после дороги, он был, казалось, удивительно рад увидеться с профессором. Правда внешний вид смутил старика куда сильнее.      – Ох, Голдри. Наконец-то вы вернулись. – Приветливо, но уважительно поздоровался старец, подняв голову к юноше. – Погодите-ка.. А что с вашей одеждой? Юноша, что произошло?     – Ох.. Здравствуйте, профессор Хаммит. – Радостно ответил Голдри, присаживаясь напротив. – На пол-пути группа разбойников встретилась.     – И вы что, сами с ними справились? – Изумлённо спросил профессор, осматривая потрепанное одеяние студента.      – Да нет, куда там. – Просмеялся юноша. – Мне удивительно вовремя пришли на помощь. Кальдвин, интересный паренёк. Так ловко разделался с этими подонками. Даже как-то.. Жёстко.      – Кальдвин? – Удивление профессора достигло такого значения, что он снял свои круглые очки. – Высокий молодой человек, с чёрными волосами, голубоглазый?      – Ну.. Да, точно. – Голдри посмотрел на Хаммита с явным недоумением. – А вы знакомы?      – Знакомы, знакомы. Я и не думал, что он собирается вернуться в этом году. – Старик, малость успокоившись, откашлялся, и обратно надел свои очки.     – Кстати, об экспедиции. Я всё же добыл образцы этих камней. – Юноша, вспомнив о цели своего визита, стал рыскать по собственным сумкам, в поисках заветного свёртка. Но так и не найдя его, стал нервничать. – Ой-ой-ой.. Кажется, не всё добро при мне.      – Хм? – Профессор сложил руки на столе, поглядывая на парня. – Бандиты все-таки украли что-то?      – Не просто что-то, – Парень нервно сглотнул  – А свёрток с камнями.      – Досадно. – Профессор, явно недовольный таким раскладом, встал из-за стола. – Пока не поздно, нужно их забрать.     – Забрать? Но ведь это разбойники, как мы узнаем, куда они их спрятали? – Взволнованно спросил Голдри, направляясь вслед за Хаммитом.     – Я сейчас попробую об этом договорится. – Серьёзно ответил Хаммит. –  А вы, мистер Орвинн, пожалуйста, отдохните. Вам нужно набраться сил после поездки.     – Хорошо, профессор. – Уважительно, но виновато ответил Голдри, складывая на места вещи в своих сумках.      Профессор удалился. Вскоре, за ним последовал и Голдри, но они всё же пошли в разных направлениях. Юноша, выйдя из академии, направился в трёхэтажное здание рядом - общежитие. Во дворе было немного человек, но с парой из них Голдри всё же был знаком. Войдя в здание, и поднявшись на третий этаж по лестнице, Голдри отомкнул одну из дверей, и оказался в маленькой комнате с двумя койками, шкафом и столиком. Соседа сейчас не было, что только к лучшему. Только когда юноша уселся на свою кровать, он вспомнил, как же ему хотелось накопить на собственный дом, а не доживать остаток учёбы в этой каморке.      В то же время, профессор Хаммит уже подходил к тому самому старому домику, в котором совсем недавно осел черноволосый странник. Со скрипом открыв незапертую дверь, старец символически постучал о дверной косяк, как бы оповещая о своём прибытии. Через минуту послышался скрип лестницы, и по ней спустился Кальдвин, уже переодевшийся в домашнюю одежду: Лёгкая светлая рубашка, и тканевые брюки, что держались на слабо завязанном ремне.      – Почему-то я догадывался, что ты придёшь. – Устало произнёс Кальдвин, завидев профессора. – Что, тот студент разболтал? Голдри, кажется?      – И тебе привет, Кальд. – Не скрывая радость, ответил Хаммит. – Ты как всегда прав. Именно из-за него я здесь.      – Если бы не твоя безмерно растущая борода, я бы подумал, что ты не стареешь. – В своебразной манере усмехнулся Кальдвин, осмотрев профессора на подходе. Хоть он и пытался выдерживать относительно уважительный тон, но пошутить всё же мог себе позволить. – Чего пожаловал?      – Не делай вид, что не рад меня видеть. – Хаммит погладил свою длинную бороду. – Я, всё же, по делу пришёл.      – Не слукавлю, рад встрече. Но тут смотря какое дело. – Парень отодвинул пару стульев из-за стола, и присел на один из них.      – Наслышан о том, как ты с бандитами расправился. Благодарен тебе за защиту моего ученика. – Профессор подошёл и присел напротив. – Но в той потасовке пропали ценные материалы, которые Голдри вёз из Хальгарда. Раньше за тобой я клептомании не замечал, так что предположу, что их украл один из тех оборванцев.      – Я удивлён, что ты до сих пор во мне так уверен. – Ехидно, но сухо подметил парень, качаясь на стуле. – Хочешь, что бы я помог вернуть?      – Абсолютно верно. Я почти уверен, что ты сможешь это сделать. – Профессор поправил свои очки. – Хотя мне, признаться, довольно неловко просить тебя о таком.      – Ладно, тут наши интересы сошлись. Понимаешь ведь, зачем я вернулся? – Вздохнул Кальдвин.     – Само собой. – Немного сухо ответил Хаммит. – Но ты отдохни после дороги, спешка пока ни к чему. Только и затягивать не стоит, тот свёрток слишком ценен. – Он вздохнул, поправил очки, и встав из-за стола, направился к выходу. – Рад был повидаться, Кальд. Как-нибудь ещё загляну, расскажешь, как прошла твоя.. Поездка.      Парень утвердительно угукнул, и минуту покачавшись на стуле, закрыл входную дверь, и направился в свою комнату. Проветрив её, и стряхнув с кровати заметный слой пыли, он свалился почти без сил. После утомительной ночи хотелось только спать, и Кальдвин без задней мысли провалился в сон.

     Весеннее утро сопровождало Голдри от выхода из общежития яркими, золотистыми солнечными лучами. Но всё же, утренняя прохлада и довольно свежий ветерок так и соблазняли развернуться и пойти обратно в уютную кроватку. Лишь мысль о том, что ему нужно довести дело до конца, держала юношу на ногах. Собираясь с силами он доковылял до академии, и незамедлительно направился в кабинет профессора Хаммита. Даже для такого прилежного ученика, как Голдри, приходить в академию утром выходного дня - то ещё испытание. В непосредственной близости от массивной двери с табличкой, гласящей об имени хозяина кабинета, до парня оттуда стали доносится два знакомых голоса. Голдри уверенно постучал, и услышав разрешение, вошёл в кабинет, сразу же узрев собеседников. Хаммит, в привычной манере сидел за своим столом, оперевшись на спинку кресла, и почесывая свою густую длинную бороду, которая делала его похожим на стереотипного колдуна. Кальдвин стоял недалеко от него, оперевшись на книжный шкаф и скрестив руки на груди. В свете утреннего солнца, его чёрные волосы отблескивали едва заметной синевой.     – Здравствуйте, профессор, и.. Кальдвин? – Сонным, но удивлённым голосом поздоровался Голдри.      – О, вот и все в сборе. – Сухо сказал Кальдвин, приветственно махнув юноше рукой.      – Ближе к делу. Сегодня вы идёте отбирать у шпаны камни. – Серьёзно произнёс профессор, наклонившись к столу.      – Признай, что общение со мной на тебя плохо влияет. – Просмеявшись, ответил Кальдвин.     – То есть.. Мы прямо к бандитам в логово залезем? – Изумлённо спросил Голдри, пытаясь понять, что его удивило сильнее: Манера общения этих двоих, или внезапная инициатива от профессора.     – Совершенно верно. – Откашлявшись, ответил Хаммит. – Вы, мистер Орвинн, пойдете искать камни, а Кальдвин будет вас сопровождать.     – Когда выдвигаемся? Это не слишком опасно? – С опаской продолжал спрашивать юноша.      – Выдвигаемся по готовности, желательно сегодня. Про безопасность не ручаюсь, но я сомневаюсь, что эта сранная гниль сейчас на что-то способна. – Продекламировал Кальдвин.     – Кальд, не выражайся в стенах академии! – Слегка стукнув по столу, выпалил профессор.      – Если по готовности, то я, думаю, готов. – Отозвался Голдри. – Мне только одну вещь в общежитии взять, и всё.      – Я, в целом, тоже готов. Буду ждать у конюшни. – Ответил Кальд, направившись к двери.      Только когда парень выходил из кабинета, Голдри заметил ножны, закреплённые у него на поясе, что скрывался за плащом. В них укромно лежал тот самый клинок.      Через четверть часа Голдри уже стремительно приближался к конюшне, где уже стоял Кальдвин, поправляя седло и беседуя со своей лошадкой. Перекинувшись с ним взглядом, юноша спешно вывел из стойла своего скакуна, принялся подготавливать его к поездке, и, в конце концов, оседлал его.      – Если всё пойдёт по плану, то я могу привести нас к их логову. – Произнес Кальд, садясь на в седло.      – Тогда веди, Кальд. Надеюсь, всё пройдёт гладко. – Неловко ответил Голдри.

