ГЛАВА 44

ГЛАВА 44

Я шёл в сторону особняка один. Никто меня не догнал, никому я был не нужен.

По пути я позвонил отцу и обрисовал ситуацию.

Уже через пять минут до моего слуха донёсся шум автомобиля, который на большой скорости проследовал в сторону летнего домика.

Я вспомнил, что в той стороне находится узкая дорога для технических нужд.

Я даже не знаю, что сейчас чувствовал.

Фотографии и торт, который Николас подготовил для брата, заставили меня почувствовать... зависть?

Глупость, конечно, мне всё равно, но почему же сейчас так... некомфортно.

Достигнув особняка, я уже хотел распрощаться и ехать домой, но отец меня не отпустил.

Он был настолько возбужден, что я не узнавал его.

— Кит, прошу тебя, задержись ещё. У нас множество гостей, а папа к нам не присоединится. Он останется у постели Ника. Так волнительно, мой младший сын уже совсем вырос.

И вот теперь я стою рядом с отцом и Гилом и даже делаю вид, что улыбаюсь.

Странно, но почему-то некоторым гостям стало известно, что у Ника наступила первая течка.

И они поздравляли отца ещё и с этим.

Бред.

Но отец светился от радости.

— Да, это так волнительно. Меня поймут только те родители, у которых в семье дети и альфы, и омеги. Омега — это совсем по-другому. Я чувствую за него больше тревоги и ответственности.

Роскошный фуршет и бесконечные поздравления Гилберту и моему отцу дали мне возможность отойти в тень и наблюдать за происходящим со стороны.

Когда-нибудь и у меня будет ребенок. Но буду ли я также близок к его матери? Будет ли ещё когда-нибудь у меня такое притяжение к другому человеку, как... к Ён У?

Из моей груди вырвался невольный тоскливый вздох.

— Неужели тебе так плохо здесь? — Гил неслышно подошёл сзади.

Я резко обернулся. Он ожидающе смотрел в мои глаза, я же молчал.

— Потерпи, сейчас начнётся грандиозный концерт. Мы пригласили очень популярную мужскую группу. Нико сам их выбирал, он их фанат. Жаль, что не сможет увидеть.

— Да, жаль. Видно, что он очень готовился к этому событию, — в моей душе всколыхнулись тёплые чувства по отношению к младшему брату.

— Про то, что он готовит торт, я знал. Вчера подсмотрел за ним на кухне, когда они с поваром уединились. А вот про фотографии даже не догадывался. Я потом вернулся в грот, забрал свой подарок, если хочешь, отжалею тебе кусочек торта.

Я промолчал отрицательно мотнув головой.

— А ведь у нас с тобой нет ни одной совместной фотографии. Только те, которые заказывал отец для СМИ. Но они какие-то бездушные.

— Тебе надо идти, гости ждут, — мой ответ прозвучал резко, и я сразу почувствовал, что это заставило закрыться какую-то дверь, что Гил пытался открыть для меня.

Но мне было пофиг.

К счастью, телефон зазвонил, и я, отвернувшись от него, снял трубку и пошёл прочь.

— Алло.

— Кит Питтман, привет! Это Мишель.

Я удивился: когда мы расстались с Мишель, вот честно, не думал, что когда-нибудь ещё о ней вспомню. Да и последовавшие после нашей встречи события затмили собой всё, что случилось до этого.

— Да.

— Что-то не слышу в голосе энтузиазма.

— Ага.

— И что, даже встретиться со мной не хочешь? Кто-то помнится обещал познакомить с доктором Стюартом, — голос на том конце утратил свой задор.

Было ощущение, что собеседница уже ни на что не рассчитывает.

— Ну почему же, как только приедешь, сразу и договоримся о встрече.

— А я уже здесь, остановилась в отеле XX, — Мишель обрадованно засмеялась.

Я не знаю почему, но этот смех вызвал облегчение.

— А завтра ты свободен? Всё-таки воскресенье, а я никого здесь не знаю. Сходим на обед?

Первым моим импульсом было отказать. Мишель, как будто, это почувствовала.

— Послушай, только ни о чём этаком не думай, как брачный вариант — я тебя не рассматриваю. Я ещё лет десять планирую заниматься только своей карьерой.

И я вдруг с содроганием вспомнил, какая очередная ужасная ночь мне предстоит. А ещё и следующий свободный день...

— Хорошо, я заеду за тобой в отель в 12:00.

— Отлично!!!

— До встречи, — и я тут же повесил трубку, как будто боясь передумать.

На душе опять стало так паскудно.

