Глава 16

Коралл сидела, закинув ногу на ногу, и, покачивая в бокале солодовый виски, раздраженно наблюдала за тем, как Финн заигрывает с двумя танцовщицами в усыпанных блестками нарядах. Его компания продала огромную партию ядов перекупщикам в Ионии, и он отмечал прибыльную сделку с размахом. Алкоголь, женщины - все лучшее всегда должно было доставаться ему, поэтому он бесстыдно наслаждался откровенными танцами и коктейлями.

Коралл иссушила бокал до дна изящным жестом, бросив на расслабленного Финна уничижительный взгляд. Едкая горечь обожгла ей горло. Коралл злило, что он так открыто заигрывал в ее присутствии с другими женщинами. Чтобы успокоиться, она последовала к выходу и, обернувшись в дверях, с досадой обнаружила, что Финн был слишком занят полуобнаженной девушкой, чтобы заметить ее исчезновение. Телохранители, которых он приставил к ней, двинулись следом за девушкой. Их навязчивое присутствие напрягало Коралл, но Финн настаивал на том, чтобы она всегда была «под защитой». Конечно, Коралл понимала, что он просто хочет контролировать ее, и это выводило из себя.

Выйдя из клуба, девушка полной грудью вдохнула тошнотворно-сладкий воздух Нижнего города. В такие ясные ночи Коралл особенно остро ощущала собственное одиночество, и ею часто овладевала ностальгическая меланхолия. Она размышляла, было ли правильным решением оставить Верхний город, так как нынешняя жизнь в Зауне начинала вгонять ее в тоску и уныние. Чувства между ней и Финном подостыли, и каждый раз, когда он хотел вернуть былую страсть, внутри девушки все отзывалось только глухим раздражением.

Подав телохранителям знак, чтобы не докучали ей, Коралл остановилась на углу здания и, зябко кутаясь в меховую накидку, вытащила из портсигара ментоловые сигареты. Она пристрастилась к ним, когда у нее началось моральное истощение от череды собственных неудач, и с тех пор сигареты стали ее верными спутниками, хотя раньше Коралл ненавидела запах табака. В конце концов, могла же она позволить себе небольшие женские слабости? Девушка попыталась подкурить сигарету, однако порыв ветра развеял слабое пламя от зажигалки. С разочарованием она откинула волосы назад и собиралась было выкинуть сигарету, как кто-то неожиданно склонился к ней и, обдав удушливым запахом киннамона и купажа цветочных масел, подкурил ей сигарету. Коралл знала только одну особу в Зауне, которой мог принадлежать этот тяжёлый аромат.

- Что тебе нужно, Марго? - неприветливо поинтересовалась она, смерив химбаронессу неприязненным взглядом.

- Простой благодарности было бы достаточно, - скучающе ответила ей женщина, выдохнув струю дыма из ноздрей. Многочисленные браслеты на ее тонких запястьях звякнули, когда она встряхнула длинным резным мундштуком в руке, и пепел посыпался с кончика сигареты на каменную мостовую под их ногами. - Я смотрю, в отличие от тебя, Финн отлично проводит свой вечер, - губы Марго растянулись в многозначительной улыбке от уха до уха.

Коралл сжала свою сигарету с такой силой, что едва не разломила ее пополам, и сделала очередную нервную затяжку.

- Стараниями твоих девочек, - ответила она едко, одарив женщину своей самой ядовитой улыбкой.

- Я всегда говорила, что ты заслуживаешь гораздо большего, - произнесла Марго, окинув Коралл оценивающим взглядом. - Ума не приложу, почему ты все еще с этим избалованным кретином.

- Не боишься, что твои слова дойдут до избалованного кретина? - невинно поинтересовалась Коралл, прислонившись к стене и принявшись наблюдать за химбаронессой исподлобья.

- Мне не пристало бояться каких-то мальчишек, играющих во власть, - небрежно отозвалась Марго, оправив боа из выкрашенных в черный цвет страусиных перьев на груди. - А вот тебе - да.

