Глава 5

Руки напряжены до предела, они краснеют, пальцы синеют. Хватка всё слабее, и почти не осталось сил держаться за верёвку, так сильно врезавшуюся в пальцы. Летательная тарелка, выполненная из алюминия, со стеклянным куполом летела всё быстрее и быстрее (около двадцати-тридцати километров в час, я не считал), усиливая давление на верёвку.

Держаться долго не получается: кожа с рук слезала, и вот-вот чиновник свалится в воду! Нельзя, атомная бомба почти доставлена в Антарктиду! Он, стиснув палец во рту, словно деревяшку, чрез боль полез наверх, чтобы взяться за тарелку поудобнее или даже забраться в кабину. Как только он прикусил свой палец, он громко вскрикнул и тут же понял, что лучше просто стиснуть зубы.

Он медленно взобрался на тарелку. Его начало крутить, потому что сам корпус тарелки постоянно крутится, и плоскоземы завыли со смеху, словно гиены, ускорили тарелку. Чиновника закрутило сильнее, и он едва выдержал накал, и накинулся на статичную кабину! Так и полетел.

Спустя примерно тринадцать секунд с вероятностью 10⁻¹⁰⁽⁵²⁾% произошло чудо, которого все так долго ждали! Тектоническая плита под Антарктидой дрогнула и стремительно двинулась в сторону тарелки с плоскоземами и чиновником, вызывая своим движением гигантские цунами и землетрясение по всему южному полушарию. Летательная тарелка неожиданно для экипажа влетела в холодный климат и, не будучи приспособленной к такому в моменте, засбоила, вся кабина озарилась красным и вскоре она рухнула в снег. Антарктида с вероятностью 10⁻¹⁰⁽⁸⁰⁾% прекратила своё движение и мир нормализовался.

Описывая точнее, потому что в противном, мне так не нужном, и вам тоже не нужном, случае символов будет сильно меньше, чем хотелось бы: свет в кабине озарился красным огнём, и она очень быстро нагрелась: аварийные лампы времён тысяча девятьсот сороковых годов были неэффективными. Чиновник обжёгся, пар пошёл по его телу, и, с громким криком, он упал первым с высоты двадцать два целых и шесть десятых метров в сугробы, мягкие и приятные, но не сумевшие остановить продвижение бренного тела к твёрдой и ненавистной почве. Через секунду стекло кабины откинуло, и обдало холодным воздухом обгоревших плоскоземов. Пилоту досталось больше всего: красная лампочка также была под штурвалом. Тарелка потеряла управление и упала за устланным снегом и льдом, устланным снегом, это очень важно, я даже не знаю, что может быть важнее, холмом.

Чиновник отряхнулся, он поправил на себе пулемёты и ружья, оглянулся. По сторонам: снег, за спиной — снег, впереди — снег. Он провалился в снег.

—Я провалился в снег, — подозрительно проговорил чиновник.

Он провалился в снег. Это его не остановило, он сделал небольшую лестницу из снега и выбрался наружу. Вдалеке был холм, и к нему он пошёл.

Взобравшись на холм, он завидел вдалеке плоскоземов, и чтобы их не спугнуть, упал на лёд, приложил ладонь к уху и прислушался, что они там говорят.

—Старая фашистская рухлядь, — сетовал самый полный плоскозем, пнув упавшую тарелку.

—Нацистскую. Знаешь, есть разница между фашистами и нацистами. — поправил его второй, более спортивный.

—Нацизм — это крайняя форма фашизма, — проговорил самый тощий плоскозем с крупными и толстыми очками.

—Понимаю, да, нацистский, — произнёс спортивный, — но где мы вообще? Нам пора не размышлять, а относить пробойник.

—Мы в Новой Швабии.

—Откуда ты это узнал? — грозно спросил полный.

—Там табличка есть со свастикой, и заброшенная нацистская база.

—Там можно перекантоваться, — сказал тощий.

—Нельзя, за нами гонится чиновник, мы остановимся, а он нас выследит и отберёт пробойник.

—Точно. Ты прав. Тогда бегом в Мак-Мердо!

