ГЛАВА 10. Суп брачного согласия

— Ю Фэн, ты дома?

— Нет, — послышался из-за дверей грустный голос.

— Твои сапоги стоят снаружи. Конечно же ты дома. Открой дверь!

— Не хочу.

— Ю Фэн, не дури! Если не откроешь, я её выломаю! — тут же пригрозил Мэй Шань.

Дверь открылась как по волшебству, но сам Ю Фэн не спешил выйти, поэтому уставший его ждать Мэй Шань кинул в комнату ворох помятых одежд красного цвета.

— Надень это и выходи!

— Не хочу.

— Всё ты хочешь! Давай, шевелись, я договорился с монахом, нам надо в храме быть к полудню. А до туда ещё топать и топать.

— Какой ещё монах?

— Не помню, как его там зовут, ну он лысый такой...

— Все монахи лысые, — тихо раздалось из-за двери.

— Всё-то ты знаешь! Ну чё, готов?

— Не уверен, что понимаю предназначение этих одежд, — смутился Ю Фэн, выйдя на порог в весьма растерянных чувствах.

На нём были красные воздушные одежды с золотой вышивкой по краям. Это была одежда жениха, и он не понимал, что за шутку затеял Мэй Шань, но стоило ему поднять взгляд, как сердце пропустило удар. Одежды Мэй Шаня были схожи с теми, что он принёс, а на голове у него была такого же ярко-красного цвета полупрозрачная ткань вся расшитая золотыми нитками, что так удачно полностью скрывала лицо невесты. Ю Фэн несколько раз растерянно моргнул, а потом растёр глаза пальцами пока те не заболели, но образ Мэй Шаня, выряженного в невесту, всё ещё не хотел покидать его внутренний двор.

— Ну что ты встал как вкопанный? Говорю же, опоздаем, — весёлым голосом проговорил Мэй Шань и швырнул Ю Фэну в руки большую марлевую шляпу чёрного цвета, что довершала образ жениха.

— Я не понимаю... — рвано выдохнул Ю Фэн и машинально надел себе на голову марлевую шляпу.

— Я тебе потом всё расскажу, а сейчас давай поторопимся, опоздаем же!

Схватив Ю Фэна за длинные красный рукав, Мэй Шань потянул его с собой, и быстрым шагом направился к храму Богини Всепрощения, который располагался на небольшом холме чуть поодаль от города Юси.

***

— Вы опоздали, — со смиренной улыбкой сказал им монах, облачённый в серые парчовые одежды.

— Уж простите, мой лопоухий лосяра всё время опаздывает, — пискляво ответил Мэй Шань, подражая женщине, как не единожды делал раньше.

Это была молитва, которую обычно зачитывают в день свадьбы молодожёнам для того, чтобы с дозволения всевышних богов скрепить их союз, и, кажется, только в этот момент Ю Фэн понял, что происходило. И его прорвало. Он начал рыдать, навзрыд заливаясь слезами и слегка смущая монаха, который посчитал, что юного жениха насильно потащили под венец. Монах старался подбодрить юного жениха, но стоило тому услышать красивые слова о любви и о вечном союзе, как он ещё сильнее заревел. Лицо невесты монаху не было видно, и он подумал, что это было даже к лучшему, ведь если бы она, как и жених рыдала навзрыд, то вряд ли бы он смог закончить свою молитву. Но в один момент прекрасной красавице, кажется, самой надоели завывания своего жениха, потому что она довольно сердитым голосом воскликнула:

— Ю Фэн, ну что ты развёл сырость? Ты же сейчас выплачешь вокруг нас целое озеро!

— Прости... я... расчувст...вовался, — икая из-за продолжительных рыдании, ответил ей жених.

— Возьми себя в руки! Если утопишь монаха, в следующей жизни переродишься в улитку, и тогда мне вряд ли захочется ещё раз за тебя выйти замуж!

Странный юмор невесты несколько удивил монаха, но зато благоприятно повлиял на жениха, потому что тот сквозь слёзы заулыбался и перестал реветь аки окаянный.

— В завершение нашей церемонии вы должны выпить суп брачного согласия, — сказал завершивший молитву монах и сделал короткий жест рукой.

Внезапно из кустов вышел лысый улыбчивый мальчишка, будто маленькая копия старшего монаха, с небольшим серебряным подносом в руках. Он подошёл ближе и с любопытством посмотрел сначала на жениха, а потом и на невесту, пытаясь разглядеть за тонкой тканью образ прелестной жёнушки.