- На что ты намекаешь? - с подозрением во взгляде вопросила Коралл, швырнув окурок в сторону и скрестив руки на груди.

- Лишь на то, что ваши отношения уже исчерпали себя, и вскоре это дойдет и до Финна, - ответила Марго, бросив беглый взгляд на наблюдающих за ними телохранителями. - Ну а потом он избавится от тебя, как делает это со всеми, кто ему больше не нужен.

- Я чувствую запах дешевой манипуляции, - мило улыбнувшись, протянула Коралл. - Ты ведь не помогаешь мне по доброте душевной. Спрошу еще раз: что тебе нужно?

- Я буду скучать по твоему дерзкому язычку, Коралл, - парировала Марго, подойдя к ней вплотную и обдав резкими бальзамическими нотами флердоранжа и гелиотропа. - Но ты мне нравишься, поэтому я предлагаю тебе сделку.

- И в чем же будет заключаться моя выгода? - незаинтересованно спросила Коралл, хмыкнув.

- Избавимся от Финна вместе, и ты станешь одной из самых известных людей в Зауне. Лично я считаю, что мальчишка мешает тебе раскрыть свой потенциал. Он говорит о тебе, как о своей прелестной ручной зверушке, но думаю, тебе это осточертело не меньше, чем мне, - Марго вытащила из своих светлых волос ядовито-фиолетовый цветок с приторным ароматом, и мягко коснулась им приоткрытых губ Коралл. - Давай покажем этим глупым мужчинам, как сильно они нас недооценивают. Ну так что, ты в деле?

- Ты умеешь быть убедительной, когда нужно, - холодно усмехнувшись, произнесла Коралл и, выхватив бутон ядовитой аквилегии из ее рук, спрятала его в складках своей накидки.

🌸🌸🌸

Джинкс мерила шагами мрачное полусырое помещение подвала, изредка прислушиваясь к звукам снаружи и в волнении грызя обломанные ногти. В тоскливом свете, что пробивался сквозь прутья решеток, кружились пылинки. В углу на груде прохудившихся матрацев, из которых она соорудила кое-какую лежанку, мучилась в лихорадке Коралл. Джинкс пыталась сбить жар при помощи холодных компрессов, которые она сделала из найденного в подвале тряпья, но жар лишь разгорался сильнее.

Измученная, девушка опустилась рядом с лежанкой и прислонилась к бетонной стене, подтянув колени к груди и обняв их. Она смогла донести Коралл только до этого убежища, и ее напряженные мышцы пульсировали от боли. В подвале было сыро и прохладно. Зябко кутаясь в мантию и покрепче сжимая рукоять пистолета, Джинкс постоянно вздрагивала от каждого шороха. С растрескавшихся губ Коралл сорвался стон. Джинкс взволнованно наклонилась к ней и убрала с ее горящих щек налипшие влажные пряди.

- Я здесь, - пробормотала она, ткнувшись носом в шею Коралл. - Пожалуйста, очнись. Ты ведь не бросишь меня, да?

Вздохнув, Джинкс уронила голову на сложенные руки и поморщилась от едкого запаха пота, смешанного с отголоском лавандового масла, исходящего от нее. Подтянув к себе ведро, девушка обтерла лицо, руки и шею смоченной в воде тряпицей, удаляя с кожи пыль и грязь, затем вытряхнула из небольшой сумочки, подвязанной к бедру Коралл, ее содержимое, надеясь отыскать какие-нибудь жаропонижающие пилюли или антисептик. Однако оттуда вывалилась лишь парочка раздавленных красных ампул неизвестного назначения.

