Глава 35 Да что же он так уставился?

Автор: evaewart / Eva

***

- Почему я всегда влюбляюсь в самовлюблeнных говнюков, которым нет до меня никакого дела? - с печальным  вздохом Люк выдул из легких колечками сигаретный дым, после чего тонкой сизой струйкой, как стрелой, умело пронзил кольца по центру. 

- В каких самовлюбленных говнюков? - не понял скрипач.

- Вот таких, как ты, как Ильяд... Почему я влипаю именно в тех, кому на меня насрать?

- Нет, нет... - с искренним сиянием в уже слегка стеклянных от травы глазках возразил Фредди. - Мне на тебя не насрать, ей-богу, не насрать! Я тебя обожаю! Дверь моего дома всегда для тебя открыта. Я тебя столько раз звал, почему ты не хочешь ко мне вернуться?

- Ты, что? Издеваешься? Не начинай опять нести эту ерунду - я к тебе не вернусь, потому что ты бабник и блядун, еще тот, но дело, собственно, не в этом. Просто, перегорело у меня. Понимаешь? Пе-ре-го-ре-ло. Не нравишься ты мне больше.

- Как это не нравлюсь?? - возмутился скрипач.

- Это также, как и нравишься, только наоборот. Прости. Давай закроем тему. Мне сейчас и без тебя хреново.

- Какой же ты всё-таки брутальный, Люк, - улыбнулся Фред, мягко обнимая друга. - Ладно, не буду к тебе приставать, но всё же, не теряю надежду, что, по крайней мере, нашу старость мы проведем с тобой вместе... Проведем?

- Хах! Это ты заранее себе сиделку бесплатную ищешь, чтобы было кому памперсы тебе менять? Фигу тебе с маслом, дураков нет, максимум, что могу пообещать, так это встречу раз в неделю для игры в покер... на деньги. Предполагаю, ты к тому времени разбогатеешь.

- Обязательно разбогатею, - Фредди успокаивающе поглаживал расстроенного актера по спине, - и буду тебе поддаваться, чтоб ты выигрывал и приходил ко мне хотя бы два раза в неделю... А теперь, Люк, расскажи, с чего это ты так приуныл? Может я и не гожусь для отношений, но, не забывай, я твой лучший друг. Что стряслось? Ректор что-то учудил?

- Ректор меня отшил, потому что ему теперь нравится отец Стива, - мрачно заявил Люк, закуривая вторую сигарету.

- Он так тебе сказал?

Люк пожал плечами:

- Нет, он мне так не сказал.

- И почему же ты решил, что Дэйв ему нравится? Ты научился читать его мысли?

-  Это и без объяснений ясно... - Люк глубоко затянулся.

- Подожди, то есть он тебе об этом ничего не говорил, ты сам так решил. А почему же ты так в этом уверен?

Задумавшись, актер какое-то время созерцал луну, затем негромко ответил:

- Как тебе сказать... Ильяд на него всё время смотрел...

- Смотрел? Неужели? Я, знаешь ли, на него тоже смотрю, и что теперь? Это означает, что я на него запал и хочу в постель затащить?

- Нет, скрипач, он смотрит на Дэйва совсем не так, как ты. Он слишком уж... - Люк сделал паузу, пытаясь подобрать правильное слово, но вдруг понял, что не может этого сделать, так как толком даже не помнил взгляд ректора.

- И как же ректор на него смотрел?

- Да чего ты пристал, вообще? "Как смотрел, как смотрел?" Не знаю я! Просто так задумчиво на него пялился, - опершись о дерево, актер хмуро глянул на друга. - Ты хочешь сказать, что я преувеличил? Сам себя накрутил?

- Да, Люк, прости, у ревности глаза еще больше, чем у страха. Думаю, что ты себе в этом не признаешься, но на самом деле сильно ревнуешь Ильяда... Заметил, что тот посмотрел на Дэйва, кстати, не смотреть на него крайне сложно, они с доком похожи просто до мистической дрожи... А далее в дело включилась твоя мнительность и чрезмерное воображение. Ты сам себе всё придумал, потом себя в этом убедил, а теперь выдаешь за факт, будто Ильяд воспылал к Дэйву.

