Глава 7. Игорь

                  

Я ненавижу, когда моя мать пытается оторвать меня от Сэм. Это глупо и не несет в себе никаких последствий, кроме того, что я становлюсь нервным, раздраженным и невнимательным к деталям. Как и на этот раз. Она повезла меня в какое-то захолустье и мне пришло оставить Сэм у себя.

Одну.

Когда я уходил, сказал, что постараюсь приехать побыстрее, но она даже не отреагировала на мои слова, не то чтобы запомнила.

Я не уверен, что она вообще в контакте с реальностью. Зато точно знаю, что через раз засыпая, ее настигают кошмары, съедающие душу. Она не знает, что я ее постоянно бужу не из-за того, что я не могу спать от криков, а потому что это уничтожает меня.

Увернен - я виноват в происходящем.

Дотрагиваюсь, чтобы она очнулась и сразу переношусь на свое место, потому что она вскакивает и начинает ловить воздух ртом. Один раз я не убрался, и ее кошмар во сне перешел в жизнь, она со страхом попятилась, закрываясь руками и умоляя, чтобы я отошел от нее.

Мне ее так жаль.

Но я никогда в жизни это не скажу ей. Она не должна знать, что я ее жалею. Она делает все, чтобы к ней все испытывали что угодно, но только не жалость. И для большинстве это прокатывает.

На самом деле, моя мать в восторге от того, что она стала серьезной. Она совсем по другому теперь подходит к вопросу защиты. А всего лишь так сильно хочет спрятаться от Него, что проверяет все с особенной дотошностью, ища бреши, чтобы закрыть их.

Обезопасить себя. Если это сделает Теодор более неприступным - ну и пусть.

Обычно Сэм отвечает на мои смс, я спрашиваю, как она, и присылает мне либо странный смайлик, изображающий ангела, либо пишет «Ок», проверка того, что она все еще жива, и велика вероятность, что со всеми конечностями.

Так она пытается сгладить то, что живет у меня. Спит на моей кровати. Иногда ест мою еду. Она считает, что мне что-то должна, но это не так. Я делаю это для нее, а не за то, что уже было сделано.

Безвозмездно. Просто потому что я так хочу.

Но сегодня перед тренировкой она мне не ответила.

Плохой знак.

Я соврал всем, что мне срочно нужно вернуть в замок и через полтора часа открывал дверь в свою комнату. Мне бросилось сразу в глаза то, что кровать в абсолютном беспорядке. Подушки разворочены, одеяло лежало на полу. Ее в ней не было, хотя одежда была разбросана на полу.

По дороге звонил Мел. Она сказал, что ее нет с ними. Это вытащило на свет страх, я перенесся к кровати, проверить, может есть какие-то зацепки. Но ничего. Я обошел ее по кругу и наткнулся на нее, лежащую на полу, в небольшом пространстве между окном и постелью.

Она спала.

Просто спала.

На голом полу.

Ее волосы изменились.

Впервые за последние пол года.

Этот факт настолько не вписывался в ту картину, которую себе до этого нарисовал, что я остановился, уставившись, почти не дыша. Она лежала на боку, спиной к окну, закрывая себя от солнечного света. Одну руку положила под голову, вторую прижимала к груди. На ней была майка и короткие шорты светло-розового цвета.

Она никогда так долго не спала.

На бедре проступали несколько еще не сформировавшихся синяков. Они могли появится из-за падения, но больше смущали странные отметины вокруг ее лодыжки, как будто кто-то тащил за ногу.

Господи, она сведет меня с ума. Это похоже на то, как оставить ребенка одного дома и думать, а не убьет ли это его.

Снимаю куртку, кидаю ее на кровать, сажусь рядом, думаю, есть ли вариант затащить ее в постель так, что не разбудить. Грею руки, чтобы не разбудить ее ощущением моих холодных пальцев на коже. Зачем мне перчатки, когда я гоню 200 км в час ранней весной в кабриолете без крыши?

