ГЛАВА 56

ГЛАВА 56

Одиночество и тишина обрушились на меня.

Яркий свет резал глаза. Я закрыл ладонями лицо, как будто это могло спасти меня от окружающей действительности.

Это движение привело к тому, что бокал со звоном упал. Я открыл глаза. По белоснежной скатерти растекалось тёмно-красное пятно, похожее на кровь.

Ну почему? Почему всё получилось именно так?

Я услышал, как в столовую вошел Чарльз. По звуку приборов, которые он убирал, я понял, что он расстроен.

— Ты же всё слышал?

— Мистер Питтман, почему вы не сказали самого главного?

— О чем ты?

— Почему вы не сказали ему правду, что он нравится вам и вы жить без него не можете.

Я опустил голову еще ниже. Никогда с Чарльзом мы не вели таких разговоров. Но правда в том, что он чувствует и понимает меня иногда лучше, чем я сам.

— Но ведь действия важнее, чем слова.

— Я думаю, искренние слова также важны. И, мистер Питтман, хотя сейчас вы и очень расстроены... Но вы можете сделать предложение еще раз.

Он взял чистый бокал и опять наполнил его вином.

— Чарльз, налей и себе тоже, — к счастью, хоть Чарльз никогда мне не возражал.

Мы подняли бокалы и выпили.

— За вашу счастливую семейную жизнь, мистер Питтман.

Не знаю, что произошло, но я почувствовал восхитительный вкус и аромат этого винтажного французского вина.

— Да, недаром эта бутылка одна из лучших в вашей коллекции вин, мистер Питтман, — в голосе Чарльза звучало удовлетворение.

Мои губы тронула улыбка. Как будто то, что произошло сейчас, уже не было таким давящим и безнадежным.

Я поднялся из-за стола и пошел в свою комнату. Конечно, не так я себе представлял этот вечер. Но... Я ведь не отступлю.

Одного было безумно жаль — секса с Ён У в моей жизни как не было, так и нет. А секса ни с кем другим мне не надо.

(Автор: Почему-то сейчас вспомнился эпизод из новеллы «Логическая ошибка», как долго и тщательно Чу Сан У готовил предложение. И как Чан Дже Ён все его усилия свёл к... Короче, всё пошло не по плану.)

***

Утром, за завтраком, Чарльз вел себя так, как будто вчера ничего не произошло.

— Как Ён У?

— К сожалению, его до утра мучила тошнота. Он смог уснуть только на рассвете.

— Что же делать? — я растерялся.

— Только ждать. Скоро это пройдёт.

— Да? А ты откуда знаешь?

— У меня есть племянник, и я помню, как это было, когда моя сестра ждала появления ребенка. И потом, я изучил это явление и проконсультировался с терапевтом. Ведь теперь мне предстоит ухаживать за Ён У.

— А вдруг у него всё по-другому? А вдруг в его случае это другая болезнь?

— Мистер Питтман, — Чарльз вздохнул, ставя передо мной тарелку с завтраком. — Посмотрите вокруг. Сколько людей ходят по улицам. Их же всех кто-то родил. И Ён У родит. Он сильнее, чем вам кажется. Ведь главное — дух и решимость. А Ён У очень силён духом. Иначе вы бы его не выбрали.

— Ты так считаешь?

— Я уверен.

С этими словами Чарльз развернулся и покинул столовую.

И тут я услышал его тихий голос, доносящийся из-за двери. Я понял, что он шепчется с поваром.

— В этот период отец нуждается не в меньшей поддержке, чем беременный.

— Да. Вы правы.

— Я приготовил для Ён У несколько лёгких блюд. Возможно, он сможет их съесть.

— Хорошо. Сейчас я отнесу поднос в его комнату.

***

Ну вот, чего я никак не ожидал: когда Уиттакер открыл передо мной дверь лимузина, там уже сидел Ён У с лицом в нежных оттенках зеленого.

— Доброе утро, мистер Питтман.

— Что ты здесь делаешь? Почему ты не отдыхаешь?

— Я еду на работу.

— Но...

— Если вам некомфортно ехать со мной, то я возьму свою машину.

— Всё в порядке.

Уиттакер захлопнул дверь, и лимузин, плавно качнувшись, тронулся в путь.

Я сидел молча, украдкой посматривая на Ён У, который не отрывал взгляда от окна.

В лифт мы сели в такой же тишине.

И только когда тот остановился на этаже, где находился кабинет секретарей, и Ён У вышел, не говоря ни слова — я смог выдохнуть.

— Так вот как приручают альф–доминантов, — саркастический смех искривил губы.

Если раньше у меня и были вопросы к моему отцу, то теперь они полностью отпали.

***

— Это график анализа доходов и аудитории фильма, который вышел в прокат в прошлом месяце. Вот страны и регионы, где мы предполагаем его распространять. Это еще не утверждено, поэтому, пожалуйста, ознакомьтесь с ним и дайте мне знать. А это фрагменты статей с вечера, посвященного открытию.

Ён У клал бумаги на стол по мере продвижения доклада.

Я же сидел молча и только постукивал пальцами по столешнице.

Кто бы знал, как мне сейчас хотелось курить.

