Глава 7 "Тени заботы и ревности"

Дазай, едва прикрыв за собой дверь, сунул руки в карманы пальто и вышел на улицу. Утро было прохладным, влажный воздух тянул запахом свежесваренного кофе из ближайшей кафешки. Он привычно закинул на плечо сумку, ту самую, в которой вместо ноутбука или документов лежали аккуратно уложенные медицинские инструменты, упаковки перчаток и стопка карточек с записями пациентов.

Шёл он медленно, но с каким-то ленивым постоянством человека, который знает: опоздает он или нет, всё равно начнёт день так, как захочет.

- Ах, Чуя-чан, - пробормотал он себе под нос, чуть усмехнувшись. - Если бы ты только знал, какая очередь меня ждёт...

Его работа всегда вызывала вопросы. Вряд ли кто-то, глядя на этого вечно ухмыляющегося типа с бинтами, мог подумать, что он уважаемый специалист, да ещё и гинеколог. Но именно в этом и была прелесть: пациенты порой в первый момент терялись, видя его, а потом... потом всё шло по его сценарию.

К клинике он подошёл как всегда, чуть опоздав, но без намёка на спешку. Перед стеклянными дверями на секунду задержался, поправил галстук, глянул в своё отражение и позволил себе ту самую фирменную, слегка хищную улыбку.

- Доброе утро, доктор Дазай! - встретила его медсестра, едва он вошёл.

- Доброе... - протянул он, кидая на стойку пачку свежих направлений. - Ну что, кого у нас сегодня больше - нервничающих или скандальных?

- Как обычно, ровно пополам, - фыркнула она.

- Прекрасно, - кивнул он и направился в свой кабинет.

Внутри он сбросил пальто, включил ноутбук, привычным движением проверил ящик с инструментами и на мгновение прислонился к спинке кресла, прикрыв глаза.

Перед ним был целый день работы, разговоров, осмотров, успокаивающих улыбок и тех тонких психологических игр, которые он вел мастерски. Но где-то на фоне уже вертелась мысль, вернувшись домой к Чуе, он снова увидит его.

И, возможно, расскажет ему о паре забавных случаев. Или, что более вероятно, специально что-то приукрасит, просто чтобы увидеть, как Рыжик нахмурит брови и скажет: "Ты вообще нормальный?"

В этот момент в дверь раздался вежливый, но настойчивый стук.

- Войдите, - произнёс он, не отрывая взгляда от бумаги.

Дверь приоткрылась, и в кабинет зашла женщина лет тридцати пяти, в строгом, но элегантном платье, с аккуратно собранными в пучок волосами. Она держала в руках небольшую кожаную сумочку, а на лице читалась лёгкая усталость, будто день у неё начался не слишком удачно.

- Доброе утро, доктор, - сказала она тихим голосом, садясь в кресло напротив.

Дазай поднял глаза, скользнул по ней быстрым, но внимательным взглядом, в котором смешивались профессиональный интерес и лёгкая насмешка.- Доброе. Что вас беспокоит?

Женщина начала рассказывать, осторожно подбирая слова, о том, что последние недели страдает от головных болей и бессонницы. Дазай слушал вполуха, периодически записывая что-то в блокнот, а затем поднялся и привычным движением достал из шкафа тонометр.

- Всё ясно, - заключил он, вернувшись на своё место. - Ничего критичного. Я выпишу вам курс, и через неделю всё пройдёт.

Дазай, закончив осмотр, поднял взгляд на женщину, что сидела перед ним. В её глазах всё ещё оставалась тень тревоги, но теперь в ней сквозило облегчение, словно слова врача оказались для неё спасательным кругом. Она поблагодарила его тихо, почти шёпотом, положила на стол аккуратно сложенные купюры и, поправив сумку на плече, неспешно вышла за дверь. Шатен наблюдал, как она выходит, аккуратно прикрыл за собой дверь.

В кабинете на мгновение воцарилась тишина. Дазай позволил себе короткий вдох и сразу же за этим в коридоре послышались новые шаги. Следом за первой пациенткой пришли ещё трое или четверо, один за другим. Он привычно принял их, выслушал, сделал записи, ответил на вопросы, всё это текло в своей отлаженной, почти механической последовательности.

Время шло, и стрелки на настенных часах медленно приблизились к полудню. Солнце уже поднялось достаточно высоко, заливая комнату мягким, но настойчивым светом. Шатен бросил беглый взгляд на часы, и в его голове промелькнула мысль, что утренние приёмы можно считать завершёнными.