Чиновник понял, что сейчас их можно перехватить (а почему раньше нельзя было???) и резко встал, приложился филейной частью тела на лёд и стремительно скатился вниз, стреляя по плоскоземам из противотанкового ружья. Но плоскоземы сбежали далеко, он по ним не попал.

Началась долгая погоня через всю Антарктиду. Вы не захотите слушать, как они бегут по Антарктиде, потому что они просто бегут по снегу, не чувствуя усталости, голода и холода. Зато они хотели пить, потому ели снег, и у спортивного плоскозема развился ларингит, это очень важно, но больше ничего важного в этой погоне нет!

Наконец, он остановил погоню. Плоскоземы забежали под водопад, и следом за ними пришёл чиновник. Он приостановился, чтобы присмотреться. Вот он, кровавый водопад в сухой долине Мак-Мердо. Густая алая жидкость стекала по льду в алое озеро с грохотом. По чиновнику пробежала дрожь, он отступил назад на шаг. Однако, ударив себя по щеке, он встрепенулся и с тяжёлым — наперевес! — ружьём, клонящим его вниз, пошёл под водопад.

Не так уж и хотелось, чтобы его костюм обдало, кровью, красной водой, или чем-то ещё... он пошёл по краю озера и прошёл к пещере.

Он зашёл и увидел плоскоземов. Они нервно перебирали проводки на бомбе, взводили детонатор, проверяли плутоний, приговаривая, что скоро чиновник придёт.

Чиновник произвёл предупредительный выстрел в воздух! Плоскоземы запаниковали! Они бросились за льдины и достали оружие. Вот они: корпусы от шариковых ручек, из которых они пулялись бумажками! Густой огонь накрыл чиновника, и, не сумев подойти к ним ближе, чем на семь метров, он был вынужден отступить, прикрывая себя беспорядочным огнём. Но ведь чиновник непобедим? Он закинул дымовую шашку. Тёмно-серый удушающий туман окутал пещеру, и, сделав крутой кувырок через правое плечо, схватил атомную бомбу, после чего сделал ещё один крутой кувырок прямо ко второй летающей тарелке Аненербе!

Чиновник выехал из-за водопада и потянул штурвал на себя — тарелка взмыла в воздух!

—Удачи, олухи! — радостно воскликнул чиновник, маша рукой неудачникам плоскоземам, бегающим в панике под тарелкой. Кто-то даже сорвал с себя шапочку из фольги и ушёл.

Чиновник же был научен горьким опытом. Он разбил аварийные огни в тарелке, пока они не загорелись, и начал думать, куда полетит.

—Я полечу... на секретную русско-американскую лунную базу, о которой никто не знает. Да! — сказал чиновник, у него загорелся в глазах огонёк, — меня же с плутонием повяжут при появлении в М!

Он всего за шесть часов при постоянном ускорении в девять и восемь метров в секунду, создавая адекватную для себя гравитацию в тарелке, долетел до Луны. Чиновник пристыковался к базе и вышел. Рядом с космопортом, совершенно обычным пластиковым куполом со стыковочным портом, расположился ларёк.

—Вам what требуется? — на рунглише спросил продавец чиновника.

—Я need in продажа плутоний for много тугриков. Здесь точно соберётся баккет плутония.

Чиновник вывалил плутоний из бомбы на прилавок. Продавец, молодой сутулый парень в зелёном козырьке, вяло осмотрел плутоний.

—Вел, вел, вел, — произнёс юноша, положив руки на пояс, — здесь точно соберётся плутония на шестьдесят тысяч тугриков!

—А почему не полтора миллиарда?

—Потому что я могу доложить в полицию и никто его вообще не получит.

—Тогда справедливая цена.

—Отлично. — паренёк открыл кассу и неспеша отсыпал в суму с деньгами чиновника тугриков. Получилась уверенная пачка толщиной с запястье.

Теперь в сумке чиновника ровно сто двадцать тысяч тугриков и полтора миллиона долларов, что он захватил у террористов в Нигерии. Наконец можно вернуться в М и отдохнуть от всего случившегося.