ГЛАВА 2. Тело

Пятница. Вечер.

Сидя в уютном придорожном кафе и наслаждаясь беседой с Сафой, я невольно потянулся к нему, убирая с его лба густую челку. С лёгкой долей заботы я произнёс:

— Если ты спешишь, не стесняйся...

— Да нет, просто не понимаю, зачем ты встречаешься с той, кого сам не любишь.

— Я хочу попробовать, а вдруг? — ответил я, поглаживая чашку с горячим кофе. — Я стал подводить своих близких, да и мечтаю о семье — быть ответственным.

— Только потому, что этого хотят твои родители?

— Разве этого недостаточно? Ты ведь тоже стараешься делать так, как велят твои родители.

— Не знаю, тебе виднее, но... — вздохнул Сафа. — Старайся любить тех, кто любит тебя, а не тех, кто лишь использует.

В этот момент с игривой улыбкой к нам подошла девушка.

— Добрый день! — радостно произнесла она.

Повернувшись, я увидел Далию. Она была одета в изысканное тёмное платье с глубоким вырезом, открывающим её стройные ноги. Блестящие волосы обрамляли её лицо, а манера держаться излучала уверенность и притяжение. Я, едва сдерживая восхищение, встал и с улыбкой произнёс:

— Познакомься, это мой друг Сафа.

— Рад знакомству, — ответил он, а затем добавил: — Не буду вам мешать, отправляюсь собирать вещи.

— Давай, брат, — крепко пожав руку, попрощался я. — Машину тебе дать или...

— Я на такси. Всё, до вечера.

— До вечера.

— Куда пойдём? — поинтересовалась Далия, провожая Сафу взглядом.

— Я знаю одно замечательное место, которое все хвалят.

— Звучит интригующе, — кокетливо ответила она.

— Ты без охраны? — поинтересовался я, сопровождая её к машине.

— В смысле?

— Братья твои или...

— Нет-нет, я же иду на свидание. Какие братья? Хочешь, чтобы нас немедленно лишили голов?

Я улыбнулся ей и открыл дверь, помогая сесть в автомобиль. Мы стремительно проехали через весь город по направлению к ресторану, который мне рекомендовал Малик. Это заведение славилось уютными номерами, позволяющими проводить время наедине вдали от любопытных глаз.

Тем временем на другом конце города Султан уже находился у ворот элитной школы, ожидая появления маленькой Шахназ. Он неспешно прогуливался по живописному парку, любуясь высокими пальмами вдоль аллеи. Султан обожал свой город, его жаркое солнце и богатый культурный ландшафт, привлекающий туристов со всего мира.

Несмотря на то что потоки туристов принесли с собой свои особенности — взгляды на жизнь разделились на те, что следуют традициям, и те, что выбирают светский путь, — людей больше всего тревожила пропасть между богатыми и бедными. Однако нам эти проблемы казались очень далёкими от нашего государства.

Сев на скамью и вращая в руке брелок от своего автомобиля, Султан терпеливо дожидался школьного звонка. В это время его взгляд привлекла пара, стоявшая напротив под раскидистым деревом. Парень с девушкой эмоционально обсуждали что-то, и их перепалка становилась всё громче.

Мимоходом бросив взгляд на спорщиков, Султан обратил внимание на красоту юной школьницы. Её шёлковистые волосы, светлая кожа и необычный разрез глаз создавали потрясающий образ. Очевидно, она была метиской, что лишь усиливало её экзотическую привлекательность. Другое дело — её партнёр: невысокий, слабо сложенный араб в кепке, футболке и широких брюках, он, казалось, излучал агрессию, громко наезжая на девушку.

— Я уже сто раз объяснял, теперь ты вечно будешь за каждую мелочь цепляться? — выкрикивал парень.

— Ты мне противен! — взорвалась она.

— Ой, да перестань. Малыш, я же люблю тебя, ты...

— Хватит, я реально устала слушать одно и то же каждый раз!

— Всё, забудь, иди ко мне, — беззаботно произнёс он, пытаясь прижать девушку к себе.

Школьница, обиженно отстранившись, прислонилась к дереву, но парень, как упрямый, заслонил её своим телом и насильно поцеловал в губы. Султан, нахмурив брови и возмутившись, выкрикнул:

— Эй! Ничего, что вы на территории школы?

— Ты чего орёшь? — грубо ответил парень. — Ещё полицию сюда вызови.