— Сюн Ли, — поучительным тоном, но по-прежнему улыбаясь, обратился к мальчишке монах, — не забудь о том, что ты должен сделать.

— Хорошо, наставник, — с готовностью ответил мальчишка и, подойдя к Ю Фэну, протянул тому поднос, на котором оказались парные винные чарки цзинь, что были сделаны из двух половинок одной тыквы, с коричневого цвета жидкостью внутри.

— Это суп брачного согласия. Его положено кушать во время брачной церемонии в честь божества согласия и единения Хэ-Хэ. Отведайте его и всегда живите в единстве и согласии друг с другом.

— Благодарю, — коротко улыбнулся Ю Фэн и взял с подноса свою половинку тыквы.

Мальчишка ему коротко кивнул, после чего подошёл к Мэй Шаню и также протянул поднос. Стоило тому своими огромными ладонями ухватить вторую половинку тыквы, как улыбчивый мальчишка выпучил огромные удивлённые глаза.

— Здорово ты вымахала, сестрица! — не удержавшись, воскликнул он.

— Сюн Ли! — строго сказал монах, и мальчишка тут же подбежал к нему, спрятавшись у него за спиной и только изредка поглядывая на то, как брачующиеся выпивают так сладко пахнущий суп брачного согласия.

— Поздравляю вас, теперь перед всевышними богами вы будете считаться мужем и женой. — сказал монах, когда молодожены выпили суп, — Вы можете поцеловать свою невесту, а на прощание не забудьте зайти в главный зал нашего храма и зажечь несколько благовоний в честь Богини Всепрощения.

— Спасибо, — сказал Ю Фэн, который вновь расчувствовался и пустил слезу.

Мэй Шань же, быстро встав с колен, подошёл к монаху и толкнул тому в руки небольшой мешочек с деньгами.

— Спасибо, что откликнулись на мою просьбу, держите это в благодарность за то, что так быстро согласились провести церемонию.

— Что вы-что вы, не нужно никаких благодарностей, — смущенно сказал монах, пытаясь вернуть деньги, — я лишь помог двум любящим сердцам связать себя узами брака, за это не нужно платить.

— Вы деньги всё-таки берите и, если не хотите на себя тратить, купите этому ребёнку какую-нибудь игрушку. Воздушного змея или, на худой конец, мячик. Нас с моим женихом, — сказал Мэй Шань, улыбнувшись и обернувшись к Ю Фэну, — именно детские игры свели вместе, так что сделайте ему от нашего имени маленький подарок чтобы наш брак был столь же прочен, как и яркая улыбка этого мальчика.

— Благодарю, вы очень щедры. — сказал монах и низко поклонился Мэй Шаню, принимая деньги, а потом, посмотрев на всё ещё стоящего на коленях растерянного Ю Фэна, напомнил ему, — Не забудьте поцеловать свою прекрасную невесту.

После монах взял за руку улыбчивого мальчишку, который то и дело оборачивался, желая хоть одним глазком посмотреть на поцелуй молодожёнов, и медленном шагом направился прочь из грушевого сада.

— Ну чего ты там застыл, не собираешься последовать совету монаха? — спросил Мэй Шань, уперев руки в бока и глядя прямо на раскрасневшегося от долгих рыданий Ю Фэна, — Я так-то слышал, что без поцелуя брак вообще считается недействительным!

Тот, громко шмыгнув и утерев зарёванное лицо красным рукавом, встал с колен и подошёл ближе к Мэй Шаню. Он ещё раз оглядел свою прекрасную невесту, облачённую в красные одеяния, и вспомнил тот день, когда решился сделать прекрасной госпоже Мэй По предложение. Ю Фэн так мечтал о том дне, когда сможет увидеть свою прекрасную избранницу в свадебных одеяниях, но даже и не подозревал, что это случится так скоро и что избранница на самом деле невероятной красоты парень по имени Мэй Шань, которого Ю Фэн полюбил всем сердцем.

Он подошёл ближе, практически вплотную, и, глядя снизу вверх на крупную фигуру, поднялся на цыпочках и осторожно сквозь красную вуаль поцеловал Мэй Шаня прямо в губы.

— Тебя никто не учил как нужно целоваться, так? — с легкой издёвкой спросил Мэй Шань, а после одной рукой немного приподнял ткань со своего лица, крепко обхватил Ю Фэна за талию и прижал к себе.

