«Решение Ричарда»

С тех пор, как Рен стал жить у Ричарда, а тот в своё время стал полноценным опекуном собственного брата, прошло не мало времени. Старший и представить не мог, что за такой короткий срок он приедет десять раз в школу и три раза в отделении полиции, а также младший часто не ночевал дома, и все упреки в свою очередь полностью игнорировал.

Ричард все чаще понимал, что пропасть между ними растёт, и достигнуть Рена ему становится все труднее, любые шансы сводятся к нулю, а сердце лишь безжалостно ноет, ведь желаемое никак не заполучить.

— Удачи в школе, — парень смотрит на брата, который вновь вырядился словно Эмо-суицидница.

Рен лишь кивает, покидая машину с привычным хлопком. Он стал настолько обыденным, что если младший не хлопает дверьми, Ричард моментально начинает нервничать. Парень последовал в школу, где поднялся на второй этаж и зашёл в кабинет биологии и химии. Единственный урок, который Рен в прямом смысле слова любил, а его преподаватель был на вес золота. Мисс Ченел знала своё дело.

— Рен! — рядом с ним плюхнулся Джон, слегка толкнув в плечо. — В последнее время ты стал много думать. Что-то случилось?

— Брат. — только и ответил парень, ломая в руках карандаш и бросая на парту. — Словно назойливая муха везде преследует и приезжает по первому вызову.

— Мм, я знаю, что тебя взбодрит, — друг широко улыбается, доставая учебник. — После второго, на нашем месте, м? Мы могли бы и сейчас, но ты же так обожаешь мисс Ченел...

— Заткнись, или я тебе этот карандаш между глаз вставлю! — шипит недовольно Рен, угрожая половинкой карандаша. Джон любил подколоть его на эту тему, ведь биология и химия были единственными уроками, где Рену не было равных.

Вместе со звонком в класс зашла мисс Ченел, не спеша постукивая каблуками по полу прошла к своему столу, положив журнал. Все мигом замерли, спрятав все ненужное и устремили свой взор на неё. Да начнётся урок.

Все это время Рен скучающе смотрел в окно, иногда раздражаясь тупости своих одноклассников, пока благоверный звонок не спасает его от попытки заснуть или начать вновь думать о старшем брате.

— Рен, идем!

Парень моментально собирает свои вещи, выбегая из кабинета, а следом они вместе с Джоном бегут прочь из школы, где их встречают Лиам, Джастин, Агми, Рон и Виара.

— На тоже место? — лукаво спрашивает Джастин, оглядывая свою компанию. И те положительно кивают, выдвигаясь в путь.

Ребята без умолку говорили на разные темы, не успев даже толком отойти от школы, да и, в прочем, идти далеко не надо было. Недалеко от школы находился заброшенный дом, в который и направлялась компания, называя его «своим местом».

— Сколько себя помню, ещё ни разу не менялось, — шутливо говорит Лиам и роняет дощечку, которая эхом отзывается в заброшке. — На жаль, все дети в школах, я был бы не против сыграть привидение.

— Помнится прошлый раз ты неудачно упал и сломал руку, — Агми толкает его в бок, повернувшись лицом к остальным ребятам.

— Вспомни Рена, — смеётся Джон, украдкой глядя на друга. — Кажется тогда приехал Стивен, верно?

Рен в ответ недовольно шикает, лишь об одном упоминании отца, и они все вместе поднимаются по скрипучей лестнице наверх, где заходят в комнату. Парень садится на привычное место, пнув пустую бутылку из-под стола, и бросив рюкзак рядом.

Не прошло и десяти минут, как в кармане раздаётся телефонный звонок.

— Слушаю! — отвечает Рен, даже не посмотрев, кто позвонил.

— Рен, я тебя скоро под домашний арест посажу! — шипит недовольно Ричард, готовый словно вымесить всю свою злость на несчастном мобильнике. — Ты почему не в школе?

— Не звони сюда больше, — рычит недовольно брат, сбрасывая и выключая телефон. Он пришёл сюда отдохнуть, он сделает это без помощи своего надоедливого старшего брата.

***

— Ты не пробовал говорить с ним? — спрашивает Рената, допивая уже остывший кофе, сморщив нос.

— Он меня не слушает, ни под каким предлогом, — тяжело вздыхает Ричард, глядя в окно на ночной город. — Бывает, когда ведёт себя через чур спокойно, но это такие редкие моменты, что я даже не припомню их.

— Будешь и дальше пытаться?

— Не думаю, — парень переводит взгляд на сестру и та все понимает с полуслова, положительно кивая головой, тем самым одобряя его решение. — Спасибо, Рената, что приехала. Ещё увидимся!

