ГЛАВА 43

ГЛАВА 43

(Автор: Эта глава была написана давно, просто для себя, возможно, как другая история. И вот пришло и для неё время.)

Сегодня поместье Анжела бурлило.

Лимузины подъезжали один за другим.

Начиная от главных ворот, на подъездной дорожке образовалась очередь.

Публика состояла лишь из богатейших семей страны.

Гости прибывали целыми кланами.

Счастливые хозяева встречали их у крыльца огромного особняка.

Меры охраны были приняты беспрецедентные.

Сам хозяин, да и многие из гостей, являлись доминантными альфами.

Клейтон Питтман и его муж Анжел Питтман сегодня с размахом отмечали двадцатилетие своего второго сына, Гилберта Ричарда Питтмана.

И сейчас они все втроём, сияя улыбками, стояли у входа в особняк.

На день рождения были приглашены только официальные семьи, никаких любовниц или любовников сегодня не предполагалось. Если у вас нет супруга или официального партнёра, значит, вы приходите один.

Но это и правильно. Всё-таки именинник только-только перешагнул юношеский возраст.

— Где Николас? — Клейтон Питтман, шестидесятилетний отец именинника, тихонько задал вопрос Гилу.

— Он сказал, что готовит мне сюрприз, — Гил улыбнулся в предвкушении.

Его младший пятнадцатилетний брат Нико умчался куда-то, предупредив, что ровно в три часа дня Гил должен прийти в их секретный грот.

Уже давно Гил туда не заглядывал. Но всё детство они провели в этом месте, на своей секретной базе.

У некоторых детей есть домик на дереве, а у них двоих был свой секретный грот.

И ничего, что как только подходило время обеда, дворецкий их дома, Генри, как штык, минута в минуту, стоял у входа, чтобы позвать детей в столовую.

Губы Гилберта расплылись в улыбке от воспоминаний.

— Мог бы встретить гостей с нами, а потом делать сюрпризы, — отец еще поворчал для порядка.

Но его муж, взяв того под руку, сразу прекратил недовольство.

— Дорогой, пусть Нико веселится. Скоро его шестнадцатилетие, вот и будет сам встречать своих гостей.

— Как твоя нога, не сильно болит? Обопрись на меня, — Клейтон Питтман обнял своего супруга за талию.

— Я выдержу.

Семья опять одела улыбки на лица, встречая очередной прибывший кортеж клана Миллеров.

Семьи начали приветствовать друг друга, расточая комплименты и пожелания имениннику.

Но прибыли не все Миллеры. Чейза и Грейсона ещё не было.

Пока взрослые произносили дежурные фразы, самый младший отпрыск Миллеров, двенадцатилетний Энтони, ерзал так, как будто ему в носки заползли муравьи.

Гил отметил, что для своих двенадцати лет мальчишка выглядит очень высоким и крупным. Явно перед выходом его причесали, приодев в темно-синий смокинг с галстуком.

Но его короткие светлые вихры уже торчали в разные стороны.

И судя по всему, это просто вопрос времени — когда и на каком дереве затеряется пиджак и галстук.

Как только родители мальчишки ослабили бдительность, пятки сорванца только сверкнули в ближайшем розарии.

— Энтони! — грозный рык его отца не принёс результата, а пожалуй, только придал ускорения парнишке.

Гил Питман перед приемом просмотрел досье на всех гостей, которые были приглашены в особняк.

Сегодня для него, пожалуй, было первое боевое крещение.

Его отец представлял публике своего второго наследника.

А так как все знали, что у старшего сына, Кита Питмана, своя процветающая компания и он посвящает все силы ей, то многие предполагали, что Гилберт Ричардсон Питтман будет, пожалуй, главным приемником финансового воротилы Клейтона Питтмана.

Помимо старшей четы Миллеров — огромного высокого главы клана и его нежного и хрупкого мужа — вместе с ними сейчас присутствовали Натаниель с женой. Глядя на нее, было понятно, что срок родов приближается.

И здесь же присутствовали две девушки, дочери четы Миллеров, — сестра–близнец Грейсона Стэйси, доминантная альфа, и двадцатилетняя Нина, доминантная омега.

Поистине, семья Миллеров могла бы считаться безупречной, если бы не повеса Грейсон и Чейз со своим, более чем странным, поведением.

Когда Миллеры отошли, отец тихо прошептал заговорщицким голосом:

— Гилберт, обрати внимание на Нину. Она прекрасная девушка.

— Остынь, ты что — хочешь сосватать Гила? Он еще слишком молод, чтобы думать о браке, и все силы должен посвятить учебе. Если тебе так хочется внуков, обрати лучше свое внимание на Кита. Вот уж кому пора создать семью, — Анжел вздохнул.

Кто же из них не знал, что Кит не собирается жениться. И более того, он не сильно-то жаждет общение со своей семьей.