- Фред, факт остается фактом - он меня отшил, а уж из-за папаши Стива или нет, это дело второстепенное. Тебе не нужно меня успокаивать и сбивать с пути истинного. Я уже всё для себя решил, а ты сомнения запустил, словно вирус. Это крайне опасно, потому что вселяет в меня надежду, а надежда - страшная вещь, потому что она, сука, умирает последней, за это ее и ненавижу. Лучше отрезать, забыть и не вспоминать. А то ведь я и впрямь начну думать, будто он мне отказал вовсе не из-за того, что ему Дэйв нравится, а из-за того, что ему не нравлюсь я!

- Разве такое возможно? Ты не можешь не нравиться.

- Я тебя умоляю, перестань мне льстить. К тому же, если б ты только знал, как я на нервах у него играл и намеренно бесил все это время...

- Ты его намеренно бесил?

- Да, - кивнул Люк затягиваясь.

- И что ж ты ему такого говорил? - полюбопытствовал скрипач.

- Ничего такого... ну, мол, никому ты тут не нужен, пердун старый, и никто с тобой нянчиться не собирается, и выберут не тебя, а того, кто моложе и приятнее...

Фред удивленно смотрел на актера: - Я тебя не узнаю... Ты вообще в своем уме? Как ты мог наговорить такое человеку, с которым знаком всего неделю? У тебя есть на это права? Между вами близкие отношения? Вы любовники?

- Нет, не любовники, - Люк прикусил губу, - но он меня спровоцировал...

- Чем? Тем, что посмотрел на Дэйва и "здрасте" ему сказал?

- Да! И еще он взял у него десерт и даже жрал его! А со мной никогда не ел, потому что у него аллергия!

Скрипач окинул друга недоуменным взглядом:

- Так, понятно, ты реально влюбился и сбрендил... Люк, дорогой, если вы не любовники, то какие между вами отношения?

- Я ухаживаю за ним, так же как за тобой, когда ты запястье поломал, только... более усиленно, потому что у него больше травм. Mы спим в одной постели, моемся вместе в душе, я ему разок по-дружески отдрочил и у нас парные зубные щетки. Моя - синенькая.

- Ого? Да вы почти семья, у вас очень мощная динамика!

- Так и я о том же, а он, свинья, на всяких дядек залипает и пудинг с ними жрет. Изменник, предал семью.

- Люк, не паникуй! - обхватив плечи актера, Фредди пристально посмотрел на него, - объясни мне, как он тебе отказал?

- Он просто сказал... - Люк точно, как Ильяд, чуть прищурив глаза, произнес его бархатным голосом. - Прости Люк... но мне кажется, что это неправильно. Мы не подходим друг другу.

- Класс, как похоже... аж до дрожи! - восхитился Фред, - а еще он что-нибудь говорил?

- Нет.

- А ты, что ответил?

- Ничего. Развернулся и тихо затерялся в толпе - пошел отплясывать с мисс Мелиссой. Танцы на меня благотворно действуют.

- Если я тебя правильно понял, вы вообще эту тему не обсуждали?

- Именно так, никаких разговоров. Я его только мысленно матом покрыл отборным, пожелал, опять же мысленно, чтобы его правая рука еще полгода не восстанавливалась, чтоб он даже передернуть себе сам не мог и мучился, падлюка... 

- Эх... послушай меня внимательно, Люк, тебе Ильяд нравится?

- Нравится.

- Значит, никуда он от тебя не денется.

- Почему ты так думаешь? 

- Просто поверь мне, я знаю. Тот, кто с тобой вместе жил, кого ты мыл, кормил с ложки, с кем спал под одним одеялом, тот не мог не влюбиться в тебя. Ты имеешь необыкновенный талант проникать под кожу. Люк, рядом с тобой интересно жить, на душе легко и весело, и каждый день превращается в праздник, словно черно-белое кино раскрасили и оно стало цветным... Даже я, как ты говоришь, бабник и блядун...

- ...и идиот, - вставил мимоходом Люк.