Но я не мог травить этого бесячего парня с лицом цвета весеннего болота ни своими феромонами, ни сигаретами.

— Почему ты пришел на работу?

Ён У запнулся.

— Потому что это моя работа.

— Я же говорил тебе этого не делать.

Я стиснул зубы, пытаясь унять раздражение.

Ну почему он вообще меня не слушает?

Я же с ума схожу от беспокойства.

— Спасибо за ваше внимание. Но если кто-то из команды отсутствует, то на остальных ложится большая нагрузка. Поэтому лучше уволиться, чем делать это.

— Так увольняйся.

Ён У не нашелся, что на это ответить. А я напрягся, что он опять неправильно поймет меня. Ведь я же знал, как он дорожит своей работой.

— Прости. Но ты ведь чувствуешь себя плохо. Ты сказал, что почти не спал ночью. Разве не лучше сейчас пойти к врачу, чем на работу?

— Откуда вы знаете, что я не мог уснуть? — Ён У посмотрел на меня с подозрением.

— Чарльз сказал.

Ён У, казалось, задумался. И сделал вывод, которому я был не рад.

— Мистер Питтман, если у вас нет дальнейших инструкций, я продолжу работать.

И, развернувшись, он покинул мой кабинет.

Но я видел, что походка его была неуверенной.

Когда дверь захлопнулась, я подскочил и бросился в приемную.

Он точно сейчас упадет и ударится.

Мой градус беспокойства просто зашкаливал.

Резко распахнув дверь, я увидел, что, к счастью, Ён У уже сидел за своим столом, закрыв лицо руками.

Я с облегчением прислонился к дверной коробке.

Казалось, что сейчас я чувствую всю его боль. Жаль только, что не могу её забрать.

И вдруг... Ён У отвел руки от лица и медленно приложил их к животу.

Его выражение лица при этом было таким, что мое сердце пропустило удар.

Внезапно он поднял голову и посмотрел своими синими бездонными глазами в мои.

В моей душе все перевернулось, нахлынули чувства, которые я даже назвать не в силах.

— Пожалуйста, уходи с работы, — мой голос звучал очень тихо. — Я не могу видеть тебя в таком состоянии.

— Я могу работать.

— Пожалуйста, послушай меня, — мой голос сорвался на крик.

Ужас, что я делаю.

Ён У смотрел на меня с изумлением.

Мне захотелось удариться головой об дверь, но я только взъерошил волосы и выдохнул.

Ну как мне донести до него, чтобы он наконец-то понял меня?

— Ён У, пожалуйста. Я не могу работать, когда ты в таком состоянии.

— Простите.

Он опустил голову, и сейчас я почувствовал, что Ён У действительно искренне сожалеет.

Мой милый маленький омега.

Вот меньше всего мне хочется, чтобы ты чувствовал себя виноватым.

— Я поработаю до обеда. Доделаю то, что осталось, и передам все дела Эмме, — Ён У замолчал, а я всё так же не мог отвести от него взгляда.

— Спасибо за то, что так внимательны ко мне.

Эти слова рвут мне душу.

Как мне хочется просто обнять его, но я не смею.

— Что-то ещё?

Только сейчас я заметил, что он вопросительно смотрит на меня.

Развернувшись, я скрылся за дверью в своём кабинете.

Как же все сложно.

Когда через пару часов я вышел в приемную, Ён У не было на рабочем месте.

Он же не мог оттуда уйти, не сказав мне.

Мое беспокойство начало нарастать.

Я подбежал к двери в ванную комнату. Она была пуста.

Вряд ли он отправился в туалет на этаже.

А если он спустился в секретариат? И ему стало плохо?

Я побежал к выходу на пожарную лестницу и, перепрыгивая через три ступеньки, помчался на этаж, где располагались кабинеты секретарей.

Он ведь говорил, что должен передать дела Эмме.

Может, зря волнуюсь, но мне нужно убедиться, что с ним все в порядке.

Да что со мной происходит в последнее время? Я ведь не паникер. Но рядом с Ён У становлюсь как будто другим человеком.

У меня хватило выдержки остановиться перед дверью офиса секретарей и отдышаться.

Хватит того, что пока я бегал по коридору, сотрудники шарахались в сторону, завидя меня.

Тихо приоткрыв дверь, я застыл, услышав спокойный голос своего маленького секретаря.

Из моей груди вырвался тихий вздох облегчения.

«Мне лучше пойти и отдохнуть. И я очень благодарен мистеру Питтману за это предложение».

Спокойный и уверенный голос Ён У заставил и меня поверить в то, что всё хорошо.

«Мистер Питтман немногословен, когда работает. Эмма, не переживай: когда он злится, это не длится долго. Да и происходит только в том случае, если допущена ошибка. Но если работа сделана хорошо, он очень корректен».

Я тихо закрыл дверь.

Мои губы тронула легкая улыбка.

Я понял, что Ён У наконец-то послушал меня и сейчас передает дела Эмме.

Успокоенный, дождался лифта и вернулся в свой кабинет, где сразу же набрал Уиттакера.

— Слушаю, мистер Питтман.

— Ён У после обеда поедет в особняк. Пусть мой лимузин будет в его распоряжении.

— Есть.

Удовлетворенный и успокоенный, я смог сосредоточиться на работе.