— Что...? — растерялся друг, сбитый с толку неожиданной дерзостью. — Ты что, попутал? Ты из какого класса?

— Да пошёл ты! — выкрикнул парень, чмокнув свою девушку в губы, и ушёл с наглой улыбкой.

— Обалдеть, — поставив руки на пояс, произнёс Султан. — Вы хоть понимаете, что делаете? У вас вообще есть совесть?

— Не нервничайте так, а то давление подскочит, — красивым голоском ответила девушка, невозмутимо шагая к школе.

Султан, которого все уважали и ценили, был шокирован таким хамством в свой адрес, да ещё и от каких-то школьников. Не в силах стерпеть унижение, он быстро догнал девушку и грубо развернул к себе.

— Сейчас же извинись!

— Ай! Мне больно, Вы чего?!

— Два малолетних хамла, да кто вы такие, чтобы так со мной разговаривать?

Неожиданно невинный взгляд девушки стал осознанным и даже грозным. Глядя в чёрные глаза Султана, она твёрдо произнесла:

— Только тронь, и я расскажу всей школе, что ты меня домогался.

— Что? — вырвалось у друга. — Ты что, с катушек слетела?

— Пусти, предупреждаю по-хорошему.

— Мэй, всё в порядке? — спросила прохожая, подойдя к ней.

Девушка молча смотрела на Султана, ожидая его реакции. Сжав руку Мэй, Султан поддался и в конце концов отпустил её, всё ещё не отводя взгляда.

— Всё хорошо, Хинд, — ответила Мэй и ушла вместе с подругой, несколько раз обернувшись, чтобы осмотреть растерянный вид мужчины.

Прозвенел школьный звонок, и толпа детей выбежала во двор. Султан оставался стоять, как вкопанный, не веря в то, что его только что оскорбили какие-то школьники. Заметив маленькую Шахназ, он подошёл к ней и, взяв за руку, поспешил отвезти домой.

Если не считать того, что день у друга явно не задался, то мой был отличным. Я уже спокойно лежал на диване в закрытой комнате ресторана, погружённый в страстные поцелуи с Далией. Девушка желала меня больше, чем я её, поэтому долго болтать нам не пришлось, и мы оба быстро погрузились в пучину страсти, наслаждаясь замедленным дыханием, ароматом близости и приятными стонами.

Сафа собрал свой рюкзак с одеждой и, закинув его на плечи, направился к дому Малика. Войдя в сад, он увидел друга, удобно расположившегося в беседке на разбросанных подушках с кальяном в руках.

— Ещё раз, мархаба.

— Мархаба, садись, — сказал Малик, подвинув подушку. — Выпей кофе.

— Спасибо. Султан тут?

— Нет, он поехал за этой школьницей. Как там Кир, его «лошадь» пришла?

— Не спрашивай, лошадь — это лучшее, что можно сказать о ней.

— Почему?

— Пришла: на юбке разрез до горла, ноги видны, грудь обтянута, волосы распущены, ещё и в ярком цвете.

— Да ладно? — улыбнулся Малик. — Значит, она в боевой готовности.

— Извини, но выглядит она как проститутка.

— Перестань, а какой, по-твоему, должна быть девушка? Забитой овцой в бабушкиных панталонах?

— Ты бы женился на ней?

— На Далие? Нет.

— Вот и закрыли тему.

— Мархаба, — резко воскликнул Султан, подойдя к ребятам и выдернув кальян из рук Малика. — Собрались?

— У тебя что-то стряслось? — поинтересовался друг, заметив напряжение на лице дяди.

— Ничего, — злобно ответил Султан, — просто я в шоке от нынешней молодёжи.

— А что случилось? — стал расспрашивать Малик. — Они тебе не уступили место в очереди?

— Ещё хуже — мне нахамили сопляки, которые целуются за школой. Видишь ли, им не понравилось, что я сделал им замечание! С каких это пор за школой можно целоваться? Слушай, я в свои 20 лет только первый раз поцеловался!

— Фу-у-у-у, — протянул Малик.

— Малик, я сейчас тебя сломаю!

— Я что-то не понял, — вмешался Сафа, приподняв бровь. — Ты увидел, как дети за школой целовались?

— Да, — продолжал сердиться Султан, — парень выглядел на 16-17 лет, а вот девочка, думаю, не старше пятнадцати. Я хотел их пристыдить, так они меня просто послали!