- Да, и идиот, но даже я влюбился в тебя и всегда буду любить, до конца дней своих, с кем бы ни спал... потому что ты потрясающий... Блин, мужик, ты охрененный! Я так завидую сейчас Ильяду, у тебя к нему чувства. Какой же он, гад, счастливчик. Может, до него это еще не дошло, но, поверь мне, очень-очень скоро, он обязательно поймет! Уверен, в ближайшее время его шарахнет кувалдой по голове, если уже не шарахнуло.

- Я не понимаю, Фредди... Что дойдет до него?

- То, что он нуждается в тебе, не может без тебя и хочет каждый день видеть, потому что не любить тебя просто невозможно!

Люк прикоснулся ко лбу Фредди:

- Странно, вроде температуры нет, но бред несешь полный. Ты курил траву?

- Конечно, курил.

- А пунш пил?

- И вино, и пиво тоже... но всё, что я сказал тебе сейчас - это чистая правда. Вот увидишь, ректор будет умолять тебя вернуться.

Люк обнял друга:

- Спасибо Фред... Может, конечно, всё это и обкуренный бред, но, черт побери, скрипач, мне так приятно это слышать! Ты словно запустил новую кровь  в мои иссохшие артерии. Не знаю, как тебе это удалось, но после твоей грубой лести я уже не чувствую себя суперхуево. А просто - хуево, что почти нормально... Спасибо, бро. Пойдем, что ли, выпьем?

- Кстати, солнышко, а с кем это ты так красиво отплясывал "Весёлого Гордона"? Аж искры от вас летели. Кто эта высокая, яркая женщина?

Люк окинул скрипача строгим взглядом:

- О-о... так и знал, что ты Мелиссу заприметишь, но можешь свои глазки блядские на нее не пялить. Поверь, родной, не для тебя этот цветочек расцвел, понял?

- Почему это не для меня? А для кого? Для тебя, что ли?

- Да! Я всё жду от бога чуда и надеюсь, что он смилостивится, и я стану, если и не натуралом, то, по крайней мере, би. В этом случае, я мисс Мелиссу себе с руками и ногами заграбастаю.

- Чем же она тебя так очаровала? Я ужасно заинтригован.

- Она личный ассистент Ильяда. Он без нее, как хирург без скальпеля. Нет-нет, Мелисса не для тебя. Ты ее не достоин. Она женщина серьезная. Видел бы ты, как она плечо вправляет, а швы как накладывает... - Люк аж глазки свои ясные закатил от приятных воспоминаний. - Это же поэзия! При общении с ней понимаешь - для нее нет ничего невозможного! Ей, что яичницу пожарить, что распанаханую рану на голени зашить, особой разницы нет. И то, и другое она сделает идеально! При этом всегда спокойная, никогда не поддается паники, кроме того она такая веселая девчонка, мы с ней ржем до коликов... Короче, она для меня просто бо-ги-ня и тебе я ее не отдам.

- Так, всё понятно, надо брать... сейчас найду Ильяда, отдам ему скрипку, пусть вместо меня народ развлекает, а сам пойду Мелиссу на танец приглашу. Где она?

- Эх, вот знал же, что она в твоем вкусе, - сокрушенно вздохнул Люк. - Ее сейчас здесь нет, ушла она...

- Куда ушла? - не понял скрипач.

- Куда-куда, ясно куда - в дом.  Общаться с древним духом этого дома. Куда ж еще?

---

Закончив разговор по душам, друзья вернулись к остальным гостям.

Фред, как и собирался, сразу же подошел к Ильяду, мило беседующему в кругу коллег и четы Моуртин. Судя по восхищенным улыбкам, флюиды харизмы ректора распространились на всех присутствующих дам. Люк, разумеется, прошел мимо, даже не взглянув в его сторону, хотя углом периферийного зрения всё же успел заметить долгий взгляд, которым провожал его ректор. Намеренно не реагируя, актер легкой походкой влился в кружок молодежи, где с его появлением мгновенно начались шутки и веселый хохот.

Увидев Люка, вновь появившегося среди гостей, Ильяд облегченно вздохнул. Когда актер, после их короткого объяснения, ни слова ему не сказав, развернулся и исчез, ректор фактически в ту же секунду испытал неприятное ощущение пустоты. Правду сказать, Ильяда самого удивила эта непонятная реакция его нервной системы на уход Люка.