Ткань опустилась на голову Ю Фэна, и они оба оказались скрыты от чужих глаз под полупрозрачной вуалью. И только сейчас Ю Фэн впервые за день увидел прекрасное лицо своего избранника. Мэй Шань был раскрасневшимся, видимо, под красной тканью было довольно душно, а его лицо было слегка неумело разукрашено свадебным макияжем. Красные губы, красные румянец, и красные неровные стрелки, что доходили аж до самой кромки волос. Если бы кто-либо увидел Мэй Шаня в таком виде, запросто мог бы посчитать, что тот решил стать бродячим актёром. Но для Ю Фэна на всем белом свете не было человека прекраснее, чем этот разукрашенный шут.

— Давай я покажу тебе как нужно целоваться, муженёк, — с улыбкой сказал Мэй Шань и прежде, чем Ю Фэн успел смутиться от такого милого обращения, наклонился к нему и в прямом смысле засосал.

Коленки дрожали, руки тряслись, а во рту хозяйничал горячий юркий язычок, по вине которого Ю Фэн то и дело задушено мычал в поцелуй. Целоваться со своим муженьком оказалось до невозможности приятно и пришлось приложить немало усилий, чтобы отстраниться. Тяжело дыша, он сделал шаг назад и потянул за собой красную вуаль, которая, попутно поймав благоприятный ветерок, слетела с их головы. Мэй Шань широко улыбнулся и, подняв с земли красную ткань, заткнул её себе за пояс, а Ю Фэн посмотрел на него так, будто и вовсе прежде не видел человека.

— Ну что ты на меня так зыришь? — по-прежнему улыбаясь, спросил Мэй Шань — Я теперь весь твой, ещё налюбуешься!

— Всё ещё не могу в это поверить, — тихо прошептал Ю Фэн и подошёл ближе, наклонившись, дабы обхватить Мэй Шаня под колени и взять на руки, да вот только ничего не получилось, ибо его, словно тысячелетнюю гору, сдвинуть с места было невозможно.

— Ю Фэн, что это было?

— Я попытался взять тебя на руки, но мне досталось огромное неподъёмное счастье, которое поднять мне не под силу, зато...

— Зато я могу тебя поднять. Пошли уже!

Весело хохотнув, Мэй Шань рывком взял Ю Фэна на руки и быстрым шагом направился из храма прочь, дабы их ненароком кто не заметил.

— Постой, нам же ещё нужно зажечь благовония, — сказал Ю Фэн, придерживая марлевую шляпу на голове, чтобы та не слетела.

— Успеем, у нас ещё вся жизнь впереди, — ответил ему Мэй Шань.

***

Ю Фэн и Мэй Шань медленно шагали по пустой улице города, приближаясь к дому Ю Фэна. Они держались за руки, спрятав сплетённые ладони под длинными рукавами красных одежд. Мэй Шань вновь надел на лицо полупрозрачную вуаль, дабы ни у кого не возникли вопросы, от чего юная жёнушка так чудно выглядит. Но, к их счастью, ни одного горожанина по дороге им мне встретилось. До самого дома Ю Фэн молчал, глупо улыбаясь и то и дело поглядывая в сторону Мэй Шаня, а после смущённо опуская свой взгляд. Но стоило им переступить за ворота дома, как он преградил Мэй Шаню путь, оттеснив того к стене и, серьёзно на него глядя, спросил:

— Зачем ты это сделал?

— Ты про нашу внезапную свадьбу, муженёк? — с издёвкой спросил Мэй Шань, сдергивая с лица красную вуаль.

— Именно, — смущенно выдал Ю Фэн, глядя на раскрасневшееся от жары лицо Мэй Шаня.

— Не так давно я обещал Мэй Нюй, что выдам её замуж за городского красавчика. Я не уточнил, за какого именно, поэтому можно считать, что я сдержал своё обещание. Хоть на мой вкус Цзюэ Пэй и не близок к тебе, но он недурён собой, потому считаю, что моя совесть чиста.

— Какое отношение имеет Цзюэ Пэй к тому, что произошло сегодня? — недоуменно спросил Ю Фэн

— Ты сначала дослушай. Твой Цзюэ Пэй тут никаким боком не пришёлся! Всё дело в Мэй Нюй. Я всегда сдерживаю обещания, которые даю своей сестре и... не так давно я обещал ей найти тебе жену. Нет, даже не так. Я обещал ей найти тебе идеальную пару и никого лучше, чем самого себя, не смог найти. Не отдам же я тебя какой-нибудь кикиморе, в самом-то деле!