Малик закрыл рот рукой, стараясь сдержать смех, а Сафа покачал головой, тяжело вздыхая:

— Я уже ничему не удивлён. Скоро мы потеряем нашу культуру и традиции. Девушки даже косынки не носят, а про хиджаб и говорить не хочется.

— Ой, только этого не хватало, — возмутился Малик, — это Адат из тебя дебила делает?

— Я не против, пусть каждый одевается так, как хочет, — продолжал Султан, не в силах успокоиться. — Но когда люди перестают уважать старших, перестают стесняться и целуются на улицах... Простите, но что будет дальше?

Малик, ударив себя ладонью по лбу и закатив глаза, произнёс с примесью трагедии в голосе:

— Боже, куда я попал...

— Ещё одно слово, племянник, и никуда не поедешь сегодня, — строго предупредил Султан.

В этот момент в беседку вбежал Адат, весело поздоровавшись:

— Всем ассаляму алейкум! Ну что, готовы?

— Да, ждём ловеласа, — ответил Сафа с лёгкой усмешкой.

— Кир на свидании ещё? — поинтересовался Адат.

— Как видишь. А ты где был?

— Сегодня была такая интересная лекция в мечети, не понимаю, почему вы не пришли, — ответил Адат, пытаясь привлечь внимание.

— Только не пересказывай её, умоляю, — прервал его Малик.

— Всем мархаба, — наконец отозвался я, поднявшись в беседку. — Я загнал машину во двор, так что можем отправляться.

— Ты не хочешь поделиться впечатлениями от встречи? — с игривой улыбкой спросил Малик.

Я повернулся к друзьям, которые с неподдельным интересом уставились на меня. В ответ на их любопытные взгляды я усмехнулся и, пожав плечами, произнёс:

— Да так, поговорили, поели... и всё.

— И всё? — с сомнением отозвался Малик, скривив лицо.

— Первое свидание, чего-то особенного от него ждать?

— Ладно, — решительно встал с места Султан. — Раз все готовы, я пригоню машину. Выходите к дороге.

Сафа и Адат направились за ним, обсуждая свежие темы лекции в мечети. В этот момент Малик обнял меня за плечи, прижался и спросил:

— Ну как прошло?

— Отлично.

— Ты доволен?

— Я знаю, что ты у меня вольных взглядов, поэтому кое-что скажу тебе.

— Конечно.

— Мы переспали.

— Да ладно?! — резко воскликнул Малик. — Врёшь?

— Ты издеваешься? И можно не орать!

— Наконец-то она лишила тебя девственности, — усмехаясь, сжал мою шею друг.

— Только наоборот — это я её лишил.

Малик с удивлением уставился на меня и произнёс:

— Я надеюсь, ты не серьёзно это сейчас?

— Хватит. Я в состоянии отличить правду от лжи.

— Кир, только не влюбляйся в неё. Она ведь...

— О чём вы там болтаете? — вмешался Сафа, настороженно уставившись на нас. — Что-то произошло?

— О лекции в мечети уже всё обсудили?

— Нет, Малик, нам важно знать твоё тупое мнение.

— Так, — раздался громкий голос Султана, который подошёл к своему джипу. — Я сяду спереди, а Малик — за руль.

— Почему я?

— Потому что это твоя затея, верно? А если с моей машиной что-то случится, я буду знать, кому сломать голову.

Друг недовольно покачал головой и с ленивой грацией направился к машине. Мы с Сафой и Адатом, закинув рюкзаки в багажник, уселись на заднем сиденье.

Дорога впереди простиралась на большое расстояние, закат был великолепен, а пальмы, казалось, никогда не кончались, притягивая наш взгляд своей красотой. Я смотрел в окно, любуясь последними лучами солнца, и вспоминал нежные прикосновения Далии — её губы, тело, дыхание. А Султан, сидя у окна и наблюдая за закатом, с обидой перебирал в памяти неприятные моменты общения с подростками, мысленно возвращаясь к взгляду той экзотичной девочки, оставившей у него смешанные чувства. В то же время Сафа и Адат увлечённо изучали что-то в телефоне, весело обсуждая это.

Малик включил радио и, пританцовывая за рулём, жизнерадостно ускорял машину.

Наконец жара осталась позади, город исчез из виду, и нашу поездку украсила ночь, озарённая яркими звёздами на глубоком синем небе. Деревьев вокруг становилось всё меньше, и мы выехали на просторы бескрайней пустыни. Этот вид возвращал нас во времена сказок и легенд, когда родители рассказывали нам истории о далёких странах залива.

