Глава 10. Так работают болевые точки

— ...То есть я вас правильно поняла: мистер Ричардсон подобрал пароль и оставил своё послание на вашей официальной странице, но вы об этом узнали только в восемь утра?

— Да, верно. Специалист, который занимается ведением нашей страницы на Facebook, заступает на работу именно в это время.

— Понятно. И что вы решили сделать с записью? Вы её удалите?

— Ну что вы! Этот человек продемонстрировал нам уязвимость нашей системы. Мы, конечно, заменили пароль на более надёжный, но и его запись оставим как напоминание.

— Спасибо за ваши ответы. С нами на связи был исполнительный директор корпорации CAM Global News Ральф Уоткинсон. К другим темам: всего две недели остаётся до премьеры оперы Курта Вайля «Расцвет и падение города Махагони» в Ковент-Гардене — пожалуй, главного события театрального сезона. Билеты уже давно раскуплены на все спектакли, однако кое-кто не теряет надежды всё же попасть на эту оперу. Все, кто побывали на репетиции, в один голос утверждают: нас ждёт нечто невообразимое. О подробностях узнаем у нашего корреспондента...

Не дослушав, Шерлок выключает телевизор и, положив пульт на стол, подходит к окну. Завернувшую на Бейкер-стрит машину брата он узнаёт сразу и, повязав шарф и накинув пальто, легко сбегает по ступенькам. Шофёру даже не приходится глушить мотор — Шерлок забирается на заднее сиденье чуть ли не на ходу.

— Добрый вечер, Шерлок, — тихим усталым голосом приветствует его Майкрофт.

Буркнув: «Привет», — Шерлок усаживается поудобнее, подбирает полы пальто, расправляет шарф и лишь затем внимательно оглядывает брата с головы до ног:

— Ты вообще не ложился?

— Думаешь, у нас каждый день пытаются отравить мать наследников престола?

— Насчет отравлений не скажу, но что-то связанное с автокатастрофой в туннеле определённо было... Или это не у нас?

— У нас. Странно, что ты об этом помнишь.

— Мы с полицией тогда попали в большую пробку и упустили серийного грабителя. Такое забудешь... Впрочем, вчера ничего подобного не произошло. Чем можно было заниматься всю ночь?

— Проверять Портон-Даун, архивы и людей, имевших отношение к тому контактному яду. Мы понятия не имеем, сколько доз было вынесено до закрытия проекта, и у кого они сейчас.

— Вряд ли им отравят кого-то из оставшихся жертв, — уверенно заявляет Шерлок и, поймав вопросительный взгляд брата, поясняет: — Ставки повышаются. Магнуссен не станет повторяться в эндшпиле. Исключая, конечно, трио шпионов и мистера Ричардсона. Вы его не взяли?

— Мистер Ричардсон проработал в МИ-6 более двадцати лет, — размеренно произносит Майкрофт, вновь глядя вперёд и плавно поворачивая ручку зонта. — Он был инструктором, Шерлок. Учил скрываться и уходить от слежки. Кому мы можем поручить его поимку? Его же ученикам?

— То есть шансов у вас нет.

— По крайней мере, пока он не совершит ошибку: не купит себе новый телефон или не воспользуется чужим, тогда его местонахождение вычислит программа распознавания голоса... которую он прекрасно знает. Однако мы почти приехали. Приготовься наслаждаться замечательным вечером, дорогой брат.

— Наслаждаться будешь ты. Я здесь на работе, — фыркает Шерлок и первым выбирается из машины.

***

Здание, в котором еще несколько десятилетий назад разместился самый закрытый частный ночной клуб Лондона «Инжени», снаружи выглядит как обычный трехэтажный дом. Живущие на одной улице с ним англичане могут каждый день проходить мимо, даже не подозревая о том, что видимая снаружи обстановка комнат — это фотографии, за которыми стоят толстые стальные панели, а охраняется это заведение не хуже резиденции премьер-министра; что на крыше имеется вертолетная площадка, а под землёй, помимо ещё трех этажей, проложено два туннеля (один — выходящий на станцию метро) — для тех гостей, кто не желает мелькать на улице лишний раз.

Менее сотни — такова численность членов клуба, менее двух сотен — общее число тех, кто в курсе его существования, включая персонал. Территория абсолютной безопасности, на которую не пропускают личную охрану, поскольку клуб берёт всё на себя; абсолютного запрета на ношение и использование мобильных телефонов, а также любой техники, включая диктофоны, фотоаппараты и видеокамеры, — и абсолютного исполнения любых желаний гостей. Достаточно лишь захотеть.

И главное — ни одного скандала за всю историю длиной в полсотни лет.

— Это мой младший брат Шерлок Холмс. Он со мной, — негромко сообщает Майкрофт на входе, и вышколенный швейцар, добавив пару строк в базу данных на планшете, кивает:

— Разумеется, сэр. Желаю приятно провести время, джентльмены. У вас десятый столик, Роелин вас проводит.

— Приветствую вас в «Инжени», джентльмены, — с радушной улыбкой здоровается очень стройная и высокая девушка в чёрном платье и с толстой серебристой свечой в руках. — Моё имя Роелин. Прошу за мной.

Майкрофт и Шерлок с готовностью следуют за ней, обходя уже отдыхающих гостей, причем Майкрофт смотрит большей частью на дорогу, Шерлок — никогда прежде не бывавший в этом месте — по сторонам. Его интересует всё: причудливая чёрная с серебром отделка стен, потолка и чёрный мрамор на полу огромного зала, занявшего практически весь первый этаж; его достаточно грамотно продуманное деление на зоны, позволяющее гостям и посидеть за барной стойкой, и посмотреть профессиональный стриптиз на сцене, и выпить вина за столиком или сидя на диване, и вызвать кого-нибудь из девушек или юношей для чего-то более нестандартного — Шерлок на несколько секунд прищуривается, наблюдая за борьбой двух измазанных в шоколаде девушек перед меланхолично попивающим виски седовласым джентльменом.

— Наш гость утверждает, что так ему проще сосредоточиться на грядущих переговорах, — тихо поясняет Роелин, заметив интерес Шерлока. — Если пожелаете что-то подобное, вам достаточно только сказать. Кстати, мы пришли. Присаживайтесь, я подойду, когда вам понадоблюсь.

— Спасибо, Роелин, — вежливо кивает Майкрофт.

Вслед за Шерлоком он садится на невероятно мягкий и удобный серебристо-чёрный диван, явно рассчитанный на то, чтобы никому и в голову не пришло с него встать. Роелин, поставив серебристую свечу на невысокий чёрный стол перед диваном, щёлкает зажигалкой и, дождавшись ровного огонька свечи, с улыбкой уходит.

— Это мужской клуб, Майкрофт? — уточняет Шерлок, расстегнув две пуговицы пиджака. Верхнюю одежду им пришлось снять ещё на входе, мелкие предметы вроде телефона и ключей — оставить там же.

— Дамам отведён второй этаж, прислуге — третий. Входы у них отдельные. Что касается нижних трёх этажей, то там есть пара бассейнов, сауна, несколько интересных аквариумов, библиотека и комнаты для более интимного досуга.

— Понятно. Пока не вижу, чем это отличается от обычного стрип-клуба.

