ГЛАВА 78

ГЛАВА 78

Горячие ладошки Ён У прижались к моим рукам и убрали их от моего лица.

Я открыл глаза, затуманенные слезами, и посмотрел на него сверху вниз.

— Ты хочешь, чтобы я доверял тебе? — синие глаза, на которых сейчас играли бирюзовые блики, доверчиво смотрели на меня.

Мои губы дрогнули. Как еще мне доказать, что я люблю его?

— Тогда оставь свой след на мне. Если ты действительно любишь меня, то оставь на мне метку. Если сейчас не получится — пробуй снова. Или ты боишься?

— Никогда не говори мне, что я боюсь, — мой голос звучал мрачно.

— Тогда сделай это.

Я посмотрел на его ухо. Тоска и неуверенность окутали меня.

Но внезапно я вспомнил слова Мишель про то, что метка — это акт эмоциональной близости. И вспомнил, как в первый раз укусил Ён У, пытаясь поставить метку. В тот момент он в страхе отползал от меня. А я же в своей ярости и ревности пытался зафиксировать нашу связь.

В этот момент все было по-другому: я признавался ему в бесконечной любви, он рассказывал, как долго любит меня, несмотря на боль, которую я ему причинил.

— Мне все равно, если даже ты меня не любишь... — голос Ён У дрожал.

О чём говорил Ён У? Почему он не поверил?

— Теперь это не имеет значения. Ведь я люблю тебя.

— Что же мне сделать, чтобы ты поверил мне? Ён У, я сделаю все, лишь бы ты любил меня... — и слезы, которые я так пытался сдерживать, затуманили мои глаза.

Ён У приподнялся на носочках, обвил мою шею руками, и мое ухо защекотал горячий шепот:

— Просто люби меня. Мой альфа.

— Ён У...

Я резко выдохнул, шепча его имя, и прикоснулся губами к его губам. Наш нежный поцелуй, когда я терялся в пространстве, перерастал во все более агрессивный. Я наслаждался его языком, его пухлыми губами. Мои руки, которые только что нежно обнимали его, в следующий момент приподняли его джемпер, и пальцы пробежались по горячей коже. Я почувствовал, как руки Ён У обхватывают мою шею, и он ласкает мое ухо нежными пальцами.

Я приподнял его, уложив на ковер, тут же задрал его джемпер и погрузился ртом в припухшие соски. Стон сорвался с губ Ён У, мои феромоны желания, как волна хлынули в пространство, окутывая нас. И тут мои ноздри затрепетали: неземной аромат моего омеги стал высвобождаться в ответ и переплетаться с моим.

— Ах...

Мой член отреагировал мгновенно. Я целовал его шею и ключицы, вдыхая сладкий цветочный аромат.

Сейчас я понял, насколько изменилась его фигура: припухшая грудь, его чувствительные соски, округлившийся животик и даже попка. Я испытывал просто неземное наслаждение. Мой омега любит меня, у меня была метка от него. Чего еще можно желать?

Я уже не мог контролировать поток альфа–феромонов, которые становились все интенсивнее, мое желание поднималось толчками. И внезапно я почувствовал, как нежный язычок прошелся по моим щекам. А потом его рот прильнул к моим губам. Вкус поцелуя был горьким, как и мои слезы.

Я моргнул, закрыл глаза, а когда распахнул — мой омега сверкал в золотом свете. Больше никогда мои слезы не будут горькими.

(Автор: ...Ах, мой милый Кит... Не буду вливать свою ложку дегтя... Наслаждайся своим прекрасным настоящим... Сцены 19+)

Стоны и мое тяжелое дыхание перекрывали даже шум прибоя. Я слышал, как бешено колотится сердце. В этот момент я впился в рот Ён У агрессивным поцелуем. Тело пробило разрядом тока.

Он яростно целовал меня, а потом оттолкнул. Я в недоумении посмотрел на него.

Ен У приподнялся, снял с себя брюки и сел на меня сверху.

Желание окатило волной.

Его нежный член, который уже полностью поднялся, покачивался у меня перед глазами. Как давно я мечтал об этом.

Я сорвал свои брюки. Мой освободившийся член тут же уперся в мягкую плоть, но у меня еще оставалось понимание, что я должен подготовить своего омегу. Хотя я чувствовал, как на мой живот вытекает его смазка, заставляя это место гореть.

Я одной рукой стал гладить его вздыбленный член, который уже был полностью влажным, а другой — поглаживать его нежную дырочку, которая истекала соками.

Как только мой палец проник глубоко внутрь, Ён У застонал, его талия изогнулась, и он лег мне на грудь.