Мы ехали молча, погружённые в свои мысли, каждый в своём мире, не мешая друг другу. Музыка звучала тише, и мы прислушивались к звукам природы. Я прильнул к окну, завороженный этим великолепием.

— Какая же это красота! — вырвалось у меня. — Если бы можно было ехать так всю ночь!

Адат, закутавшись в плед, кивнул:

— Да, наши земли сказочно красивы. Но становится прохладно. Лучше закройте окна, чтобы не простыть, да и песок на меня летит.

Внезапно Малик вскрикнул, и его голос прорезал тишину:

— Смотрите! Там караван!

— Где? — хором воскликнули мы, наклонившись к окну.

Наши взгляды слились в едином восхищении. Вдалеке, словно призраки, медленно плыли по барханам верблюды — их силуэты казались невесомыми, скользящими по волнам песка, как корабли по морским просторам.

Но неожиданно раздался резкий, оглушительный звук! Громкий стук, лязг металла и пронзительный визг тормозов нарушили вечернюю тишину. Мы застыли, окаменев от неожиданности. Воцарилась мёртвая тишина. Лишь спустя долгую минуту Малик, убрав дрожащие руки с руля, медленно повернулся к нам и испуганно спросил: 

— Что это было?

Я, стараясь разглядеть что-либо в темнеющем окне заднего вида, неуверенно ответил:

— Не знаю... Ты должен был смотреть на дорогу.

— Подождите, я посмотрю, — недовольно сказал Султан, бросив на племянника грозный взгляд, после чего вышел из машины.

Мы молча вышли за ним и стали осматриваться, пытаясь выяснить, что же произошло и что стало причиной громкого хлопка.

— Спереди вмятина, — сердито произнёс Султан, устремив злой взгляд на Малика. — Поздравляю, похоже, ты кого-то сбил.

— Да ладно тебе, — нервно усмехнулся Малик. — Это, вероятно, было какое-то животное, и оно уже давно убежало.

— Какого чёрта ты не смотришь на дорогу?! — не выдержал и выкрикнул Султан.

— Я никого не видел.

— А как ты мог заметить кого-то, если всё время пялился на верблюдов?!

— Тише, — попытался я успокоить ребят. — Похоже, рядом никого нет, так что, возможно, это было какое-то животное, которое...

— Кир, — резко перебил меня Адат, — посмотри, под деревом кто-то лежит.

По спине пробежали мурашки. Встревоженные, мы обменялись перепуганными взглядами и осторожно направились к дереву, замерев на месте. Сафа остался ждать нас у машины и постепенно впадал в панику.

— Вот же дерьмо! — вскрикнул Малик, схватившись за голову. — Что же делать?!

— О, Аллах, — прошептал Адат, разглядывая неподвижного мужчину. — Звоните в "скорую", скорее.

— Не трогай его, — предостерег я. — Могут быть переломы, лучше не касаться.

— Гребаный дебил! — не выдержал и закричал на всю пустыню Султан. — Ты понимаешь, что натворил? Ишак!

— Клянусь! — в страхе оправдывался Малик. — Я его не видел, дорога была пустой.

На песке, под раскидистым деревом, лежал неизвестный мужчина. Его босые ноги и потёртая одежда были покрыты слоем песка, который забрался на его застывшее лицо. Разглядеть его внешность было непросто, но мы сразу поняли, что он не подаёт признаков жизни.

— Вы чего ждёте? — нервничал Адат. — Вызывайте помощь уже!

— Нет! — в панике заявил Малик. — Я же был за рулём, меня посадят!

— Предлагаешь оставить его здесь?

— Я не знаю!

— Все в машину! — громко и строго произнёс Султан. — Живо! Мы уезжаем.

— Ты серьёзно? — возмутился Адат. — Как мы можем бросить человека? Его нужно отдать родным, нельзя же...

— В машину все! Мёртвого не вернуть, но, возможно, я смогу спасти свою шкуру. В машину!

Мы переглянулись и, перепуганные, поспешили к джипу. Адат ещё раз бросил взгляд на тело, после чего обратился к Султану:

— Ты старше нас всех, будь разумен. Нельзя так просто...

— Я лучше тебя это понимаю, но...

— Он чей-то отец, муж и брат! Как ты можешь оставить его тут?