Он пытался отыскать глазами танцующего в толпе парня, но когда ему не удалось этого сделать, ранее возникшее ощущение душевного дискомфорта усугубилось. Словно извивающаяся змея, оно проползло ему в грудь, наполняя сердце колючим онемением...

Протянув свою скрипку Ильяду, Фред, подняв бровки домиком, просительно улыбнулся:

- Ректор Карим, не могли бы вы быть так любезны и заменить меня во время танцев хотя бы на две композиции. У меня душа горит, в пляс просится. Я приглядел себе партнершу и очень хочу с ней потанцевать. Войдите в положение.

- Конечно, Фредди, иди, повеселись, я с удовольствием сыграю дуэтом с дирижером Моуртин, но недолго, немного плечо болит, - взяв скрипку, он немедленно ее настроил, продолжая незаметно поглядывать в сторону Люка Вайта.

Хоть ректор и ответил скрипачу исключительно дружелюбно, однако особой симпатии в данную минуту он к Фреду не испытывал.

Ему было неприятно видеть, как тот слишком уж интимно обнимает своего друга при любой появляющейся у него возможности. Когда они только пришли на пати, скрипач под личиной дружеского приветствия облапал Люка всего, причем актер это воспринял, как нечто само собой разумеющееся. А сейчас, внезапно появившись среди гостей, Фред вновь тискал Люка, что-то шептал ему на ухо, поглаживая своими гибкими музыкальными пальцами платиновые, коротко подстриженные волосы на затылке актера.

Ильяд не привык врать себе, поэтому сразу же понял природу своей внезапной неприязни к Фредди. Это было ни что иное, как неприкрытое во всей своей красе чувство классической ревности. 

Играя зажигательные традиционные мелодии в дуэте с дирижером, ректор, как и всегда, когда он брал в руки музыкальный инструмент, привлек к себе внимание многих. Если раньше большинство горело желанием танцевать, то сейчас, окружив музыкантов, и откровенно любуясь ими, вернее сказать, любуясь ректором, народ предпочитал слушать живую музыку и наслаждаться вином.

Все приглашенные психологи, гордясь своим самым лучшим в мире ректором, рассказывали рядом стоящим гостям, что это "их ректор", и что весь универ, включая и студентов, и преподавателей, его обожает, и что все незамужние и некоторые замужние барышни мечтают его охмурить, потому что он необыкновенно лакомый кусочек во всех отношениях, к тому же разведен.

Ильяд хоть и улыбался, очаровательно сверкая ямочкой на щеке, однако чувствовал себя препаршиво: во-первых, плечо жутко разнылось, а во-вторых, среди окружавшей его толпы не было того единственного человека, которого он хотел сейчас видеть. Люк Вайт продолжал его усиленно не замечать.

"А чему я, собственно, удивляюсь? Сам же его отбрил... Мог бы и по-другому ответить или вообще промолчать. Даже это было бы лучше, чем то, что я ляпнул, но... но ведь он, засранец такой, явно же нарывался и провоцировал меня!" - расстроенно думал ректор, вспоминая недавние слова Люка.

"Думаете, уважаемый ректор, у него есть время нянчиться с тобой? Вправлять твои вывихи и зашивать раны? Нет, Ильяд, он серьезный человек, ему другой любовник нужен: легкий, приятный парень, такой, который бы мог украсить его тяжелые будни..."

Слова Люкa задели Ильяда... Конечно, всё сказанное являлось правдой. Ректор и сам прекрасно понимал, что при куче воздыхателей и воздыхательниц вокруг него, на самом деле он никому не нужен. Никто не захочет с ним связываться, потому что ни у кого нет желания создавать себе в жизни дополнительные проблемы.

Однако расстроился ректор вовсе не из-за этих слов, а из-за того, что Люк, ни на секунду не сомневаясь, абсолютно безапелляционно, с полной убежденностью утверждал, что он, Ильяд, запал на Дэйва и чуть ли уже не в постель готов его затащить!

