12. Пролитые чернила

Солнечные лучи пробивались через круглое окошко, падали на пол, на низкий столик с утонченным чайным сервизом, а также на глубоко спящего юношу, заботливо укрытого тёплыми одеялами. Пока он спал, слуги обработали его раны и даже мелкие ожоги, переодели в лёгкие шелковые одежды для сна и запалили ароматные благовония.

Тени от ресниц на щеках задрожали, веки медленно разомкнулись. Ло Юй открыл глаза и осмотрел комнату. Рядом, опираясь о балки балдахина, стоят высокий рогатый мужчина в свободных черных одеждах с зелёными вышивками, в солнечным лучах особо прекрасно сверкали его малахитовые глаза.

- Старейшина Ян Лэй? - Ло Юй приподнялся на локтях и взглянул на гостя.

- Ло Юй, - произнес Ян Лэй, - Ло Юй... Что за мальчишка. Ты не смог спасти родителей и братьев. Действительно неблагодарный ребенок. Нагрубил отцу, оттолкнул матушку. Даже Хуанъин Лижэнь не пошел в Медный дворец, чтобы дождаться твоего пробуждения, он оставил тебя. Теперь ты никому не нужен на всем белом свете. Никто в тебе не нуждается, - усмехнулся старейшина.

- Ян... Лэй? - севшим голосом переспросил Ло Юй.

- Но ты можешь навсегда остаться в Медном дворце, в Тун Чэне. Здесь ты будешь нужен. Мне, - мягко улыбнулся Ян Лэй, и его призрачная улыбка тут же растворилась в сознании Ло Юя.

Он проснулся. Это был не обычный сумбурный кошмар, преследующий его от ночи к ночи; скорее, странный и слегка диковатый сон, ничего, собственно, не означающий. Юноша рывком поднялся с постели и осмотрелся. Комната и вправду была пуста; за окном была глубокая звёздная ночь.

Ло Юй вернулся в постель, свернулся, словно пытаясь защититься, и стал размышлять обо всем, что произошло.

Кто-то расчленил жителей деревни Фэн и поджёг дома. Раз - и первая слезинка пробежала от уголка глаза к виску и исчезла в волосах.

Погибла его семья. Два - и вторая слеза не заставил себя ждать, вскоре и третья.

С каждой мыслью Ло Юй начинал все сильнее и сильнее всхлипывать, пока всё-таки не разрыдался. Он не смог никого спасти, ни жителей, ни свою семью: родную матушку, отца, братьев. Все они погибли ужасной, мучительной смертью, поэтому в скором времени деревня Фэн, а, если быть точнее, то, что осталось от нее, может стать настоящим адом, рассадником нечисти, которая будет терроризировать близлежащие земли.

Ло Юй долго плакал, представляя, как неупокоенные души жителей преследуют торговцев, что проезжают мимо сожженной деревни, пугают жильцов домов недалёких поселений... Долго плакал, думая о том, что на его голову слишком многое свалилось.

«Я отверг свою семью из-за привязанности к неизвестному прошлому, - корил себя Ло Юй, доставая из-под шелковых одежд нефритовую подвеску, - пора уже перестать думать, что мне нужно беречь это, пусть это и единственное, что осталось от моих родителей. Может быть, даже не от них»

С этими мыслями Ло Юй снял ее с шеи впервые за долгие годы, долго в слезах рассматривал странные символы, а после со злостью разломал ее напополам и вышвырнул в окно.

- Прощай, прошлое. Впереди только свет. Больше не хочу повторять свои ошибки. Не хочу думать об этой дешёвой подвеске как о чем-то особенном. Прошлому больше нет места в моей жизни, - дрожащим голосом произносил Ло Юй. Это нефритовое украшение долгие годы было для него поддержкой. Он не знал, кто его настоящие родители, поэтому позволял себе помечтать, что когда-нибудь эти странные символы откроют ему невероятную правду. Теперь этот загадочный предмет разломан на две части и покоится где-то в траве.

Отныне есть только настоящее, только реальность, и никаких больше мечтаний о несбыточном.