— Предлагаешь мне сесть?

— Это будет справедливо! Пусть Малик берёт на себя вину, это его грех.

— Он мой племянник, Адат. Я не могу загубить ему жизнь. Мне придётся взять вину на себя, а срок за это немалый. Он стар, слаб. Вероятно, сам заблудился, и вот... Разве с человеком происходит что-то, что не по воле Всевышнего?

С обидой взглянув на друга, Адат сложил ладони в молитвенном жесте и тяжело вздохнул. Султан же, не проронив ни слова, направился к машине. Сев за руль, он уставился в окно, а затем метнул в Малика гневный взгляд — племянник от страха буквально съёжился, не зная, куда деть себя.

Спустя несколько минут Адат открыл заднюю дверь и молча сел в автомобиль. Наступила тишина. Долгая, немая тишина. Даже шум насекомых казался громче нашего дыхания. Не выдержав, Султан ударил рукой по рулю и сказал:

— Выходите, поможете закинуть его в багажник.

— Ты с ума сошёл?! — в ужасе выкрикнул Малик.

— Закрой свой рот и сиди молча, чтобы я не слышал тебя!

Мы вышли из машины и направились к бездыханному телу. Но, подойдя ближе к дереву, впали в ступор - сбитый нами старец будто растворился в воздухе. Ни следа, ни признаков его присутствия - как будто его здесь и не было.

— Не понял, — удивлённо произнёс Адат, вертя головой.

— Он... что, ушёл? Ничего не понимаю, где он? — в недоумении произнёс я, рассматривая территорию. — Может, нам показалось?

— Всем четверым? — удивился Адат. — Скорее всего, он убежал. Хвала Аллаху!

— Ладно, — ещё раз убедившись, что кругом ни души, торопил нас Султан. — Все в машину, пора уезжать отсюда.

Друзья, не веря своим глазам, растерянно поспешили к джипу. Мы не могли осознать, как незнакомец сумел встать и так быстро исчезнуть из виду.

Неожиданно в тишине раздался шорох, и я, следуя за друзьями, обернулся. Нерешительно вернувшись к дереву, под его тенью я заметил маленькую чёрную птицу, зарывшую голову в песок, будто пытаясь укрыться от внешнего мира. Такое поведение меня удивило, и я, не раздумывая, присел рядом, надеясь помочь ей выбраться.

Словно ощутив моё приближение, она резко застыла. Внезапно птица подняла голову из песка, и я с ужасом заметил её пустые, гниющие глазницы. Широко раскрыв клюв, она издала отвратительный звук и, взмахнув крыльями, чуть не выцарапав мне глаза острыми когтями, устремилась в небо.

От страха я закричал, размахивая руками, и в панике бросился к машине. Резко сев на заднее сиденье, я захлопнул дверь, ощущая, как сердце колотится в груди.

— Вы не взяли его? — с недоумением спросил Малик.

— Он пропал, — ответил Адат.

— В каком смысле?

— В прямом. Его там нет, мы не нашли его.

Не понимая, в чём дело, Малик сел ровно и замер. Султан дал по газам, и мы уехали прочь, так и не узнав, кто был этот таинственный человек, имел ли он семью и что делал в одиночестве в пустынной местности ночью.

Ровная дорога вскоре сменилась грубыми каменистыми участками. Султан, сбавив скорость, осторожно поворачивал руль, прислушиваясь к указаниям Малика, который уверенно показывал нам верный путь.

Наконец перед нами возникли крохотные домики, из окон которых мягко светился желтоватый свет. Улицы, утопающие в темноте, казались заброшенными: фонари отсутствовали, а дороги потрескались от времени. Но этот контраст с нашей привычной жизнью лишь радовал нас.

Мы остановились у одноэтажного каменного дома, рядом с которым виднелся небольшой гараж. Султан аккуратно загнал машину внутрь, задвинул ржавые ворота и, не произнося ни слова, встал перед деревянной дверью дома, ожидая Малика.

Когда Малик открыл скрипучую дверь, Султан осторожно вошёл вперёд и зажёг керосиновые лампы, осветив полутьму комнаты мягким, мерцающим светом.

Мы, молча скинув обувь, начали неспешно осматриваться, слыша в тишине треск деревянного пола.

— Ну и отстой! — возмутился Малик, бросив свой рюкзак на старое кресло с потёртой обивкой. — А я ещё собирался сюда девчонок привезти.