Джинкс с подозрением принюхалась к бесцветной жидкости. За время, проведенное с Коралл, она научилась быть осторожной с реагентами. Однажды какая-то смесь, попав ей на плащ, выжгла в нем дыру, а из-за какого-то порошка, который она просыпала, кожа ее рук покрылась волдырями. Наверняка, эти ампулы как раз и были причиной плохого самочувствия Коралл. Она нередко испытывала часть своих разработок на себе, что Джинкс решительно не одобряла, несмотря на изрядную долю сумасбродности, которая была ей присуща. Как-то раз она нашла Коралл без сознания в лаборатории, когда биохимику вздумалось проверить действие своего свежесинтезированного анксиолитика. Потом Коралл еще пару дней пребывала в некоторой дезориентации.

Конечно, Джинкс не могла запретить ей тестировать препараты на себе, но присмотреть за Коралл было ей вполне по силам. По ее опыту, эффект препаратов сходил на нет уже через несколько часов после введения в организм, поэтому Джинкс медленно и мучительно отсчитывала время, надеясь, что эта химическая дрянь не убьет Коралл раньше, чем она успеет очнуться. Джинкс даже не могла злиться на нее из-за необдуманного решения вколоть себе непроверенный состав с кучей побочных действий, потому что переживания за бедового доктора полностью затмили другие эмоции.

- Потерпи еще немного, скоро станет лучше, - пробормотала Джинкс, приложив мокрую тряпицу ко лбу Коралл. Взяв ее за руку, она принялась поглаживать тонкие пальцы с коротко подстриженными ногтями и шершавыми от постоянной работы с химией кончиками пальцев.

Джинкс прижала ладонь Коралл к своей щеке и прикрыла глаза, наслаждаясь контрастом их кожи. Пожалуй, ей даже нравилось это томительное безумие, которое зарождалось между ними. Интересно, был ли у Силли человек, с которым можно было разделить подобное чувство? В детстве Джинкс думала, что была влюблена в своего друга, коротышку Экко. Они были не разлей вода до тех пор, пока та ужасная ночь не раскидала их по разные стороны баррикад. Ночь, когда она совершила непоправимую ошибку. Но то была Паудер. Джинкс никогда не совершала ошибок, нет-нет. Успокаивая себя этой мыслью, девушка прижалась к тыльной стороне ладони Коралл лбом и погрузилась в мрачные мысли.

Сейчас между ней и Экко простерлась пропасть такой широты, что было трудно даже вообразить былую дружбу между ними. На мосту он ни секунды не колебался в своем решении убить ее. Подняв голову, Джинкс уставилась на бледное лицо Коралл, на котором поблескивали крупные бисеринки пота. Зато она ни секунды не колебалась, когда нужно было защитить Джинкс. Коралл могла умереть, но все равно вернулась за ней. "Идиотка", - подумала Джинкс, чувствуя, как в ее груди зарождается безмолвная тоска. Уронив голову на руку Коралл, она попыталась забыться тревожным, беспокойным сном.

🌸🌸🌸

Коралл приходила в себя медленно и мучительно. Ей понадобилась целая вечность, чтобы разлепить мутные глаза и сфокусироваться на грязно-сером потолке из бетона. Губы девушки были такими сухими, что она едва смогла разомкнуть их.

Правая рука затекла, придавленная тяжестью головы Джинкс. Коралл попыталась высвободить ее, не разбудив девушку, но Джинкс, привыкшая быть начеку даже во сне, тут же встрепенулась и открыла заспанные глаза.

- Привет, - хрипло произнесла Коралл, подтянув руку к себе и принявшись сжимать и разжимать кисть, чтобы разогнать кровь в онемевшей конечности. - Где это мы?

- Кажется, раньше здесь была какая-то ночлежка, - пожала плечами Джинкс, вспомнив выцветшую от времени вывеску на здании. Часть верхних этажей обвалилась и была заброшена, но подвальное помещение, куда вел отдельный лаз, было вполне пригодно к использованию.

- Чувствую себя просто отвратительно, - пробормотала Коралл, попытавшись приподняться на локтях. - Как долго я была в отключке?

- Несколько часов точно, - наморщив лоб, отозвалась Джинкс. - Ты так долго не приходила в себя, что я даже начала беспокоиться.

