Как всё пропало...

- Значит, начинаем, – ведущий ликовал. – Ваше задание? – и микрофон подсунут к моему рту. – Выпить залпом пять любых коктейлей, – начал читать, запнулся, предвкушая веселье народа, – на выбор публики.

Ромыч тяжко застонал, запуская пальцы в волосы и хорошенько взъерошивая свою тёмную шевелюру, зал же, наоборот, довольно заулюлюкал, все начали перешёптываться. Решают, что бы "позабористей" выбрать, да вот только зря это – нельзя мне много пить. Нет, два или три коктейля ничего не сделают, а вот потом… есть вероятность, что алкоголь в организме превысит некую планку – найти её так и не удалось, но Попов считает, что данная черта где-то после трёх рюмок водки или четырёх бокалов вина. И вот тогда пиши пропало! Контроль и здравомыслие просто-напросто исчезают – могу творить совершенно безумные дела.

В последний раз – где-то с год назад – я просто не рассчитал: выпил вроде бы норму, но вино было слишком крепкое. В итоге успел: подраться с каким-то качком на мечах, к счастью, тупых; бросить девушку, с которой встречались почти год; на спор едва не спрыгнуть с крыши пятиэтажки, но вместо этого в одном нижнем белье постоять на самом краю и проорать: "Вуху! Я – Король мира!" И это, к сожалению, не всё. В продолжение вечера, опять же на спор, баллончиком серебристой краски нарисовал карикатуру хозяина на новеньком чёрном Мерсе одного из наших преподавателей – ну, это того стоило, ибо препод та ещё скотина, – познакомился с двумя случайными женщинами за тридцать, а потом ещё переспал с ними обеими… сразу.

Но главное – наутро, проснувшись в объятиях двух дам не самого юного возраста, я помнил всё до са-амых мельчайших подробностей. И не мог понять: каким, чтоб меня, образом умудрился всё это сотворить! Притом действовал-то хорошо: уверенно, вдохновленно и с виду почти трезво. А вот забыть обо всём – мечтал, но помнил… Каждый раз идеально помнил произошедшее после попойки.

И если до того совесть в лице Ромки никогда не контролировала меня, запрещая пьянеть, то теперь Попов старается держать друга в ежовых рукавицах. Кто меня знает, вдруг на этот раз реально с крыши сигану?

– Дэн, откажись! Откажись, черти тебя дери. Скажи, что не можешь, аллергия, непереносимость… от рюмки водки начинается анафилактический шок. Гортань отекает, дышать не можешь, – зашипел мне на ухо Ромка, хватаясь за рукав. – Дэ-эн... – Я уже сказал про аллергию. – Но… – Итак, начнём с лёгкого? – гад-ведущий продолжал заводить публику. – Ммм… Мимоза? Игристое вино и апельсиновый сок. Просто и со вкусом.

Коктейль принесли мгновенно: стоило ведущему замолчать, как мне в руки уже сунули тонконогий бокал с рыжевато-золотистой жидкостью. Кто-то заорал, призывая глотать быстрей, какая-то девчонка завизжала… Чёртова беснующаяся толпа. Вот я и вспомнил, почему не особо люблю вечеринки и посещение ночных клубов – алкоголь и сумасшедший пьяный народ. Что может быть хуже?

Отвернулся от недовольно сверлящего меня взглядом Ромыча, понюхал содержимое бокала, потом пригубил, сделав малюсенький глоток. А ничего так… приятно. Вздохнув, в два глотка опрокинул в себя бокал, ощущая, как вино жаром проносится к желудку. А ведь я нифига не ел весь день… со следующего уже понесёт, если не доберусь до фуршетных столов.

– А закусочку можно? – криво усмехнулся, посмотрев на ведущего.

Отозвался не он, а Попов, мгновенно вскочивший на ноги и меньше чем через минуту притащивший блюдо с разнообразной нарезкой и канапе. Притом, с нервов он попытался ещё затолкать в меня пару-тройку кусков копчёного мяса одновременно – видать, чтоб подавился, а потом пить неповадно было.

Ведущий же, посмеявшись над ситуацией, продолжил: – Слабоалкогольное пошло быстро, прекрасно. Теперь нужно переходить к чему-нибудь посильней, да? – зал согласно загудел. – И желательно бодрящему, нам ж ещё всю ночь веселиться! – вновь гудение, которое парень понял по-своему. – Хорошо, выбираем между чёрным русским и бумбоксом.

Секундочку. Первое я вроде знаю, что-то с водкой… а второе? Они меня травануть решили, что ли?

– Я советую второе. Оно покрепче будет, зато порция меньше. А ведь нашему молодцу нельзя сходу свалиться.