Тут подъехал следующий лимузин, и стало понятно, что прибыли братья Миллеры. Эти молодые мужчины производили ошеломляющее впечатление.

Оба — высокие, статные; фигурой явно пошли в своего отца. Оба с аметистовыми глазами.

Только у Чейза было какое-то космическое свечение на радужке.

И сейчас, когда его волосы для предстоящей роли перекрасили в цвет воронова крыла, это делало его внешность ещё более яркой.

Оба брата были хороши, но от Чейза невозможно было оторвать глаз. Недаром он был актером мирового уровня.

Чейз источал улыбки и светился позитивом — режим актера, любимца публики, был активирован. Но как только он поздравил именинника и, поздоровавшись с хозяевами, не дожидаясь брата, прошел по дорожке вглубь сада, его лицо приобрело холодно-отстраненное выражение.

За ним проследовал зеленоглазый телохранитель.

Чейз был единственным из гостей, кому в этом поместье разрешили быть с охраной.

Только несколько человек знали, насколько серьезна угроза, исходящая от террористической группировки, которая была нацелена на доминантных альф.

А Чейз был их главной мишенью.

Это была последняя пара гостей. Все остальные уже прибыли. Хозяева могли проходить на главную площадку, где, по сути, чуть позже начнется торжество.

Гил вглядывался в сторону въездных ворот. Там было пусто. Кит не приехал.

Анжел посмотрел на своего второго и, что уж тут лукавить, самого любимого сына. И любовь его была смешана с чувством вины перед этим прекрасным юным мужчиной.

Гил тяжело вздохнул. На что он рассчитывал? Он же знает, что Кит его ненавидит. И вряд ли приедет.

— Грейсон, задержись на минуту. Мне надо с тобой обсудить пару вопросов, — отец, только мельком взглянув на Гила, сразу понял его состояние.

И они все вместе были вынуждены стоять у входа, ожидая, пока Клейтон Питтман окончит беседу с Грейсоном.

— Он обещал, что приедет, а свои обещания Кит всегда выполняет, — папа тихонько похлопал сына по руке.

Сейчас, глядя на этих двоих, пожалуй, трудно было бы признать в них отца и сына.

Андрогинная красота Анжела казалась неземной. Его прекрасные фиолетовые глаза и серебристо-платиновые волосы, собранные в высокий хвост, сегодня венчала диадема, подаренная старшим сыном. Конфуцианское жемчужно-серое платье с поясом, расшитым настоящим жемчугом и серебряными нитями, изящно обтекающее стройную фигуру только подчеркивало — он как будто вне времени.

И прекрасный молодой юноша — высокий и статный, с короткими, стильно уложенными каштановыми волосами, на прядках которых играли бронзовые блики и бездонными голубыми глазами.

Аметистовые глаза, которые меняют цвет на золотой в период страсти, — это исключительно черта доминантных альф.

Но вот чем они с папой были похожи — так это необыкновенной красотой и нежными чертами запоминающегося лица.

Внезапно в конце аллеи показался кортеж из трёх автомобилей.

Глаза Гила засияли, на щеках вспыхнул румянец.

— Кит приехал! — парень не смог сдержать возглас восторга.

Вся компания посмотрела на юношу.

Анжел с Клейтоном Питтманом с облегчением выдохнули, а вот Грейсон испытал настоящее потрясение. Он будто новыми глазами смотрел на Гила.

Автомобили остановились, и Уиттакер, выйдя первым из машины сопровождения, размашистым шагом направился к лимузину, чтобы открыть дверь своему боссу.

Кит, как всегда безупречный, вышел из лимузина. Идеально подогнанный костюм графитового цвета, белоснежная рубашка оттеняла загорелую кожу, а запястье обвивал черный браслет часов, циферблат которых был усыпан бриллиантами. Надменное холодное лицо не скрывало недовольства. Тлеющая в гибких сильных пальцах сигарета, обволакивала его загадочным эфемерным узором.

И... окружающие сразу поняли, что настроение у него паршивое.

Агрессивные феромоны доминантного альфы, равных которому нет в этом мире растекались вокруг.

Все застыли. Улыбка, только что игравшая на губах Гила Питтмана, сменилась на разочарование. Казалось брат, которому он вручал приглашение на этот вечер и человек, который предстал перед ним сейчас — это разные люди.

Грейсон с недоумением наблюдал за этой сценой. Так вот, оказывается, как его друг общается со своей семьей.

— Не смей, — одними губами прошептал отец.

Кит надменно усмехнулся и полностью убрал свои феромоны.

Грейсон увидел, как родители выдохнули, а Гил с надеждой уставился на брата.

— Поздравляю, — Кит подошел к имениннику, — Я не смогу задержаться надолго, поэтому подарок вручу сразу.

Кит достал из внутреннего кармана конверт и отдал его юноше.