- Какая прелесть, - хмыкнула Коралл измученно.

Пробивающийся сквозь вентиляционные щели свет резал глаза. Зажмурившись, она обессиленно прорычала и откинулась обратно на сдвинутые друг на друга матрацы, закрыв глаза руками.

- Тебе что-нибудь нужно? - взволнованно засуетилась Джинкс. - Сделать еще компрессов? Или, может быть, воды?

- Лучше пристрели меня, - невесело пошутила Коралл, сглотнув вязкую слюну, чтобы хоть как-то смочить горло. Мышцы все еще ломило от действия сыворотки.

После этих слов установилось подозрительное молчание. Когда на нее опустилась тяжесть чужого тела, Коралл отняла руки от лица и недоуменно уставилась на нависшую над ней девушку. Дуло пистолета уперлось во влажный лоб биохимика.

- Бам, - произнесла Джинкс, спустив курок. Ничего не произошло. Сполна насладившись эмоциями на лице Коралл, она наклонилась ближе, пытаясь уловить странный будоражащий ее запах, исходивший от девушки. - Испугалась?

- Чего, тебя? Вот еще, - фыркнула биохимик, дернувшись под ней и попытавшись спихнуть ее с себя. Джинкс сжала ее бедра коленями, заключив Коралл в своебразную ловушку. Вспыхнув, биохимик смерила Джинкс недовольным взглядом, на что та расплылась в шальной улыбке.

- Мне нравится, когда ты смотришь так, - произнесла Джинкс без тени стеснения и, поднеся к лицу Коралл тряпицу, принялась легкими движениями промакивать испарину на ее лице.

- Что ты задумала? - сощурившись, вопросила биохимик, вздрогнув, когда холодные пальцы девушки отодвинули с ее шеи мелкие липкие прядки.

- Просто хочу немного о тебе позаботиться, - невозмутимо отозвалась Джинкс. - Ты ведь никогда не даешь возможности этого сделать.

- Не замечала за тобой особого рвения быть ко мне доброй. Что изменилось? - позволила себе полюбопытствовать Коралл, слегка прикрыв глаза, словно наслаждаясь происходящим. Она звучала вполне невинно, но Джинкс уловила дразнящие нотки в ее голосе.

- Возможно, мы стали ближе? Тебе не кажется? - скопировав ее интонацию, ответила Джинкс, чувствуя себя так, словно она ступила на минную тропу. Флирт был полностью территорией Коралл. Кроме того, она искусно умела притворяться, что не понимает мотивов других людей, если ей это было выгодно.

Джинкс вовсе не была уверена в том, что Коралл воспринимала всерьез их странные игры в недосказанность. Но она бы и не стала рисковать собой, если бы Джинкс была ей совсем безразлична? Ведь так? Или нет? Как можно понять, что скрыто за этими глазами с поволокой? "И почему с женщинами так сложно? - злясь на себя за подступающую неловкость, подумала Джинкс, буравя взглядом притихшую Коралл, которая словно ушла в себя. - Если бы кто-то из нас был мужчиной, наверное, было бы легче понять, что между нами. И почему она так долго молчит? Даже не смотрит на меня... Я была слишком напористой?"

- Мне нравится, когда ты добрая, - наконец, тихо произнесла Коралл. Ее голос, ставший на несколько полутонов ниже и глуше, отозвался в Джинкс легким трепетом. - Но только со мной.

"Надеешься обыграть меня? Ну давай посмотрим, как далеко ты сможешь зайти", - подумала Джинкс, выгнув бровь.

- Хочешь, чтобы я была с тобой доброй? Научи меня, - произнесла она вкрадчиво и словно бы "случайно" надавила на свежую ссадину на ключице биохимика.

Коралл ничем не выказала того, что ей больно, просто одарила девушку медовой улыбкой, от которой Джинкс почувствовала себя неуютно. Поняв, что большего от биохимика сейчас все равно не добиться, Джинкс перекатилась вбок и легла рядом с ней. Ее желудок в наступившей тишине издал выразительное урчание.