Стараясь никого не разбудить, Ло Юй бесшумно выскользнул из покоев. Он впервые за всю свою жизнь был в таком богатом доме, поэтому шел медленно и осторожно, стараясь ничего ненароком не задеть и заинтересованно рассматривая окружающий его интерьер, изящные детали которого были освещены лишь тусклым лунным светом. Этим днём Ло Юю было совсем не до интерьера.

Уже ночь. Выходит, огонь уже должен был добраться до деревни Да, смог ли Ян Лэй помочь юэлян сяншуй? Все ли в безопасности? Никто ли не пострадал?

Дворец был пуст и тих, где-то вдали, за высокой оградой, слышалась приглушенная музыка цитр, хохот и чьи-то громкие голоса. Звёздные демоны действительно жили праздно и беззаботно в Тун Чэне.

Тун Чэн сам по себе представлял огромный город, огражденный высокой стеной с наблюдательными пунктами. Ближе к ней были дома победнее, пусть и выглядели они в тысячу раз роскошнее родного дома Ло Юя. Там, вероятно, жили военные со своими семьями, чтобы в случае нападения сразу приступить к защите города. Центр, в котором и находился Медный дворец, окружали богатые многоярусные дворцы, храмы и дорогие магазины.

Ло Юй долго шел по дворцу, то и дело разглядывая яркую луну, виднеющуюся за необычными широкими окнами, пока, в конце концов, не заметил в дальней комнате свет. Он медленно прошел к открытой двери и заглянул внутрь...

Это была большая комната с высоким потолком, но почти наполовину она была заполнена нескончаемыми стопками свитков и документов, а в центре стоял совсем не маленький стол, на котором творилась полная вакханалия из чернил, бумаги и разбросанных кистей, а за ним, собственно, спал сам виновник неразберихи. По всему было видно, что он чертовски устал и сил не то, чтобы убрать за собой, даже на возвращение в свои покои не было.

Ло Юй тихо прошел в комнату и рассмотрел бумаги, лежащие перед спящим старейшиной.

«Регистрация нового района Тун Чэна, операция по скорому строительству нового участка и стены вкруг него высотой в 20 чжанов*»

*Один чжан равен 0,3 м. 20 чжанов = 6 м

«Регистрация новых жителей Тун Чэна»

«Приказ о заселении пострадавших беженцев в военный район до завершения стройки района Люсин, запланированного предположительно на конец осени»

Вот как. Выходит, жителей деревни юэлян сяншуй все же удалось спасти.

Ло Юй присел на колени напротив спящего старейшины, подпёр руками голову и долго смотрел то на Ян Лэя, то на бардак вокруг него. В конце концов, стараясь не издавать ни звука, юноша прибрался на столе, сложил кисти в одну сторону, согласно размерам, аккуратные стопки документов оставил в углу, вытер чернила.

- Я так рад, что юэлян сяншуй спасены, - тихо произнес Ло Юй, по какой-то причине разговаривая со спящим мужчиной, - но кое-что не даёт мне покоя... Я уверен, что в деревне Фэн никто не мог насолить крупным кланам или ещё кому так сильно, чтобы умереть настолько жестоко. Я долго думал обо всем этом... Но у меня нет никаких идей.

Ло Юй тяжело вздохнул, медленно перебирая в пальцах прядь волос Ян Лэя.

- Если Вы того захотите, я останусь в Тун Чэне. Но Вы не захотите. Это был всего лишь сон... Я и Наставник уедем как можно скорее. Мы ведь люди, нам нечего делать в городе, где обитают звёздные демоны... и юэлян сяншуй с сегодняшнего дня. Да и мне нужно тренироваться. Спите спокойно.

Юноша поднялся с пола, отряхнул шелковые одежды и вернулся обратно в свои покои, устало лег на кровать и тяжело вздохнул.

«Через месяц соревнования в Доушане... Мне действительно нечего делать в Тун Чэне, я должен тренироваться до тех пор, пока не буду уверен, что займу первое место. Там участвуют мои сверстники, которые развивают свои способности с малых лет, а я занимаюсь этим всего пару месяцев. Но изо всех сил постараться показать себя в лучшем свете все же стоит. Ради Наставника» - подумал Ло Юй, уставившись на стену. Он ещё какое-то время бесцельно пролежал, пока, наконец, вновь не заснул. На этот раз обошлось без сновидений.