     Дорога заняла от силы полчаса, хотя лошадкам пришлось довольно хорошо побегать. Порядком восточнее города находилась старая ферма, которую уже давным-давно никто не хотел ремонтировать. Хотя, с первого взгляда она в ремонте не нуждалась, но для жизни едва ли была пригодна.     Привязав лошадей неподалёку, парни направились к домику рядом с фермой. Он выглядел куда плачевнее, но именно его парень и заприметил. Крыша уже давно провалена, на стенах стал проглядывать кирпич, местами покрытый плесенью. С трудом пробравшись к дальней комнате, что скорее всего некогда была скромной спальней, Кальдвин остановился, и стал осматривать помещение. Дверь была хлипкой и гнилой, но металические петли, казалось, были довольно уложенными. Облезлый ковёр был заметно притрушен пылью, но один его уголок был чист, и к тому же, малость задрат. Кальдвин, не долго думая, откинул ковёр, и открыл вид на деревянный люк в полу, за которым скрывалась крутая лестница вниз.     Прислушавшись к обстановке на улице, парень жестом показал Голдри спускаться вниз. Сам он медлить не стал, и прикрыв закрывающийся люк ковром, устремился за юношей, подсвечивая путь зажигалкой. Спуск оказался довольно долгим. У основания лестницы раскинулся очень просторный подвал, местами усеянный ящиками, бочками и мешками. К одной из стен был приставлен пыльный шкаф. Каменный столб, что выполнял роль главной опоры, был украшен факелами, что достаточно ярко освещали помещение. В некоторых стенах были выкопаны полноценные комнаты, прикрытые импровизированными деревянными дверями. Тишину прерывал лишь голос Кальдвина.     – Эти идиоты действительно всё ещё здесь живут. – Разочарованно вздохнул мечник. – Поищи свои камни. Я думаю, тот индюк притащил их сюда.      – Откуда ты знаешь это место? – Настороженно спросил Голдри, обыскивая близлежащие ящики.     Кальдвин промолчал. Поиски не продлились долго, но в итоге обысканы были почти все ящики в основном помещении. Свёрток, что лежал в бочке с какими-то бумагами и металлоломом, оказался небрежно вскрыт, а его содержимое заметно уменьшилось в количестве. Но Голдри, не желая оставаться в этом месте, тщательнее замотал остаток камней, и положил их в свою сумку.      – Тут явно не всё, но я думаю, на исследование хватит. Как знал, что "с горкой" взял.      – Тогда пошли на выход. Тебе здесь делать тоже нечего.      Ребята направились к выходу. Стоило Голдри ступить на первую ступеньку, как сверху послышались приглушённые голоса. Кальдвин одернул Голдри от лестницы, и стал прислушиваться. Четверо, если не пятеро, в привычной для здешних разбойников манере, что-то обсуждали и смеялись. Когда голоса стали резко громче, стало очевидно, что они направляются вниз.     Парни, не став испытывать судьбу, стали прятаться, кто куда. Кальдвин спрятался в тёмную нишу под лестницей, а Голдри попытался скрыться в шкафу, среди рваных тряпок, надеясь, что его там не найдут.      Один за другим, бандиты стали заходить в помещение. Их всё же оказалось четверо. Двое стали копаться в мешках, один стремительно скрылся в одной из комнат, а последний, отбросив какую-то глупую шутку в сторону своих напарников, направился, как показалось Кальдвину, в сторону того самого шкафа. Голдри, слыша приближающиеся шаги, вжался в боковую стенку шкафа, и попытался сильнее прикрыться нависшей над ним одеждой. Это не помогло. Открывший шкаф разбойник незамедлительно встретился с Голдри взглядами. Это оказался тот же оборванец, которого Кальдвин отпустил в ту ночь.      – Зырьте, у нас тут гость! – Грубо воскликнул бандит, принявшись вынимать Голдри из шкафа. – Что, побрякушки свои пришёл отнять?      – Не отнять, а вернуть! – Набравшись смелости, возразил Голдри, и попытался пнуть бандита ногой, на что получил кулаком в живот.     – Ай, босс, вы гляньте, смелый какой. – Просмеялся один из разбойников.      – Сюда его тащите. – Донёсся холодный голос из одной из комнат, куда ранее удалился третий бандит.      Повинуясь приказу, двое ублюдков понесли Голдри в комнату, попутно всыпав ему пару раз по животу. Кальдвин, не став медлить, дождался, когда все уйдут, и выбрался из своего укрытия. Прислушавшись к приближающимся шагам, он тихо и скрытно вытащил клинок из ножен. Молчаливый бандит, что ранее копался в мешках, намеревался продолжить своё занятие. Кальдвин, тихо подобравшийся к разбойнику со спины, резко закрыл ему рот и нос рукой, и прислонил клинок прямо к его горлу. Ублюдок стал судорожно брыкаться, и пытался закричать. Резко и точно, слово скрипач, что играет на своём инструменте, Кальдвин провёл лезвием клинка по горлу бандита. По его грязной рубахе тут же полились кровавые струи. Приглушённое мычание стихло, а его руки опустились. Убедившись, что мужчина больше не представляет опасности, Кальдвин оттолкнул труп, и с грохотом бросил его на пол. Прибежавшая на звук пара бандитов, в лице старого знакомого с перебинтованным плечом и строка тощего мужчины с бородой, завидев Кальдвина, стоящего возле трупа их соратника, тут же схватились за мечи, и с криком устремились к нему.      Пинком отбросив раненного разбойника, Кальдвин скрестил клинки с бородатым. Силы в нём было значительно больше, чем казалось на первый взгляд, но это ему едва ли помогало. Резким толчком, Кальдвин парировал удар бандита, и провёл по его торсу глубокий диагональный порез, что окончательно выбил мужчину из строя. Едва ли успев увернуться от подоспевшего удара второго бандита, Кальдвин ударил навершием своего клинка по его раненному плечу. От этого разбойник пошатнулся, но попытался удержаться. В его глазах читалась растерянность и некий страх, но он твёрдо стоял на ногах. Замахнувшись и закричав, бандит сделал резкий выпад, что заставил Кальдвина прибиться к ближайшей стене, но он всё равно смог выбить меч из рук ублюдка, точным ударом клинка. Оказавшись без оружия, он попятился назад, и споткнулся о труп товарища. Подходящий к нему Кальдвин, крепко сжимающий клинок в руках, наступил бандиту на колено, и замахнулся, что бы сделать удар. Лишь в последний момент его остановил голос, что принадлежал последнему из головорезов.     – Браво. Всё ещё держишь планку, даже после стольких лет. – Уважительно произнес мужчина, опершись на стену, и хлопая в ладони.      Бросив беглый взгляд на мужчину, Кальдвин всё равно свершил задуманное, и резким рубящим ударом вонзил клинок в шею бандита.     – Фаджи. – Холодно и презрительно процедил парень. – Удивлëн, что ты ещё жив.      – А чего мне помирать? Мне рано, я ещё молод. – Насмешливо произнёс Фаджи, свысока смотря на Кальдвина.      – Ошибаешься. Самое время. – Прошипел Кальдвин, устремившись к собеседнику резким рывком.      Фаджи, молниеносно увернувшийся от удара, достал свой меч, и слегка полоснул Кальдвина по голени. Парень пошатнулся, но этот порез был не слишком силён, что бы сбить его с ног.      – Да ладно тебе, не кипятись. Ты разве не рад видеть старого друга?      – Какие у тебя интересные представления о дружбе.      Кальдвин, перехватив меч в другую руку, провёл резкий горизонтальный взмах, напоровшись на клинок Фаджи. В свете факелов, его волосы казались ещё краснее, а насмешливая улыбка, искажённая шрамом на левой щеке, походила на зловещую гримасу.     Голдри, наконец оправившийся от ударов, выглянул из комнаты, и стал наблюдать за потасовкой. На сей раз он мог свободно узреть, на что способен Кальдвин.