- Я даже не поинтересовалась, как ты, - вдруг заговорила Коралл мягким голосом, повернувшись к ней.

"Паршиво. И из-за тебя, в том числе", - хотела было огрызнуться Джинкс, но, поймав обеспокоенный взгляд биохимика, осеклась и тяжело вздохнула.

- Нормально, - буркнула она, поудобнее устроив голову на полусогнутой руке. И, словно в награду за ее покладистость, рука Коралл щекотно отодвинула челку в сторонку и коснулась лба девушки.

Джинкс притихла, засмотревшись на сосредоточенное лицо биохимика. Высокий лоб переходил в прямой нос с ровной спинкой и неглубокой переносицей. Миндалевидные глаза были слегка покрасневшими, наверное, от воздействия вещества в ампуле. Потрескавшиеся, нежно-розовые губы с запекшейся коркой крови на них были плотно сжаты, - Джинкс захотелось протянуть руку и коснуться их, чтобы хотя бы кончиками пальцев почувствовать податливую мягкость. Однако с Коралл она никогда не решалась перейти эту границу. Ненароком брошенный комплимент, якобы случайное касание, желание быть ближе, замаскированное под беспокойство, - все это пока филигранно сходило Джинкс с рук, потому что она никогда не отличалась особой деликатностью, и Коралл воспринимала ее странное поведение как должное.

Хрупкое подобие партнерства, наконец, установившееся между ними, было слишком легко разрушить, поэтому Джинкс ждала, когда Коралл сама сделает шаг навстречу. Но сделает ли она его? Казалось, биохимику были чужды какие-то проявления привязанности. Спросишь у нее, что такое страсть или влюбленность, она просто пожмет плечами и бросит, что это лишь последовательность химических реакций в организме. Ничего особенного.

Джинкс знала, что люди влюбляются друг в друга, но она не могла вообразить даже в самом кошмарном сне, что это произойдет с ней. И потом ее постоянно преследовал закономерный вопрос: почему именно Коралл? Язвительная, невзрачная, занудная. С невыносимым характером. Не терпящая беспорядка, воплощением которого и была Джинкс. И все равно, было в Коралл что-то, от чего сердце девушки иногда болезненно сжималось, а затем ускоряло свой ход.

- Что за существо это было? Там, в Стиллуотере... - прервав ход ее мыслей, подала голос биохимик. Не особо рассчитывая получить ответ от ушедшей в себя Джинкс, она задумчиво продолжила свою цепочку рассуждений сама. - Мне показалось, оно было разумно. Ну или, по крайней мере, обладает зачатками разума.

- Ты так считаешь? - взволнованно прикусив губу, переспросила Джинкс, приподняв голову и заглянув в глаза Коралл. Биохимик кивнула, не обращая внимания на ее взбудораженный тон.

- Однако я не встречала никого похожего на это чудовище в энциклопедиях местной фауны, - продолжила она. - Даже если предположить, что это какой-то вид полуразумной расы, мне о нем ничего не известно. Ни единой зацепки, чем бы это могло быть, - девушка с досадой вздохнула и почесала правую бровь. - В любом случае, существо агрессивно и представляет опасность для мирных жителей. И оно все еще на свободе...

- Я... Я не совсем уверена... - пробормотала Джинкс едва слышно, и на ее гладкой переносице пролегла глубокая морщинка. - Но, мне... Кажется, мне показалось, что... Оно напоминает мне кого-то... Кого-то из прошлого.

Коралл повернула к ней голову и удивленно уставилась на девушку с таким видом, словно у нее выросла вторая пара рук.

- Возможно, травмирующий опыт пробудил в тебе какие-то не самые лучшие образы или воспоминания из детства, - тщательно подбирая слова, проговорила она. - И поэтому тебе, наверное, привиделось, что...