— А по-моему, это вполне колоритно, — сказал Адат, остановившись в центре просторной комнаты. — Это словно путешествие в прошлый век; я люблю такой антураж.

Я молча осмотрел старенький диван и два кресла, которые были единственной мебелью в прямоугольной комнате. Длинный зелёный ковёр на полу, потускневший от времени, напоминал о былых торжествах и уютных вечерних посиделках.

Приоткрыв скрипучую дверь во вторую комнату, я обнаружил небольшой шкаф и одну широкую кровать. Осторожно подойдя к окну напротив кровати, я взглянул сквозь деревянную резьбу во двор, нервно поглаживая свою руку.

— А это, видимо, спальня, — заглянул ко мне Малик. — Теперь я долго буду размышлять, зачем мой богатый и влиятельный дедушка купил себе такую халупу.

— Может, чтобы скрыться от городской суеты, — ответил я и подошёл к шкафу.

Вместо ручек на двери были лишь две дырки, куда я просунул пальцы и открыл их. Вешалки были пусты, а на полках сбоку лежал плотный слой пыли, но больше меня удивило количество фарфоровых статуэток, раскиданных на одной из полок. Разные фигуры в форме весёлых детей хаотично лежали друг на друге, у некоторых были разбиты головы. Осторожно взяв одну в руку, я с любопытством разглядывал её.

— Ух ты, — с улыбкой сказал Сафа, став возле меня. — Глазурный фарфор! У моего дяди были похожие. Антиквариат, между прочим, приличных денег стоят.

Я развернул статуэтку и взглянул на клеймо производителя, которое датировалось ещё прошлым веком. Положив сувенир на место, я улыбнулся другу и сказал: 

— Я не любитель подобных изделий, но, видимо, тот, кто продал этот дом, был ценителем этого. 

Пока мы осматривали комнаты, Султан сделал шаг в нашу сторону, но внезапно остановился, уловив подозрительный скрип. Наступив на ковёр ещё раз, он явственно ощутил, как деревянный настил под ним слегка подался. Любопытство взяло верх: приподняв угол тяжёлого ковра, он увидел тёмный прямоугольник люка. Мелькнувшая догадка о подвальном помещении заставила его поспешно вернуть ковёр на место, сохранив находку в тайне.

Мы с Сафой, тем временем, вышли из узкой спальни и расположились в гостиной, устроившись прямо на ковре. Аромат свежезаваренного чая донёсся из крохотной кухни, где Адат, закончив приготовления, направлялся к нам с круглым подносом в руках.

— А тут прохладно, — сказал Султан. — Хорошо, что я взял тёплые пледы с собой. 

— А что, если он запомнил номера машины? — неожиданно спросил Малик. — Если он жив и убежал, то вдруг заявит в полицию? 

Мы все замолчали, а Султан нахмурил брови и грозно сказал: 

— Не нужно гадать. Главное — он выжил, и наша совесть чиста. 

— Чиста ли? — возразил Адат. — Хотели мёртвого бросить и бежать. 

— Не начинай сейчас, — сказал Малик. — Мы же передумали потом. 

— Особенно ты. Теперь мы все, кто видел его и хотел бросить, будем отвечать за этот грех. 

— Не все, — тут же вставил Сафа. — Я-то не видел его. 

— Ну хоть кому-то повезло, — недовольно пробурчал Адат, вспомнив, что друг в это время оставался в машине. 

— Так, всё! — разозлившись, встал с места Султан. — Тему закрыли, и чтобы больше я об этом не слышал. Мы с Маликом будем спать тут, на диване; Адат ляжет на кухонной тахте, а Кир и Сафа — в спальне. 

Никто не решился спорить с Султаном. Мы быстро допили свой чай, и каждый разошёлся по своим комнатам. Я и Сафа вошли в спальню, тихо положив рюкзаки на пол и молча раздеваясь. Адат закрылся на кухне и всю ночь молился, умоляя Всевышнего простить всех за грехи. Султан и Малик раскрыли диван в гостиной и молча легли, укрывшись большим пледом.

Эту странную ночь мы все провели в раздумьях, особенно я, неожиданно вспомнив пугающий вид безглазой птицы. Была ли она реальна или стала плодом моего перепуганного воображения? Я так и не понял, но решил принять слова Султана и больше не вспоминать этот жуткий вечер.

Я ещё не догадывался, что именно эта ночь станет началом моих проблем.