Ю Фэн удивлённо посмотрел на Мэй Шаня, и тому показалось, что тот готов вот-вот опять разреветься. Не зная, хорошо ли он поступил или нет, честно признавшись о том, что именно сподвигло его на такое, Мэй Шань осторожно спросил:

— Теперь ты разочарован? Услышав такое глупое объяснение?

— Ты не жалеешь о том, что сегодня сделал такую глупость? — осторожно спросил Ю Фэн.

— Хах, я о своих глупостях не жалею, я ими наслаждаюсь, — широко улыбаясь, ответил ему Мэй Шань.

— Тогда ничего не имеет значения! — сказал Ю Фэн и, подойдя ближе, крепко обнял Мэй Шаня, утыкаясь носом в складках красной одежды на его груди, — Ежели это просто сон, и завтра утром я проснусь с ужасным похмельем, это не имеет никакого значения, я всё равно буду счастлив! Если всё это продлится всего лишь день, а завтра ты уедешь на учёбу, и мы более никогда не встретимся, ничего не имеет значения! Я всё равно буду счастлив!

Мэй Шань осторожно обнял Ю Фэна, понимая, что теперь действительно не жалеет о том, что однажды он переоделся в женщину и отправился вместе с сестрой на смотрины.

— Кстати об учёбе! — взволнованно воскликнул Мэй Шань, вспоминая об одной очень важной вещи.

Он с трудом отцепил от себя Ю Фэна и начал искать по карманам, вскоре вытащив из длинного рукава смятое письмо и протянул его супругу. Тот его развернул, вчитался и нахмурился.

— Это мой тебе свадебный подарок, — пояснил Мэй Шань.

— Я ничего не понимаю, — растерянно ответил Ю Фэн, в третий раз перечитывая письмо.

— Ладно, так и быть, придётся объясниться. Понимаешь, ещё в тот раз, когда мы с сестрой приходили к тебе домой, и ты рассказал, что мечтаешь основать тут школу, я задумался о том, чтобы немного подтолкнуть тебя к этому. Тогда я ещё надеялся, что ты в скором времени станешь моим шурином, поэтому взял на себя смелость и написал своему учителю. Мой учитель — известный учёный и мыслитель Люй Лянь, и оказалось, что он некогда был знаком с твоим дедушкой... В общем, он согласился стать твоим наставником. Некоторое время ты будешь должен у него обучаться, а после он даст тебе рекомендательное письмо, благодаря которому ты получишь официальное разрешение основать школу и преподавать ученикам.

Во время объяснения Мэй Шань старался не смотреть на Ю Фэна и то и дело заламывал руки, испытывая некое волнение, поскольку не знал, как отреагирует Ю Фэн на его очередную выходку.

— Получается, если я соглашусь, я буду вынужден отправиться на учёбу вместе с тобой? — с лёгким недоверием и явным восторгом, спросил Ю Фэн.

— Если я буду прилежно учиться, мы закончим обучение примерно в одно время. Ты получишь разрешение основать школу, а я сдам государственный экзамен и смогу стать учителем в твоей школе. Ну как тебе мой план, муженёк?

— Теперь уж точно нет мужа счастливее меня, моя прекрасная жёнушка! — счастливо улыбаясь, воскликнул Ю Фэн, а потом схватил Мэй Шаня за запястье и, потянув на себя, сказал, — Пойдём быстрее в дом, у меня тоже есть свадебный подарок!

***

Тяжело дыша, Ю Фэн ворвался в свою комнату и метнулся к шкафу откуда тут же начал вышвыривать все его содержимое ища что-то в его недрах. Маленький красный мешочек с вышитыми шёлковыми цветами тяжело дыша Ю Фэн вложил в руки к Мэй Шаню. Его переполняли эмоции, он, не переставая улыбался, а лицо его светилось от счастья. Такой Ю Фэн уж точно нравился Мэй Шаню.

— Что у тебя там? — спросил тот не в силах сдержать довольной улыбки поскольку Он сам был виновником прекрасного настроения Ю Фэна и не мог этим не гордиться.

— Сейчас покажу, — пообещал Ю Фэн, вытащив из мешочка два нефритовых колечка, — Не так давно я собирался сделать предложение одной прекрасной даме. Дама мне отказала и, как и говорил предсказатель, я не получил ничего из того, чего изначально желал. Всё перевернулось с ног на голову, и я заполучил тебя!