— Готовностью персонала исполнить любое твоё желание.

— Это везде норма.

— Не в таком масштабе, — снисходительно усмехается Майкрофт, и Шерлок, нахмурившись, резко поворачивается к нему.

— Поясни.

— Когда я в прошлый раз приходил сюда ради разговора не для чужих ушей, у противоположной стены стоял аквариум, в котором сражались две девушки и акула. Бой остановили, когда одной из них акула прокусила ногу. Та девушка проиграла, и те, кто на неё ставили, — тоже.

— И что потом?

— Воду с кровью заменили и запустили новую пару девушек, — пожимает плечами Майкрофт. — Кажется, одна из них тогда не выжила...

— Это всё?

— Тебе мало? Шерлок, в этом месте нет запретов, и никогда не было. Ты можешь прийти сюда ради партии в шахматы с другом или устроить оргию, предварительно написав, сколько человек и с какими параметрами тебе нужны. Здесь каждый второй в сексуальных играх использует асфиксию, принуждение и пытки, крайне далёкие от гламурной картинки из поп-культуры, и на тебя никто не будет жаловаться или мешать, как бы далеко ты ни зашёл, — выдержав паузу, Майкрофт мягко усмехается. — Настоящий Клондайк для наблюдений, правда? Вижу, ты уже прикидываешь, как распорядиться этим нежданным подарком судьбы.

— Ну, ассистент, беспрекословно выполняющий распоряжения, — это вообще редкость и большая удача. Даже спорить не буду. Но я здесь не за этим.

— О. Мисс Уинтер превзошла саму себя? — иронично хмыкает Майкрофт.

— Можешь не стараться. Я давно в курсе, что обо всех моих контактах с Китти тебе сразу же докладывает Гейл.

— Не одному тебе нужны информаторы в той среде... Как её новая техника, Шерлок? Как массаж?

Вскинувшись было, Шерлок шумно выдыхает, мысленно убеждая себя не поддаваться на провокацию. Это излюбленное занятие старшего брата — изредка тыкать в младшего и проверять его реакцию. Разумеется, ради благой цели — чтобы сделать его сильнее, но и банального любопытства здесь тоже хватает.

— Хорошо. Это было хорошо, — успокоившись, отвечает Шерлок и даже натянуто улыбается: — Ровно так, как тебе доложили в отчёте.

— Ты преувеличиваешь моё всеведение, братец мой. Доступа к камерам внутри апартаментов мисс Уинтер ни у меня, ни у моего информатора нет.

— Верится с трудом.

— И всё же это правда, что, впрочем, не мешает мне порадоваться за тебя.

Показав два пальца примостившейся у колонны Роелин, Майкрофт добивается того, что уже пять секунд спустя она приносит два бокала красного вина.

— Картотека? — слегка озадаченно уточняет Шерлок.

— Картотека, — подтверждает Майкрофт, отпивая немного. — Есть на каждого гостя и касается всех его вкусов. По умолчанию поднятые пальцы означают количество порций последнего заказанного перед этим напитка.

— А сколько времени даётся на свечу? В обычных клубах стандарт — пятнадцать минут, после которых её убирают и ждут заказов.

— Серебряная — один час. По желанию меняется на чёрную — это на всю ночь. Отлично подходит для переговоров.

— Скорее всего.

Отпив вина из своего бокала, Шерлок внимательно осматривает зал: мужчин на диванах и за столиками, танцовщиц у шеста на сцене и обслуживающий персонал повсюду. Один из гостей клуба, расслабленно общающийся с двумя девушками, сидя на диване и позволяя третьей делать массаж ступней, заставляет его на миг замереть.

— Министр иностранных дел? — вполголоса уточняет Майкрофт, проследив за взглядом брата. — Ради него ты здесь?

— Его попытаются записать на видео. Его и тех, кто рядом с ним. И показать послезавтра в прайм-тайм.

— Ты ведь уже понял, что сюда запрещено проносить электронику: её распознают ещё на входе?

Шерлок кивает, не сводя глаз с министра, и машинально отпивает ещё вина.

— Понял. Камеру принесла одна из тех троих. Не знаю пока, кто именно, но запись будет сделана сегодня. Меня предупредили.

— Что ж... — допив своё вино, Майкрофт ставит бокал на стол. — Ему пророчат должность канцлера казначейства, если референдум по Брекзиту закончится в пользу выхода Британии из ЕС. Но... после скандала в прессе останется разве что уйти в отставку.

— Он тебе нужен? — покосившись на Майкрофта, любопытствует Шерлок. — В смысле, он столп общества? Важная персона для державы и королевы?

— Насколько я осведомлён, у них достаточно неплохие отношения с Её Величеством. Он занимал разные посты, довольно высокие. Его назначали министром транспорта, обороны, и вот сейчас он принял Форин Офис. С работой справляется, особых амбиций не демонстрирует... Да и его избранницы, как минимум, совершеннолетние.

Закатив глаза от чересчур толстого намёка, Шерлок ставит опустевший бокал на стол и мрачно скрещивает руки на груди.

— По-твоему, я должен был отпустить того педофила только потому, что он важное лицо?

— Я этого не говорил. Я всего лишь упомянул о том, что тот, за кем мы с тобой сейчас наблюдаем, выбирает взрослых женщин для интимных встреч. Это не преступление, Шерлок.

Не без помощи девушек клуба министр поднимается с дивана и вместе с ними направляется к двери на лестницу вниз. Проводив их взглядами, Шерлок и Майкрофт также неторопливо встают и без особой спешки идут за ними.

***

Минус первый этаж «Инжени» — это очень длинный чёрно-красный коридор и по два десятка сейфовых серебристых дверей с каждой стороны. Первым спустившись по ступенькам, Шерлок успевает увидеть закрывающуюся дверь — предпоследнюю по левой стороне перед тупиком.

— Тридцать восьмой.

— Понятно.

Вдвоём с братом они молча проходят по коридору мимо дверей, рядом с которыми горят красные лампочки, и лишь у самой последней комнаты пока светится зелёная. Возле каждого входа есть и специальное переговорное устройство, поскольку просто постучать в дверь и позвать постояльца здесь явно не получится — слишком хорошая звукоизоляция внутри.

— Объясним ему сейчас? — предлагает Майкрофт, остановившись перед тридцать восьмым номером.

— Рано. Мы не знаем, где камера, и в какой момент она её включит. Сначала пусть сделает запись.

— Как скажешь.

Оба невольно прислушиваются к происходящему в номере, но тщетно: ни дверь, ни стены не пропускают ни звука. Внезапно из другого конца коридора доносится эхо шагов, а на ступеньки падает тень.

— Внутрь!

Шерлок распахивает дверь соседнего сорокового номера, вталкивает Майкрофта и сам ныряет следом. Оба прижимаются к двери изнутри, вновь позабыв о том, насколько это бесполезно.

— Мы здесь можем разговаривать в полный голос, Шерлок, — первым отмечает это Майкрофт. — Да и ждать будет удобнее, чем в коридоре. Я полагаю, полчаса, не меньше.

— Пожалуй.

