23

— Цзычень, а я тебя сегодня видел.— Я тебя тоже видел, и прямо сейчас вижу, если что.В ответ на эту снисходительную иронию Сяо Синчэню хочется показать язык или вроде того, но он сдерживается, потому что это вызовет еще больше пренебрежения со стороны друга.— Я видел тебя с твоей девушкой, — вместо этого с нажимом говорит он, подливая чая в чужую чашку.— Вот как. Понятно.У Сун Ланя есть одна очень неприятная особенность: он умеет заканчивать разговоры одной фразой. Но не в этом случае.— Расскажи мне про нее. Я же тебе рассказал про своего парня.— И я отлично прожил бы без этого знания!— Цзычень, прекращай.А еще он ведется на жалобные взгляды и горестные вздохи. Потому вздыхает в ответ и уже более податливо спрашивает:— Хорошо, что ты хочешь знать?— Я хочу знать все! — с готовностью говорит Синчэнь, чуть ли не потирая руки от предвкушения.— У нее группа крови типа А, а на выпускных экзаменах был высший балл по биологии, — с непроницаемым лицом отвечает Сун Лань. И позволяет себе легкую улыбку: — Ты же сам сказал, что хочешь знать все. Так что лучше задавать более конкретные вопросы.— Как ее зовут? Я ее знаю? Если она из нашей школы, то, наверное, знаю... Она же из наших, да? Или работает где-то рядом? Или...— У меня слишком велико искушение тебя не останавливать и послушать твои теории, — ему едва удается вклиниться в поток предположений. — Но да, она из школы.— И?.. — поощрительно тянет Синчэнь, подливая чая и себе. От волнения руку слегка ведет, и несколько капель оказывается на столе.— Это Вэнь Цин, наша школьная медсестра.Оу, оказалось проще, чем можно было ожидать. Синчэнь был уверен, что друг сломается хорошо, если после десятого подхода.— Она симпатичная, — с одобрением говорит он, хотя без медицинской маски видел девушку всего несколько раз.— Да, очень даже, — спокойно соглашается с ним Цзычень.По состоянию здоровья помощь врачей Синчэню требуется нечасто, и в последний раз со школьной медсестрой он имел дело довольно давно, сразу после зимних каникул, во время массовых простуд. И все, что может о ней сказать — Вэнь Цин обладает пронизывающим до самых дальних внутренних органов взглядом, намекающим на то, что их вынут, если продолжать в том же духе. Болеть, то есть. А еще вместе с тем в ее глазах вечный налет тоски, не иначе, как от необходимости общаться с пациентами.— Только она какая-то немного... Недовольная. Ой!.. Это же у нее брат болеет? — с некоторой опаской уточняет Синчэнь. — Я вспомнил: ты мне это говорил, когда я...— Да, когда ты очень тактично предложил мне передарить ей сувенир от того извращенца, чтобы она перестала быть такой недовольной, — Сун Лань продолжает натянуто улыбаться, но в этой улыбке сквозит холод и осуждение.— Ну я же не знал, что она твоя подруга! — оправдываясь, восклицает Синчэнь. — Я имею в виду, конечно, что это в общем так себе предложение в отношении кого угодно... Мда. Прости меня. Это была просто неудачная шутка.— Я давно смирился с тем, что у тебя очень альтернативное чувство юмора, и принимаю тебя таким, какой ты есть.Цзычень прямо само великодушие. А еще в его словах чувствуется некая издевка.— Нормально у меня с чувством юмора.— Да, как и у твоего парня, вы удивительно в этом друг другу подходите.Сяо Синчэнь хмурится, пытаясь понять, в чем же здесь подвох. Но, так его и не обнаружив, он решает, что лучше считать это за своеобразный комплимент. Поэтому он, на всякий случай мнительно прищурившись (чтобы обозначить, что все понимает, просто не хочет развивать конфликт!), отпивает чай, и спрашивает:— А как вы познакомились? Ну, то есть сошлись... Познакомились-то мы все, еще когда документы подавали. Или она уже тогда на тебя обратила внимание? — Синчэнь хитро ухмыляется.