Сон и Явь

Билл

На борт корабля, которым правил граф Линкольн, я вошёл уже при полном параде: пираты в спешке нарыли мне где-то задрипанное лёгкое платьице, да я ещё ухитрился в своей обычной манере подвести глаза, совершенно походя этим на девушку.

Ну а что? Раз уж Линкольн считает, что спасает свою ненаглядную Белль, так не будем его разочаровывать.Мне же лучше.

Он, весь в белом, с золотой шпагой наголо, встретил меня как прекрасный принц. Галантно поцеловал руку и спросил, не угодно ли мне разнести пиратский корабль к чёртовой матери.Увы, спрашивать об этом стоило недели две назад. А теперь же я только грустно обернулся на пиратский фрегат, неосознанно пытаясь глазам найти на далёкой палубе знакомую спину со спадающими на нее из-под банданы тёмными косичками.

Тома не было на палубе.Он молча, мрачно ушёл в трюм ещё тогда, когда я согласился уходить.Но я надеялся, что он всё-таки выйдет проводить меня глазам в последний раз. Не вышел.Значит, я в нём не ошибся.

И, с тяжелым вздохом покачав головой, я попросил графа везти меня скорее домой.

Его голубые глаза сияли радостью, а светлые волосы отливали на светузолотом.Хотел бы я радоваться так же, как и он...

Ещё в порту, куда мы прибыли через четыре дня, нас встретила целая толпа людей, радовавшихся "возвращению молодой графини Каулитц". Линкольн пробился вместе со мной сквозь толпу и нанял карету, чтобы довезти меня до самого порога усадьбы.

А я, пока мы ехали, все думал о Томе.Как он мог меня так кидануть?Или же это я - его?...Блин, запутался.В любом случае, уверен, что он теперь счастлив.Без меня ему будет куда лучше...

Как только мы вышли из кареты, к нам уже по выложенной плиткой дорожке бежали двое: ещё сильнее поседевший отец, в спешке забывший даже свою палку-трость, и... Я?!

-Братец!- тихонько воскликнула Белль, влетая мне в грудь и крепко-крепко обнимая.- Милый мой Биллик! Как же я по тебе скучала... Без тебя было так плохо...

Я в смятении приобнял свою сестру, всё ещё никак до конца не врубаясь в то, почему она в моей одежде и с растрепанными волосами, точь-в-точькак обычно я.А ещё заметил, что сестра довольно заметно исхудала, а сам я немного подрос: обогнал её на пару сантиметров.И вот, до меня наконец дошло:

-Белль! Так все это время ты...?

-Да,- кивнула она, не дав договорить. И подняла на меня серьезный взгляд.-Отец не стал бы спасать тебя. А меня... Тут был хоть какой-то шанс. Ты же его знаешь. Он даже экспедицию на свои деньги не хотел собирать. Всё ждал, когда же раненый Линкольн выздоровеет, чтобы тот за "будущей женой" и плыл. Вот почему искали тебя так долго.

Она отстранилась, когда подошёл отец. И тот обнял меня вроде бы довольно тепло... Но, блин, эта ласка только отталкивала. Он даже ради родной, самой любимой (и единственной!) дочери пальцем не пошевелил.Даже не зная, что вместо неё пираты схватили меня.

Он наговорил мне много ласковых, нежных и приветливых слов... Но я не слушал. А только прислушивался к неприятному осадку в сердце... И думал о том, что поспешил с возвращением домой.Мог и не возвращаться. Никогда.

Хотя... Нет, Белль бы пришлось до скончания времён в моей шкуре сидеть. Такого я и врагу не пожелаю, не то что ей.Пока отец переключился на учтиво поклонившегося Линкольна, мы с сестрой улизнули в дом и обменялись нарядами. Она радостно закружилась в платьице, а я довольно потянулся, разминая плечи и спину.Господи, как же хорошо в простой свободной рубахе!И никакого тебе корсета!

Мы оба были довольны.

Вошёл отец и объявил, глядя уже на настоящую Белль, поправлявшую свое платье:

-Дочь моя! В силу обстоятельств, Линкольн и я сошлись мнениями на том, что тебя надо срочно выдать замуж. Естественно, за твоего спасителя. А до этого... Тоже в силу обстоятельств... Эмм, как бы это сказать... Проверить на невинность, вот. Врач уже вызван, пойдём.

И отец, уши которого, пожалуй, впервые в жизни приобрели нежно-малиновый оттенок, не оборачиваясь направился к дверям.

Белль хихикнула, посмотрев на меня, и пожала плечами, направляясь вслед за отцом.Я только хмыкнул ей в ответ.

Да уж, как вовремя мы "поменялись".

Гинеколога ожидал бы неожиданный сюрприз...

С Белль все было хорошо. К горю или радости, но с Томом-то переспала неона, а я... Лучшие моменты моей жизни.Хоть он и козёл.

***

Прошло ещё несколько дней. Свадьбу Линкольна и Белль назначили буквально через неделю. Все в спешке готовились к торжеству, в суматохе совершенно забыв про меня.А я же вернулся в обычную для себя колею: помогал на кухне, прислуживал по дому, порой безвылазно сидел у себя в комнате, лёжа на гамаке и ногой отталкиваясь от стены, вяло раскачиваясь из стороны в сторону...