Все последнее время мы проводили с Ён У выходные, практически не покидая постель.

— Кит, что с тобой не так?

Я вздрогнул и резко обернулся. Грейсон стоял у меня за спиной.

— Твой феромон такой удушающий. Даже у меня от него бегают искры по телу. У тебя точно всё в порядке?

— Да, всё просто отлично! — хотелось, чтобы Грейсон от меня отвалил.

— А вот я так не думаю. Ты точно выводишь свои феромоны?

— Отстань. Это не твоё дело! — я заорал.

— Понятно. Пошли выпьем и даже напьёмся, если повезёт, — он схватил меня за локоть и потащил в сторону бара, — кстати, на следующей неделе вечеринка для доминантных альф. Тебя давно не было видно на таких встречах. Я прав?

Тут на главной площадке вспыхнули софиты. Звуковая волна прокатилась по поместью. Концерт начался.

Я ничего не ответил Грейсону. Да, с той последней вечеринки, когда с Ён У случилась паническая атака, после чего он переехал в особняк, я перестал их посещать.

Я понимал, что мне сейчас реально надо напиться. И быть здесь до утра.

Мне просто надо пережить ещё одну ночь. Просто нужно время... и тогда всё станет как и прежде.

***

— Мистер Питтман. Мистер Питтман... — тревожный голос бился в уши.

Я очнулся и в недоумении огляделся вокруг. Мое сознание вернулось. Сейчас я находился в лимузине. Дверь его была распахнута, а Чарльз и Уиттакер с тревогой всматривались в мое лицо.

Что это с ними?

Странно, но я абсолютно не помню, как сюда попал. Последнее, что всплывает в воспоминаниях, — как пил с Грейсоном под оглушительную музыку и крики счастливых гостей.

Меня практически невозможно напоить, и сейчас я точно не был пьян. Так почему же не могу вспомнить, что со мной происходило дальше?

Я вышел из машины и посмотрел на небо. Вдали занималась заря. Ну вот, к счастью, эта ночь прошла.

— Чарльз, в 12:00 я должен быть в отеле XX.

Ещё нужно этот день пережить, а завтра работа — и я опять увижу Ен У, пусть даже холодного и отстраненного. Мне просто нужно чуть больше времени.

И я забуду...

Ровно в 12:00 я стоял в холле какого-то второсортного отеля. На улице было жарко, но я, впрочем как и всегда, был одет в классический костюм.

Я, Уиттакер и два моих телохранителя вызвали просто какой-то нездоровый ажиотаж среди посетителей и персонала.

Наконец-то лифт открылся и оттуда выскочила Мишель. Сейчас я узнал её только потому, что ожидал увидеть. Белая футболка и голубые брюки подчеркивали точеную фигурку. Короткая стрижка сегодня не была тщательно уложена, как в прошлый раз. Сейчас на макушке виднелся легкомысленный хвостик. Из всех украшений на ней был лишь летний шарфик и тонкий серебряный браслет. А тёмные очки в белой оправе прятали серые глаза.

Я с недоумением смотрел на нее. Никогда... никогда я не встречался с такими девушками. Она подлетела ко мне и даже подпрыгнула от перевозбуждения.

— Кит, привет! Такое удовольствие видеть тебя снова.

— Здравствуй, Мишель.

Я не разделял её энтузиазма. Но она нужна мне сегодня.

Девушка оглянулась и тихо спросила:

— А эти ребята с тобой?

Я не сразу понял, что она имеет в виду моих телохранителей.

— Да. Не обращай внимания. Это просто производственная необходимость.

Она покорно кивнула, но я видел, что ей не очень комфортно. Однако Мишель быстро справилась с собой и критически осмотрела меня.

— Ты так и будешь гулять в пиджаке и галстуке по такой жаре?

— А в чём проблема? В машине и в ресторане есть кондиционер.

— Но ведь ещё не время обеда. Я думала, мы где-нибудь погуляем, — голос Мишель как-то сник. — Здесь же такая красивая набережная.

Я не хотел её расстраивать, но реальность была такова, что по улицам я не гуляю. Слишком сложно организовать охрану.

Тут Уиттакер внезапно кашлянул. Я вопросительно взглянул в его сторону.

— Может быть, яхт-клуб? Большая охраняемая территория на берегу океана.

— О, отличная идея! — глаза Мишель опять зажглись.

Я же только пожал плечами. Мне было всё равно.

— Поехали, — я решительно проследовал на выход.

Когда портье открыл перед нами дверь, Уиттакер вышел первым, следом я пропустил Мишель. Странно, но если бы я точно не знал, что это девушка, то подумал бы...