Грейсон наблюдал, как лицо Гила поднялось вверх, а в глазах отразилось небо.

— Спасибо.

Кит, больше ничего не говоря, пошёл вперёд, к павильону.

Родители последовали за ним. И только парень задержался. Он с нетерпением открыл конверт, но когда увидел, что там лежит, его взгляд опять потух.

Гил догнал родителей.

— Я уже пойду, скоро три часа. Нико будет ждать.

— Побудь с нами еще двадцать минут, а потом уйдёшь. Ник же сказал — в три, — Анжел подхватил сына под руку, и они вдвоём медленно пошли к гостям.

Клейтон поспешил следом.

Грейсон задумчиво проводил их взглядом и побежал догонять Кита.

— Слушай, а что ты подарил брату? Что-то, он явно не обрадовался подарку.

— Он мне не брат. И я не обязан заботиться о его счастье, — Кит выдохнул дым в лицо Грейсону

— Хорошо, что ты подарил Гилберту? — Грейсон поморщился.

— Чек на миллион, — Кит подошел к стойке с шампанским и взял бокал.

— Ты с ума сошёл? Зачем дарить деньги человеку, у которого их полно.

— А что, по-твоему, я должен был попросить секретаря купить ему какую-нибудь безделушку? Так должен тебя уверить — у него всё есть, — Кит начал ещё больше раздражаться.

Он подошел к буфету, схватил со стойки бутылку с шампанским и по аллее, направился вглубь парка.

Грейсон последовал за ним.

— Ну не знаю, подарок должен быть...

— Грейсон, отвянь. Не приставай. Не понимаю, чего ты вдруг воспылал благосклонностью к моей семье. Знаешь же, какие у меня с ними отношения. Если бы не договор с отцом за ту историю с Кеном, ноги бы моей тут сегодня не было.

Грейсон ничего не сказал, а только жалостливо посмотрел вслед мужчине, в одиночестве уходящего вглубь парка. Парка, который с каждым шагом все больше походил на лес.

***

Младший Миллер, как только удрал из-под зоркого ока своего грозного

отца, сразу рванул в сторону парка.

В этом поместье он был не первый раз. Его уже брали сюда родители лет пять назад — тогда праздновали день рождения одного из детей хозяев.

Тогда здесь были аттракционы и привезли даже зоопарк. Все дети его возраста визжали от удовольствия, а он просто сбежал. Ему не хотелось быть с этой малышней.

Тогда в глубине леса он наткнулся на мальчика, который тоже удрал с вечеринки. Мальчик показал ему кое-что интересное — он завёл его в пещеру, в которой было множество фантастических вещей.

Сундуки с пиратскими сокровищами. Подзорная труба, в которую они следили за тем, что делается на далеком озере. Армейский бинокль, от которого у маленького Энтони аж слюнки потекли.

Они играли с мальчиком, пока не пришёл его старший брат и не забрал детей к гостям.

Те воспоминания уже почти стерлись из памяти, но сейчас Энтони безошибочно направлялся к тому месту, где когда-то была пещера. Интересно, изменилось ли там все?

Жара донимала нещадно. Энтони измучился в своем парадном смокинге. Он сначала снял галстук и запихнул его в карман. Но это мало чем помогло.

Тогда он снял пиджак и повесил тот на ближайший куст, решив на обратном пути забрать.

Расстегнув воротник рубашки и закатав рукава, он мужественно свернул с тропинки и пошёл через лес к сверкающему вдалеке зеркалу воды.

Как-то так получилось, но чутье Энтони не подвело. В конце–концов он вышел на поляну, в торце которой и находилась пещера. Ее вход был замаскирован разросшимся кустарником.

И вход туда мог отыскать или такой пронырливый парень, как Энтони, или человек, который точно знал, что пещера находится именно тут.

Энтони засунул нос внутрь. Он не ошибся. Это было то интересное приключение, ради которого стоило ехать на эту скучную вечеринку.

Внутрь вел небольшой коридор, ещё освещенный светом от входа, но чем дальше мальчик продвигался вглубь, тем становилось темнее.

Энтони вспомнил, что может включить фонарик на своем телефоне. Но вот, телефона у него как раз и не оказалось. Он благополучно остался во внутреннем кармане пиджака, который сейчас трепыхался на ветру где-то в лесу.

Ну ничего. В пещере точно есть фонарь. Главное — его отыскать.

Энтони помнил, что когда в прошлый раз мальчик приводил его сюда, то зажигал два ярких фонаря, формой похожих на старинные керосиновые лампы.

С этими мыслями Энтони, полный решимости, шагнул за угол.

Но что это?

Все поверхности — сундуки и полки — были уставлены свечами.

В центре невысокого столика находился невзрачный кособокий торт.

Энтони нагнулся, чтобы рассмотреть торт получше, и фыркнул. Ну правда, если бы кто-то хотел сделать хуже, у него вряд ли бы получилось.