— И что ты по этому поводу думаешь? — неуверенно спросил Мэй Шань.

— Я до невозможности рад, — незамедлительно ответил Ю Фэн, — единственная печаль, что я, кажется, прогадал с размером колец.

— Ничего подобного! Сейчас всё будет! — сказал Мэй Шань и, выхватив самое крупное кольцо, надел его себе на мизинец правой руки. То, что было помельче, он осторожно надел Ю Фэну на мизинец левой руки, приговаривая, — Когда мы будем держаться за руки, эти кольца будут вместе. Замечательно я придумал, правда же?

— Правда, — смущённо опустив взгляд вниз, согласился Ю Фэн.

Он осторожно прикоснулся к руке Мэй Шаня, погладил нефритовое кольцо, а потом задушено спросил:

— Что мы скажем твоим родным?

— А ничего говорить не нужно. Для всех остальных мы будем друзьями, которые вместе собираются основать школу, и только за закрытыми дверями будем считаться мужьями. Вполне приемлемо, тебе не кажется? — весело спросил Мэй Шань.

— Лучше и не придумаешь.

Ю Фэн вновь крепко обнял Мэй Шаня и всем телом к нему прижался, продолжая глупо улыбаться, а потом отстранился и серьёзно глядя сказал:

— Впереди нас ждёт ещё одно важное событие.

— Какое же?

— Наша первая брачная ночь, — скромно улыбнувшись, выдал Ю Фэн, в то время как Мэй Шань вмиг побледнел.

— А это обязательно? — слегка испуганно спросил тот.

— Конечно. Но не волнуйся я обещаю быть нежным, — погладив по крепким мышцам груди Мэй Шаня, сказал Ю Фэн.

—Ю Фэн, ты знаешь, кажется, я хочу развода, — немигающим взглядом глядя в ответ, сказал Мэй Шань.

— А всё уже! Сделанного не воротить! — счастливо улыбнулся Ю Фэн и вновь прижался к мускулистому телу.

По его довольной улыбке Мэй Шань понял, что, как и увидеть мифическое создание, развод ему никогда не светит.

***

— С какой стати ты должен быть сверху? Между прочим, я выше тебя, — возмутился Мэй Шань, вальяжно раскинувшись на кровати.

— Разве рост имеет значение? — удивился Ю Фэн, сняв с головы марлевую шляпу и откинув её в сторону, — Моя мать была на целую голову выше моего отца. Но мой отец всё равно считался мужем, а мама считалась женой. У нас точно так же, моя дорогая жёнушка. — улыбнувшись и осторожно проведя рукой по обнажённой груди своего супруга, произнёс Ю Фэн, — Я твой дорогой муж и никак иначе.

Мэй Шань состроил недовольную рожицу, обиженно выпятив нижнюю губу, а Ю Фэн, не удержавшись, поцеловал его. Поцелуй получился мягким, тягучим и очень нежным, и разомлевший Мэй Шань потянулся рукой к нефритовый заколке своего мужа, распустив его волосы. Водопад чёрных смоляных волос упал ему на грудь, а после Ю Фэн отстранился и изящным жестом заправил несколько прядей за ухо. Зрелище было завораживающим и Мэй Шань засмотрелся, пропуская мимо ушей несколько веских аргументов, в пользу своей верхней позиций, от Ю Фэна.

— Зря ты умылся, мне нравился боевой раскрас, — внезапно сказал Ю Фэн, с обожанием глядя на Мэй Шаня.

— Ну уж нет, как и говорил монах, ты должен любить меня любым, поэтому принимай меня таким, какой я есть.

— Ты боишься, что мне больше по нраву госпожа Мэй По? — задумчиво спросил Ю Фэн, — Если это так, я смею тебя заверить, что ты единственный и неповторимый, Мэй Шань! И никто более мне не нужен!

Ю Фэн выглядел смущённым, но полный решимости и уверенности в том, что говорил, поэтому Мэй Шань не сомневался в искренности его слов. Тот глядел на него с таким обожанием, что Мэй Шань решился на очередную глупость.

— Так и быть, в этот раз ты будешь сверху, но только в честь нашей свадьбы, а в следующий раз сверху буду я. И запомни, — угрожающе сказал Мэй Шань, — всё, что ты сейчас делаешь со мной, я потом сделаю с тобой!