И вот в этом, при всей своей проницательности, Люк Вайт был стопроцентно не прав.

Да, Ильяд смотрел на Дэйва, словно его мешком с технической солью по голове шарахнули. Да и как было не смотреть? Отец с сыном  обладали невероятной идентичностью! В этом было нечто пугающее... Помнится, его аж до костей ужас пробрал, когда он увидел Митчелла старшего. Однако, несмотря на их внешнее сходство, они были совершенно разными людьми. Какие бы чувства Ильяд ни питал к Стиву, но по отношению к его отцу он не испытывал ни малейшего интереса.

Ректору крайне не понравились слова актера. Его и на самом деле уязвило то, что в глазах Люка он выглядел настолько примитивным и поверхностным придурком.

Поэтому, он, собственно, и вспылил, не сдержался. Взял и отказал. Хоть и не очень категорично, но отказал. А Люк, вместо того, чтобы не обратить на это внимание, тоже решил обидеться. Развернулся и ушел своей великолепной летящей походкой. И теперь, включив режим полного игнора, с энтузиазмом развлекает компанию своих приятелей.

Играя очередную композицию, Ильяд занял удобное положение, чтобы беспрепятственно наблюдать за актером.

С каждой минутой этот парень казался ему всё привлекательней. За несколько дней, проведенных вместе, Люк так основательно вошел в его жизнь... Он был ему и нянькой, и личным ассистентом, и поваром, и особым 'шестнадцатилетним' другом, и даже 'папкой'. Люк был тем единственным человеком, с кем он мог спать не просто в одной постели, но и под одним одеялом! А главное, находясь рядом с Люком, он мог оставаться самим собой. Не нужно ничего скрывать или пытаться казаться правильным, положительным и 'нормальным'. Только ему он мог улыбаться абсолютно искренней улыбкой, без малейшей примеси фальши.

Так уж получилось с самого начала их знакомства, что рядом с ним ректор никогда не успевал надеть маску, а потом в ней уже не было надобности.

Ильяд с удивлением для себя вдруг ощутил, что его тянет к этому парню. Ни к Стиву и, уж конечно, ни к Дэйву и ни к кому бы то ни было еще, а именно к Люку... Тяяянет как магнитом.

Развлекая своих приятелей, которые чуть ли не на четвереньках от смеха по патио ползали, Люк постоянно ощущал на себе гипнотический взгляд Ильяда. У него аж спина раззуделась. То самое чувство, когда, и не проверяя, знаешь - некто усиленно на тебя залипает. В данном случае сомневаться не приходилось, кем именно является этот таинственный  некто.

Пытаясь избавиться от парализующего взгляда, Люк перешел к другой компании, но ректор, развернувшись, ни не секунду не переставал следить за ним. Спина актера зачесалась еще сильнее.

"Да что же это он так на меня уставился?" - тихонько хохотнув, подумал актер, вдруг поймав себя на мысли, что испытывает тайное удовольствие от Ильядовских залипаний. Во взгляде его сталкера крылось нечто волнующее, отчего сердце Люка выстукивало в ритме томной самбы.

Вообще-то, будучи профессиональным актером, он совершенно спокойно относился к тому, что люди на него постоянно смотрят. Как ни крути, но именно в этом и заключалась специфика его работы: чем больше людей захотят на него посмотреть, тем успешнее будет его карьера. Однако взгляд Ильяда отличался от обычного зрителя. Люку казалось, будто он находится внутри электрического облака.

"Вот же, блин, гипнотизер-самоучка, если он вдруг на спектакль ко мне заявится и будет этак на меня пялиться... я ж там упаду на сцене от инфаркта!" - подумал актер, направляясь к дому. Он  решил пойти умыться: то ли от выпитого алкоголя, то ли от всех переживаний голова пошла кругом.

Проходя мимо кухни, он заметил Тони с Дэйвом, которые, засучив рукава, уже начали по ходу дела убирать, сортировать мусор, загружать посудомойку.

- О, как радостна для глаз моих сия картина! - воскликнул Люк. - Мужики, вы так круто вместе смотритесь, просто глаз не оторвать! Я сначала хотел было предложить свою помощь, а теперь просто боюсь помешать вам, нарушив гармонию.