— Может быть, я как-то не интересовался, — неуверенно отвечает Сун Лань, кажется, задаваясь тем же вопросом. — Но, если честно, это не самая романтичная история.— А все-таки?В голову приходит только какая-то чушь о какой-нибудь очень деликатной проблеме, с которой его другу пришлось обратиться в медпункт, и лучше это не озвучивать. Во-первых: Цзычень такой человек, у которого подобных трудностей быть не может по определению, во-вторых: не хочется получить очередную дозу неодобрения.— Ей нужна была помощь в школьной оранжерее, а я удачно подвернулся под руку, если так можно выразиться, — после недолгого молчания делится Цзычень.— То есть, ее очень вдохновили твои навыки копать землю и ставить теплицы? Не знал, что ты умеешь... — удивляется Синчэнь.— Оранжерея — это и есть одна большая теплица. Стоит во дворе школы, если ты не знал, — менторским тоном поправляет его Сун Лань. Ох, как же неуютно себя чувствуют себя его ученики, когда говорят на уроках какую-нибудь глупость или хотя бы просто дают неправильные ответы...— Я в этом не разбираюсь, — Сяо Синчэнь ставит чашку на стол и капитуляционно поднимает руки вверх. Ему только лекции на огородно-ботаническую тематику не хватает для полного счастья. Нужно поскорее его отвлечь! — На самом деле, это довольно милая история... Ты хотя бы не принял ее за ученика-переростка, как я... — совсем тихо бормочет он себе под нос.— Что?— Ничего, это я так... — отмахивается Синчэнь. Он допивает свой чай и запоздало осознает: — Ты не стал со мной спорить, когда я назвал ее твоей девушкой! Так вы уже не просто встречаетесь, а именно встречаетесь-встречаетесь?Цзычень закатывает глаза на такие отчасти детские формулировки и усмехается.— Думаю, да.— Ооо, мои поздравления, — с искренним умилением тянет Синчэнь. — Я уверен, Вэнь Цин... Вэнь... — он резко замолкает.— Что-то не так? — обеспокоенно спрашивает Сун Лань, забирая у него пустую чашку, чтобы поставить ее в свою и после отнести в мойку: сегодня его очередь убирать в комнате.— Она как-то связана с теми самыми Вэнями? Ну... Которые из «Вэнь Фармацевтикс»?Так вот где Синчэнь слышал эту фамилию! Совсем не на рекламных плакатах и упаковках лекарств. Хотя, скорее всего, это просто совпадение...— Это имеет какое-то значение? Кажется, ее двоюродный дядя директор компании или вроде того.— А почему она тогда всего лишь школьная медсестра?Цзычень смотрит на него в ответ почти с жалостью.— Знаешь, ты всегда так обижаешься, когда кто-то не воспринимает твою профессию всерьез... — он с некоторой брезгливостью качает головой и продолжает: — Но при этом позволяешь себе про кого-то говорить «всего лишь школьная медсестра».Синчэнь в отчаянии прижимает ладони к лицу, заливаясь краской. Боже, какой стыд. Он ведь совершенно прав. Совсем недавно он отказал Сюэ Яну, потому что тот намекнул, что должность социального педагога бесполезна, а сам...— Я ужасный, да? — стонет он, выглядывая между пальцами.— Скорее, не слишком хорошо фильтруешь свою речь. Но к этому я тоже давно привык. А отвечая на твой дурацкий вопрос — в школе она проходит практику, а как закончит, возможно, будет работать у родственников.— Когда ты нас познакомишь, я буду очень тщательно подбирать слова, — клятвенно заверяет Синчэнь, выдыхая. — Ты же нас познакомишь?— Вы и так знакомы.— Ты понимаешь, о чем я! Если хочешь, я могу тебя по-нормальному представить А-Яну... — от всей души предлагает он, вспоминая череду стихийно возникших «родственников» своего парня, которые устроили ему строгий досмотр. Вообще, было бы довольно честным подвергнуть Сюэ Яна чему-то подобному в ответ.— Вот если ты меня избавишь от этой необходимости, то я подумаю, как это устроить.Признаться, Синчэнь чего-то такого и ожидал, но все равно надеялся на другой ответ. Но ему ничего не остается, как кивнуть, соглашаясь на такие условия.