И вспоминая, как хорошо было проснуться в гамаке Тома. А потом водить по его щеке кинжалом.Эх, золотые времена...

Порой, в очередной раз допоздна надраивая кастрюли, я словно бы зависал. Глядел в одну точку, зажав в руку железную губку. И все думал, думал, думал...

А если бы меня спросили - "О чём?"- то я вряд ли сумел бы рассказать.Это были даже не мысли, а образы, запахи и чувства, связанные с моим таким недавним, и уже будто бы давным-давно произошедшим приключением...

Все казалось несбыточным сном, который закончился и погас. В памяти ещё шевелятся какие-то отголоски, но уже ближе к вечеру ты не вспомнишь и о них.И только лицо Тома, его такая родная мне с недавних пор улыбка всё ещё вставали перед моим внутренним взором чётко, ясно.Сияя, как солнце...

***

Мне снился сон.

Том идёт по узким вечерним улочкам незнакомого города, тихо ступая по каменной мостовой. Лицо его и фигуру от света фонарей закрывают плащ и широкополая шляпа, но спадающие по плечам косички не могут обмануть меня - это он.

Он останавливался перед одним из двухэтажных небольших домов, поднимая голову на окна. Чуть хмурится, замечая в одном из окон на втором этаже едва различимый свет.Восходит по крыльцу, берясь за ручку двери и бесшумно приоткрывая её.Из-под полы плаща на мгновение блеснула холодной сталью сабля, но сразу же скрылась обратно.

Как только дверь немного приоткрылась, кто-то с силой распахнул её с той стороны до конца. Том вздрогнул, когда человек двадцать гвардейцев в полном обмундировании окружили его, выскакивая кто прямо из двери, а кто из-за ближайших кустов и домов.

-Ни с места, пират!- кричат ему, наводя на парня ружьё со штыком буквально вплотную.

Рука, протянувшаяся было под плащ, была покорно поднята. Вместе с другой. Вперёд всех вышел сквозь расступившихся солдат мужчина с белыми бакенбардами, по всейвидимости, главный. Он натянул очки, развернул какой-то свиток и начал читать, поглядывая на Тома.

-Том Трюмпер, так же известный под прозвищем Стальная Коса! Вы обвиняетесь в том, что предали своё Отечество, наплевали на гражданский долг и на страну. Более того, помимо государственной измены вы совершали разбой и грабёж в океане, сначала под предводительством Рыжей Бороды, а впоследствии - как самостоятельный пират со своей шайкой. За все те страдания, за убийства и насилие, которые вы и ваши подчинённые совершали на суше и на море, мы приговариваем вас к аресту. А после - к казни через повешенье... Есть какие-нибудь пожелания напоследок?

Главнокомандующий вопросительно посмотрел на Тома. Тот лишь криво усмехнулся:

-Никаких.

-Что, и сбежать не попытаешься?- выдал "шутку" один из солдат, тыкая пирата штыков в спину.

Солдаты рядом заржали.

-Мне некуда бежать.- покачал Том головой, серьезно взглянув в ту сторону. Смех прекратился.- Меня нигде не ждут, я никому не нужен. Крыса и та может сбежать с тонущего корабля, а я и плавать-то нормально не умею... Будь я крысой, слыл бы самой никчёмной.

Главнокомандующий и остальные солдаты хмыкнули, а потом он гаркнул:

-В темницу его! Пусть пообщается крысами. Перед смертью...

***

- ...Нет!!- кричу я, резко принимая сидячее положение и распахивая глаза.

По спине льётся холодный пот. За окном была еще ночь, но я больше не смог уснуть. Сон был таким явным, словно это все происходило прямо на моих глазах...Да нет, брехня это все, успокаивал я сам себя. Ничего страшного. Подумаешь, плохой сон... Скорее всего, у Тома всё сейчас хорошо.

Да, скорее всего.

И я, более менее успокоенный такой шаткой надеждой, дождался утра.

Утром же я снова прислуживал отцу и сестрице за столом. Белль всячески старалась мне помочь, то ли уже по привычке, то ли поняв, насколько тяжело справляться с этим в одиночку.

Отец же как всегда открыл и читал свежий номер газеты, которую только что принёс мальчишка-почтальон.Ещё на титульном листе остановились его глаза. Пробежав глазами по строчкам, он криво усмехнулся:

-"Вчера вечером, в городе ... был вычислен и задержан Том Трюмпер, пират, уже несколько лет терроризировавший моря и весь прибрежный океан под прозвищем "Стальная Коса"... Уж не он ли похитил тебя, Белли??

Белль быстро сориентировалась и кивнула. Тогда как я при первых же словах отца напрягся всем своим существом, замерев.

-..."Подозреваемый во многих преступлениях против общества и прав человека,- продолжал отец.- Он приговорен к казни через повешение... Через четыре дня, на закате."

Поднос с тарелками выпал у меня из рук, с грохотом разбиваясь.