- Правда? Ты правда считаешь, что мы рядом хорошо выглядим? - радостно глядя на актёра, спросил Тони.

- В столь важных вопросах я не лгу никогда, - заверил его Люк.

Тони, прищурившись, глянул на Митчелла старшего.

- Вот видишь, что знающие люди говорят. Ему можно доверять в этом вопросе.

- Можешь сильно не радоваться, малыш, он так говорит, чтобы мы, не дай бог, на помощь не согласились.

- Да, ты почти угадал, - кивнул Люк, - только бы я в любом случае не помогал вам, у меня несколько другой меркантильный интерес. Небольшая просьба.

- Мне даже стало интересно, - улыбнулся Дэйв, - что бы это могло такое быть?

- Хорошо, - взволнованно сглотнув, актер подошел к ним ближе с настолько серьезно-сосредоточенным выражением лица, что начхим и художник, неуверенно отступив на шаг, уселись на подоконник. - К сожалению, мне пора уходить, поэтому, пожалуйста, передайте Стиву и Нилу, что я их обожаю, благодарю за приглашение и обязательно позвоню позже.

Тони аж рот открыл от удивления:

- И это всё?!

- Да, почти всё, правда есть еще одно малюсенькое дополнение, - успокоил его Люк, очаровательно улыбаясь. - Тони, можно тебя на секундочку?

- Разумеется, - кивнул он актеру и, сжав коленку Дэйва, добавил, - я сейчас вернусь.

- Люк, надеюсь, твоя просьба не очень сложная. У меня почему-то странное предчувствие, что ты задумал? - спросил его художник, когда они вышли из кухни.

- Нет-нет, не переживай, ничего сложного вообще. Значит так, если ты увидишь, что к вам направляется ректор, то не дайте ему подойти близко. Как только заметите его, сразу начинайте целоваться. Желательно взасос.

- Что?! Зачем? - возмутился Тони, хотя в его голосе определенно звучали счастливые нотки.

- Так надо. Просто считайте, что это такой актерский этюд, или сцена из фильма, над которой вы работаете. Тебе сложно, что ли, его засосать?

- Нет, не сложно... - ответил Тони, - но, по крайней мере, объясни, зачем?

- Ладно, объясню, но очень кратко. Ты заинтересован в том, чтобы Ильяд подкатывал свои звонкие яйца к Дэйву?

- Нет, - честно ответил художник, - в этом я не заинтересован вообще.

- Молодец. Подобный сценарий не в наших с тобой интересах.

- А ты уверен, что он будет к нему подкатывать? - на всякий случай поинтересовался Тони.

- Нет, не уверен. На самом деле это может и не входить в планы ректора, но... лучше перестраховаться, чем недостраховаться. Поэтому, как только увидишь, что он приближается к вам, сразу налетай на Дэйва. Думаю, он не будет особо против. Собственно, он даже среагировать не успеет. Ты его застанешь врасплох. Элемент неожиданности очень важен. Когда он поймет, в чем дело, Ильяд уже сбежит, и вся эта сцена будет позади. Ну как? Сможешь сделать такое ради нашего с тобой светлого будущего?

Художник крепко пожал руку друга:

- Ты всегда можешь на меня рассчитывать, бро.

Вернувшись на кухню, Тони как ни в чем не бывало продолжил вытирать насухо посуду, которую начхим выгружал из посудомойки:

- Дэйв? - мягко улыбнулся он.

- Да, Тони?

- Если к нам с тобой подойдет Ильяд, мне нужно будет кое-что сделать... кое-что немножко нестандартное, но не переживай, в этом вообще нет ничего страшного. Пообещай не удивляться, хорошо?

- О, боже... В этом правда нет ничего такого, о чем мне нужно переживать?

- Возможно, ты даже этого и не заметишь. Поверь, тебе не о чем волноваться, - заверил его Тони.