У Сяо Синчэня имеется проблема. Он понятия не имеет, как можно удивить кого-то вроде Сюэ Яна. А тот ему совсем не помогает, в течение недели постоянно напоминая, что ему обещано свидание. Он то возникает на пороге кабинета, то подкарауливает возле общежития, и даже в кофейне не замолкает ни на секунду, выдавая тоннами вопросы и варианты, куда его, по его мнению, может позвать Синчэнь. И, конечно же, в эти места его звать совсем не стоит.Одна его тирада про музеи до сих пор в ушах стоит! Не нужно было спрашивать, что же у него за проблемы с искусством, что он так отчаянно не желает его видеть... Ответ оказался весьма развернутым, полным возмущения и очень активным размахиванием руками.«У меня нет проблем с искусством, если я понимаю, в чем его смысл. Когда я вижу, что на картине сиськи, у меня нет никаких вопросов — это искусство! На сиськи я могу посмотреть, а не на то, что сейчас по стенам вешают! Потащил меня как-то Яо-мэй к прекрасному приобщаться, тычет пальцем в какую-то мазню, и заливается, что это воплощение поэзии на холсте. И стою я, битый час смотрю на эту хрень, и преисполняюсь тем, какой же я дебил, раз для меня это просто пятна. И на соседней картине в точности такие же, а мне про них еще лекцию на три часа... Честно, я уже хотел спалить нахер музей со всеми этими цветными картинками, лишь бы окончательно не отупеть!»Синчэнь был очень впечатлен искренними страданиями во время этого разговора, что даже купил Сюэ Яну еще одно пирожное, чтобы тот успокоился. Возможно, дело в том, что сам он тоже не очень разбирается в современных тенденциях искусства, и созерцание всяких абстракций на него не то чтобы нагоняет скуку, но вводит в некоторый ступор. Примерно такой же, какой с недавних пор испытывает, пытаясь вникнуть в аудиотренинги. Однако вопрос с тем, что нужно придумать что-нибудь действительно стоящее, встал еще острее.«Зефирочка, завтра пятница. Ты мне наконец скажешь, куда мы пойдем?»Вслед за сообщением появляется фото: селфи это назвать нельзя, потому что от лица Сюэ Яна здесь видна только нижняя часть. Чуть блестящие губы (специально облизывал?) растянуты в широкой улыбке, будто их хозяин стремится продемонстрировать весь набор зубов. И тем самым отвлечь от неожиданно трогательной родинки на правой ключице, видной в вырезе футболки. Раньше Синчэнь ее не замечал, потому что взгляд цеплялся за странный кулон в виде красного шарика, который сейчас Сюэ Ян по какой-то причине не надел.— Цзычень, а куда вы ходили с Вэнь Цин на выходных?Друг отрывает взгляд от стопки тестов, лежащей перед ним на столе.— Сначала мы заглянули на выставку живописи цветового поля, а потом пошли в парк.Синчэнь понятия не имеет, что это за живопись такая, но подозревает, что она может сгореть дотла, если к ней подпустить Сюэ Яна. И парки тоже не раз подвергались критике.— Мда, не подходит...— А что такое?— Я пообещал Сюэ Яну свидание, но не знаю, куда его позвать, — честно говорит Синчэнь. — Мне нужно придумать что-то необычное... Вот если бы ты с ним встречался, куда бы ты его позвал?— Не заставляй меня представлять себе этот кошмар, — едва ли не взмаливается Цзычень. По его плечам даже крупная дрожь проходит — значит, уже успел представить.— Ладно, не бери в голову.— Попробуй погуглить что-нибудь вроде «необычные места для свиданий», раз у тебя с этим такие проблемы, — советует Сун Лань.А это очень здравая мысль. Не факт, что поможет, но... Синчэнь раскрывает свой ноутбук и запускает браузер. Предложенным варианты оказываются предсказуемо банальнее некуда. Верховая прогулка, серьезно?.. Лодки — еще хуже. Экзотическая кухня — ну и скука... Взгляд останавливается на одной из строчек. А вот это, на самом деле, выглядит довольно интересно. Во всяком случае, обычным назвать точно нельзя. Надо бы забронировать место.«Завтра и узнаешь», — набирает на экране телефона Синчэнь, получает в ответ раздосадованный смайлик и усмехается. Потом он смотрит на вновь уткнувшегося в работу друга и любопытствует:— Цзычень, чисто из интереса, а ты что-нибудь понял в этих... Цветовых полях?Сун Лань держит длительную паузу, прежде чем не без стыда признается:— Вообще ничего. Как дурак стоял и думал, скорей бы уйти.Синчэнь не может сдержать тихого смеха. У Сун Ланя с Сюэ Яном больше общего, чем тот может себе представить.