Фаджи умело парировал удар Кальдвина, и оттолкнул его к колонне с факелами, зарядив ему ногой в живот. От удара Кальдвин закашлял, и на секунду зажмурился. Удар был такой силы, что один из факелов выскочил из крепления, и упал на пол. Пламя стремительно распространилось на близлежащий тканевый мешок, и он стал несмешно разгораться.      – Ой-ой, кажется, мне пора. Не охота тут с тобой погореть. – Воскликнул Фаджи, сложив меч в ножны, и стремительно став подниматься по лестнице, перескакивая через ступеньку.      – Кальд! Ты как? – Вскинул Голдри, подбежав к Кальдвину, и помогая ему подняться.     – Кха-кха.. Бежим отсюда, скорее. Огонь слишком быстро расгорается. – Прокряхтел Кальд.     Быстро поднявшись по лестнице, парни обнаружили, что люк подпëрли чем-то снаружи. Огонь подступал слишком быстро. Первые ступеньки уже начинали гореть. Голдри, приложивший все силы, ударил по люку несколько раз, что позволило хоть немного его приоткрыть. Приложив ещё немного усилий, парень смог полностью его открыть, и выбраться наружу. За ним последовал и Кальдвин.      – Сука.. И не лень же ему было дверь подпирать. – Грубо проговорил Кальдвин, держась за ногу. – Пошли отсюда. Сомневаюсь, что мы его догоним.      Голдри направился к выходу. Идущий за ним Кальдвин, хромая, отряхивал свой плащ. Вдруг, резкая боль пронзила его левое плечо. Парень даже меч упустил от неожиданности. Фаджи, спрятавшийся в одной из комнат, решил напасть в самый подходящий момент.     – Да че ты дергаешься? Я даже нормально по сердцу попасть не успел! – Недовольство сказал мужчина.      Кальдвин, попятившись, упал, оперевшись на стену, и держась за рану. Он знал, что Фаджи не промахнулся. Он просто играл.      – Ладно, я погорячился, ты все-таки теряешь хватку. – Произнёс мужчина, направляясь к Кальду.      – Сначала со мной разберись. – Внезапно отозвался Голдри, взявший в руки меч Кальдвина.      Фаджи хмыкнул, и перехватив клинок в другую руку, направился к Голдри. Юноша сделал импровизированный выпад, и скрестил клинки с разбойником. Меч в его руках дрожал, но он старался устоять. В конце концов, мужчина парировал удар, и выбил оружие из рук Голдри. Прежде чем клинок его упал, лезвие успело нанести не большой порез на ключицах юноши. Вернув на лицо свою зловещую, мерзкую улыбку, головорез приблизил остриё клинка к подбородку Голдри, и прижал того к стене.      Резко взмахнув, Фаджи собрался перерезать парню горло, но ему помешал поднявшийся Кальдвин, который крепко схватил мужчину за руку. Обернувшись, он встретился взглядом с Кальдвином. Его холодный взор, полный ненависти и поглощающей пустоты, смотрел мужчине прямо в душу. Фаджи вырвался из хватки парня, и попятившись назад, попытался ударить Кальдвина. Парень, заблаговременно поднявшись свой клинок, блокировал удар. Огонь перебрался в дом, и полностью охватил спальню, где был расположен вход в подвал. Скрестив мечи, Кальдвин и Фаджи стояли посреди заполняющегося огнём помещения.       Растерянный, Голдри поднял с пола кирпич, что давно свалился с одной из стен, и со всей силы бросил его под колено Фаджи. Нога мужчины подломилась, и стойка нарушилась. Кальдвин смог этим воспользоваться, и выбив оружие из рук мужчины, вонзил свой клинок ему в плечо. Фаджи попятился к стене, и упал.      – Гнида малая. Кто тебя просит в чужие разборки лезть? – Прохрипел Фаджи, обращаясь к Голдри.     – Фаджи. – Холодно произнёс Кальдвин.      Фаджи не успел обернуться. Кальдвин вонзил ему клинок меж рёбер, и резко провернув, вытащил его. Последнее, что увидел мужчина - собственное отражение. Отражение во взгляде Кальдвина, что был холоден и пуст, словно самая глубокая морская впадина.     Испустив последний вздох, Фаджи выронил амулет, что держал до этого обмотанным вокруг кисти. Окровавленное золотое сердце.