Мальчик понял, что здесь к чему-то готовятся. Возможно, будет свидание.

Энтони мало что об этом знал, но старшие ребята в общежитии в его загородной школе для мальчиков–альф рассказывали загадочные истории, от которых у Энтони почему-то начинали гореть щеки и уши.

Парень несмело протянул палец и, оглядевшись вокруг, как будто опасаясь, что его остановят, ткнул его в торт, а потом облизал.

Вкусно.

Тут Энтони заметил, что свечи стоят в определённой последовательности — а именно так, чтобы хорошо освещать стену, на которой висели фотографии, просто приклеенные скотчем.

Энтони с любопытством стал рассматривать эту композицию.

На первой маленький мальчик держал ребёнка, который был похож на куклу.

Энтони понял, что это ребенок, потому что его нежный и заботливый папочка периодически показывал ему такие фото, жизнерадостно тыкая в них пальцем со словами:

— Это ты. Посмотри, каким ты был милым.

Потом шли фото, где один из мальчиков становился все старше, а второй ребёнок приобретал человеческие черты.

Пока наконец Энтони не отыскал фото, на котором он узнал ребёнка, с которым играл в этой пещере когда-то очень давно. Те же белоснежные волосы, огромные глаза и широченная доверчивая улыбка.

И вот, судя по всему, сегодняшнее фото. Энтони узнал именинника.

Тот сидел на стуле, уже в том же костюме, в котором встречал гостей, а на его плечи облокотился белокурый юноша, и они вместе весело улыбались в камеру.

Энтони вглядывался в лицо этого юноши и просто почувствовал, что его щеки и уши стали гореть.

Парнишка встрепенулся. Сейчас ему почему-то стало стыдно, и он уже хотел сбежать, но тут услышал за спиной протяжный стон.

Энтони резко развернулся и отпрыгнул назад, чуть не перевернув столик, на котором стоял торт.

Приглядевшись получше, он увидел, что в углу сидит мальчик, прислонившись спиной к стене. Его пепельно–белые волосы разметались. Даже при свете свечей было видно, как его лицо пылает, а по лбу стекают капельки пота.

Энтони находился в пещере какое-то время, но юноша только сейчас подал признаки своего присутствия.

Энтони наклонился поближе. От парня просто несло одеколоном. Запах был приятный, но зачем же так душиться?

Мальчик пригляделся и узнал того самого юношу, который был на фотографиях. Сейчас на нём, как и на Энтони, были только рубашка и брюки. Но рубашка была практически мокрой от пота.

Парень стал метаться, и его бил озноб. Может, он упал и ударился, после чего потерял сознание? Одно было понятно — что юноша очень болен. Возможно, даже смертельно.

Энтони схватил хозяина пещеры за руку — рука горела. А запах казалось становился только сильнее. Но он был настолько манящим, что Энтони начал чувствовать тревогу и беспокойство.

В школе он занимался хоккеем, и после каждой тренировки и он сам, и его друзья были мокрыми до трусов. Но от них несло, как и положено, лошадью.

Вдруг юноша распахнул глаза и, увидев Энтони, простонал:

— Помоги мне... пожалуйста, помоги мне.

Его тихий голос перешел в протяжное поскуливание, а потом и в плач.

Его ноги стали ёрзать по полу, а руки начали срывать рубашку.

Энтони предположил, что у мальчика какие-то раны на теле.

Хотя Энтони был очень сильным парнем, он понимал, что не сможет пробежать по лесу всё расстояние до дома с мальчиком на руках. Оставалось только позвать на помощь.

И Энтони стал оглядываться, ища взглядом мобильный телефон хозяина.

Но не находил.

— Где твой телефон?

Парень не реагировал на вопросы, казалось, он начал задыхаться.

— Где твой телефон? — Энтони попытался привлечь внимание мальчика, схватив того за подбородок и очень близко поднеся свое лицо к лицу парня.

Огромные глаза мальчика открылись, а сердце Энтони, казалось, остановилось. И как сквозь пелену он услышал тихий шепот.

— Дома, — и голубые глаза, залитые слезами, опять закрылись.

Энтони с трудом поднялся. Он не понимал, что с ним; каждый шаг давался с трудом. Но вот он, наконец-то, на свежем воздухе.

Вдохнув полной грудью, мальчик со всех ног побежал к тому месту, где бросил пиджак. Ему надо было срочно позвонить и позвать на помощь.

***

Кит Питман, открыв бутылку шампанского, потягивал элитное вино из горлышка, при этом уходя всё дальше в парк.

Грейсон молча следовал за ним. Он больше не задавал никаких вопросов. Несмотря на умиротворение окружающей природы, рядом с Китом казалось невозможно дышать.