Его припухшие соски прикоснулись к моей пылающей коже.

— Ён У...

Я простонал его имя и стал покрывать лицо и руки поцелуями. Я видел, как его кожа переливается золотом в моих глазах, его феромоны ласкают мое тело, его стоны и учащенное дыхание заставляют сердце пропускать удары. И сейчас я окунулся в поток чувств, который смог разбудить только мой мальчик.

Я добавил еще палец и начал интенсивнее массировать вход, чувствуя, как горячая жидкость капает на мой живот.

Ён У внутри был таким горячим и мелко подрагивал. Его тело разлилось на моей груди. И вдруг я почувствовал, как мои клыки обнажились, и по ним пробежал ток. Я зарычал, как хищник. Добыча трепетала в руках.

Возбужденный член коснулся нежной входа, и Ён У закричал.

И наконец-то, после всего того, что я пережил, я почувствовал, как мой огромный, стоящий вертикально член вошел в него, его дырочка стала втягивать меня, как вакуум. Тело Ён У горело, он весь дрожал, и я понимал, что он не может справиться со страстью. Но и со мной происходило то же самое. Мы нашли губы друг друга и стали целоваться так яростно, как будто от этого зависела наша жизнь.

Я так хотел свою омегу, так хотел погружаться все глубже в него, завоевывать его. Мое тело выделяло феромоны желания, которые всё сильнее окутывали нас.

Я ещё пытался сдерживаться, еще контролировал себя, неспешно продвигаясь внутрь сладкого входа. Но вдруг Ен У приподнялся и со всего размаху сел на меня.

— Чёрт!

Мои предохранители выбило, и я рванулся ему навстречу.

Ён У кричал так, что у меня просто сносило крышу от этой озвучки. Он обнимал меня, извиваясь на моем члене. Я положил его на спину и навис над ним. Его белоснежные бедра так контрастировали с моей загорелой кожей. Сейчас, разведённые в стороны, они открывали вид на поднятый, покачивающийся член, который сочился смазкой, и нежную дырочку, в которую я был погружен под самый корень.

Я не мог сдерживаться и целовал, и кусал его везде: его шею, плечи, ключицы.

И только соски просто лизал, боясь причинить боль. Его грудь была такой набухшей и увеличившейся в объеме, что это зрелище до дрожи будоражило меня.

Я вылизывал замысловатые рисунки на этой чувствительной груди.

И только ухо я не трогал. Как будто... боялся.

Мои толчки становились все сильнее и отчаяннее.

Внезапно Ён У вцепился зубами в мое ухо — в то место, где находилась его метка, — и больно укусил.

Он как будто давал понять, что же ему нужно от меня.

В этом укусе я почувствовал всю тоску, которую ощущал он.

Я продолжал яростно двигаться, чувствуя, что сдерживаться больше не могу, что момент эякуляции вот-вот наступит. И с сожалением, но понимал, что не могу устроить сцепку...

В этот миг я вцепился в ухо своей омеге, мой член начал яростно извергаться, а сквозь клыки прошел ток...

В следующий миг я ощутил на губах и во рту вкус крови Ён У и почувствовал, как в кровеносную систему моего омеги вливаются мои феромоны.

Внезапно неземной аромат стал окутывать нас. Мои феромоны изменили свой запах, как и феромоны моего омеги. В этот момент на мой живот стала извергаться сперма Ён У, а сам он кричал и стонал так от нахлынувших ощущений и неги, что жар стал распространяться по моему телу, и очередной оргазм накрыл меня.

Сознание стало отлетать...

В какой-то момент я попал в безвременье: свет померк, звук проносился где-то по краю восприятия.

Сколько это длилось, я не мог понять, но когда вернулся, звуки и свет обрушились лавиной.

Ощущение бесконечного счастья звенело вокруг.

Мой омега смотрел на меня своими прекрасными синими глазами. Я видел в его глазах любовь. И на его ухе расцвела моя метка.

Я пытался открыть рот, пытался ему сказать, но каждый раз задыхался.

Наконец-то признание сорвалось с моих губ.

— Я люблю тебя. Я очень давно... люблю тебя.

Мои глаза стали влажными, и золотой свет пробивался, как сквозь радугу воды.

Тут мягкая ладошка легла на мою щеку, и нежный голос, как ветерок коснулся уха.

— Мой альфа.

Я опустился и нежно поцеловал его. Мои поцелуи раз за разом ласкали ухо Ён У.

Я не двигался, но внезапно мое тело напряглось, волна экстаза пронеслась, я содрогнулся и застонал, мой член опять стал извергать потоки спермы. Оргазм небывалой силы обрушился на меня.