Отступив от двери, Шерлок оглядывает просторную комнату: всё те же клубные чёрный, красный и серебристый цвета в отделке, королевских размеров кровать, пара стульев, несколько закрытых зеркальными дверцами шкафов. Очень стильно, дорого и довольно уютно — один мягкий ковёр на полу чего стоит.

Неожиданно загорается жёлтая лампочка рядом с дверью.

— Джентльмены, это Роелин. Приношу извинения за беспокойство, — слышится из динамика низкий грудной голос девушки. — Я лишь хотела уточнить: будут ли у вас какие-либо заказы в номер?

Оба брата переглядываются.

— Правила вежливости предписывают слегка приоткрыть дверь и сообщить этой леди, что мы ни в чём не нуждаемся, — безукоризненно светским тоном произносит Майкрофт.

— Если она не увидит, что мы начали использовать комнату по назначению, это вызовет её подозрения? — скороговоркой уточняет Шерлок.

— Вероятнее всего. А затем она свяжет это с теми, кто ушёл перед нами, — здесь очень наблюдательный персонал.

От осознания того, какие проблемы могут начаться, если Роелин раньше времени проинформирует руководство клуба, оба на миг замирают, глядя друг другу в глаза.

И выдыхают в унисон:

— Вот черт!

Словно не было десятилетий взрослой жизни и взрослых решений, и, как когда-то в прошлом, теперь есть лишь риск попасться — по-детски глупо и крайне не вовремя.

— Майкрофт, на кровать! — отрывисто бросает Шерлок, кидаясь к постели, и сдергивает с неё узорчатое покрывало.

Затем скидывает на пол свой пиджак.

Майкрофт, в два счета стянув с шеи синий галстук и коснувшись верхних пуговиц белоснежной рубашки, отрицательно качает головой.

— Лучше ты, Шерлок. На мне больше одежды.

— Точно.

Дальнейшее умещается в считанные секунды: скинуть туфли, повалиться на кровать, расстегнуть пуговицы рубашки и пуговицу с молнией на брюках — это Шерлок. Успеть снять пиджак и жилет, расстегнуть пару верхних пуговиц рубашки — это Майкрофт. И как финальный штрих, слегка взъерошить себе волосы — это оба.

— Простите, что не открыли сразу, Роелин, — произносит Майкрофт с лёгкой хрипотцой в голосе, а слегка приподнявшийся на постели Шерлок озорно подмигивает. — И спасибо за заботу, но нам с братом ничего не нужно. Думаю, позднее мы с ним сами поднимемся в зал, верно, Шерлок?

— Точно. Заодно и перекусим.

— Что ж, я вас поняла, — учтиво кивает Роелин. — Желаю приятно провести время, джентльмены.

— Спасибо.

— Ага.

Майкрофт закрывает дверь до тихого щелчка замка и устало приваливается к ней спиной.

— Из всех нелепостей, что я совершал из-за твоих затей...

— Да брось! — беззаботно отмахивается Шерлок. — По-моему, нам поверили. Раньше мы придумывали и не такое, чтобы не огорчать мамулю.

— Ты прав. Однако я надеялся, что мне больше не придётся заниматься такими вещами.

— Ну, это гораздо забавнее, чем сидеть в твоём унылом кабинете с девяти до шести.

— Я занимаюсь делами государственной важности.

На это Шерлок саркастически хмыкает и не без удовольствия распластывается на постели, раскинув руки в стороны на манер морской звезды.

— В самом главном деле государственной важности, Майкрофт, ты пока что только ассистент.

***

Полчаса в сороковом номере «Инжени» пролетают очень быстро, в молчаливом разглядывании комнаты и разнообразных взрослых игрушек в шкафах. После этого Майкрофт отправляется за своим старым знакомым — руководителем клуба, а Шерлок караулит в коридоре, чтобы министр и его дамы никуда не ушли.

Дальше происходит много шума и выяснения отношений, практически дознание девушек клуба сотрудниками службы безопасности «Инжени» с комментариями Шерлока Холмса, изъятие старенькой камеры с плёнкой, просьбы и мольбы. В итоге министр, услышав о Магнуссене в роли заказчика, даже не выдвигает претензий к исполнительнице и, одевшись, поспешно покидает клуб; девушек уводит служба безопасности, а директор клуба — пожилой англичанин в добротном твидовом костюме — просит задержаться своих гостей.

— Я не знаю, как вас благодарить, джентльмены. Особенно вас, мистер Холмс, — обращается он к Шерлоку и с чувством пожимает ему руку. — Репутация всего этого заведения висела на волоске, и если бы вы не вмешались...

— Это было нетрудно, — пожимает плечами Шерлок. — Майкрофт подтвердит.

Майкрофт лишь улыбается уголком губ.

— И всё же. Мне столько лет удавалось предотвращать любые скандалы, но сегодня... Я действительно не знал, даже не предполагал, что такое может произойти здесь.

— Обновите датчики на служебном входе для персонала. Какой-то из них либо вышел из строя, либо был намеренно испорчен. В любом случае, лучше заменить их все.

— Разумеется, я так и поступлю, мистер Холмс. Могу я что-то сделать для вас?

— Это вряд ли. И потом: Майкрофт очень сильно устал и хочет спать, — деланно заботливым тоном произносит Шерлок. — Возраст, режим дня, всё такое, — он невольно морщится, почувствовав край туфли Майкрофта на собственной ноге, и поспешно заканчивает: — В общем, мы уже пойдём. Спокойной ночи.

Широко и насквозь фальшиво улыбнувшись хозяину, Шерлок первым направляется к выходу в коридор, попутно отдавив своему старшему брату обе ноги.

***

Проблему конфиденциальности в клубе «Инжени» решают быстро и без всякого шума, в считанные часы выслав провинившуюся сотрудницу на другой конец планеты и взяв с неё обещание хранить всё в тайне под страхом смерти. Шпионам Роберту Бренту и Оливеру Фолкнеру везёт куда меньше: в день, когда имя первого из них появляется одновременно на двух десятках крупных новостных сайтов, он вместе с коллегой попадает в аварию. Их машина, потеряв управление, срывается с моста в Темзу и идёт ко дну, а внезапно заклинившие замки не позволяют выбраться и спастись.

Впрочем, публика не обращает на это особого внимания: всё, что её интересует, — это предстоящий футбольный матч, грядущая премьера оперы Курта Вайля и то, какую же сенсационную информацию о Шерлоке Холмсе собирается обнародовать Линфорд Ричардсон? И когда случится это: «Скоро, ждите!»?

Сам же Шерлок, выпросив у Молли пару свежих конечностей, неторопливо изучает их на кухонном столе, чем вынуждает миссис Хадсон укоризненно вздыхать, не рискуя пройти дальше порога.

— Если вы собрались приготовить мне сливовый пирог, нет смысла стоять здесь. Займитесь выпечкой.

— С чего ты решил, что я собралась тебе что-то готовить?

На секунду отстранившись от микроскопа, Шерлок демонстративно принюхивается:

— Ванилин. Пудра. Сливы. С последним ухажёром вы расстались, но взялись за специфический набор продуктов. Я закончу через три часа.

— Я ещё подумаю, — не желая так просто сдаваться, возражает миссис Хадсон.

— Какую форму использовать? Разумеется, самую большую. Тогда хватит и на ваши посиделки с миссис Тёрнер.

