22 часть

Почему я вижу Минхо и Хенджина, если меня там нет? Почему они разговаривают и веселятся? Разве... Разве Хенджин всегда был таким улыбчивым и веселым? Все такое реальное и счастливое, но при этом размытое и грустное... Это сон? Если не сон, то где я и Джисон? Я же просто стою, а они меня не замечают...

Сон?

Неужели это сон?

Ты называешь нас сном?

Я не хочу, чтобы это было сном...

Мы ne сøн

А когда я уснул?

       MЫ НĒ СøĤ

Сон....

СОН

Черные силуэты накинулись на меня, разрывая мое тело на несколько частей, поглощая меня и мой разум. Как их остановить? Разбудите меня... Прошу... Умоляю! Я схожу с ума... Я чувствую, как что-то внутри меня отмирает. Я чувствую, как скручиваются мои кишки. Я чувствую, как они переплетаются в узлы. Меня сдавливают, разрывают на несколько частей. Как это вообще возможно? Меня сейчас стошнит...

Звон в ушах утихает и я слышу чей-то до боли знакомый голос. Плечи горят от прикосновений, а тяжелый и сухой воздух давит на легкие, не давая нормально вздохнуть. Такое ощущение, что я сейчас задохнусь.

— Малыш Ликси, просыпайся

У меня не хватает сил, чтобы разлепить глаза. Я совершенно ничего не могу сделать, лишь валяться и притворяться спящей куклой.

— Малыш?

Еле как выдавив из себя жалкое мычание, я продолжил лежать в попытке побороть самого себя и через силу открыть собственные глаза. Я не понимал, сплю ли я. Казалось, что я нырнул в бассейн воды и не слышал практически ничего. Все в голове было каким-то размытым и мутным, а слова Хвана почти не разбирались.

— Феликс, вставай!

Я распахнул глаза и увидел перед собой взолнованное лицо Хенджина. Тот легонько потрясывал меня за плечи, пытаясь разбудить.

— О, боже, неужели ты проснулся. Ты почти все сутки проспал. Вырубился еще вчера прямо в ванной. Знаешь сколько время? – Хенджин выглядел слишком уставшим. Его мутные глаза, а также синяки под глазами выдавали его, заставляя Ликса на капельку задуматься и пожалеть его. Он был одет в бежевые брюки, что просто идеально сидели на нем, а также в самую обычную белую рубашку, что была расстегнута на несколько пуговиц сверху, давая свободу шее и возможность дыша. Зато на шее была золотая цепочка, а на пальцах красовались несколько золотых колец. Видимо тот только недавно пришел с работы, раз еще не успел переодеться.

Я правда пытался что-то сказать, но голос после сна слишком ослаб, а горло было до невозможности исушенным, создавая дискомфорт и отдаваясь невыносимой болью.

— Воды... – осмотрев Хвана, Феликс наконец-то смог выдавить из себя хриплый звук, больше похожий на умирание, тяжело дыша. Хенджин всунул в его дрожащие руки стакан, чуть придерживая. Видимо пытался подстраховать посуду от свободного падения на кровать, чтобы не расплескать всю воду на постельное белье.

Ликс моментально накинулся на воду и пытался выхлебнуть из емкости всю жидкость за раз, полностью исушая его. Хенджин лишь тяжело вздохнул, поглаживая того по голове.

— Хеён сказал, что ты за весь день ни разу не встал. Прихожу к тебе, смотрю, а ты весь потом обливаешься. Тебе плохо? – Забрав пустой стакан из дрожащих рук он положил его на тумбочку, а затем приблизился к Ликсу, опуская свои пухлые губы на его лоб. Подождав несколько секунд, параллельно что-то обдумывая, он хмыкнул. Звук поцелуя разнеся по комнате, а только потом Хенджин отстранился, – Температуры вроде бы нет

— Хенджин... – Прокручивая последние воспоминаний в голове, Феликс нахмурился. Когда они успели из домика приехать обратно в город?

— Что?

— Когда мы успели приехать в город?

— Несколько дней назад. Вчера ты был в сознании. Должен же примерно помнить.