Стопочка мгновенно оказалась у меня перед носом. Пить отраву не хотелось. Что это за слоистая бурда с тёмно-коричневой дрянью по центру? Убойная смесь, после которой я разгромлю тут всё? Хотя…

– Состав прост: водка, сливовое вино и кофе. Осторожно, горячо!

Подняв стопку с подноса, окинул взглядом толпу, стараясь отыскать среди размытых силуэтов своего врага. И ведь нашёл! Вик стоял близко, метрах в трёх от меня. Напряжённый, застывший, словно статуя… Расслабься, Самойлов, уж ты-то сегодня должен отдыхать! Твоя ж вечеринка.

И поймав взгляд Вика, я отсалютовал тому стопкой и сразу же проглотил её содержимое. Закашлялся, отставляя пустую посуду на поднос и хватая с тарелки первую попавшуюся закуску. Мать вашу, это ужасно!

Ромка нервно мял край кофты, оглядывая меня. Что, дорогая совесть, ждёшь, когда же начну буйствовать? Не бойся, пока ещё не должен, но к пятому бокалу… могу. Так что беги лучше, пока я адекватен.

Хохотнул своим мыслям, понимая, что, увы, всё уже не так, ибо пальцы начало приятно покалывать. А это первый признак…

– Третьим мы возьмём… хмм… – Пилот! – заорал кто-то из толпы.

Попов аж воздухом подавился, закашливаясь и глядя так, будто я уже помер. Названий коктейлей, к сожалению, не знаю – пью же редко – но по виду друга понятно, что сейчас, кажется, принесут вещицу, которая окончательно меня добьёт. Два оставшихся коктейля пить будет некому.

– Великолепный выбор! Ребята, коктейль в студию. Специально для нашего счастливчика – взрывная смесь из абсента и энергетика, – ведущий был похож на одного из чертей, скачущих вокруг адского котла.

Я действительно пропал. Но ведь вечеринка это вечеринка, так? Нервно прикусив губу, взял с подноса стопочку и… она была выбита из рук локтём внезапно вставшего Ромки. Притом вроде бы капелька жидкости оставила огромное зеленоватое пятно на его джинсах.

– Ах ты… – зашипел друг, хватая меня за грудки. – Ты ответишь мне, скотина неаккуратная, – и к народу: – Всё, зрелище окончено. Бухайте сами, а этому, – кивок в мою сторону, – придётся сейчас повстречаться со старухой с косой.

И, схватив меня за предплечье, целеустремлённо потащил на первый этаж. Честно говоря, успел даже испугаться, что Попов действительно решил побыть совестью, которая "загрызёт" хозяина, и прибить нерадивого друга, чтоб не мучился, но он лишь затолкал меня в ванную и, заскочив следом, закрыл дверь на задвижку. Так значит, просто спасал?

Вероятно так, но это не помешало другу разразиться гневной тирадой: – Корнеев, ты псих, придурок, сумасшедший, дебил, имбецил, олигофрен… псих! – Ты повторяешься, – я виновато улыбнулся, глядя на Ромку щенячьим взглядом. Чтоб простил и успокоился. – Да я готов повторять это снова и снова, как мантру! – вскипел он. – Что это было? Ты хочешь испортить Самойлову вечеринку? Или, скорее, посмешить его потом своим поведением?

Попов включил воду, наклонился, пытаясь оттереть от джинсов зелёное пятно. Рома всё ещё ворчал, отчитывая нерадивого дружка, а я смотрел на его задницу, подмечая двусмысленность ситуации, и прокручивал в голове внезапно появившийся коварный план. Чёрт побери, это идея! Ведь измен не прощают, так? Даже если это была не измена, а нечто очень на неё похожее… надо просто сделать вид, что мы тут…

Телефон был мгновенно выужен из кармана, смс получилась без объяснений, зато быстрая: "Срочно заставь Серёгу зайти в туалет на первом этаже. Срочно! Это план!"

Меня аж трясло от предвкушения. Уверен, сейчас всё пройдёт прекрасно. Нужно лишь подойти к Ромке со спины, помогая вытирать пятно. Но со стороны будет выглядеть просто… идеально!

Осторожно, чтобы Попов не услышал, я открыл замок на двери, ожидая гостя. Музыка здесь тоже орала громко, но всё же шаги были слышны. Особенно такие резкие и сильные – что Самойлов сказал ему, раз Серёга так злится? Когда топот послышался совсем рядом, я подошёл к другу, смачивая в воде носовой платок и проводя им по пятну на джинсах. Так, одну руку на талию, голову развернуть, чтобы…