ГЛАВА 46

ГЛАВА 46

Утро сегодня было серым. Солнце скрывалось за клубами дыма. Аномальная жара последних дней привела к возникновению нескольких очагов лесных пожаров.

Но мое настроение не было безнадежным. Разрядка, которую я получил вчера, пусть и была суррогатом, принесла мне некоторое облегчение.

Но это состояние длилось ровно до того момента, пока я не зашёл в холл офисного здания и не увидел у лифта Ён У, который мило болтал с Эммой, нежно ей улыбаясь.

Как давно я уже не видел его улыбки. И вот, наконец, когда она появилась, то была предназначена не мне.

Укол ревности заставил токсичные феромоны вырваться наружу.

— Доброе утро, мистер Питтман, — Ён У повернулся в мою сторону, хотя я знал, что он даже не видел меня до этого.

И он тут же встал так, чтобы заслонить собой Эмму.

Я остановился, мой взгляд был прикован к Эмме. И я понял, что что-то не так, только когда мои телохранители застыли, не решаясь подойти ко мне.

Я же пристально смотрел на девушку, пытаясь прочесть по её лицу, что между ней и Ён У происходит.

— Эмма, поднимайся к себе, а я поеду с мистером Питтманом. Позже зайду в секретариат, — Ен У тепло проводив девушку повернулся в мою сторону.

— Мистер Питтман, мистер Уиттакер, — Эмма кивнула нам и поспешила к другому лифту.

Я видел, как напряжен Ён У. Он выдохнул только тогда, когда за девушкой закрылись двери.

Я был ужасно расстроен, тревожные мысли крутились в моей голове. Неужели они вместе приехали из дома? Неужели они ночевали вместе?

У меня не было ни малейшего сомнения в том, что Эмме нравится Ён У. Но неужели он так легко... забыл меня?

Я прошел мимо Ён У, ничего ему не сказав.

— Вы приехали сегодня рано. Вы видели статьи о пожарах?

Он что, болтает просто, чтобы отвлечь меня?

Двери лифта открылись, я зашёл внутрь. Ён У, казалось, колебался несколько мгновений, прежде чем последовать за мной. Уиттакер и другие телохранители остались в холле, двери лифта плавно закрылись. И мы остались только вдвоём.

Я был так обижен, что тут же убрал запах феромонов. Если я ему до такой степени неприятен, то...

И тут мой взгляд поймал взгляд Ён У, который отражался в зеркальной поверхности, до блеска отполированного металла. Мы смотрели друг на друга, и ни один из нас не отводил взгляда.

— Благодарю за машину. Я верну её сразу же, как только ремонт моей будет окончен.

— Продолжай ею пользоваться.

Не знаю, что опять я сказал не так, но Ён У нахмурился.

Ну почему, что бы я ни сделал, он всегда недоволен?

Хотя злиться тут должен я!

— Ты был сегодня с ней?

Этот вопрос вырвался неосознанно. Но только сейчас я понял, что надеюсь, что это... не так.

Ён У вопросительно смотрел в мои глаза и мягким голосом, таким, как раньше говорил со мной, ответил:

— Нет. Мы встретились возле лифта.

И вдруг продолжил:

— Если вы хотели узнать, приехала ли Эмма на одной машине со мной, — он замолчал. А я повернулся лицом к нему, и теперь мы смотрели в глаза друг друга, — то нет. Мы живём в противоположных направлениях. Ей до работы добираться на тридцать минут больше, чем мне.

Я заметил, что Ён У всё больше нервничает.

— Я...

Двери лифта внезапно открылись, и он не стал продолжать фразу. Мы вышли.

Мои шаги гулко отдавались в пространстве, его вторили моим. Я ловил эти звуки, и в моей голове их эхо отдавалось всё медленнее и медленнее, и в какой-то момент всё слилось в сплошной гул. Свет в коридоре становился все тусклее, пока совсем не померк.

В этой темноте и гуле как будто кто-то звал меня испуганным голосом.

— Мистер Питтман! Мистер Питтман, что происходит?! Кит!!!

Взгляд стал фокусироваться на вещах, окружавших меня. Я недоуменно стал оглядываться по сторонам.

Где я?

Как сюда попал?

Мои глаза остановились на человеке, который испуганно смотрел на меня. Его лицо было бледным, тревога сквозила во взгляде.

— Мистер Питтман, вы же в сознании?

И тут я испугался, когда понял, что же со мной произошло. Очередной провал памяти, которые повторяются раз за разом.