— Я согласен на всё. — расплывшись в довольной улыбке, сказал Ю Фэн, — Но уверен, что в скором времени ты возьмёшь свои слова обратно.

— Хах, ну это мы ещё посмотрим — недовольно фыркнул Мэй Шань, будучи уверенным в том, что ничем необычным Ю Фэн его не впечатлит.

Но Мэй Шань глубоко ошибался, поскольку Ю Фэн впился в его губы страстном поцелуем, настойчиво гладя его тело и попутно снимая остатки красных свадебных одеяний. После Ю Фэн стал спускаться поцелуями всё ниже и ниже, в то время как Мэй Шань, закрыв глаза, прислушивался к своим ощущениям. Они были до невозможности приятными до того момента, пока Ю Фэн, в прямом смысле, не укусил его за самое нежное.

— Ю Фэн, что ты делаешь?

— То, что написано в книге.

— Какой ещё к демонам книге, Ю Фэн?

— Вот этой, — пояснил тот, достав из-под матраса потрепанные записи.

— «Пособие для начинающих обрезанных рукавов»? Ю Фэн, где ты её откопал? – возмутился Мэй Шань, прочитав название.

— В книжной лавке, — как само собой разумеющееся ответил Ю Фэн.

— Зачем ты её купил? И когда только успел?

— Когда узнал, что ты мужчина. — смущённо признался Ю Фэн, — Я не стал испытывать отвращения и обратился к достоверной литературе, дабы понять свои чувства. Эта книга, между прочим, очень сильно помогла мне разобраться в себе. А ещё я уверен, что она поможет нам получить удовольствие.

Сказав это, Ю Фэн ещё раз широко улыбнулся, а после потянулся и отобрал у Мэй Шаня пособие. Открыв на нужной странице, он положил её рядом с головой Мэй Шаня, дабы иметь возможности время от времени свериться с записями и не допустить ошибки.

Не было предела возмущению Мэй Шаня, ведь он не собирался становиться подопытной крысой ради всяких там экспериментов, и, конечно же, незамедлительно дал об этом знать Ю Фэну:

— Ты хочешь сказать, что не имея ни малейшего опыта собрался делать со мной всё то, что написано в этой книге?

— Конечно, — невозмутимо ответил ему Ю Фэн, снимая с себя последние остатки одежды, — как-то у меня сломался шкаф, и я взял книгу и прочитал о том, как его нужно починить. У меня получилось очень хорошо и мне даже не пришлось обращаться к мастеру!

— То есть теперь я шкаф, да?!

— Мой шкаф тоже был очень высоким и красивым, похожим на тебя, только у тебя две прекрасные ноги вместо четырёх, — хитро улыбнулся Ю Фэн, осторожно погладив Мэй Шаня по острым коленкам.

— Тоже меня сравнение! Как тебе такое вообще в голову пришло! — возмутился Мэй Шань, который не знал, что ему делать, плакать или смеяться, из-за того, что самолично ввязался в эту авантюру.

— Я ведь обещал, что буду нежным, — сказал Ю Фэн и, довольно улыбнувшись, достал какой-то непонятный пузырёк, — тот красивый шкаф я тоже смазал маслом!

— Ю Фэн, это уже не смешно, откуда оно у тебя?

— Дали в подарок, когда купил книгу.

— Зачем нам это масло, Ю Фэн?

— Как зачем? Для лучшего скольжения!

— Ю Фэн, нет!

— Ю Фэн, да!

***

— Ю Фэн... ох... ах... ещё...

— Ещё?

— Ещё!

Ю Фэн сделал ещё и ещё, а потом по телу Мэй Шаня прошлась волна мурашек, и в очередной раз выплеснулось наслажденье.

Тяжело дыша, Ю Фэн упал рядом на подушку, а Мэй Шань, прикрыв глаза почувствовал невероятную усталость. И это потому, что скромный и милый Ю Фэн в постели оказался ненасытным жеребцом, который не успокоился, пока не довел Мэй Шаня до полуобморочного состояния.

— Беру свои слова назад... Ты, ох... можешь быть сверху... почаще...

— Я это запомню, дорогой муженек, — довольно улыбнулся Ю Фэн.

Мэй Шань улыбнулся в ответ и, обняв Ю Фэна, провалился в сон. Напоследок он успел подумать лишь о том, что он очень удачно сумел захомутать последнего городского красавчика.

КОНЕЦ