— А где Джисон? Они с Минхо-хеном уехали домой?

— Джи... Прости, кто?

— Хан Джисон... Одногруппник мой. Он с Минхо встречается. Мы же все вместе отдыхали загородом.

— Какой еще одногруппник? Какой Минхо? – Хенджин непонимающе глянул, задумываясь на несколько секунд, а затем рассмеялся, обнажая свои белоснежные зубы, – Кажется я понял... Малыш, не хочу тебя расстраивать, но похоже, что тебе это приснилось.

— Приснилось? Подожди, быть такого не может... Что вчера было?

— Вчера ты спустя несколько дней проснулся уже под ночь. Познакомился с Хеёном, обматерил меня, а затем мы с тобой пошли в ванну. Потом ты немножко повредничал, а я разозлился и вылил на тебя вино. Может быть тебя так развезло с пару жалких капель, не знаю, но вырубился ты быстро. Хотя я даже не уверен, что тебе что-то в рот попало. Тем более вино было дорогое и тебя не должно было так раскумарить. Несмотря на это, ты все равно уснул прямо в ванной и мне пришлось домывать тебя самостоятельно. Скажу по секрету, что на самом деле мне такое понравилось. Ты ведь, как кукла. Заботиться о тебе сплошное удовольствие. Такой хрупкий и милый... Думаю, что стоит прикупить тебя всяких милых вещичек.

— Это было несколько месяцев назад, о чем ты говоришь? – Игнорируя слова о кукле, Ликс откинул одеяло в сторону, чтобы встать с кровати. Правда сделать он этого не успел. Глаза распахнулись, а рот приоткрылся от удивления,  – Нет... Ну нет... Ну как так то?

На ноге красовался сероватый  гипс. Нога до сих пор была сломана, будто бы и не заживала.

— Что же тебе снилось такое? – Хенджин улыбнулся, запуская руку в волосы Ли, поглаживая кожу головы, – Расскажешь любимому?

— То есть... Я не поступил в университет?

— Нет

— Как "нет"? Я же поступил!

— Тебе просто приснилось, смирись. Такое тоже бывает

— И друга по имени Ли Минхо у тебя нет?

— Ну... Есть актер Ли Минхо, но он уже староват как то для меня.  Есть хореограф Ли Минхо, но... – Хван прокашлялся, – В общем ни с тем, ни с другим я не знаком

— Ну как так то... – Ликс убрал руку Хенджина с его головы, а затем накрыл свое лицо подушкой, пытаясь скрыться от внешнего мира. Слезы брызнули из глаз, а в груди неприятно жгло, прожигая душу и сердце.

Так глупо было принять сон за реальность, а потом расстроиться из-за этого. Феликс слишком глупый. Его обманул собственный мозг, воображение и разум. Сердце отдавалось глухим стуком в груди. Хотелось вырвать его, чтобы не чувствовать никакую боль.

— Малышка, ну и чего ты разнылся? Ты такой нюня, ей богу... Как всегда сразу идешь плакать,– Парень положил свою руку на талию блондина, поглаживая ее, – Идем ко мне обниматься, Ликси. Ты ведь знаешь, что папочка всегда утешит и поможет своему малышу, разве это не так?

В ответ лишь послышалось невнятное бормотание, всхлипы и плач. Как бы мягко Хенджин не старался отнять у Ликса подушку, сделать это никак не получалось. Тот слишком крепко вцепился в нее, не давая открыть свое лицо и лишить себя своеобразного домика.

Сколько бы Хван держался, его стала раздражать вся эта ситуация и он убрав свои руки от Ли, сел на край кровати, хмурясь.

— Блять, Феликс, заебал, – Тон с мягкого, сменился на грубый, а сам Хенджин тяжело вздохнул, – Тебе сколько лет? Сколько можно вести себя, как маленький? Мне конечно нравится играть в "Папочку и малыша", но ты иногда реально раздражаешь. Перестань ныть и соберись уже. Вчера ты опять ничего не ел, потому что тебя вырубило. Сколько еще будем голодать?  Вставай с постели, умывайся и дуй на кухню. Уже почти ночь, а ты опять нихера не сделал.