Обезоруживающе улыбнувшись и подмигнув, Шерлок возвращается к исследованию препарата на предметном стекле. Это самая простая манипуляция в его личном мысленном наборе установок «Как быть милым?» — но в случае с миссис Хадсон она, как правило, срабатывает и позволяет регулярно получать очень вкусную домашнюю еду.

Вот и сейчас, недовольно вздохнув, миссис Хадсон всё же уходит готовить пирог. После переезда Джона она стала заниматься этим особенно часто, а ворчать по поводу роли «не-домработницы» — куда реже. В конце концов, ей действительно нравится заботиться о своём жильце — вредном, сложном, неудобном и совершенно точно не скупом. Оставшись единственным платёжеспособным квартирантом, Шерлок каждый месяц переводит ей достаточно фунтов, чтобы с лихвой оплатить комнаты на всех этажах дома 221б, включая подвальный, а просить его подыскать в долю другого квартиранта она бы не посмела.

Пирог удается на славу — как раз к ужину, ради которого Шерлок даже спускается на её небольшую кухню. Конечно, в этом больше банального прагматизма — ему всего лишь не хочется убирать инструменты и реактивы с собственного стола, но миссис Хадсон всё равно приятно. Вдвоём они неторопливо пьют чай с ароматным пирогом и смотрят по телевизору очередной выпуск новостей, в котором, впрочем, не сообщается ничего нового.

Миссис Хадсон украдкой зевает. Шерлок, вытянув ноги, лениво размышляет о завтрашнем эксперименте, когда неожиданно громко звучит телефонный звонок. Вынув телефон из кармана халата, Шерлок мельком смотрит на экран и прикладывает его к уху.

— Да, Мэри.

И ему, и миссис Хадсон отчётливо слышится её взволнованный голос:

— Шерлок, извини, если поздно. Надеюсь, я тебя не сильно отвлекла и...

— Что-нибудь случилось? — настороженно спрашивает Шерлок.

На том конце линии повисает пауза.

— Я не знаю, — Мэри вздыхает. — Возможно, это ерунда, но Джона не будет ещё два дня и...

— И?

— В прошлый раз ты разозлился, что я сразу не обратилась к тебе.

Миссис Хадсон недоуменно смотрит на Шерлока и беззвучно произносит: «Шерлок, ты злился на Мэри?..» На это он лишь закатывает глаза и перекладывает телефон к другому уху.

— Мэри, объясни четко: что у тебя стряслось? Кто-то из твоего прошлого вновь решил создать проблемы?

— Откровенно говоря, я не знаю, Шерлок, но у меня впечатление, что за мной следят. За мной и за домом. Мне кажется, я даже засекла, кто: высокий, в черной джинсовой куртке и штанах, черных кроссовках с белой полосой. Начал со вчерашнего вечера, когда я выходила за продуктами. Кажется, полчаса назад я снова его видела в окно — куртка теперь синяя, но кроссовки те же.

— А что его лицо? Волосы?

— Может, это обман зрения — он стоял далеко, но мне показалось, что он очень похож на того подполковника разведки, которого сейчас все ищут. Нас... в общем, ты знаешь: нас ведь учили запоминать лица.

— Я понял. Подожди минуту, я тебе перезвоню.

Сбросив вызов Мэри, Шерлок на две секунды убирает телефон от уха, чтобы вызвать следующий контакт.

— Да? Слушаю тебя, Шерлок.

— Майкрофт, Ричардсона ещё не взяли?

— Увы, как я объяснил тебе ситуацию...

— Сейчас не до ситуаций! — резко обрывает его Шерлок. — Скажи, у него есть счёты к тебе? Потому что я ему дорогу точно не переходил.

— Скажем так, у нас были определенные разногласия в прошлом и теперь...

— Ну, спасибо! — раздосадовано перебивает его Шерлок и сбрасывает и этот вызов.

Следующими нажатиями клавиш он перезванивает Мэри.

— Слушай, Шерлок, я тут подумала: наверное, зря я поднимаю панику и...

— Никому не открывай дверь и никуда не выходи, Мэри. Ты поняла? Никому. Я еду к тебе!

На то, чтобы взбежать по ступенькам в гостиную, скинуть халат и сорвать с крючка пальто с шарфом Шерлок тратит не больше пяти секунд. Ещё десять — спуститься и остановить такси, а потом добрых сорок минут нетерпеливо барабанит пальцами по коленке. Лишь раз он прекращает это занятие, чтобы открыть входящее СМС:

Я распорядился усилить охрану на Бейкер-стрит. Если есть координаты Ричардсона — дай знать. МХ

После проверки. ШХ

Шерлок, он опасен и, судя по последнему докладу наших психологов, определенно не в себе. МХ

Учту. ШХ

***

«Что бы ни случилось... Чего бы ни стоило... Я клянусь быть там, где нужно...»

Очень осторожно опустившись на край дивана, Мэри убирает телефон в сторону и успокаивающе поглаживает большой живот. Себе она может признаться: от обещания Шерлока приехать ей стало гораздо легче на душе. И пусть после долгих лет службы в разведке её ещё трудно привыкнуть надеяться на кого-то, кроме себя, — тем не менее, идея позвонить Шерлоку у неё всё-таки возникла.

— Скоро придёт дядя Шерлок, малышка. Он нам скажет, что мне это показалось, и всё будет хорошо. А потом и твой папа приедет...

Чтобы хоть немного отвлечься, она пультом включает телевизор на первом попавшемся шоу. Это сложно — не думать о незнакомце на другой стороне дороги, тишине и темноте за окном, но ей в итоге удаётся отвлечься, так что когда слышится звонок в дверь, она даже слегка вздрагивает.

— Мэри, это я, — доносится приглушенный голос Шерлока. — Открой!

Неловко поднявшись с дивана, Мэри выходит в коридор и, быстро посмотрев в глазок, отпирает замок.

— Шерлок.

— Привет, — дружелюбно улыбается тот, лишь на секунду оторвавшись от набора СМС. — Возьми что-нибудь из вещей, поживешь на Бейкер-стрит. Дня два-три, пока не вернётся Джон.

— Мне всё-таки нужно отсюда уехать?

— Не помешает.

Отправив СМС, Шерлок окидывает Мэри внимательным взглядом с головы до ног и на всякий случай уточняет:

— Сама соберёшься?

— Да. Да, я... сейчас

В такси, водитель которого четверть часа назад заглушил мотор, Шерлок и Мэри садятся уже три минуты спустя.

— Обратно на Бейкер-стрит, — командует Шерлок, открывая новые входящие СМС.

— Да, сэр, — кивает таксист.

Они выруливают с тихой улочки при свете фонарей. Мэри изредка поглядывает на сосредоточенного Шерлока, но о чем-либо спрашивать не решается: за полтора года знакомства ей не раз доводилось видеть его в деле — абсолютная отстранённость от всего, что не касается текущей задачи, и крайне негативное отношений к любым попыткам помешать.

Как ни странно, этот его убийственно серьёзный вид её успокаивает, так что она, отогревшись, в итоге засыпает.

***

— Приехали, Мэри. Вот, возьмите, сдачу оставьте.