— Сейчас я тебе покажу грот, который являлся моим убежищем, пока я жил в поместье, — настроение Кита, как ни странно, стало улучшаться. — Только сейчас я понимаю, что те годы, вплоть до моих десяти лет, были самыми счастливыми в жизни.

Кит глотнул шампанского и передал бутылку Грейсону.

— Мало помню наше общение в детском саду, но когда я снова встретился с тобой, тебе уже было десять, и на несчастного ты не тянул.

— На самом деле, и в школе, и в университете со мной все было в порядке, просто семьи уже не было, — Кит выхватил бутылку из рук Грейсона и сделал большой глоток. — Слушай, Грейсон, со мной-то всё понятно. Я сам попросился, чтобы меня отправили в загородную школу. А ты каким образом там оказался?

— Меня сослал туда отец, — Грейсон заржал. — На самом деле, хотя сейчас и трудно представить, но в детстве Чейз был очень ранимым и нежным ребенком. А мне хотелось как-то на него повлиять, чтобы он постоянно не хныкал и мог дать отпор, если понадобится. И когда родители и Натаниэль не видели, я его воспитывал.

— И в чём же заключалось твое воспитание? — Кит заинтересованно глянул на Грейсона. — Что надо было сделать, чтобы из милого мальчика выросло такое чудовище, как Чейз?

— Прекрати, он не чудовище. Просто не выводит свои токсичные феромоны, которые его губят, — Грейсон перестал улыбаться.

— Возможно...

— Если подумать, то я в детстве был не очень хорошим ребёнком, — Грейсон отобрал бутылку у Кита.

— Просто уже признайся, что был редкостной сволочью, впрочем, как и сейчас.

— Вот кто бы говорил, сам-то лучше, что ли?

— Да, не лучше, тут ты прав, — Кит не стал отрицать.

— Ну, короче, последней каплей в чаше терпения моего отца стало то, что я уронил Чейза в дымоход, а он сломал руку.

— Что... ты сделал?

— В тот год одноклассники открыли мне глаза, что Санта–Клауса не существует. И все подарки покупают родители. И письма Санте мы пишем только для того, чтобы родители знали, чего хотят дети. Я помню — эта информация меня так потрясла, что мне нужно было с кем-то ею поделиться. Но Натаниэль отнесся к этому абсолютно спокойно, просто сказав, что в курсе.

— Я даже не догадывался, оказывается у тебя была и милая сторона.

— И тогда я решил рассказать всё Чейзу. А он начал плакать и говорить, что я его обманываю. Тогда мы с ним поднялись на чердак, чтобы проверить дымоход — пролезет ли в него Санта. Не знаю, как Санта, а Чейз в него действительно пролез и примиленько упал в камин, сломав при этом руку.

— Беру свои слова обратно. Грейсон, ты уже в детстве был безжалостным, — Кит во все глаза смотрел на приятеля.

— Знаешь, меня оправдывало то, что мне было всего лет восемь. Но мои родители не посчитали это смягчающим обстоятельством и решили от меня избавиться, отправив в загородную школу.

— Я бы тебя вообще в другую страну отправил, — Кит недоуменно покачал головой.

— Да ладно тебе. Сейчас я совершенно по-другому отношусь к Чейзу. В детстве у него был характер, похожий на характер Нины. А вот её я готов носить на руках и вытирать каждую слезинку.

— Да, Нина прекрасная девушка–омега, — Кит задумчиво взъерошил волосы.

— Только посмотришь в сторону моей сестры — и я тебя убью. Кит, сейчас я не шучу, — Грейсон остановился и в упор посмотрел на друга.

— Успокойся, я не собираюсь жениться еще лет десять. Не думаю, что Нина к тому времени будет свободна.

Оглядевшись, Грейсон заметил, что тропинка становится всё уже, а лес по обе стороны — всё гуще.

— Это какое-то уникальное место. Может, тут и дикие звери водятся?

— За озером есть поляна, где живут олени и косули. Но они не дикие, а очень домашние, и там же находятся конюшня, ферма и огород. Да, и ещё есть питомник со служебными собаками, которые по ночам охраняют поместье. Но он отсюда далеко.

Грейсон встрепенулся.

— Кстати, ты же знаешь, Чейз боится собак. Ещё одна фобия, которую я хочу, чтобы он преодолел.

— И как же? Постоянно пугая его своим огромным псом? Вряд ли это поможет.

Грейсон задумчиво потёр подбородок.

— Ну почему же, ведь твой секретарь преодолел страх феромонов доминантных альф благодаря твоим феромонам.

— Не приплетай сюда Ён У.

— Да ладно тебе, Кит. Что ты трясешься вокруг него, как нянька. Не трону я твоего секретаря... если только он сам мной не заинтересуется, — Грейсон провокационно подмигнул Киту и засмеялся.