Это точно был не Хенджин из его снов. Феликс сразу же заметил разницу. Хенджин из снов был более ласковым и нежным, а тут... А тут все по старому и по обычному. Ликс совсем немножко удивлен и расстроен, но он привык.

— Ты меня слышишь или нет? У меня итак завал на работе, а еще ты тут разнылся из-за какого-то глупого сна, – Он силой выхватил подушку из рук Ли и швырнул ее в стену, раздражаясь от стука предмета о пол еще сильнее, – Нет твоего Джесуна и Минхо, ясно!? Их не существует! Тебя надурила собственная фантазия! Это насколько надо быть глупым, чтобы повестись на это? Вставай с постели и прыгай на кухню. На тебя смотреть уже больно. Когда мы встретились, ты был очень красив и лучезарен. А сейчас... На сколько ты похудел вообще? Кожа да кости. Весь бледный, словно снег... Еще и пятна черные под глазами. А сами глаза видел? Они же все красные... Сущий ужас. Пора уже привести себя в порядок, ты слишком сильно себя запустил. Мы не в драмкружке, прекрати придуриваться.

— А из-за кого я такой?... – Тихий хриплый голос донеся изо рта Феликса, прерываясь всхлипами.

— Что?

— Кто сделал меня таким, Хван? Благодаря кому я такой поломанный и ущербный? Почему я похож на наркомана, даже если не принимаю!?

— Феликс, сейчас же закрой свой рот и не действуй мне на нервы.

— Таблетки от бессоницы, которые ты мне даешь... Это точно не наркотики?

— Какие еще к черту наркотики, ты совсем головой не соображаешь? Ликс, вставай.

— У меня нет сил, я прямо сейчас тут умру.

— А кто все те голодовки затеял?

— Это было, потому что мне не нравилось свое тело. Я хотел похудеть.

— Не строй из себя анорексичку. Еще скажи, что ты булиммией болел, поэтому каждый раз в туалет ходил, чтобы сблевывать все в унитаз.

— Разве не так?

— Ты уже совсем потерялся, а твой разум сошел с ума. Нет у тебя никакого расстройства пищевого поведения, Ты же просто мне мстишь и умереть пытаешься. Сам себе диагнозы с нихуя ставишь, – Брюнет закатил глаза, тяжело вздыхая, –Ну давай ты умрешь, Ликс! Какие варианты самоубийства есть? Вены вскрыть? Слишком скучно. Утопиться? Я вчера тебя чуть не утопил, так что уже неакутально. Застрелиться? Уже пробывали, правда ты мне в бедро попал, но я все равно не умер.

— Надо было в голову...

— Я тебе сейчас сам голову прострелю, слышишь? На чем мы остановились... Повеситься? Слишком старомодно. Прыгнуть с окна? Ну так повеселее будет. Просто потом у комплекса цены на квартиры упадут, потому что тут жилец с окна спрыгнул и умер. Какие еще варианты есть?

— Наглотаться таблеток.

— Не прокатило уже. Меня попытался травануть, но в итоге сам отравился.

— Как ты вообще узнал?

— Неужели ты думаешь, что я такой глупый? Что дома прослушка и камеры не стоят? Я ведь всегда все слышу и вижу, Ликси... Так что кончай дурью маяться и иди кушать. Хеён специально всяких супов понаготовил для тебя. Целый день на кухне проторчал. Неужели ты не уважаешь труд нашего слуги? Зачем я ему деньги плачу?

— Не буду.

— Перестань бунтовать, подросток. Папочка сейчас не в настроении, – Толчок и Ликс в моменте полетел с кровати, вскрикивая от испуга. Приземляясь прямиком на пол, он недоуменно посмотрел на Хенджина, которого это ситуация определенно забавляла.

— Ты с дуба рухнул!?

— А ты с кровати. Даю тебе десять минут на ванные процедуры. Кухню сам найдешь.

— Хван, ты совсем ахерел?

— Пять минут и это не обсуждается. Время уже тикает, так что поторопись. Если не успеешь, то не получишь десерта, а как по мне, этот десерт тебе очень будет по душе...