— Спасибо, сэр.

Мэри резко открывает глаза и часто моргает от света в машине. Кажется, вот только что за окном промелькнул ближайший к дому супермаркет, и вдруг там уже знакомая черная дверь с номером 221б, да ещё и что-то мягкое ощущается под головой.

— Ты можешь ещё полежать на моём плече, но, вероятно, на кровати тебе будет удобнее.

Выпрямившись, Мэри оглядывается на Шерлока, у пальто которого оказались такие мягкие подплечники.

— Ну, как хочешь, — с ироничной улыбкой произносит тот. — Иди, я возьму твою сумку.

— Хорошо.

Выбираться на улицу неприятно — после тёплой машины ледяной ветер заставляет мгновенно съежиться. Обхватив себя руками, Мэри подходит к двери, ждёт, когда Шерлок со спортивной сумкой на плече отомкнёт замок, и заходит внутрь. В доме очень тихо, на первом этаже темно, так что можно предположить, что миссис Хадсон уже легла спать.

Шерлок, войдя следом за Мэри, включает свет в прихожей и запирает дверь. Пока он возится с замками, Мэри начинает подниматься по ступенькам, и уже на второй её слегка шатает в сторону, но она успевает схватиться за перила. Переждав лёгкое головокружение, Мэри пробует подняться ещё, когда неожиданно чувствует крепкую хватку Шерлока чуть выше локтя.

— Для тебя это норма или повод для тревоги? — деловито уточняет Шерлок, ступая рядом.

— Норма, — благодарно улыбается Мэри — подниматься с опорой всё же гораздо легче. — На исходе девятого месяца так бывает, Шерлок.

— Девятого... То есть ты уже скоро...

— Ждём в течение ближайшей пары недель.

— О.

Наконец, ступеньки заканчиваются. Шерлок доводит Мэри до дивана, снимает с неё сиреневую куртку и уносит повесить на дверной крючок. Туда же отправляется его пальто с шарфом.

— Что ты выяснил, Шерлок? — пользуется моментом Мэри, пока он снова не провалился в Чертоги разума и не занялся ещё каким-то делом.

— Сначала я осмотрел территорию вокруг вашего дома, — с готовностью начинает рассказ Шерлок, проходя к столу и открывая ноутбук. — Меня насторожили свежие окурки сигарет напротив здания у столба — идеальный наблюдательный пункт. Я поговорил с Аланом — торговцем фастфудом, он подтвердил, что видел человека, похожего на Ричардсона, вчера. Тогда я дал задание Уиггинсу: он наведёт справки у бездомных и присмотрит за домом, — и пошёл к тебе. Возле твоей двери лежат такие же окурки, как на той стороне. Им не больше трёх часов.

— То есть он стоял у двери? — зябко потерев ладони, с дивана спрашивает Мэри.

— Да. Ваш юный сосед такое не курит — он предпочитает спидбол.

— Кейт сдавала Айзека в клинику. После того случая в сентябре. Вроде бы завязал.

Дождавшись загрузки системы, Шерлок подключается к уличным камерам видеонаблюдения возле дома Уотсонов и скептически хмыкает:

— Два шага от входной двери, слева — тайник в полу. По четыре дозы кокаина и героина, столовая ложка, горелка, шприцы. Свежая заначка.

— Серьёзно? — Мэри хмурится и поджимает губы. — Кейт расстроится... Других тайников ты не нашёл?

— Ничего существенного.

— А зачем Ричардсону понадобилась я? Шерлок, я с ним не пересекалась.

— Ну, я, в общем-то, тоже, — убедившись, что наблюдатели из сети бездомных заняли свои посты возле дома, Шерлок откидывается на спинку стула и сцепляет пальцы на затылке. — Чего не скажешь о Майкрофте.

— О, господи... — тоскливо вздыхает Мэри. — Опять.

— Сам не рад. Надеюсь, этого типа пристрелят без меня... — немного помолчав и поизучав потолок, Шерлок переводит взгляд на расстроенную Мэри и понимающе кивает. — Все враги моего брата, Мэри, непременно выходят на меня, периодически — на Джона, и вот их новое хобби теперь ты. Мой брат мастер сплавлять всех своих более-менее серьёзных противников ко мне.

— Я заметила. Шерлок, а Мориарти — он...

— Тоже, — сходу ловит её мысль Шерлок и, опустив руки на стол, ссутулившись, опирается на них. — Мориарти нужен был рычаг давления на Майкрофта, и он вышел на меня. Потом он захотел его подставить с оборонными планами, после — с помощью шантажа и Ирэн Адлер, и под занавес сбросить с крыши меня, использовав прессу. Я потратил два года на борьбу с сетью Мориарти, пока мой брат спокойно толстел в кресле и наживал нам всем новых врагов.

— Один из последних оказался довольно сильным и сумел отправить-таки твоего брата под арест.

— О, да, самое счастливое воспоминание в моей жизни. В кои-то веки я остался ни при чем. Так... решил для Майкрофта очередную его проблему.

— ...Подрался с группой боевиков в Аргентине и провел день с той, которая вроде как умерла, — хитро улыбаясь, заканчивает его фразу Мэри.

— Ты, наверное, хочешь спать, — тут же встаёт Шерлок. — Займёшь мою кровать, я лягу здесь.

— О, теперь я вижу, о чём говорил Джон.

— Не понял.

— Он сказал, ты мастерски съезжаешь с темы Ирэн Адлер, Шерлок.

— Пожалуй, перестелю тебе постель, — задумчиво изрекает Шерлок и, подхватив сумку с вещами Мэри, очень быстро выходит из гостиной.

Мэри в одиночестве сидит всего несколько секунд, после чего идёт следом. Остановившись в дверях спальни, она, чуть склонив голову набок, наблюдает за тем, как Шерлок заправляет новую простынь.

— Я могла бы занять прежнюю комнату Джона.

— Не лучшая идея — бегать тебе по ступенькам. К тому же там нет ванной, а здесь она за стеной.

— Шерлок, и всё-таки?

— Да?

Сменив наволочку на подушке, Шерлок взбивает её, кладёт на кровать и переносит туда же ранее отправленное на стул одеяло. Вторую подушку он забирает себе.

— Готово. Можешь ложиться.

— Расскажи мне, — тихо просит Мэри, так и стоя в дверях. — Я не Джон, мне можно.

Распахнув дверцу платяного шкафа, Шерлок достаёт из него пижаму, полотенце и озадаченно поворачивает голову к Мэри.

— Что рассказать?

— Она тебе важна, верно?

— Мэри, — вздыхает Шерлок.

— С этим ясно. Это же ты её спас в Пакистане? Джон заглянул в твой загранпаспорт, если что. Даты совпадают.

— Ну, если Джон заглянул в мой паспорт, к чему вопрос?

— А у вас дети есть? — заговорщически подмигнув, задает следующий вопрос Мэри и, увидев выражение неподдельного ужаса на лице Шерлока, не выдерживает и смеётся. — О, Шерлок!..

За одну минуту остолбеневший Шерлок переживает сразу много всего: потрясение от одной мысли, что... «Нет, невозможно! Точно нет». Досаду от того, куда их завёл разговор, и... чувство глубокого удовлетворения: такая хохочущая Мэри ему нравится куда больше перепуганной до полусмерти.