     – Как ты? Как плечо? – Взволнованно спросил Голдри, помогая Кальдвину слезть с лошади.      – Нормально. – Сухо прокряхтел тот в ответ. Двигаться всё ещё было трудно. Досталось ему знатно, но признавать своё положение парень принципиально не желал. Лишь крепко перевязал плечо куском ткани.      Стараясь снизить степень храмоты, Кальд малость уменьшил длину шагов. Не желая обгонять его, Голдри тоже сдавил шаг. Так они и добрались до здания академии. Взобраться на второй этаж, конечно, оказалось тем ещё испытанием, но добравшись до кабинета Хаммита, парни наконец могли себе позволить расслабится. Отворив дверь, на сей раз без стука, они ввалились в кабинет, и с порога ошеломили её единственного обитателя.      – Голдри, Кальд, вы как? – Удивлённо вскинул профессор, подорвавшись из-за стола.      – Всё на месте, не парься. – Триумфально вздохнул мечник, присев на ближайший стул.     – Да черт с ними, с теми безделушками, вы чего в медпункт в первую очередь не пошли? – Строго продолжал Хаммит, взмахнув рукой.      – Ну так, отчитаться явились. – Вмешался Голдри. – А Кальд сам к врачу не захотел.     – Бегом к доктору. Вы тут протекаете, а мне потом кабинет отчищать. – Вскинул профессор, помогая Кальдвину встать, и намереваясь проводить их до медпункта.     Добравшись до местного медпункта, что как назло, находился на этаж ниже, Хаммит и Голдри сопроводили Кальда. Юноша, недолго покопавшись в сумке, достал тот самый потрёпанный свёрток.     – Вот. Тут не всё, но для исследования должно хватить. – Парень протянул свёрток профессору.      – Да, спасибо. Приступлю, в скором времени. – Ответил Хаммит, недолго несколько мгновений промолчал. – Тебе, кстати, тоже не помешало бы рану обработать.      Голдри лишь утвердительно кивнул головой, и зашёл в дверь медпункта, где медсестра во всю латала Кальдвина.

     Вся следующая неделя прошла жутко скучно. Но когда плечо и нога уже чувствовали себя более уверенно, Кальдвин незамедлительно приступил к работе. Первым делом пришлось освободить основное помещение от лишних вещей - бочек, тумбочек и мешков. Приставив к стенам два круглых столах, что доселе пылились в одной из заброшенных комнат, Кальдвин приступил к облагораживанию собственноручно созданной барной стойки, что была наспех склепана из остатков старого шкафа. В центре, ближе к лестнице наверх, расположился стеллаж с разномастными кружками, бокалами и стаканами, а прямо под ним - три массивных бочки, где удобно можно было бы хранить согревающее пойло. Много чего ещё оставалось подготовить и сделать, но принимать первых посетителей можно было уже сейчас.     Словно о том же подумал и Хаммит. Входная дверь отворилась, заставив звенеть висящий над ней колокольчик, и в проходе появился знакомый силуэт.      – Пустовато для бара, нет? – С ухмылкой произнёс профессор.      – Мы пока не открылись, так что не налью. – Парировал Кальдвин.      – Какой ты гостеприимный. Я, кстати, по делу зашёл.      – Валяй.      Профессор достал мешок, и положил его на стойку. Металлический звон при этом, выдавал в содержимом монеты.     – Спасибо, Кальд. Я знаю, что не такого ты по приезду ждал, но я всё же благодарен тебе за оказанную помощь. Надеюсь, этих монет будет достаточно.      Кальдвин промолчал. Поглазев на мешочек какое-то время, он убрал его за стойку, и поставил на его место два стакана. Отойдя, и поднявшись на второй этаж, он незамедлительно вернулся, с бутылкой в руках. Зайдя обратно за стойку, парень с характерным звуком отворил сосуд, и налил по трети каждого стакана.     – Ну я и говорю, примерный бармен. – Усмехнулся старик, взяв ближайший к себе стакан.      Поболтав немного содержимое стакана, и полюбовавшись ярким янтарным цветом, старик за несколько глотков выпил, и вздохнул.     – Амулет у тебя? – Вдруг спросил Хаммит.     – Откуда ты знаешь?     – А ты думал, я тебя за камнями посылал? Ну?      Кальдвин покопался в кармане, и достал тот самый амулет. Уже очищенный и ярко блестящий. Такой же амулет, какой он ещё ребёнком видел у отца незадолго до его пропажи. Нет, не такой же. Это был точно тот самый амулет.      – Забирай. – Он посмотрел на профессора сложным взглядом. – Не объяснишь?      Хаммит вздохнул. Разговор предвещал быть очень долгим.