---

К сожалению, так и не обнаружив никаких разговорчивых паранормальных явлений, но всё равно оставшись под приятным впечатлением от осмотра дома, Мелисса весело спрыгивала через последние две ступеньки на лестнице, как раз в тот момент, когда Фред стремительно вбегал в дом на ее поиски. С силой столкнувшись лбом друг с другом, они повалились на пол. Вернее, на пол упал скрипач, довольно крепко ударившись затылком, а Мелисса всем весом своего рослого тела придавила его под собой.

Это незапланированное никем событие произошло чрезвычайно быстро и неожиданно, как взрыв природного газа в недрах шахты. 

Открыв через некоторое время глаза, Мелисса обнаружила, что вполне удобно расположилась, уткнувшись лицом в грудь какого-то... неподвижно лежащего и не проявляющего признаков жизненной активности мужчины. Отстранившись немного от этой уютной, приятно пахнущей крепкой мужской груди, секретарь приподняла голову и посмотрела в лицо своей, казалось бы, бездыханной жертвы. Глаза мужчины были закрыты, но, к ее радости, он продолжал дышать.

Вглядываясь в симпатичные черты, Мелисса узнала парня. Она видела его на репетиции благотворительного концерта, в котором ректор принимал участие, и сегодня на пати он играл, заметим, исключительно виртуозно, с дирижером Моуртин традиционные шотландские композиции. Кроме того, она обратила внимание, что при встречи с Люком, скрипач этот очень радостно, как можно только близкому другу или любовнику, обнял его.

Позволив себе тайное удовольствие поваляться на его упругом теле еще какое-то мгновение, Мелисса воззвала к своей совести, осторожно сползла с него... вернее сказать, не сползла, а заняла более удобное положение, расположившись на нем в позе наездницы.

Затем достала из кармана телефон и, включив функцию фонарика, склонилась к его лицу. Разомкнув веки, с густо растущими на них ресницами, она направила внутрь глаза полосу яркого света. Зрачок не очень резко, но сузился. Вялая подвижность зрачка указывала либо на небольшое сотрясение, либо на то, что пациент недавно покурил травки. В пользу последнего также указывал блестящий, словно покрытый лаком, красиво порозовевший белок глаза.

Придя в себя, Фредди открыл глаза, с удивлением разглядывая близко нависшее над ним сосредоточенное лицо женщины, на поиски которой он отправился несколько минут назад.

Заметив, что травмированный ею парень пришел в сознание, она облегченно вздохнула:

- Сколько пальчиков видишь? - просила она своим мягким голосом, помахав перед глазами потерпевшего тремя пальцами.

- Т... три - тихо ответил завороженно смотрящий на нее Фред.

- Умничка, - похвалила его Мелисса, - значит так, мозговой ствол не поврежден, комы нет... Траву курил недавно?

- Курил, - честно признался скрипач.

- Слава тебе господи, значит сотрясения мозга, скорее всего, тоже нет. Дай-ка я тебе голову проверю.

Запустив руки ему под затылок, она, склонившись еще ниже, осмотрела и аккуратно ощупала ему голову.

- Открытой раны нет, но небольшое кровоизлияние в наружные покровы присутствует. Этот вид гематомы может сопровождаться признаками воспаления, но угрозы для жизни обычно не представляет. В общем, дорогой пациент, жить вы будете, - Мелисса улыбнулась своей открытой улыбкой.

- А танцевать?

- Прости, что?

- А танцевать я буду?

- Да сколько угдно, - кивнула Мелисса, - но только после того, как мы поддержим на твоем опухшем затылке компресс со льдом, потом можешь пускаться в пляс. Однако предупреждаю, на ближайший вечер танцы позволяются только медленные... очень медленные.

- В таком случае, очаровательный доктор, позвольте пригласить вас на очень медленный танец. Если откажете, я умру от горя.

- Летальный исход допустить ни в коем случае нельзя. Пойдем сначала приложим минут на десять лед, а потом забъемся в очень медленном танце.

Поднявшись с пола, она помогла скрипачу встать. Пошатнувшись, он, чтобы устоять на ногах, был просто вынужден обхватить Мелиссу за ее не самую узкую, крепкую талию, после чего они неторопливо, обнимая друг друга, вышли на свежий воздух. Усадив потерпевшего в кресло, она быстро вернулась в дом, вошла на кухню, достала из морозилки пакет с замороженным горошком и поспешила обратно к молодому мужчине, прекрасному во всех отношениях, если, конечно, не заострять внимание на периодическом курении косяков.