- Нет, я... Это вовсе не то! Ты не понимаешь! - взвилась Джинкс, рывком сев на матраце и подтянув колени к груди. - И, к слову, я уже давно не галлюни... галлю...

- Не галлюцинировала, - закончила за нее Коралл, сделав над собой усилие и приняв сидячее положение. - Ладно. Хорошо. Может быть, болевой шок вызвал у тебя кратковременное помутнение рассудка? - предположила она задумчиво. - И тебе померещилось, что...

- Я привыкла к боли и не боюсь ее, - сердито отозвалась Джинкс. - Я, правда, не знаю, как это объяснить. Но я знаю того, кто поймет меня безо всяких объяснений. И мне нужно найти этого человека.

- И кто же это? - сухо поинтересовалась Коралл.

- Моя сестра, - тусклым голосом отозвалась Джинкс, уронив голову на колени.

🌸🌸🌸

День сто восемьдесят четвертый с тех пор, как... Нет, лучше не думать о ней. Даже ее имя отдает горечью на губах. Кровь, адреналин, ударяющий по глазам свет. Выставить блок, вовремя парировать удар. Зажатый кулак вскидывается, чтобы ударить в ответ. В ушах гремит рев возбужденной толпы.

Вай поднимает голову, жмурится. Чертов свет такой ослепительный. Хочется, чтобы он прожег ее до костей, хочется испариться в нем, хочется перестать существовать. Еще пара мгновений, в которых кипит жизнь, а потом снова навалится эта оглушающая пустота.

За одним раундом следует другой, третий, она теряет счёт времени. По мышцам растекается жгучая боль, едкий пот застилает и щиплет глаза. Вай сплевывает кровь вперемешку со слюной, пропускает несколько ударов, бьет уже наотмашь, резко и с явным намеренением быстрее закончить поединок. А что будет после - уже неважно.

День сто девяносто третий после... Нет, нельзя вспоминать о ней. Не позволять себе быть в трезвом состоянии ума, не позволять себе анализировать, не позволять себе чувствовать. Лучше уже не станет, Вай почти смирилась с этим. Алкоголь стал ее спасением. Постоянное беспамятство - вот что ей нужно, чтобы забыть прошлое. Горечь, боль и сожаления остаются на дне стакана.

Дни сливаются в единое смазанное пятно, она почти не помнит, что было вчера и смутно представляет, что будет делать завтра. Да и какая разница? Ей больше не нужно оправдывать ничьи ожидания. Но почему-то эта мысль не приносит долгожданного облегчения.

Случайные связи, содранные костяшки пальцев, дешевое пойло, - и снова, и снова, и снова по кругу. Выжечь боль в груди, забыться, перестать винить себя за чужие ошибки. Руки уже не заживают, и она обматывает их бинтами. Ее начинают узнавать на улицах, покупают ей выпивку, чтобы познакомиться, делают на нее ставки, - единственные формы "любви", которые она заслуживает.

Вай из прошлого должна исчезнуть. Черная краска пачкает пальцы, виски, заднюю часть шеи, края ушей. Она неровно подстригает концы отросших волос, кривит губы при виде неравномерно прокрашенных прядей. Жирно обводит глаза кайалом, чтобы скрыть обречённость во взгляде. Новая Вай лучше предыдущей хотя бы тем, что не повторит ошибок прошлой. Никаких привязанностей, никакого доверия к людям. Сохранять дистанцию. Так проще, так безопаснее.

Вай не замечает, что иногда за ней словно следует чья-то бесшумная тень. Погрязнув в своем собственном аду, где она раз за разом оказывается в том самом дне, где (имя, забыть имя, не вспоминать, нельзя, иначе справиться с чувствами будет тяжелее) удаляется от нее с идеально прямой спиной, а затем уже выныривает в шумной яме, в пьяном беспамятстве, где кто-то бьет ее по лицу, а она ударяет в ответ по инерции. Единственная жизнь, которая может быть у такой, как она. Собачья. Удар в висок, и в глазах темнеет. Толпа разочарованно воет, потому что проиграла свои деньги. Ну что ж. Не нужно было на нее ставить. Вай усмехается этой нелепой мысли, и падает в песок.