Ричард кладет небольшую купюру внутрь меню и покидает кафе, вдыхая ночной воздух. Он шёл к этому решению несколько месяцев, и долго взвешивал все «За» и «Против», хоть и сердце болело от принятого решения, но парень надеялся, что сегодня Рен будет дома и он повременит. Но, его мечтам не суждено было сбыться, так как пришедшая СМС лишь ещё больше огорчила Ричарда, нежели разозлила.

«Приезжай в „Ночую Бабочку" и забери его, иначе его заберет мой отец на свидание к камере, 15 суток. Лаэти.»

Он садится в машину и едет в пункт назначения, в этот злосчастный клуб, в который мог провести его один человек — Джастин. Совершеннолетний подросток, на которого наплевал отец и нет управы со стороны матери. Они нашли в друг друге лучших друзей, и Ричарда это злило ещё больше.

Внутри клуба играла громкая музыка, все танцевали, и парень пытался найти в этом полумраке Рена.

— Ричард! — Лаэти резко хватает бывшего за руку, потянув за собой и приводя к барной стойке, за которой спал его младший брат. — Твоё счастье, что я нашла его. И тебе лучше не знать, что он здесь вытворял. Ему нельзя пить, Ричард. Все его выходки отражаются не только на нем, но и на всей твоей семье, — девушка пыталась перекричать музыку, чтобы все её слова были услышаны.

— Спасибо, Лаэти. — тяжело вздыхает парень, взяв Рена на руки, и направился к выходу из клуба, где посадил его в машину, а затем сел следом, ударяя руками по рулю. — Что я делаю не так, отец? Почему ты составил его на меня? Я и так натерпелся тем, что влюбился, за что такое наказание?..

Ричард закрывает лицо руками, чувствуя, как сердце болезненно сжалось, отдаваясь новой болью. Немного успокоившись и, пристегнув Рена, парень направился домой. Всю дорогу он думал над принятым решение, от которого теперь не откажется. Лучше так, чем никак.

К приезду домой Рен проснулся, в полусонном состоянии позволяя старшему помочь дойти до дома, а после Ричард выплеснул на него стакан воды, приводя полностью в чувства.

— Эмо-вид, резкие фразы, прогулы, непослушание... Я готов простить это, но то, что ты в 16 выпиваешь — нет, — Ричард смотрит на брата, который поднялся с дивана. — Я стараюсь для тебя, для нас, но что получаю взамен?

— Перестань! — недовольно хмыкнул Рен. — Я имею право делать то, что пожелаю. Ты мне не указ. Никто мне не указ! — он собирается уйти, но Ричард хватает его за руку, намекая, что разговор не закончен. — Ричард, хватит!

— Рен! — неожиданно даже для себя кричит парень, отталкивая брата чуть вперёд, ведь был сыт по горло поведение брата. — Лучше бы ты вообще не рождался!

Самое страшное, что может услышать ребёнок любого возраста. «Лучше бы ты не рождался!» — эта фраза эхом отразилась в голове Рена, заставляя того невольно дрогнуть, прижав руку к себе. Никто и никогда не говорил ему такое, и эти слова острее любого лезвия ударили по самому больному, заставляя повторно дрогнуть с новым ударом сердца.

— Просто... иди в комнату! — рычит Ричард, указывая на дверь. И Рен повинуется, не спеша поднимаясь по лестнице, и также тихо закрывая дверь. — Чёрт! — парень ударяет в журнальный столик, садясь на диван и прокладывая руки к голове.

Хотелось кричать, но Ричард лишь подавил в себе это. Он так любил, что ранил самого близкого ему человека. В груди было слишком больно, а в голове метались мысли между «стоит извиниться» и «он заслужил». Ричард так любил своего брата, что прощал все, и Рен этим пользовался. Как итог: парень эмоционально выгорел, выкрикнув совсем не то, что хотел.

Ричард перенял бизнес отца, и чем чаще он покидал рабочее место, тем быстрее мог опустить компанию на самое дно, уйдя в банкротство. Отец слишком долго шёл к этому, и парень не мог позволить его трудам уйти напрасно.

Было сложно осознавать тот момент, что Рен далеко от него и Ричард никогда не станет ближе. Младший брат никогда не поставит брата во что-то большее, и никогда не позволит управлять собой, хотя, старший даже никогда не думал об этом.

И Ричард решил, что это решение единственно-правильное. Хоть сердце и кричало: «Стой! Одумайся! Дай шанс, ты же любишь!» Хоть в груди и защемило от принятого решения. Хоть и было ужасно больно. Но парень не видел другого выхода. Рен не хочет стараться — Ричард не будет продолжать.

«Решено!»

Парень поднимается с дивана, глядя на комнату брата, вновь прокуричивая в голове принятое решение: отказ от опекунства, тем самым подписав прямую дорогу Рену в детский дом.