— Только потому, что беременным нужны положительные эмоции, что я выяснил, проведя небольшое исследование на этот счёт, и...

— Ты бы видел своё лицо!

— ...Нет. Ответ на твой вопрос: «Нет».

— А планируете?

Аккуратно закрыв шкаф, Шерлок выравнивает стопку своих вещей на подушке и кивком предлагает Мэри лечь, наконец, на кровать.

— Поняла, — всё ещё улыбаясь, вздыхает Мэри. — Но если вдруг, Шерлок, ты же не забудешь рассказать мне?

— Я бы не стал рассчитывать на «если», — подождав, пока Мэри уйдёт с прохода, Шерлок выходит из комнаты. — Спокойной ночи, Мэри.

— Спокойной ночи, Шерлок! — от души желает она ему вслед.

***

Вопреки ожиданиям Шерлока, от появления Мэри на Бейкер-стрит не меняется ничего: с утра она о чем-то долго шепчется с миссис Хадсон, заодно помогая ей готовить завтрак, так что после позднего утреннего душа Шерлок получает яичницу с беконом, тосты и ароматный кофе. Затем Мэри снимает с полки криминалистический справочник и, устроившись в кресле Джона, с интересом его читает.

Поначалу поглядывая в её сторону, Шерлок в итоге привыкает к её присутствию и принимается отвечать на присланные по электронной почте письма клиентов. В основном, мелкие, незначительные происшествия и пустяковые загадки — но как разминка для ума и они неплохо идут, а с одним вопросом даже приходится повозиться около двух часов.

Он благодарно кивает, когда Мэри ставит рядом с ноутбуком кружку чая и испеченное миссис Хадсон имбирное печенье, продолжая щелкать задачки от клиентов, и даже ухом не ведёт, когда эти две женщины, заняв диван, сначала обсуждают своих знакомых, а потом включают телевизор, чтобы посмотреть вечерний выпуск новостей. Лишь звонок мобильного телефона вынуждает его отвлечься и удивленно посмотреть на определившийся номер.

— Джанин?

— Да, Шерлок, это я, — слышится из телефона её слишком высокий, явно взволнованный голос. — Включи телевизор на CAM-News.

Нахмурившись, Шерлок встаёт из-за стола, забирает лежащий между замолчавшими Мэри и миссис Хадсон пульт и переключает на указанный телеканал.

— Здесь реклама, — говорит он Джанин.

— Да, пока да, но через три минуты в эфир выйдет Линфорд Ричардсон, — запинаясь, поясняет та. — Он сейчас в студии нашего шоу с гранатой в руке. Угрожает взорвать, если мы не дадим ему время. И с ним ещё какой-то парень с пистолетом. Сейчас держит на прицеле Энджи.

— Тревогу уже подняли? Или это сделать мне?

— Нет, ничего такого не надо. Он сказал, что сам предупредил своих бывших коллег, — нервно откашлявшись, Джанин продолжает: — Шерл, это он сказал позвонить тебе. Он собирается что-то рассказать про тебя!

Связь обрывается.

Медленно опустив телефон, Шерлок переводит взгляд на телевизор, где появляется заставка вечернего шоу. Ничего не понимающие Мэри и миссис Хадсон смотрят туда же.

На экране крупным планом показывают Энджи Стюарт — она вымученно улыбается, но её голос звучит достаточно уверенно, как и полагается профессионалу.

— Добрый вечер. В эфире специальный выпуск нашего шоу, о котором нас попросил пожалуй самый разыскиваемый человек Британии — мистер Линфорд Ричардсон. Сейчас он находится в нашей студии, чтобы поделиться новыми сенсационными новостями, так что... Слово нашему гостю.

Верхняя камера показывает общий план — площадку с креслом ведущего и пустым фиолетовым диваном для гостей. Впрочем, уже в следующую секунду в кадре появляется Ричардсон, одетый в тот же серый костюм с белой рубашкой, в каком он пришёл на самый первый эфир.

— Добрый вечер, миссис Стюарт. Добрый вечер, Британия! — бодро произносит он, садясь на диван так, чтобы не было видно правую руку. — Я не задержу вас надолго, потому что чем дольше я пробуду в этой студии, тем больше сюда подъедет машин полиции и спецслужб, а они, как вы знаете, провоцируют жуткие пробки. Нет, я не хочу создавать проблемы лондонскому трафику.

— Мы вам за это благодарны, — натянуто улыбаясь, произносит Энджи, нервно комкая платок.

— Я к вашим услугам, — вежливо отвечает Ричардсон. — Тем не менее. Я назвал имена предателей, и их уже нет в живых. Можно сказать, моя миссия выполнена, но... Вы знаете, я тут задумался о том, какой ещё полезной информацией обладал создатель этой медиакорпорации — Чарльз Огастес Магнуссен? Сколько грязных секретов он знал и мог бы сообщить их нам всем, если бы не... — Ричардсон выдерживает паузу, огорченно качая головой. — Вам ведь никто не рассказал, что с ним произошло, миссис Стюарт?

— Нет, — слегка удивлённо пожимает плечами Энджи. — Нам сообщили то же, что и всем: он погиб при трагических обстоятельствах.

— Что ж, они действительно трагические. Это трагедия, леди и джентльмены, что человек, обладавший такой ценной информацией, погиб. Трагедия, что общество до сих пор не знает, от чьей руки.

— И от чьей же? — подаётся вперёд Энджи. — Вы это знаете?

Ричардсон презрительно усмехается.

— Двадцать пятого декабря Чарльза Магнуссена в его собственном доме застрелил ваш народный любимец — частный детектив Шерлок Холмс. Режиссер, покажите запись.

На экране появляется площадка Эпплдора. Хорошо различимы и зависший в воздухе вертолет, и оцепившие её снайперы, и Магнуссен вместе с гостями. Слов не слышно из-за гула вертолета, но действия Шерлока Холмса видны идеально.

— Обратите внимание: Магнуссен явно никому не угрожает и чувствует себя расслабленно в своём доме, — комментирует Ричардсон. — Шерлок Холмс же стреляет в безоружного. Кстати, за это он попал под суд и был признан виновным в тяжком умышленном убийстве. Ну что, Англия, это твой герой?

Видеозапись заканчивается. В кадре снова появляется студия — общий план. У потрясённой Энджи Стюарт нет слов, она сидит, зажав рот рукой. Ричардсон же встаёт с дивана и, продемонстрировав зрителям зажатую в руке гранату с не выдернутой чекой, аккуратно кладёт её на диван.

— Как вы поняли, я получил этот эфир с помощью шантажа. Я просто хотел рассказать и показать вам правду о человеке, которого вы считаете героем. А ведь он, в отличие от Магнуссена, убийца. Преступник, разгуливающий на свободе. Три минуты назад копия обвинительного приговора Шерлоку Холмсу появилась в Интернете, и любой может убедиться в правоте моих слов. Хотя... после этого видео... какие ещё нужны доказательства? — криво усмехнувшись, Ричардсон одергивает пиджак и выпрямляется, как солдат на плацу. — Моё обращение закончено, благодарю за внимание, — пауза. — Стреляй, Юэн. Ты мне обещал.

