22.

Рассвет наступил хмурый и холодный, словно сама природа затаила дыхание перед бурей. Группа захвата собралась у ворот в полной боевой готовности: Сан, Уён, Чонхо и Сокджин. Они были похожи на призраков в камуфляже с черными лицами, их движения тихие, экономичные. Группа прикрытия — Минги, Хонджун и Юнхо — уже ушла раньше, чтобы занять позиции и подготовить диверсию.

Перед выходом Сан в последний раз обвел взглядом свою тройку.— Помните, цель — Чонгук. Быстро, тихо. Никаких контактов, если можно избежать. Сокджин ведет, я за ним, Чонхо, ты за мной, Уён — тыл. Рации на канале «Тишина». Только экстренные сигналы. Пошли.

Они скользнули в утренний туман, как тени. Лес встретил их сырой, гнетущей тишиной. Даже птицы, казалось, умолкли. Они двигались по маршруту, проложенному разведкой, обходя потенциальные ловушки и места, где могли быть дозоры. Сокджин, несмотря на слабость, шел уверенно, его знание местности было бесценным.

Через два часа они достигли точки входа — заросшего кустарником склона к северо-западу от базы Докёна. Здесь, под слоем гниющих листьев и валежника, зияло темное отверстие старого канализационного коллектора. Запах был омерзительным — стоячая вода, гниль, что-то еще, химическое.— Здесь, — прошептал Сокджин. — Туннель около пятидесяти метров. Выход — в подвале старой насосной, прямо под главным зданием. Дверь, скорее всего, заперта, но замок старый.

Сан кивнул, жестом приказав Чонхо проверить проход. Механик, не моргнув глазом, пополз в темноту, его фонарь с красным фильтром выхватывал из мрака скользкие стены. Через несколько минут раздался тихий щелчок по рации — сигнал «путь чист».

Они вошли в туннель один за другим. Пространство было тесным, низким, приходилось идти согнувшись. Вода хлюпала под ногами, пахло так, что слезились глаза. Уён, замыкающий, постоянно оборачивался, проверяя, не осталось ли следов, не преследует ли кто. Его нервы были натянуты как струны, каждый шорох в темноте заставлял сердце замирать.

Наконец впереди показался слабый свет — не дневной, а тусклый, искусственный. Они вышли в небольшое подземное помещение, заваленное хламом. В стене была дверь, тяжелая, металлическая, с массивным висячим замком. Чонхо, не теряя времени, достал инструменты и принялся за работу. Его пальцы, грубые и сильные, двигались с невероятной ловкостью. Через минуту раздался тихий щелчок, и замок открылся.

Сан приложил ухо к двери, слушая. Снаружи было тихо. Он медленно, миллиметр за миллиметром, приоткрыл дверь. За ней был узкий, темный коридор, пахнущий пылью и маслом. Где-то вдалеке слышался смутный гул генератора.

— По плану, — прошептал Сан. — Сокджин, комната Чонгука?

— Второй этаж, конец коридора, дверь с синей отметкой. Окно на север, как я говорил, — так же тихо ответил Сокджин.

Они выскользнули из подвала и стали подниматься по лестнице, ведущей на первый этаж. Здание, судя по всему, было бывшим административным корпусом какой-то старой базы. Стены были покрыты потрескавшейся краской, полы скрипели. Сан шел первым, его карабин был готов к мгновенному применению.

На первом этаже они услышали голоса — где-то недалеко, за закрытой дверью, кто-то спорил. Сан жестом приказал затаиться. Они прижались к стене, затаив дыхание. Голоса стихли, послышались удаляющиеся шаги.

— Дальше, — прошептал Сан.

Лестница на второй этаж была в дальнем конце коридора. Они двинулись к ней, крадучись, как кошки. Каждый шаг казался невероятно громким в гробовой тишине. Уён чувствовал, как пот стекает по спине под тактическим жилетом, но его руки, держащие оружие, были сухими и устойчивы.

На второй этаж они поднялись благополучно. Коридор здесь был уже, с несколькими дверями по обе стороны. Сокджин кивнул на последнюю дверь в конце. На ней действительно была нацарапана синяя полоса.

Сан подошел к двери, прислушался. Из-за нее доносился тихий, монотонный звук — что-то вроде жужжания электроники. Он попробовал ручку. Дверь была не заперта.

Он посмотрел на Чонхо, жестом показав: «Готов?» Чонхо кивнул, сняв с пояса наручники и кляп. Сан посмотрел на Уёна, указав ему на позицию прикрытия у лестницы. Уён занял место, его карабин был направлен в сторону, откуда могла появиться угроза.

Сан глубоко вздохнул. И вошел.