Я был отравлен своими же токсичными феромонами, и это уже невозможно было игнорировать. Я поднял руки к своим глазам. Мои пальцы дрожали.

Когда я заговорил, голос был тихим и тоже дрожал.

— Скажи Уиттакеру...

Я замолчал, а потом через силу выдавил:

— Скажи ему, что сегодня я пойду на вечеринку.

Чувство сожаления накрыло меня. Но мое время закончилось. Больше мне не на что было надеяться...

Я опять стоял у окна и курил. Небо, затянутое тучами, внезапно разразилось ливнем. Молнии прорезали почерневшее небо. Гром, следующий за ними, заставлял сердце сжиматься в безумной тревоге.

Природа плакала и бушевала; казалось, моя душа плакала вместе с ней.

Я до последнего ждал, что Ён У зайдёт ко мне и... спасёт меня. Но и сам понимал, что это невозможно.

Выйдя в приемную, приказал ему ехать домой, хотя рабочий день еще не был окончен. Ён У был очень бледным, и каждый раскат грома заставлял его тело сжиматься.

Когда я остался один, мое напряжение стало нарастать с каждой вспышкой молнии.

Этот бесконечный день подошел к концу. Вечером я спустился на паркинг в сопровождении охраны. Больше я не в силах был сдерживать свои токсичные феромоны. Тревога волнами накатывала на меня, и каждая последующая волна была тяжелее и дольше. Я как будто задыхался. Моё тело горело.

Наши три машины выехали на улицу и тут же попали в огромную пробку. Движение почти остановилось. Автомобили недолго медленно двигались, а потом надолго застывали. За окном извергались потоки воды, а чёрное небо резко пронизывали молнии.

Я не отрываясь смотрел в окно.

Так странно, но то направление, в котором мы двигались, проходило мимо района Ён У. Мне казалось, что я даже вижу свет в его доме. Я был в той маленькой квартирке всего лишь раз, но никогда не забуду дорогу туда.

По мере того как наш кортеж отдалялся от дома Ён У, в моей душе нарастала паника. Я крутился, пытаясь увидеть тёплые окна, но уже давно тот дом остался вдали.

Мы, наконец-то, выехали на загородное шоссе. Мой телефон зазвонил. Это был Уиттакер.

— Мистер Питтман, сейчас уже десять часов вечера. До места назначения осталось всего несколько километров, но... ваша новая партнерша не приедет вовремя. Её машина до сих пор не может выбраться из пробки.

Я зарычал и швырнул телефон в угол.

Невероятная вспышка молнии осветила все вокруг неоном. А последовавший следом раскат грома ударил так, что тяжелый бронированный лимузин, казалось, вздрогнул.

Мои глаза медленно закрылись, а когда открылись, я все стал видеть в золотом свете.

Гон... наступил.

В следующую секунду лимузин дернулся и остановился. Двигатель заглох.

Не прошло и минуты, как дверь распахнулась и расстроенный Уиттакер встал возле неё. Бесполезный зонт, который тут же сломал ветер, трепыхался у него в руках.

— Мистер Питтман...

Договорить он не успел. Я с рычанием, оттолкнув его, выскочил наружу. Мне нужно было облегчение. Я не мог находиться в этом замкнутом пространстве.

— Мистер Питтман, вернитесь!

Я стоял под ливнем, который не мог охладить мое пылающее тело.

— Мистер Питтман, садитесь в машину, сейчас мы все исправим. Вы промокните.

Из машины сопровождения вышли ребята. Но они не решались подойти ко мне. Я же развернулся и побежал по дороге, ведущей обратно в город.

— Мистер Питтман, вернитесь! Это опасно! — истошный крик ударился в спину.

Опять грохнул гром, и сверкнувшая следом молния ослепила меня. Когда зрение вернулось, я, как в замедленной съемке, увидел, что на меня несется автомобиль. Его фары были все ближе. Казалось, что только в последний момент я отпрыгнул с дороги и, не удержавшись на ногах, покатился вниз по насыпи. Тут же, подскочив на ноги, я увидел, что ко мне бегут несколько человек.

— Мистер Питтман, вернитесь!

Я узнал голос Уиттакера.

В следующую секунду, развернувшись к лесу, который тянулся вдоль дороги, я стал убегать от погони. В голове метались навязчивые мысли:

«Я должен быть с Ён У.»

«Я должен быть со своим омегой.»

«Только он в силах мне помочь.»

Сейчас я чувствовал себя зверем, на которого устроили охоту.

«Я найду Ён У».

«Я... люблю его.»