Гремит выстрел. В следующую секунду Ричардсон с дыркой во лбу заваливается на диван, затем слышится пронзительный женский крик. В кадре ещё успевают промелькнуть кинувшиеся к убитому сотрудники телеканала, после чего резко включается реклама.

***

— О боже, Шерлок...

Потрясённые Мэри и миссис Хадсон смотрят на него, но он не реагирует. Лишь стоит застывший посреди гостиной, невидяще глядя в экран телевизора, и очень поверхностно дышит.

Его телефон начинает звонить практически сразу, Шерлок мельком смотрит на экран — «Мама» — но не реагирует на звонок и, медленно положив мобильник на стол, отходит к окну. Лишь где-то далеко, фоном, он слышит успокаивающе-огорченные фразы от миссис Хадсон и Мэри, чувствует, как они обе пытаются погладить его по спине и приобнять за плечи, но ничего им не отвечает.

Одна только мысль: «Опять», — опять Шерлок Холмс — преступник, опять пресса, опять антигерой для всей Англии, — стучащая в висках, заставляет его сознание свалиться в глубокий штопор. Он видит себя на дне Чертогов разума, в обитой матрасами камере, сидящим в центре на бетонном полу перед одетым в стильный серый костюм Джеймсом Мориарти.

— Я всегда любил прессу, Шерлок, — самодовольно тянет тот, стоя, привалившись спиной к стене и скрестив руки на груди. — Они такие милые в этом своём желании донести людям правду: «Распни его! Распни!».

— Там была не пресса.

— Да какая разница? И тогда, и сейчас решает толпа.

— Мой поступок был оправдан ситуацией.

— О! — оживляется Мориарти и, сделав два шага навстречу Шерлоку, опускается на корточки перед ним. — Хочешь поговорить об убийстве? Я только «за». Ты ведь получил удовольствие, оборвав его жизнь? Не решился поступить так со мной, но с ним вышло ещё приятнее, правда?

— Он угрожал нескольким людям, — мрачно произносит Шерлок, исподлобья глядя на Мориарти. — Я не жалею.

— Значит, ко мне тебя сегодня привела не совесть. Ух, гора с плеч, я уже начал волноваться.

— Ты не можешь волноваться — ты ментальная проекция, — фыркает Шерлок.

— Самая полезная притом, раз ты раз за разом вызываешь меня.

— Не вызываю, — тихо возражает Шерлок.

— Что-что?

— Я тебя не вызываю. Я не могу тебя одолеть.

Оперевшись ладонью о пол, Шерлок встаёт с ледяного бетона и обтряхивает пальто. Мориарти тоже выпрямляется, в один миг сменив расслабленно-игривое выражение лица на серьёзное:

— Ты ведь уже знаешь ответ, Шерлок?

— Какой?

— Почему у тебя не получается?

— Разумеется.

— Так скажи.

— Мы в это уже играли.

— Да... точно.

Плавно развернувшись, Шерлок молча направляется к выходу.

— Шерлок, до тех пор, пока у тебя нет возможности с кем-то разобраться, действуя в рамках закона, ты будешь преступать закон. Ты уверен, что ещё не перешёл со стороны ангелов на мою?

Остановившись у двери, Шерлок несколько секунд смотрит перед собой, затем оглядывается.

— Ты же пока не перестал задавать мне этот вопрос.

И выходит из комнаты.

***

— Шерлок, это Майкрофт! Шерлок!.. Да, мистер Холмс, я включила громкую связь, но, похоже, он по-прежнему в Чертогах.

Обеспокоенный голос Мэри — это первое, что слышит Шерлок, мысленно вернувшись на Бейкер-стрит. Моргнув, он поворачивает голову к ней.

— Мэри?

— Ну, наконец-то! — облегченно выдыхает Мэри. — Мистер Холмс, говорите. Он снова с нами, — и передает Шерлоку свой телефон.

— Слушаю, Майкрофт, — произносит Шерлок, оставив включенной громкую связь.

— Шерлок, всё моё управление в курсе пламенной речи Ричардсона о тебе.

— Рад за вас.

— Ты понимаешь, что три минуты назад все свободные журналисты Лондона устремились на Бейкер-стрит? И, полагаю, не только журналисты.

Быстро взглянув в окно и не увидев там пока репортеров, Шерлок спрашивает:

— И что ты предлагаешь?

— Пусть твоя квартирная хозяйка отправится к кому-нибудь в гости, а ты и миссис Уотсон садитесь в машину, что уже стоит перед домом. Вас отвезут в безопасное место на время, пока уляжется шум.

— Хорошо.

— И да, Шерлок, по поводу твоего участия в судьбе Магнуссена. Полагаю, самое время сказать, что наши мама и папа давно в курсе. Они на твоей стороне, так что вы с миссис Уотсон поедете именно к ним.

Связь обрывается.

Шерлок переводит взгляд с телефона на взволнованных Мэри и миссис Хадсон.

— Что ж, полагаю, вы слышали. Миссис Хадсон, помогите Мэри спуститься к машине и сами садитесь в неё. Мы вас подвезём до подруги. Мэри, ты не разбирала сумку?

— Нет, все мои вещи в ней.

— Отлично, я её заберу. Ну? Чего ждёте? Вперёд!

Засуетившись, миссис Хадсон уводит Мэри из гостиной. Шерлок бросается в спальню и добавляет в сумку Мэри ещё и свою одежду. Ещё минута уходит на то, чтобы собрать ноутбук, телефон, зарядки и одеться в пальто, а потом — погасить везде свет.

С Бейкер-стрит они уезжают очень вовремя — лишь слегка разминувшись с первой репортерской машиной.

***

До родителей Холмсов Мэри и Шерлок едут, слушая новости на радио BBC-One. Мэри по интернету в телефоне наблюдает за бурей в социальных сетях, где действительно Ричардсон опубликовал обвинительный приговор по убийству Магнуссена. Шерлок, по-прежнему сбрасывая все входящие звонки, тем не менее, открывает СМС со знакомых номеров.

Тебя же помиловали! Весь Ярд в курсе. Мы не поняли, чего это он? ГЛ

Возмущена даже Доннован! ГЛ

Мы на твоей стороне, если что. ГЛ

Шерлок, если тебе понадобится комната, чтобы спрятаться от журналистов, моя по-прежнему свободна. Молли

Мистер Холмс, наблюдение за домом Уотсонов снимать? Уиггинс

Так это сделал ты?! Считай, что я тебя заочно простила за всё. Заслужил. Джанин

Мистер Холмс, если вам понадобится эфир, чтобы донести свою точку зрения, — мы вас выпустим в любое время. Энджи Стюарт

Её Величество в курсе огласки. Подумаем, как лучше поступить. Айден

В Аргентине по-прежнему тепло, и комнат у меня много, как ты помнишь. ИА

Да, это был намёк. ИА

Шерлок, что за ерунда?! Я не могу до вас с Мэри дозвониться! Еду в аэропорт. Джон

Потерев лоб, Шерлок решает ответить Уиггинсу и Джону.