Проходя мимо места своего недавнего падения, она вдруг остановилась, отвесив в направлении лестницы японский поклон:

- Уважаемый дух дома, я знаю, что это был ты! Большое спасибо, что столкнул меня со ступенек на этого красавчика! Завтра я обязательно принесу тебе шоколадные конфеты и цветы.

- Лучше коньяк, - вдруг услышала она тихий ответ, сказанный низким, то ли мужским, то ли женским голосом.

Мелисса от неожиданности слегка вздрогнула, однако, не растерявшись, ответила:

- Конечно, завтра принесу конфет и бутылку коньяка. Вы что-нибудь еще хотите? - спросила она на всякий случай, но никаких распоряжений от загадочного голоса на этот раз не последовало. Еще раз поклонившись, она с лихорадочным блеском в глазах вылетела на патио к терпеливо ожидавшему  ее возвращение скрипачу. 

- Я - Мелисса, - представилась она, прикалывая пакет к его затылку.

- Очень приятно, мисс Мелисса, хотя, правду сказать, мне уже удалось методами давления выведать твое имя у Люка, - обхватив большую прохладную руку новой знакомой, он мягко сжал ее в приветственном рукопожатии. - Я - Фред Маккей.

- Что ж ты, Фред Маккей, людей с ног сбиваешь? Куда так сильно спешил? - спросила она его. - Спокойно, что ли, идти не мог?

- Мисс Мелисса, ты, знаешь ли, тоже не очень спокойно через три ступеньки прыгала... но, если говорить откровенно, я так сильно спешил, потому что хотел с тобой встретиться.

- Поздравляю! Ты со мной определенно встретился, - рассмеялась Мелисса, - а зачем хотел-то? Почему вдруг так срочно?

Фред задумался...

- А вот тут я не знаю, что ответить. Только лишь помню, что мне внезапно просто до жути захотелось с тобой познакомиться и пригласить танцевать. Я отдал скрипку Ильяду и со всех ног полетел искать тебя.

Слушая объяснение скрипача, Мелисса загадочно улыбнулась:

- Казалось бы, живем в период интернета и нанотехнологий, а сколько еще вокруг необъяснимых явлений...

В этот момент к ним подсел Люк Вайт. Он совсем уже собрался тихо и незаметно покинуть веселую вечеринку, но перед самым уходом решил всё-таки предупредить мисс Мелиссу о том, что сегодня вечером ей придется отвозить ректора самой. Закинув ногу на ногу, и сплетя свои длинные пальцы на колене, он с улыбкой посмотрел на мило воркующую парочку:

- Рад, что вы уже познакомились... Можешь себе представить мисс Мелисса, когда мы с тобой танцевали, Фред так зашелся завистью, что чуть ли не выбросил скрипку в своем стремлении поскорее тебя у меня отбить.

- О? Неужели? - Мелисса внимательно посмотрела на Фредди, затем вновь перевела взгляд на Люка.

- Да, - кивнул Люк, - но я обязан тебя предупредить в отношении этого субъекта. Этот парень - талантливейший музыкант, очень творческий человек, исключительно приятен в общении и в личной жизни тоже, но... он несерьезен, часто витает в облаках, отвратительно моет посуду и повсюду оставляет свои вещи.

- Зато я люблю животных, - встрял Фред, - если я, конечно, имею право, хоть что-то сказать в свою защиту, и еще - я обожаю детей! Мисс Мелисса, вы любите детей?

Женщина остановила на нем пристальный взгляд:

- Я в них души не чаю, - серьезно ответила она красивым низким голосом.

- Это правда? - Фред подсел к ней ближе.

- Чистейшая.

- Мисс Мелисса, у меня есть маленькое предложение... - глядя ей в глаза, негромко произнес Фредди. - Давайте заведем парочку?

***

Конец главы 35

Не забывайте комментировать и голосовать.

Большое спасибо всем за поддержку...

Автор: evaewart / Eva