Бред!

Просто этот миниатюрный силуэт так походил на... силуэт Ён У.

Как только мы сели в лимузин, мне в голову опять полезли непрошенные мысли. На самом деле я почти никогда не заезжаю за своими партнерами, предпочитая встречаться уже в месте назначения, и обратно их отвозит автомобиль охраны либо лично Чарльз. Мне не нравится, когда посторонние люди находятся в салоне моего лимузина. Кроме... Ён У.

Сейчас Мишель молчала, отвернувшись от меня и глядя в окно. Я тоже предпочел смотреть на проплывающий мимо город.

Все было не то... Я хотел, чтобы рядом был другой человек. Почему же мне самому не пришла идея отвезти Ён У в яхт-клуб...

— Кит... Кит!

Я очнулся... Мишель звала меня.

— Убери свои феромоны.

Блин, надо же было так отключиться... Я взял себя в руки и до конца поездки больше ни на секунду не терял бдительность.

Выйдя к берегу океана, мы попали в нестерпимую жару.

— Слушай, ты так и будешь в пиджаке и галстуке? — Мишель с сомнением оглядела меня.

— А в чём дело?

— Да мне на тебя даже смотреть жарко. Если ты останешься в рубашке, ничего же не случится?

Я только пожал плечами. Я доминантный альфа и, по большому счёту, не страдаю ни от жары, ни от холода — в рамках разумного, конечно. Но, в принципе, мне было всё равно.

Я снял пиджак и галстук, а Мишель, подойдя ко мне, расстегнула запонки и закатала рукава моей рубашки. А потом вложила запонки мне в ладонь.

Я смотрел на неё сверху вниз и понимал: она действительно ничего ко мне не чувствует. Я ей просто безразличен, как мужчина. Как и она мне.

Ничего.

Мои глаза закрылись, и я вспомнил Ён У, тот первый раз, когда он помогал мне застегнуть рубашку после ранения.

Да, первый раз, когда я понял, что Ен У что-то ко мне чувствует.

— Кит, тебя ведь что-то тревожит. Ты всегда можешь со мной поделиться.

Я с недоумением посмотрел на девушку. Ну, нет. Это вообще не та история, о которой я могу кому-то рассказать. Да никогда.

Уиттакер подошел, чтобы забрать мой пиджак. Мишель тут же с сомнением окинула взглядом моего главного телохранителя и перевела задумчивый взгляд на других ребят.

— Наверно, им тоже очень жарко...

— Нет, — бедолага Уиттакер аж отпрыгнул от нас, как будто его действительно сейчас разденут.

— Нет, все в порядке, — я вступился за ребят.

Только представив, что у них под пиджаками и в какой ажиотаж придет гуляющая публика, увидев мужчин, увешанных оружием, моё настроение незримо поднялось.

За обедом я решил обсудить дело, ради которого Мишель и хотела со мной встретиться. Мы сидели на открытой террасе. Вдали шумел океан. Атмосфера была умиротворенной, и мне даже удалось немного отвлечься.

— Зачем тебе доктор Стюарт? Что ты от него хочешь?

— В идеале, хотелось бы с ним работать. Я в этом году окончила университет. И сейчас ищу работу. Мне бы очень-очень хотелось попасть в институт к доктору Стюарту. Ведь он самый крупный учёный в области исследования генома доминантных альф. Ну, я тебе уже об этом рассказывала, — голос Мишель аж дрожал от восторга. — Если честно, мне бы хотелось более глубоко исследовать и геном рецессивных омег.

Но внезапно девушка понурилась.

— Я, конечно, понимаю, что такие, как я, десятками подают резюме к нему в клинику. И вряд ли он их даже читает. Для этого есть отдел кадров. И неважно, что я окончила лучший университет, где готовят таких специалистов, и даже среди них у меня были лучшие результаты, — вероятность, что он выберет меня, практически нулевая.

— Ага.

— Блин, ну зачем же так сразу рушить мою мечту, — Мишель тут же возмутилась.

— А я-то причём? Это же ты сама сейчас все предсказала, как оно будет.

— Кит, ну как ты можешь? Читай между строк. Я тревожусь, а ты меня поддерживаешь, — даже её хвостик возмущенно затрепетал на ветру.

— Не очень понимаю, что ты имеешь в виду.

— Ну, скажем так: если ты представишь меня доктору Стюарту, я выскажусь, как им восхищаюсь, как хочу с ним работать, и тогда, возможно, он прочитает моё резюме. Заметит те результаты, которых я достигла. И если будет вакансия, он подумает обо мне. Ну вот, как-то так.