Да, снимайте. Незаметно проберись на Бейкер-стрит и наблюдай за обстановкой. ШХ

Это ни к чему, Джон. Мы с Мэри уже подъезжаем к дому моих родителей в Оклахоме. Побудем там. ШХ

Убрав мобильник в карман пальто, Шерлок смотрит на уже появившийся вдали родной коттедж, у двери которого стоят родители. Заметив машину, они выходят к дороге и, едва шофер глушит мотор, Зайгер Холмс открывает дверцу и подаёт руку Мэри.

— Добро пожаловать, Мэри. Мы очень рады видеть вас снова.

— Здравствуйте, мистер Холмс... и миссис Холмс.

— Здравствуй, дорогая, — улыбается ей мама Шерлока.

Подхватив сумку Мэри, Зайгер вешает её на плечо и, деликатно предложив Мэри руку, уводит её в дом. Тем временем, Шерлок, выбравшись из машины с другой стороны, обходит её и останавливается перед матерью, глядя исключительно себе под ноги.

— Ты меня очень огорчил, Шерлок, — укоризненно произносит она.

— Сожалею.

— Как ты мог? Как тебе только в голову пришло не отвечать на мои звонки? Мы же с папой места себе не находили, пока вы не подъехали сюда!

Недоверчиво подняв глаза, Шерлок видит встревоженное лицо матери, её блестящие глаза и уже в следующую секунду попадает в её горячие объятия.

— Сынок...

Он шмыгает носом и крепко зажмуривается на несколько секунд, обнимая маму в ответ.

— Прости, — говорит он ей на грани слышимости, но на этот раз гораздо искреннее. — Знаешь, в том видео, что они показали, не было слышно слов, но Магнуссен... он угрожал. Мэри, Джону, Майкрофту... мне. Многим людям. Его называли «наполеоном шантажа», и поверь, это не преувеличение. Он действительно сломал жизнь не одному десятку человек... кого-то довёл до самоубийства и...

Отпустив сына, миссис Холмс поправляет ему шарф, замявшийся за воротник пальто, и смотрит в глаза.

— Мы с папой ни разу с января не усомнились, что он это заслужил.

— Вы знали с января?

— А Майкрофт тебе не передал? Вот же... Я с ним поговорю. Да, он рассказал нам ещё тогда, предупредил, что это может попасть в прессу.... Ты мог бы и сам рассказать.

— Я не предвидел, что так получится.

— Я поняла. Идём в дом, Шерлок. Ужин ждёт.

***

Скандала в прессе хватает на два дня — до появления официального комментария из Букингемского дворца, в котором сообщается о помиловании Шерлока Холмса, — после него шум быстро стихает. Этому помогают и сообщения от жертв Магнуссена, их рассказы в социальных сетях и на телевидении о том, какому шантажу они подвергались и как рады тому, что этот человек больше не сломает ничью жизнь. Маятник общественного мнения наклоняется в сторону Шерлока, который, впрочем, внимания на всю эту шумиху практически не обращает.

Вместо этого он просматривает списки влиятельных лиц королевства и не может отделаться от предчувствия того, что уже в ближайшие дни игра Магнуссена пойдет по очень большим ставкам. В конце концов, в списке потенциальных жертв осталось всего три буквы — Е, В и У. И следующей с очень большой степенью вероятности может стать сама английская королева.

Только вот... как? Как будет организовано то, что задумал Магнуссен три месяца назад? И как вообще можно было планировать на такой срок, если речь идет о руководителе государства, чьи передвижения — самая большая государственная тайна для спецслужб всех стран?

...В очередной раз взлохматив волосы, Шерлок хрустит затекшими шейными позвонками и смотрит на экран маленького телевизора, давным-давно установленного в его комнате в родительском доме. Качество изображения, конечно, довольно посредственное, но всё же можно разобрать сцену Ковент-Гардена, на фоне которой журналистка общается с режиссером постановки.

— Да, все наши артисты уже готовы к завтрашнему выходу на сцену. Разумеется, они волнуются — не только потому, что мы впервые покажем эту оперу Курта Вайля в такой трактовке, но и — как стало всем известно три дня назад — премьеру собирается посетить сама Её Величество королева Елизавета II. Признаться, у меня, как у режиссера, ещё не было настолько значимого зрителя.

— Да, у вас действительно важный дебют. Что ж, пожелаем вам удачного выступления. А я напомню, что завтра в Ковент-Гардене...

Замерев, Шерлок на несколько секунд забывает как дышать.

«Неужели?..»

А потом пододвигает к себе ноутбук и принимается лихорадочно стучать по кнопкам, отправляя в поисковую систему запросы один за другим.

«Когда же?.. Когда появились первые сообщения об этой опере?..»

Поисковик послушно выдает длинный список ссылок.

«Ограничить поиск по времени. Проверяем март...»

Доступно 67563 результата.

«Есть. Проверяем февраль...»

Доступно 47589 результатов.

«Есть. Проверяем январь...»

Доступно 28563 результатов.

«Хорошо. Проверяем декабрь...»

Доступно 178 результатов.

«Теперь ноябрь...»

Результаты не найдены. Попробуйте изменить запрос.

«Значит, декабрь... Так, возвращаем его и смотрим числа... Ну-ка...»

Быстро пробегая взглядом списки ссылок, Шерлок на пробу открывает несколько из них и запоминает даты публикации.

Затем, прищурившись, смотрит уже на сами ссылки и запоминает источники, в которых появились первые статьи и видеосюжеты на тему грядущей премьеры.

На несколько секунд опустив голову, он решает проверить ещё одну идею и запрашивает в поиске уже данные и комментарии специалистов о режиссере-постановщике оперы, поскольку его имя Шерлоку как музыканту ни о чем не говорит.

Выбирает из списка результатов те, что появились до декабря прошлого года, и вдумчиво читает их.

Потом складывает руки в молитвенном жесте и добрых пять минут смотрит в одну точку перед собой, обдумывая результаты поисков.

«Не может же быть всё настолько просто?.. Ведь не может же?..»

Его отвлекает короткий стук в дверь, после чего заглядывает мамуля.

— Шерлок, мы собираемся ужинать. Ты будешь, дорогой?

— М-м, нет. Боюсь, что нет, мама. Я сейчас поеду в Лондон.

— На ночь глядя? Пока ты доберешься, уже будет часов одиннадцать, если не больше.

— Знаю, но это дело не может ждать.

— Что ж... я положу тебе что-нибудь в дорогу.

Миссис Холмс уходит. Шерлок, побарабанив пальцами по столу, берет свой мобильник и вызывает номер брата.

— Слушаю тебя, Шерлок, — устало отвечает Майкрофт после третьего звонка.

— Ты на работе или дома?

— Дома.

— Понятно. Тогда вызови к себе домой руководителей спецподразделения SO 14 — тех, кому можно доверять, кого-нибудь нормального из МИ-5, ну и начальник правительственной связи не помешает. Пусть соберутся у тебя через полтора часа. Я тоже подъеду.

На том конце линии повисает пауза.

— Полагаю, нет смысла просить тебя посмотреть на часы.

— Дело срочное, Майкрофт. Часы подождут.

— Что ж... если ты так считаешь... Могу я хотя бы уточнить: насколько серьезный вопрос мы будем обсуждать?

— Можешь. Завтрашнее покушение на королеву.