Комната была небольшой, заваленной электронным оборудованием, деталями, проводами. У стола под единственной лампой сидел молодой человек, худощавый, в очках, склонившийся над разобранной радиостанцией. Он услышал шаги и поднял голову. Его глаза за очками расширились от ужаса, когда он увидел трех вооруженных, замаскированных людей в своей комнате.

— Чонгук? — тихо спросил Сан, его голос звучал неестественно мягко в этой обстановке.Тот молча кивнул, его руки задрожали.— Мы не причиним тебе вреда, если ты будешь тих и послушен. Ты хочешь уйти отсюда? От Докёна?

Чонгук сглотнул, его взгляд метнулся к двери, за которой стоял Уён, потом обратно к Сану. В его глазах читалась борьба: страх перед незнакомцами и глубокая, застарелая боязнь брата.— Он… он убьет меня, — прошептал он.— Он не узнает, — сказал Сокджин, снимая маску с лица. — Сокджин? — выдохнул Чонгук, и в его голосе прозвучало недоумение. — Но ты же…— Я ушел. И пришел, чтобы помочь тебе уйти. Они хорошие люди. У них есть безопасное место.

Чонгук смотрел то на Сокджина, то на Сана. Его пальцы судорожно сжимали отвертку.— У нас мало времени, — жестко сказал Сан. — Решай. Сейчас.

И в этот момент все пошло наперекосяк. Не с их стороны. Снаружи, со стороны южных ворот базы, раздался оглушительный взрыв, затем еще один. Диверсия Минги началась раньше, чем планировалось, или они столкнулись с проблемами. Взрывы были сигналом к началу активных действий, но они же поднимали на ноги всю базу.

Снизу послышались крики, беготня. Шаги на лестнице.— Чонгук, сейчас! — рявкнул Сан, уже не скрываясь.

Чонгук, парализованный страхом, не двигался. Чонхо шагнул вперед, собираясь просто схватить его, но в этот момент дверь в комнату распахнулась. На пороге стоял высокий, мускулистый мужчина с перекошенным от ярости лицом — сам Докён. За его спиной виднелись еще двое с оружием.

— КАК ВЫ СМЕЛИ?! — заревел Докён, его пистолет был направлен прямо в грудь Сана.

Время замедлилось. Уён, стоявший у лестницы, увидел, как Докён нажимает на спусковой крючок. Он не думал. Он действовал. Его тело само совершило движение — он шагнул вперед, одновременно поднимая карабин и нажимая на спуск. Выстрел прозвучал почти одновременно с выстрелом Докёна.

Пуля Уёна попала Докёну в плечо, сбив его прицел. Пуля Докёна прошла в сантиметре от головы Сана, вонзившись в стену. В комнате начался хаос.

Чонхо бросился на одного из охранников, сбив его с ног ударом приклада. Сан, воспользовавшись замешательством, выстрелил Докёну в ногу, и тот рухнул с криком. Второй охранник открыл беспорядочную стрельбу, но Уён, уже переключившись, дал точную очередь, и тот упал.

— УЁН, ЧОНГУКА! — крикнул Сан, уже отстреливаясь в коридор, откуда бежали новые люди.

Уён схватил ошеломленного Чонгука за руку и потащил к двери. Сокджин, схватив со стола какие-то бумаги и маленький жесткий диск, бросился за ними.— К черту план! Отход через окно! — закричал Сан, отступая к ним.

Окно в комнате Чонгука действительно выходило на север, на относительно свободный от построек склон. Но оно было на втором этаже. Чонхо, не раздумывая, выбил стекло прикладом.— Первым! — приказал он Уёну, указывая на окно.

Уён, все еще таща за собой Чонгука, подбежал к окну. Внизу было около пяти метров. Но под окном росла старая, толстая труба водостока и куст сирени. Рискованно, но выбора не было.— Прыгай! — крикнул он Чонгуку и, не дав тому опомниться, буквально вытолкнул его в окно. Раздался глухой стон и хруст веток.

— Сокджин! — Уён пропустил его вперед. Сокджин прыгнул более ловко.— Чонхо! Иди! — крикнул Сан, продолжая поливать коридор огнем.

Чонхо кивнул и вывалился в окно. Уён повернулся к Сану.— Твой черед!— Нет, ты! — Сан отстрелял последние патроны из магазина и отбросил карабин, доставая пистолет.— ВМЕСТЕ! — закричал Уён. Он схватил Сана за ремень и, используя всю свою силу и отчаянние, толкнул его к окну. Сан, не ожидая этого, полетел вниз, успев схватиться за раму.

Уён обернулся. В комнату уже врывались люди. Он видел искаженные злобой лица, дула оружий. У него не было времени на прыжок. Он сделал единственное, что мог — бросился на пол, завалившись за массивный металлический стол, как раз в тот момент, когда очередь из автомата прошла над его головой, разнеся остатки окна.

Он был в ловушке.