— Только посмотришь в сторону Ён У — и я тебя убью. Грейсон, сейчас я не шучу, — в голосе Кита зазвучал арктический холод, а взгляд показывал, что это не пустая угроза.

— Ого, даже так, — Грейсон ещё какое-то время вглядывался в лицо Кита.

— Отвяжись.

— Кажется, кто-то не собирается ждать десять лет, чтобы жениться. Моё чутьё подсказывает, что кто-то поплыл.

— Заткнись, — Кит заорал и метнул в Грейсона пустую бутылку.

Тот ловко увернулся, но обиделся.

— Ну ты даёшь! А если бы попал?! — его голос звучал возмущенно.

— В тебя хрен попадёшь. Сколько ни пытался — ни разу не получилось.

И друзья, посмотрев друг на друга, наконец-то улыбнулись; тяжёлая атмосфера развеялась.

После чего уже в тишине продолжили свой путь.

Шагая по тропе, Кит всё больше погружался в детские воспоминания.

Сколько же лет он здесь не был?

Вдруг в стороне от тропинки почувствовалось движение.

Кит насторожился. Он поднял руку, призывая друга к тишине.

Сейчас все гости должны находиться недалеко от особняка.

Кто мог бродить по лесу?

Очень тихо Кит пробрался к большому дереву и выглянул из-за него. Он почувствовал, что чуть ли не на плече у него лежит чужой подбородок. В глазах Грейсона искрились смешинки.

То, что они увидели, повергло их в шок.

На поляне, под огромным дубом в три обхвата, стоял Чейз, прижатый спиной к дереву, и его неистово целовал мужчина.

Кит зашипел.

— Чейз, вообще с ума сошёл? Если его кто-то сфотографирует, мы потом с последствиями замучаемся разбираться.

Грейсон же, наоборот, выдохнул в полном блаженстве.

— Какое счастье, у моего братишки появился парень. А я-то думаю, почему он стал лучше себя чувствовать. Наконец-то Стюарт перестал ему увеличивать дозы препаратов. Теперь понятно, — Грейсон тихо захихикал.

— Ну не здесь же этим заниматься. Куда только смотрит его телохранитель?

— А это он и есть, — на лице Грейсона светилось счастье.

Тут, видимо, телохранитель что-то почувствовал, резко рванул Чейза, спрятав того за дерево. И приятели только услышали, как щелкнул замок предохранителя на пистолете.

— Ого. По-моему, надо поздороваться. А то ещё подстрелят, — Грейсон громко засмеялся и закричал.

— Чейз, это я и Кит Питтман. Мы вас видели! — и, оттолкнув друга, решительно пошагал к дубу.

Сначала из-за дерева показался телохранитель, который быстрым движением спрятал пистолет обратно в кобуру.

Только сейчас приятели заметили, что его ухо прикрывает наушник. Как ни странно, взгляд парня не отражал ни малейшего волнения. Его зелёные глаза выглядели ясными, при этом на лице не отражалось ни одной эмоции. Костюм и волосы были в полном порядке. И надо признать, мужчина был очень красив.

Зато, когда появился из-за дерева Чейз, он тяжело дышал, его щёки алели, а взгляд не отрывался от парня, который сейчас прикрывал его своей спиной, хотя Чейз и был выше того больше чем на полголовы.

Кит же смотрел только на Чейза. Сейчас тот был ещё притягательнее, чем на экране. А потом более внимательно стал рассматривать телохранителя.

Но общения не получилось: как только все перевели дух, чтобы начать разговор, недалеко от них кто-то пробежал. Причем, кажется, не разбирая дороги.

Трещали ветки и сучья, тяжёлое дыхание разносилось в тишине леса.

Внезапно на поляну выскочил мальчишка. На его щеке виднелась алая царапина. Белоснежная рубашка была в полном беспорядке, а в светлых вихрах кое-где торчала хвоя.

— Энтони! — оба брата Миллера воскликнули одновременно.

Мальчик остановился.

— Помогите, пожалуйста... там человек умирает, — и Энтони всхлипнул, силы покинули его.

Первым отреагировал телохранитель.

Он подлетел к мальчику и глянул прямо в глаза. Казалось, он одним взглядом изучил это лицо и, видимо, удовлетворившись увиденным, попросил:

— Расскажи всё по порядку. Где то место и кому плохо?

— Там есть пещера, а в ней парень. Это хозяин этого дома. Я его узнал, — Энтони опять всхлипнул.

— Ник! — выкрикнул Кит потрясенно.

— Гил! — возглас Грейсона звучал испуганно.

Телохранитель поднял руку, заставляя замолчать мужчин.

— Там был кто-то ещё? Кто-то, кто причинил вред тому человеку?

— Нет. Я думаю, он просто упал и ударился, — Энтони уже взял себя в руки.

Вид взрослого человека, который не паникует и знает, что делает, заставил мальчика успокоиться.