Когда нега накрыла меня, я понял, что такого душевного спокойствия и счастья я не ощущал никогда.

Правду говорил Ён У: секс с любимым человеком, на котором стоит твоя метка, — ни с чем не сравнимый экстаз.

Приподнявшись, я с любовью в глазах смотрел на своего омегу, который в истоме тяжело дышал подо мной.

В какой-то момент мой взгляд стал уплывать. Я только понимал, что обнимаю его, и знал, что когда очнусь — он будет рядом.

***

Я проснулся внезапно, сразу всё вспомнив.

Ён У посапывал у меня под боком — такой теплый и сладкий.

Я потянулся всем телом, пытаясь не разбудить его, и улыбнулся.

Мой член упирался Ён У в попку.

Я тихонько вставил его между бедер моего мальчика и счастливо хихикнул. И правда, мне понадобилось всего несколько фрикций, чтобы довести себя до оргазма.

Я и пытался быть как можно тише, но финальный вздох сдержать не смог. Моя сперма полилась на живот Ён У.

Он только недовольно покрутился, но, кажется, не проснулся. Я положил ладонь на его округлившийся животик, чтобы стереть следы, и вдруг почувствовал толчок. Потом еще один.

И застыл.

Потрясение, которое я сейчас испытал, невозможно передать словами.

Все это время я и знал, что скоро стану отцом, но воспринимал это как-то абстрактно. Ребенок был скорее частью моего любимого человека, в котором я принимал все.

И вдруг до меня дошло, что через несколько месяцев он будет отдельным человечком.

Я затих, прижавшись носом к шее Ён У, а ладонями — к его животу.

Толчок еще большей силы, как будто даже изменил форму живота моего омеги.

— Ох...

Ён У заворочался и повернулся лицом ко мне.

Когда он распахнул свои затуманенные со сна глаза, то стал внимательно вглядываться в мое лицо.

А потом улыбнулся.

Я еще раз провел по его животу ладонью, пытаясь вытереть сперму, но ее было так много, что это удалось не с первого раза.

Ён У, видимо, все понял, уткнулся носом мне в ухо и тихо выдохнул.

— Хорошо было?

Я почувствовал, как мои щеки загорелись.

— Очень хорошо.

Он засмеялся и, обхватив ухо с меткой губами, начал нежно его сосать.

По телу побежали искры. Я даже предположить не мог, как это бывает.

Мой член тут же качнулся и уперся в бедро Ён У.

А в ответ мои руки получили еще более ощутимый пинок.

— Ах...

Ён У, кряхтя, начал поворачиваться.

— Малыш недоволен? —голос прозвучал испуганно.

Ён У понял мое состояние и сильнее прижал руки к своему округлившемуся животу.

— Малыш, знакомься, это твой папа.

— Мы знакомы... Зачем ты так говоришь? — я даже с какой-то обидой посмотрел на Ён У.

Он же захохотал.

— Да, но несколько с другого ракурса.

Когда до меня дошло, что он имел в виду, я прямо почувствовал, как мои щеки, потом шея и даже грудь начали пылать.

— Ты... думаешь... это не полезно для ребёнка?

— Я думаю, что очень полезно. Феромоны альфа–отца очень нужны и мне, и малышу, — мой омега вдруг перестал улыбаться и тяжело вздохнул.

Я понял, что с ним происходит. Мне не хотелось вспоминать то время, когда мы были не вместе. Эти воспоминания, пугали меня, погружая в тоску.

— Тебе было очень тяжело? — я уткнулся губами в ухо, на котором красовалась моя метка, и нежно ее лизнул.

По телу Ён У пробежала дрожь, которая отозвалась и в моем теле.

— Мне было непросто, но я не хочу об этом вспоминать сейчас, — Ён У попытался вырваться из моих рук.

— Подожди, куда ты убегаешь? Я что-то сделал не так?

— Кит, знаешь, что еще очень тяжело во время беременности? Кроме всех тех неприятностей — токсикоза, тошноты, вялости, ну и...

— Что?

— То, что ты постоянно привязан к туалету. Или тебе хочется, или вот-вот захочется. Поэтому... пусти...

— Я провожу, — я тут же вскочил и, взяв Ён У на руки, поспешил к ванной комнате.

— Отпусти, я и сам могу это сделать.

— Нет, ты еще очень слаб. Потом тебе надо принять душ, я помогу тебе.

Мы провели в ванной достаточно времени — даже для того, чтобы у меня случился утренний минет.

Я не мог передать то блаженство, когда наблюдал картину, как между моих ног пристроилась голова Ен У.