Глава XX Неожиданная встреча

Ошибиться было невозможно: те же глаза, нос, губы... Та же родинка на правой щеке. И как это я упустила из виду, что у мадам Бюстье есть черная родинка? Впрочем, что значит упустила?.. Да мне и в голову не могло прийти, что учительница по математике окажется террористкой. Ну, теперь — то уж... А что теперь? Ничего. Надо возвращаться в Париж. А до этого, конечно, заехать к дедушке...

В общем, я выпросила у Мишеля денег на билет и без особых приключений добралась до Марселя.

Здесь я в красочных подробностях описала дедушке, как его старый друг Мишель чуть было не отправил меня на тот свет и как покойная Дженни Ли оказалась живой мадам Бюстье.

Мы сидели в «кубрике» и ели макароны по — флотски, запивая их «Кровавой Мэри».

— Эх, Мишель, Мишель, — качал головой дедушка, — да и вправду сказать, как тут не свихнуться. Сначала ряд тяжелых контузий, затем смерть любимой дочери...

— Дедушка, ты не понял, — втолковывала я, — никакая она ему не дочь. Дженни Ли просто загипнотизировала бедного Мишеля, внушив, что она его дочь.

— Да это я понимаю, — отмахнулся дедушка. У Меня у самого такой же случай в Непале произошел. Меня там в тюрягу посадили, а непалец — сокамерник внушил мне, что я летать умею. Вот я из тюрьмы и улетел.

— Подумаешь, из тюрьмы улетел, — поддела я дедушку. — Ты бы попробовал, как Дженни Ли. Ведь ее действительно похоронили. И доктор Гроб присутствовал на похоронах.

— Ой — ой — ой, — завелся дедушка. — Невидаль какая. Да меня в Голландии с воинскими почестями хоронили. И до сих пор в день смерти венки возлагают. Так что не надо. — Он запыхтел трубкой.

Я для пущей храбрости осушила кружку «Кровавой Мэри». Теперь мне предстояло самое тяжелое — рассказать о пропавшем Адриане.

— Дедушка, — запинаясь, произнесла я, — ты помнишь того мальчика, с которым я приезжала в прошлый раз?

— Жениха, что ль? Конечно, помню. Вот такой парень! — он выставил вверх большой палец. — А что?

Меня снова покинула смелость.

— Ничего. Просто интересуюсь.

— Ты хочешь о нем что — то рассказать?

— Да, — вздохнула я и рассказала.

Дедушка внимательно выслушал мой рассказ.

— Ну, что вы поменялись местами, — это правильно, — одобрил он. — Я сам проделал такую же штуку в Палермо, когда боролся с сицилийской мафией. Встал заместо манекена в витрину магазина. А его посадил в свой «Фиат». А «Фиат» ка — ак рванет!.. Впрочем, сейчас речь не об этом, — оборвал он сам себя. — Как ты могла так крепко спать, вот что меня интересует...

Я виновато молчала.

— Это, внучка, непростительная ошибка, — безжалостно продолжал дедушка. — А вторая твоя ошибка в том, что ты поспешила выпрыгнуть из поезда. Запомни: спешить надо медленно.

Я насторожилась.

— Дедушка, откуда ты знаешь эту фразу?

— Какую такую фразу? — нахмурился он.

— «Спешить надо медленно».

— Это мое любимое изречение.

— Не — ет, — протянула я. — Твое любимое изречение: «Кто узнал жизнь, тот не торопится». А «спешить надо медленно» говорил...

— Я! — раздался за спиной знакомый голос.

Я резко обернулась.

В дверях стоял... Агрест!

— Адриан! — кинулась я ему на шею. Какое счастье!.. Адриан жив!..

От радости мы тут же начали отплясывать дикарский танец. Дедушка аккомпанировал нам но Адриановой скрипке.

Наконец, угомонившись, мы сели.

— Агрест, — теребила я его, — рассказывай скорей, что с тобой случилось?! Я умираю от любопытства!

— Да ничего не случилось, — смеялся Адриан. — Я просто на минутку вышел в туалет.

— Так я и знала! Вот дура! А я почему — то решила, что тебя похитил доктор Гроб.

— А я подумал, что доктор Гроб похитил тебя.

— А я, — дедушка раскурил погасшую трубку, — сказал Адриану, что наша дорогая Маринетт, не разобравшись в ситуации, сиганула из поезда.

— Но, дедушка, откуда ты мог об этом знать?!

— Большой жизненный опыт, внучка. Я, друзья мои, в такие передряги попадал, не чета вашим. С поезда она, видите ли, ночью выпрыгнула. Ты вот поди — ка на всем ходу перескочи с поезда на поезд! А именно это мне и пришлось проделать, когда я ехал ночным экспрессом «Кейптаун — Солсбери» в Южной Африке.

У Адриана загорелись глаза.

— Капитан Кэп, расскажите!

— Дедушка, расскажи!

— Потом, друзья мои, потом. Не забывайте, что еще не закончены ваши собственные похождения.

— Ах да, — вспомнила я. — Агрест, ты представляешь, наша мадам Бюстье...

— Я все слышал, — перебил он. — И знаешь, о чем я подумал: неспроста она тебя на дополнительные занятия оставляла после уроков. Вспомни, не происходило ли во время этих занятий чего — нибудь необычного.

— Да вроде нет... Хотя постой, — наморщила я лоб, — после них у меня все время ужасно болела голова.

— Ага! — Адриан возбужденно вскочил. — Она тебя гипнотизировала! Пыталась извлечь свою информации.

— Молодец, парень, — одобрительно сказал дедушка. — Соображаешь.

— И ей это удалось! Недаром же она хочет от тебя избавиться. Боится, как бы тебя доктор Гроб с генералом Бирсоном не докопались до твоего подсознания.

— Верно, верно, — кивнул дедушка. — Вам надо спешить, ребята. Вы должны их всех обскакать.

— Не сомневайся, дедушка, — небрежно сказала я, — все будет о'кей, не будь я внучка капитана Кэпа.

— А я и не сомневаюсь, — довольно улыбнулся он.

— Тогда в Париж? — спросил Агрест.

— В Париж! — ответила я.

— Полный вперед! — приказал дедушка.