* * *

- Наставник, может, достаточно? - бессильно пробормотал юноша, его руки дрожали, но он все ещё не сдавался.

- Нет-нет, я зажег палочку благовоний, ты можешь расслабиться только тогда, когда она догорит, - с усмешкой ответил Хуанъин Лижэнь, лёжа на земле и меланхолично пожевывая травинку.

Ло Юй держал планку уже пятнадцать минут без передышки и ужасно вымотался, но был полон решительности и врождённого упрямства.

Неделю тому назад он покинул Тун Чэн, получив огромное количество благодарностей от юэлян сяншуй и лично от их старейшины Юэ Гуана. Ян Лэй же предлагал ему остаться в Медном дворце, но, вспоминая тот странный сон, Ло Юй распрощался со всеми, от души поблагодарив за гостеприимство, и уехал.

- Ло Юй, - сказал тогда старейшина Ян Лэй, кладя руку на плечо юноши, - ты многое сделал для юэлян сяншуй. И звёздные демоны также тебе благодарны, этим мы сможем заслужить прощение достопочтенной Юэ Лян. Поэтому, что бы тебе ни понадобилось, даже спустя долгие годы ты можешь прийти за помощью в Тун Чэн.

- Спасибо, старейшина Ян Лэй, - улыбнулся Ло Юй и вежливо поклонился мужчине, - этот смертный рад, что смог угодить Вам.

- Очень жаль с тобой прощаться, - признался Ян Лэй, - как только будешь проезжать мимо - обязательно заходи. Теперь тебя все знают и без проблем пропустят.

- Так и сделаю, старейшина Ян Лэй, - кивнул юноша.

Хуанъин Лижэнь стоял поодаль, Ян Лэй, убедившись в этом, чуть наклонился к Ло Юю и заметил:

- Теперь твоя духовная энергия чувствуется издалека. Не знаю, что изменилось, но печать, скрывающая ее, исчезла. Теперь будь осторожнее. Эта энергия приманивает нечисть гораздо сильнее.

- А... когда она догорит? - все же поинтересовался Ло Юй, изнемогая от усталости.

- Знание этого изменит что-либо? Ты все равно будешь стоять, пока она не догорит, вне зависимости от того, будешь ты знать, сколько осталось, или нет.

- Наставник как всегда прав... - вздохнул Ло Юй, прикусывая нижнюю губу, но все равно продолжал стоять. Его тренировки стали гораздо более интенсивными по сравнению с прошлым месяцами. За пару недель ему предстояло нагнать своих сверстников, совершенствующихся уже больше десяти лет. Первые дни он постоянно бегал, отжимался, словом, приводил свое тело в порядок; потом стал усиленно изучать боевые искусства. Хуанъин Лижэнь с сожалением говорил:

- У нас не так много денег, чтобы позволить себе даже просто арендовать хороший меч. Поэтому возьми мой. Я дам тебе его в Доушань.

- Как зовут Ваш меч?

- Ишу*. Его зовут Ишу. Странное имя для меча, правда? В детстве я совсем не хотел заниматься заклинательством, я хотел стать музыкантом. Я долго ругался с родителями, когда они требовали дать имя мечу. Я в гневе заявил, что посвящу свою жизнь только искусству. И они выгравировали это как имя меча... «Ты действительно посвятить жизнь только Искусству» - сказал тогда отец. *Ишу - «искусство»

- Вы не хотели... быть заклинателем?

- Да. Но потом у меня не осталось выбора, кроме как уйти со своим будущим Учителем и начать усердно заниматься. Он показал мне это с совершенно иной стороны. Благодаря нему я и полюбил сражения с нечистью, боевые искусства.

Вот так, за разговорами, проходили ожесточенные тренировки. Они переходили от места к месту, посещали многие города и деревни. Ло Юй и Хуанъин Лижэнь даже вернулись в то, что осталось от деревни Фэн, и помогли упокоиться душам десятков невинных жертв.

И вот, наступил день регистрации на соревнования в Доушане... И этот день запомнился Ло Юю надолго.