🌸🌸🌸

Коралл наполнила картридж шприца неоново-зеленой жидкостью и вставила его в рефрижератор. Наполнить, запечатать, охладить. И так по кругу. Монотонные действия успокаивали ее, отвлекали от напряженных размышлений. Джинкс вела себя странно в последнее время. Хотя... Если подумать, Джинкс всегда была странной. Не такой, как все.

Коралл вспомнил конфетное дыхание, размазанную помаду на губах, тонкие нити синих вен, оплетавшие запястья, и почему-то испытала зудящее беспокойство в области груди. Куда эта девчонка постоянно уходит? Что она ищет?

Тряхнув волосами, биохимик прошла к раскрытому металлическому кейсу и вставила в овальное отверстие заполненный шприц. Дотронувшись до крышки кейса, Коралл на какое-то время замерла, одолеваемая сомнениями, готов ли препарат, но в конце концов, бегло пересмотрев свои записи, она поняла, что на данном этапе сделала все, что смогла. Защелкнув кейс, девушка почувствовала навалившееся на нее опустошение, словно из нее неосторожно вынули какую-то деталь, забыв вставить ее обратно.

Всю неделю после возвращения из Стиллуотерской тюрьмы биохимик чувствовала себя прескверно: много спала, почти ничего не ела, ее постоянно рвало, и ей мерещилось, что от нее воняет синильной кислотой. Запах горького миндаля преследовал ее везде, как ни пыталась она от него отмыться. Тщетно! Коралл исправно вела наблюдения в своей записной книжке и описала все возможные побочные эффекты после применения содержимого ампул. Препарат переносился очень тяжело, поэтому нуждался в модификации. Пока Коралл ломала голову над тем, как видоизменить формулу, чтобы попробовать минимизировать ущерб для организма, она получила с десяток гневных писем от советника Сейло, требовавшего как можно быстрее предъявить ему обещанное средство, о котором они договорились.

Вернувшись к своей привычной рутине с производством лекарств, Коралл начала порою испытывать иррациональные опасения, отравлявшие ее мысли. Биохимик сидела за своими записями в абсолютном одиночестве, потому что Джинкс после их возвращения из Стиллуотера стала подолгу пропадать где-то, иногда принося на себе фосфоресцирующие пятна слизи или комья влажной глины. Коралл злилась на себя за то, что в последнее время слишком много думала об этой девчонке и пыталась понять, что побудило ее броситься спасать Джинкс?

Коралл не занималась благотворительностью. Не отличалась особой смелостью. Не позволяла себе сближаться с кем-то. Пока не появилась Джинкс. После нее все пошло наперекосяк: идеальный порядок в ее обиталище, распорядок дня, тщательно выстраиваемый так, чтобы наиболее эффективно использовать ресурсы своего организма, мысли в голове, неясные эмоции. Они-то больше всего и беспокоили Коралл.

Девушка давно не испытывала ничего, кроме усталости или обречённости, и иногда к этому примешивались разве что злость и разочарование, но Джинкс смогла расшевелить ее. Коралл опять бездумно рисковала собой, опять связывала себя с сомнительными личностями, опять верила кому-то, - словом, опять повторяла ошибки прошлого.

"Неужели я такая дура, что отношения с Финном ничему меня не научили? - отстраненно размышляла она, переливая из перегонного аппарата неоново-зеленую жидкость в колбы и запечатывая их. - Я ведь уже выяснила, от каких людей нужно держаться подальше. Тогда почему меня так тянет к ней?". Попытавшись сосредоточиться на работе, биохимик сделала круг по лаборатории. Коралл не могла предсказать, как поведет себя препарат, попав в организм Сейло. Возможно, содержимое шприца просто убьет его, войдя в реакцию с Мерцанием. Что тогда с ней будет? Девушка сглотнула, представив мертвое тело советника с подозрительным шприцом, зажатым в кулаке. Его слуги, конечно же, могут сболтнуть миротворцам, что Сейло встречался с женщиной из Нижнего города, что приведет следствие к порогу Коралл. Несмотря на то, что она имела некоторую протекцию в Зауне из-за своего статуса, озлобленные люди, никогда не забывавшие ее происхождения, могут помочь избавиться от нее. Чужаков здесь никогда не любили, а она была одной из них.

