«Последствия пьяной любви»

Ранее холодное утро встретило Рена, и тот повернулся на другой бок, постучав по тумбочке рукой, чтобы найти телефон.

— Мм...? — он сонно приподнимает голову, пытаясь рассмотреть цифры, а после резко скидывает с себя одеяло. — Твою мать! Я проспал!

Бросив мобильник на кровать, парень поднимается, но умудряется упасть, и, поднявшись, словно ничего и не было, направляется в сторону двери, которая «вовремя» открывается с другой стороны.

— Рен? — Ричард моментально подлетает к брату, приподнимая с пола.

— Ричард, ты чудовище! — рычит парень, прикладывая руки к носу, и шипит от боли.

— У тебя же каникулы, чего ты не спишь? — вздыхает виновато он, осматривая поврежденную часть тела, а после снимает пластырь.

— Каникулы? — Рен, словно забывая про нос, смотрит на старшего, мысленно прокручивая полученную информацию, а после просто опускает руки, закрывая глаза, тем самым заставляя Ричарда держать его крепче. — Чудесно...

Ричард молча поднимает младшего брата, посадив на кровать, а после снимает пластырь везде, где он был, осматривая. В принципе, Рен выглядел неплохо: на лице лишь сильно выделялся побитый нос, и несколько синяков в области щеки. Парень достал из аптечки пластырь и наклеил на нос брата, и несколько штук на шею.

— Ты сегодня сильно загадочный, — нарушает тишину Рен, поднимаясь с кровати, и скидывая с себя вчерашние джинсы, в которых было не комфортно спать всю ночь.

— Я хотел... съездить с магазин, — Ричард шумно выдыхает, осматривая брата со спины, и глядя на изгиб, который хорошенько выделялся, когда тот старался стоять с прямой осанкой. — Не хочешь со мной?

— Дай угадаю: ты хочешь одеть меня? — парень открывает дверцу шкафа, поставив руки в бока. Старший же отвечает положительно, нервно сжав в руках кусочек ватки. — В прочем, почему бы и нет.

— Тогда я буду ждать тебя внизу, — Ричард поднимается, в то время, как Рен выбирает между двумя майками, подойдя к зеркалу, и выходит из комнаты, прижимаясь к двери спиной, тихо вздохнув. — Словно издевается...

Рен же не заставил себя долго ждать, и вышел из комнаты буквально через пару минут, с привычным хлопком, спускаясь к старшему брату, начиная одеваться.

— Эй, перестань! — он резко делает шаг назад, но Ричард успевает накинуть на его шею шарф, притянув к себе, на мгновение оказавшись с Реном слишком близко, но вовремя очнулся, плотнее завязывая шарф. — Что ты делаешь?

— Долгожданный снег выпал, в окно смотри чаще, — улыбается старший, ведь и правда был рад, что хотя бы в середине декабря, наконец-то, появился снег и температура упала до минус восьми, принося белоснежную зиму.

Ответ Рена утонул в его же непонятном бормотании, и он первый покидает дом, умудряясь поскользнуться на лестнице, красиво упав. Сзади раздался громкий, даже без тени стыда, смех Ричарда, который, закрыв дверь, подошёл к младшему, помогая подняться, но тот лишь тихо фыркнул, отталкивая брата от себя, и стараясь не спеша дойти до машины.

— Не смей никогда смеяться надо мной! — бурчит Рен, ударяя брата в плечо, когда тот садится следом.

— За-то ты лучше запомнишь, что мои лестницы зимой уж больно скользкие, — усмехается Ричард, начиная движение.

Снег хлопьями ложился на землю, создавая уютную атмосферу. Ни холодно, но и ни тепло, что-то среднее. Братья доехали до магазина, и Ричард припарковался на свободном месте, выходя. Несколько снежинок упало на голову, и он обернулся, глядя на Рена: робкие и осторожные движения, боясь вновь упасть, и белоснежные снежинки, которые не собирались таять в его волосах, создавая эффект белых цветов. Это было не только красиво, но и мило, и Ричард подошёл к младшему брату, который, спустя пару шагов, вновь поскользнулся.