Кит, только дослушав рассказ парнишки, сразу бросился по едва заметной тропинке к гроту.

Все остальные побежали за ним. Энтони понял, что есть гораздо более короткий и, главное, безопасный путь к пещере.

Ему еще очень повезло, что он наткнулся на братьев, а то вообще непонятно, сколько бы он блуждал по лесу.

Маленькое сердечко Энтони заныло. Он очень сильно переживал за парня, который, как мальчику казалось, умирал в пещере.

Когда вся компания выскочила на поляну, мужчины просто застыли. По поляне разносился, пока ещё слабый, запах феромонов омеги, которая находилась в течке.

Чем ближе они подходили к пещере, тем сильнее становился запах.

И тут с Чейзом что-то случилось. Он развернулся и побежал в ближайшие кусты. Все услышали, как его стало выворачивать.

Кит повернулся к Грейсону, уши и щёки которого уже начали гореть, ноздри трепетать.

— Иди к Чейзу. Не стой тут.

— А ты?

— Это же мой брат. Я не отреагирую на его феромоны.

И Кит решительно зашёл в пещеру. Грейсон так и остался стоять у входа.

***

Гил очень спешил. Родители просили его быстрее вернуться. Сейчас было почти три часа, и парень предвкушал встречу с братом.

Он точно знал, что Нико не отмахнется от него и подарок будет от всего сердца.

Но, выйдя на поляну, Гил вдруг столкнулся с несколькими доминантными альфами. Он недоуменно замер.

И тут его ноздри затрепетали. Омега в течке.

Такой сильный запах нежного феромона сирени.

Это Нико?

Гил был одновременно потрясен и очень счастлив: его маленький братик вырос.

Но парень тут же напрягся: что здесь нужно всем этим мужчинам?

Кит же, зайдя в грот, сразу направился к источнику запаха. К счастью, хотя он чувствовал феромоны Ника, но те были не способны возбудить его.

Кит окинул быстрым взглядом всю пещеру. И от него не укрылся кособокий торт и фотографии, которые украшали стену.

И что-то дрогнуло в его сердце. Это действительно был искренний подарок младшего брата, который говорил об огромной любви.

Ему никогда такого не доставалось.

Конечно, он в этом не нуждается, но...

Сейчас Кит не хотел об этом даже думать и решительно подошёл к брату. Подняв того на руки, он отметил, что всё действительно плохо. Уж ему-то, с его огромным сексуальным опытом, было это понятно.

Нико стонал, одежда была насквозь мокрая и в беспорядке. Кит, схватив с тахты плед, укутал им брата и вышел наружу.

Как только он появился на поляне, к нему подлетел Гилберт. Увидев Нико, он очень растерялся.

Кит усмехнулся: пусть помучается. Гил не являлся их братом по отцу, и явно течка Нико сейчас доставляет тому массу проблем.

Грейсон подошёл к Киту:

— Тебе помочь?

И вдруг Гил, подскочив к Грейсону, грубо толкнул того в грудь двумя руками.

— Не смей подходить к моему брату! Оставь свои грязные мысли при себе!

Парень был на полголовы ниже Грейсона и гораздо щуплее его.

Все застыли, понимая, что Грейсон сейчас ответит, то парню не поздоровится.

Телохранитель Чейза напрягся. Энтони насторожился. Кит усмехнулся, как будто ему было весело наблюдать, как сейчас развернутся события. И только Чейз сидел на корточках под деревом, тяжело переводя дух.

Грейсон же, нежно взяв ладони Гила, тихонько проговорил:

— Я никогда не причиню вреда твоему брату. Я альфа–доминант и даже в данной ситуации могу держать себя в руках. Ты веришь мне? — Грейсон пристально всматривался в голубые глаза напротив.

Кит убрал усмешку с губ.

Вот и что это было? Неужели Грейсон включил режим обольстителя? Вот же придурок.

Тут голос подал телохранитель.

— Послушайте. Мальчика срочно надо отнести в дом. Ему нужна медицинская помощь. Но это надо сделать так, чтобы не взбудоражить гостей, среди которых множество альф.

Гил только сейчас выдохнул и отвел взгляд от аметистовых глаз.

Он сделал шаг назад и встрепенулся, как будто выходя из-под гипноза.

— Недалеко отсюда, у озера, есть летний домик. Я отнесу Ника туда. Кит, позвони папе, пусть он срочно идёт к нам. Он ведь точно знает, что делать, и у него есть лекарства... — голос Гила становился всё тише, выдавая тревогу.

Но он мужественно подошёл к Киту и забрал брата из его рук; тот не сопротивлялся.

Если честно, Кит сейчас чувствовал дикий дискомфорт внутри.

Когда Гил развернулся и пошёл к озеру, Грейсон подошёл к другу.

— Он ведь не донесет. Посмотри, как ему тяжело. Ведь они не совсем братья, ему сейчас будет совсем туго.