"Нет, - подумала девушка. Ногти скользнули по гладкий металлической поверхности кейса. - Сначала... Надо опробовать стабилизатор на тех, кого уж точно не станут искать". Перед глазами сразу возникли образы несчастных обреченных, которых разрушило Мерцание. Коралл подхватила несколько заполненных шприцев и торопливо закрепила их на патронташе Джинкс, затем накинула на себя плащ и направилась в длинный извилистый переулок, служивший теперь обиталищем для местных наркоманов.

С тех пор, как в Зауне начались беспорядки, Коралл избегала этого места, и теперь, когда ей вновь пришлось вернуться сюда, она подивилась тому, как умножилось число пострадавших от Мерцания. Почувствовав запах немытой плоти, скверны и нечистот, девушка поморщилась и прикрыла лицо рукавом. Стараясь вдыхать неглубоко, она устремилась вперед, в бездну смрада. Умирающие люди, реагируя на звук ее тихой легкой поступи, скользили по ней безразличным, ничего не выражающим, пустым взглядом, на дне которого слабо тлело желание быстрее покончить со своими мучениями.

Коралл высматривала среди них знакомые лица, тех, кому ей случалось помогать когда-то, тех, кто не стал бы болтать. Возможно, их уже и не было в живых. Мерцание разрушало их тела с поражающей быстротой. Чем чаще они обращались к наркотику, тем быстрее превращались лишь в блеклые тени самих себя, а соблазн победить было слишком сложно. Это Коралл знала и по себе.

Подойдя к тихому молодому мужчине, который сидел в темной нише, закутавшись в рваный хитон и прислонившись к кирпичной стене, девушка бесшумно опустилась перед ним на колени, натянула перчатку на руку и мягко коснулась его руки, покрытой язвами, нащупывая вену. Мужчина встрепенулся. Его ресницы задрожали, и он медленно приоткрыл глаза, затянутые мутной серой пеленой. Биохимик ввела иглу в его вену и надавила на поршень.

- Что... это? - слабым голосом вопросил несчастный, подняв почти полностью ослепшие бледные глаза.

- Избавление от твоих бед, - произнесла Коралл успокаивающим голосом. - Лекарство.

- Лекарство! - вскрикнул мужчина, бешено завертев незрячими глазами. - Лучше убей меня, ангел смерти! Освободи!

- Тише, - зашипела Коралл, резко вытащив иглу из его вены, но было уже поздно.

Услышав слово "лекарство", обреченные зашевелились, принялись выглядывать из своих ниш. По всему переулку прошелся тихий раскатистый гул. К Коралл со всех сторон потянулись иссохшие руки, покрытые струпьями. Беззубые рты с фиолетовыми губами и распухшими языками раскрывались в беззвучных мольбах. Девушка испуганно отшатнулась от них, выронив шприц, еще наполненный остатками зеленой жидкости, выругалась. Кто-то жадно сгреб его посиневшей рукой и вонзил иглу в свою вену.

- Лекарство, лекарство, лекарство! - послышалось отовсюду. Замученные создания, уже мало напоминавшие людей, ухватились за полы плаща Коралл.

- Вам нужно лекарство? Вот оно! - крикнула она, сорвав с себя патронташ и швырнув его в толпу. Шприцы разлетелись по мостовой, и наркоманы, скаля зубы, бросились к ним, выдирая их из рук друг друга. Коралл бросилась бежать. И бежала без оглядки, пока жуткие вопли боли и ярости позади нее не слились в один сплошной звук страдания.