— Что за напасть! — рычит Рен, когда старший хватает его в области талии, не давая упасть.

— Просто кто-то не умеет ходить, — смеётся Ричард и спешит зайти быстрее в магазин, закрывая дверь, в стекло которого попадает снежок.

Проходя между стеллажей, рассматривая различного вида одежду, парень что-то клал сверху уже набранной, отчего Рен недовольно бурчал, словно ребёнок. Положив ещё одну кофту, Ричард решил остановиться пока на этом, отправляя брата в примерочную, а сам устроился на мягком диване. Фирменные магазины — и подход к покупателям другой.

— Иду в бизнес, — Рен открывает ширму, ехидно улыбаясь, став слегка боком и сложив руки на груди.

— Неплохо, — задумчиво отвечает парень, отправляя того обратно.

И Рен деловито уходит в примерочную, выходя уже в другом наряде, который вызвал у брата смех, и младший, тихо шипя, вновь прячется за ширмой.

За этот короткий промежуток Рен успел перемерить ни один десяток одежды, под конец уже устав от всего этого, и желая поскорее закончить. И, когда он вышел в последний раз, немного посидев в примерочной, то заметил задремавшего Ричарда.

— Эй, спать потом будешь! — младший ударяет его по щекам, заставляя очнуться и посмотреть на себя.

— Нет, убери это, что за готика опять? — Ричард отмахивается, отправляя того переодеваться. — Я на кассу, догоняй, — и с этими словами он последовал в кассовый-расчетный узел.

— И кстати, — он смотрит на Рена, когда они уже оказываются в машине. — Сегодня ты будешь весь день один, я приеду вечером, после работы.

— Сегодня выходной, — напомнил ему младший, явно чего-то не понимая.

— В бизнесе нет выходных, — отвечает Ричард, тем самым намекая, что не собирается вдаваться в подробности.

***

— Мм? — Рен закрывает дверцу холодильника, мимолетно глядя на время, когда раздаётся звонок в дверь. — Час ночи, я не жду гостей.

Он оставляет покусанную морковь на столе, открывая входную дверь, замечая Лаэти с Ричардом, которые вели его в замешательство.

— Твой брат перебрал чутка с алкоголем, — девушка передаёт парня Рену, тяжело выдыхая. — И он ужасно тяжёлый. Адриан бросил нас на пол пути, не соизволив даже помочь.

— Что...? — младший придерживает Ричарда, которой слегка обнимает его.

— Он не сказал? — Лаэти приподнимает бровку, указывая на парня. — У нас был корпоратив, и мы немного, а кто-то даже много, выпили. Рен, я не хочу вдаваться в подробности. Остальное за тобой, — она закрывает за собой дверь, уходя.

— Что за напасть-то такая? — ворчит Рен, помогая брату подняться по лестнице, и устремился в его комнату.

— Ты тако-ой милый, — резко говорит Ричард, потрепав младшего за щеку, слегка улыбаясь. Хотя улыбка с его лица до сих пор не сходила, и, на мгновение, могло показаться, словно парень только что проснулся.

— Убрал руки! — он открывает дверь, заводя старшего внутрь, который убирает руку с шеи Рена, и делает несколько кривых шагов, снимая пиджак и галстук, расстегнув пару пуговиц на рубашке. — Давай, недопьяница, ложись спать!

— Какое... спать? — Ричард удивленно хлопает глазами, не позволяя парню до себя дотронуться. — Я трезв, как стек... лышко!

— Почему я должен возиться с тобой? Разве не должно быть наоборот? — шипит Рен, взяв парня в области плеч, но тот оказался достаточно силён, не собираясь сдвигаться с места.

— Эй, Рен... — томно выдохнул Ричард, резко двинув на младшего, прижав к стене. — Ты очень много говоришь...