Он отложил ручку, закрыл папку с записями и поднялся из-за стола. Тянущее ощущение в спине напомнило, что пора сделать паузу. Решив, что сегодня можно позволить себе немного роскоши, он направился в современный, дорогой ресторан, где интерьер сиял стеклом и металлом, а из кухни доносились ароматы свежих блюд, от которых невольно становилось теплее.

***

Тем временем у Чуи дела обстояли куда менее насыщенно. Он сидел на диване, лениво листая ленту в телефоне, и откровенно скучал. Картинки и видео мелькали перед глазами, но ничто не цепляло внимание. Мысли упорно возвращались к Дазаю.

Сначала это было просто лёгкое воспоминание как он, чуть наклонившись, внимательно осматривает пациента, его привычная полуулыбка, спокойный взгляд. Но чем дольше Чуя думал об этом, тем сильнее внутри зарождалось неприятное чувство. Он поймал себя на том, что ревнует.

Ревность подкрадывалась медленно, почти незаметно, но с каждой минутой начинала жечь всё сильнее. Чиби прекрасно понимал, что Дазай, врач, и его работа как раз в том, чтобы заботиться о пациентах, уделять им внимание. Но внутри всё равно неприятно скручивало, ведь этот самый взгляд, эти мягкие, будто невзначайные прикосновения, были не только для него.

Он нахмурился, пролистал пару видео, но уже не видел, что на них. Мысли продолжали вертеться вокруг одной и той же картинки, Дазай с кем-то другим. Это злило. Злило сильнее, чем он был готов признать.

Чуя стиснул телефон в руке. Четыре года... Четыре года подряд он ходит именно к нему. Он доверял ему, привык к его голосу, к его манере говорить, к его шуткам, которые понимал только он. И всё это время Дазай был его врачом, его и ничьим больше. Или, по крайней мере, Чуя хотел в это верить.

Но теперь, стоило вспомнить, что есть и другие пациентки, он чувствовал, как внутри поднимается раздражение, смешанное с обидой. Ему совсем не нравилась мысль, что кто-то ещё получает то внимание, которое он привык считать своим.

Чиби всё ещё ощущая внутри себя раздражение и лёгкую тревогу, машинально поставил чайник на плиту. Его пальцы сжали упаковку с ромашковыми цветами чуть крепче, чем нужно, сухие лепестки тихо зашуршали, словно протестуя против грубого обращения. Пока вода начинала медленно закипать, он ходил по кухне туда и обратно, делая несколько глубоких вдохов, пытаясь сбросить нарастающее напряжение.

Заварив чай, он сел за стол и сделал пару осторожных глотков. Мягкий, едва уловимый вкус ромашки напоминал о безмятежных вечерах в детстве, но сейчас это воспоминание не приносило привычного успокоения. Напротив, внутреннее беспокойство словно крепчало с каждой секундой.

- Черт... - тихо выдохнул Чуя, глядя в окно на медленно пробегающие мимо облака и редкие прохожие, торопливо прячущиеся под зонтами. Его мысли опять возвращались к Дазаю, к тому, как тот сейчас в кабинете принимает пациенток, тех самых, которые вовсе не он. Чуя ощутил болезненную нотку ревности, некую жгучую неловкость, как будто это несправедливо, разделять его внимание с другими.

Он скрипнул зубами, стараясь унять беспокойство, но оно не поддавалось контролю. Желание убежать отсюда, сменить обстановку, стало невыносимым. Быстро ополоснув кружку, он решительно встал и направился в свою комнату.

Выбирая одежду, он остановился на тёмном пальто и любимой шляпе привычном и надёжном, словно броне от всех тревог. Чуя был словно готов отправиться на важную миссию, хотя на самом деле просто хотел уйти куда-то подальше, в мир, где не было бы мыслей о ревности и одиночестве.

Он взял ключи, закрыл дверь квартиры за собой и глубоко вдохнул свежий, прохладный воздух улицы. Холодный ветер обнял его, пробираясь под пальто, заставляя дернуться. Но вместе с этим пришло облегчение, смена обстановки казалась тем самым глотком свободы, который нужен было сейчас.

В голове металась мысль: "Пойти просто прогуляться, раствориться в толпе... или всё-таки заглянуть в какое-нибудь уютное кафе? Выпить горячего кофе, прочитать книгу или просто сидеть, наблюдая за людьми"

Чуя шагнул на тротуар и направился вперёд, решая, что сделает на самом деле. Он не знал, что за поворотом его ждёт нечто неожиданное, встреча, которая перевернёт весь этот день с ног на голову.