— И что, я по-твоему, должен сделать? — Кит задумчиво провожал взглядом этих двоих.

— Помоги.

— Ты же слышал, я им не нужен, — Кит развернулся, зло глядя в лицо приятелю.

Достав мобильный телефон, начал набирать отца.

А потом, плюнув на всё, пошёл в сторону особняка. Ему дико хотелось отсюда уехать. День и так был паршивым, но сейчас стал просто ужасным. Смотреть на чужие искренние отношения было невыносимо.

— Я помогу, — Энтони подхватился и побежал за Ником, которого уносил брат.

Щеки мальчишки пылали. Он понимал, что значит течка. В школе, хотя у него ещё и не было уроков физиологии, старшие ребята показали ему учебник, где в подробностях, с картинками, было описано, что к чему. И более того, уже на словах было продолжено, какой орган в какое место надо вставлять и какие от этого бывают последствия.

Но сейчас Энтони просто чувствовал, что должен защищать этого прекрасного мальчика.

Он, Энтони, сильный, он доминантный альфа, он должен.

— Энтони, вернись! — Грейсон попытался остановить брата, но тот даже не оглянулся.

И тут за спиной он услышал спокойный голос.

— Мистер Миллер, я пойду с ними, а вы присмотрите за мистером Чейзом. У меня есть ингибиторы для омег.

— Откуда? — Грейсон с сомнением посмотрел на телохранителя своего брата.

— Я должен быть готов к таким ситуациям, — на лице парня не дрогнул ни один мускул.

Грейсон ещё раз бросил задумчивый взгляд вслед Гилу.

— Иди, помоги ему. Я присмотрю за братом.

Телохранитель развернулся и побежал догонять компанию.

И тут по поляне разнесся вопль отчаяния.

— Не уходи!

Чейз поднялся и тоской во взгляде смотрел вслед убегающему телохранителю, а потом с ужасом перевёл взгляд на Грейсона. Казалось, его пугала одна только мысль остаться наедине со своим старшим братом.

Мужчина остановился, посмотрел долгим взглядом на Чейза и прошептал одними губами:

— Я вернусь, — после чего развернулся и побежал догонять братьев.

Подойдя к Гилу, он остановил его.

— Давайте я понесу мальчика. Я бета. На меня не влияют феромоны омеги.

— Кто ты? — Гил недоверчиво застыл.

Ему действительно было тяжело нести Ника. И отнюдь не из-за того, что на него влияли феромоны.

Просто, как для альфы, парень был не очень выносливым. Узкие парадные туфли и смокинг сковывали движения.

— Меня зовут Джошуа. Я телохранитель Чейза Миллера. И у меня есть лекарство.

Джош открыл флакон и, приоткрыв губы, положил в рот находившегося в забытье Ника капсулу.

Юноша вдруг открыл глаза и начал извиваться на руках у Гила. При этом издавая провокационные стоны.

Щеки мужчины загорелись.

Энтони же начал просто пылать, но он не мог отвести потрясенного взгляда от юной омеги.

— А ты кто? Его друг? — Джош подошёл к Энтони и заслонил от него двух братьев.

— Я гость. Меня зовут Энтони Миллер. Чейз и Грейсон — мои старшие братья.

Если бы Энтони мог анализировать ситуацию, его бы явно заинтересовала реакция телохранителя. Лицо Джоша в этот момент застыло, и он совсем с другим выражением посмотрел на Энтони.

— Так вот как он будет выглядеть в пятнадцать, — казалось, он говорил сам с собой.

— Мне двенадцать лет, скоро будет тринадцать, — Энтони хотелось казаться старше, чем он есть.

Джош кивнул.

— Беги скорее в летний домик, предупреди, что мы сейчас придём.

Энтони с неохотой кивнул, ещё раз посмотрел на Ника — казалось, он с трудом может оставить его. Но он должен помочь. Ещё раз оглянувшись, паренёк помчался в сторону озера.

— Я возьму, — Джош подошел к Гилу и ловким движением перехватил тело Ника в свои руки.

Мальчик захныкал ещё сильнее. Из его глаз текли слёзы, его руки обвили шею Джоша, и он прильнул к его груди. Он полностью утратил контроль над собой.

Джош, стараясь не обращать на это внимание, решительно шагал вперёд по тропинке.

Гил чуть не бежал следом.

— Зачем ты отправил этого мальчика в домик у озера? Ему нечего там делать, — Гилу не хотелось, чтобы хоть кто-то посторонний видел его брата таким, тем более другой юноша.

— Сейчас Энтони никакая сила не заставит оставить Ника, неужели ты не понял? — Джош ответил, не сбавляя темпа. — И мы только можем направить его усилия в нужное русло.

И тихо добавил:

— Похоже, Энтони считает Ника своей омегой.