— Какого черта? — парень в панике смотрит куда-то в сторону, упираясь руками в старшего брата, не до конца понимая его намерения. — Перестань шутить — это не смешно.

— Шутка? — он крепче сжимает рубашку брата, моментально запустив под неё руку, трогая в определённых местах.

— Не дыши на меня! — Рен предпринимает ещё пару попыток оттолкнуть, но страх и непонимание сбивает с толку, делая беспомощным. — Что... Не трогай! — он уже в панике пытается выскользнуть из «объятий» брата, но тот лишь проводит пальцами по изгибу спины, обнимая, прижав к себе.

— Ты такой непослушный, Рен, — глупо хихикнул Ричард, положив руку на сокровенное место, слегка сжав. — И такой беспомощный, когда теряешься.

Рен же пытался утешить себя, и моментами оправдать действия брата, мысленно повторяя: «Он пьян», хоть и искал скрытый подтекст, чувствуя себя ужасно мерзко, ведь, почему-то, именно сейчас он не может дать отпор Ричарду. Или не хочет?

— Ты такой тёплый и... мягкий, — Ричард смотрит прямо в глаза Рену, словно вся эта ситуация его веселила, а тот лишь закрывает ему рот рукой, приговаривая: «Не дыши в мою сторону!», пытаясь вновь вырваться. Старший же усмехается, теснее вдавливая брата в стену, тем самым отрезая путь к побегу, и, подцепив пуговицу на его джинсах, запускает руку внутрь, ничего не стыдясь, словно изучая, и чувствует, как мелкая дрожь пронзает тело Рена, который чувствует легкое возбуждение, и он, опустив слегка руки, крепко сжимает рубашку Ричарда, утыкаясь в его грудь.

— Ненавижу тебя...

Ричард же не спеша садится с ним на пол, для большего удобства, и явно не собирался останавливаться на начатом, проводя пальцами по всему основанию, охватывая рукой, в то время, как Рен стал учащенно дышать, не желая смотреть старшему в глаза. Стыдно и хорошо одновременно, что сложно оставить внутри себя одно чувство, и заглушить другое.

— Посмотрите-ка на него... — шепчет довольно Ричард в самое ухо, делая характерные движения рукой, и приобнимая второй.

— Ты пьян... пьян... — отвечает Рен, прикусывая губу и стыдясь собственного тела, которое так поддается чужим ласкам. Брат же, наоборот, вошёл во вкус, прижимая парня к себе и не переставая делать столь похотливые движения рукой, не думая замедляться или останавливаться, чувствуя, как с каждым разом Рена пронзает лёгкая дрожь, а его дыхание становится тихим и частым, что не позволяет говорить лишнего.

— Откусишь губу себе, — не громко говорит Ричард, словно констатирует видимый факт, и Рен в тот час же кусает её сильнее. — Мм, Рен...

Младший же чувствует приятно-тянущее внизу чувство, и недовольно хныкает, прерывисто вдохнув, испытывая помимо этого и чувство стыда, что позволил брату делать столь непристойные вещи.

— Ну же, давай, — с некой нежностью попросил Ричард, поднимая голову Рена и проводя по его слегка кровоточивой губе пальцем, а тот лишь отвернулся, крепче сжав плечи брата, и, слегка выгнувшись в спине, томно выдохнул. — Умница... — старший утыкается носом ему в шею, чувствуя резкую усталость, и засыпает.

— Какой позор... — Рен закрывает лицо руками, совершенно не понимая, как такое могло произойти, да и зачем его тело ответило на ласки парня, который приходился ему братом. И самое постыдное было то, что ему с ним жить ещё примерно год, а как, после такого, смотреть ему в глаза?

Парень даёт себе ещё время придти в себя от пережитого удовольствия и лёгкого шока, а после аккуратно кладет Ричарда к стенке, поднимаясь и приводя себя в порядок, берет несколько салфеток, вытирая руку брата, которого спустя пару минут возвращает на кровать, а сам тихо покидает комнату, не желая больше оставаться рядом с ним наедине.