Выдав этот спич, Мишель уставилась на меня.

Я же посмотрел на неё с каким-то даже удивлением.

— Зачем так сложно? Я просто звоню Стюарту, и он берет тебя на работу.

— Да-а-а...? — Мишель зависла.

Я вздохнул. Когда я разговаривал с этой девушкой, меня не покидало ощущение, что она вообще не знала, кто я.

Понятно, конечно: она жила все последние годы в Европе, но ведь её родители должны были ей рассказать обо мне. Ведь это с подачи её отца мы познакомились.

— Слушай, ты вообще знаешь, кто я?

Мишель покраснела.

— Я знаю, что ты работаешь с моим отцом. И ещё... когда я попросила твой контакт у мамы... не хотела просить папулю, а то он бы себе опять чего-нибудь нафантазировал. Так вот... мама расплакалась и запретила с тобой связываться.

Теперь уже завис я.

Если честно, было очень неприятно осознавать, что родственники омег против моей кандидатуры.

Грейсон обещал убить, если я подойду к Нине. Вот, мать Мишель против.

И... Ён У отверг...

Воспоминания о Ен У опять опустили меня в пучину меланхолии.

Видно, Мишель все же очень хорошо умела читать атмосферу.

— Не парься. Это не потому, что ты недостаточно хорош. Ты как раз великолепен. Просто, если бы я тобой заинтересовалась как партнером, то разбила бы себе сердце.

— Почему?

— А ты разве готов к серьезным отношениям?

— А без этого никак? Для чего вы все хотите каких-то отношений? А нельзя просто заниматься сексом и проводить время вместе, не требуя невозможного? Получать подарки и не выпячивать свою независимость? И не пытаться связать партнера по рукам и ногам нелепыми требованиями? А если при этом тебе что-то не понравилось — сразу уходить? И даже не выслушать! Можешь объяснить мне?! — я орал.

Мои феромоны начали опять душить меня.

Выплеснув всё это, я закрыл рот и перевёл взгляд на океан.

Мы с Мишель долго молчали.

— Возможно, второму человеку ты настолько дорог, что он не готов мириться с тем, что ты его не выбираешь. Что он всего лишь один из многих.

— Забудь. Мы говорили о тебе. Позже Стюарт тебе позвонит.

И мы с Мишель в тишине продолжили обедать. Я был ей признателен, что она больше никак не лезла с разговорами.

— Да, и чтобы ты была в курсе: я владелец фирмы, в которой работает твой отец. И один из главных инвесторов в институте, где работает Стюарт. Он мой личный терапевт.

Я решительно поднялся.

— Тебя отвезут, куда пожелаешь. А у меня ещё есть дела.

И, отвернувшись, я направился в сторону стоянки своего лимузина.

Уиттакер и охрана последовали за мной.

Когда дверь лимузина захлопнулась, я в изнеможении закурил.

Смешно: если бы я был так дорог Ен У, он бы понимал меня. Он знает, что без секса, не имея возможности выводить токсичные феромоны, я тронусь умом.

— Мистер Питтман!

Чарльз и Уиттакер стояли у открытой двери лимузина. Их лица выражали крайнюю озабоченность. Я медленно приходил в себя и не мог понять, что здесь делаю.

И мне понадобилось время, чтобы наконец-то все вспомнить.

ГЛАВА

Завтрак проходил в тишине.

Только позвякивание приборов её нарушало. Но атмосфера была какой-то удушающей.

Мне все труднее с каждым днём было находиться дома.

— Мистер Питтман.

Чарльз стоял напротив с решительным лицом.

— Говори.

— Вы не должны пренебрегать встречами со своим партнёром. Вам просто необходимо выводить токсичные феромоны. Вы же знаете, что если этого не делать, ваше здоровье будет под угрозой. Так вы можете сбить свой цикл, и гон наступит внезапно. А вы ведь знаете, как это опасно. У вас уже сейчас появились провалы в памяти.

Он замолчал, но не уходил.

— Что-то ещё?

— Одна из горничных, которая убирает в комнатах, попала под влияние ваших феромонов. Теперь девушка в больнице. Ей придется на долгое время отказаться от работы. В зрелом возрасте очень тяжело переходить из беты в омегу.

Я молчал.

Я уже понимал, что даже крепкие ребята из охраны меня сторонятся.

Атмосфера вокруг становится все более токсичной.

Я же встречался со своей партнершей только для того, чтобы поесть или выйти в свет. Так дальше продолжаться не может.

Я изменю это.

Сегодня же.