Она такая маленькая, с торчащими под кожей костьми, и я невольно пытаюсь вспомнить, когда я видел,чтобы она ела в последний раз.

Стаскиваю одеяло, укутываю ее им и поднимаю на руки. Если она сейчас очнется, будет истошно орать, чтобы я к ней не прикасался. Но она так глубоко спит, что меня это начинает пугать. Кладу кокон из одеяла на кровать. Ее почти не видно под ним и звоню Мел, которая не берет трубку.

Поразмыслив несколько минут, я набираю Кирка, но трубку поднимает темная полустрингер. У нас с ней не особо складывалось и это из-за того, что я почти на нее напал, когда она только появилась тут. И конечно не из-за того, что она темная, а ее брат разбил мою девушку.

- Привет Игорь. Кирк в душе. Я скажу, что ты звонил.- безразличный высокомерный голос разрывает мою голову, которая тоже, к слову, ещё не до конца согрелась, после моего спринта без крыши... И шапки. Я знаю: она собирается сбросить мой звонок и не говорить ничего Кирку.

- Мариса, постой!- в трубке появляется мычание, но я все равно не уверен, что она меня слушает.- Я вернулся на день раньше и обнаружил Сэм спящую на полу, кровать разворочена, она не проснулась, даже когда я ее перенес на нее. Ты ничего не знаешь про то, что было вчера?

Тишина. Она дышала, но не отвечала. Взвешивала.

- Мы вчера были с ней до позднего вечера, она ушла к тебе и все было хорошо.- пауза.- Игорь, я практически видела, как она легла в постель и все было нормально. Если хочешь, мы сейчас будем у тебя.- ее желание помочь повергло меня в шок. Она никогда не проявляла подобной инициативы.

- Нет, не нужно,- и помолчав я добавил,- спасибо.

И положил трубку, не дав возразить.

Я присел рядом с Сэм на кровати, потом забросил ноги и откинулся на спинку, наблюдая за тем, как она спит. Не в первые. Потому что обычно она взглядом запрещала мне смотреть на себя.

Волосы по плечи с отросшими фиолетовыми концами, разбросаны по подушке. Она немного ворочалась, но ей ничего не снилось. Уж это я определял безошибочно.

Такая хорошенькая во сне. Никакой озлобленности или ненависти. Ничто не искажало черты лица: ни гримасы, не горькие усмешки.

Сэм мне не рассказала, что произошло днем раньше, когда вернулась, то просто перестала реагировать на происходящее. Казалось даже тот факт, что Дели дала свою кровь Кирку ее ни капли не тронул. Я жаждал узнать, но боялся спугнуть то хрупкое движение, которое она сделала на встречу мне, что даже не спросил.

А теперь впечатлении, что на моей кровати была драка, у нее куча синяков и волосы...

У нее отросли волосы.

И что-то мне подсказывало, что причина явно не во мне.

Через час она наконец-то заворочалась и пришла в себя. Как только сознание достигло ее головы, резко села  и начала выпутываться из одеяла. Я же сидел и наблюдал. Она выдрессировала меня словно собачонку: не трогать ее, не помогать ей, не показывать даже, что я хотел бы это сделать. Я подождал пока она освободиться от покрывала и повернется ко мне с вопросом:

- Что ты тут делаешь? Ты же должен был вернуться только через день.

- А что ты хотела устроить вечеринку, пока твоих родителей нет дома?

- Нет, просто уточняю. - одна точеная бровь ползет вверх, намекая, что я соврал специально, желая проверить ее.

- Мне приятно,что ты смогла запомнить мои слова. И я приехал час назад, потому что ты не отвечала на мои смс.

Она нахмурилась и одарила меня взглядом, после которого я понял, как глупо было то, что я сделал. Ну не глупо потому, что я нашел ее на полу, и теперь точно знаю, что что-то не в порядке. Но причина была абсолютно не существенной.

- Ладно, я переживал, что с тобой что-то случилось. Теперь ты довольна? К слову, я нашел тебя спящей на полу. Ты  упала с кровати ночью? Тебе снились кошмары?

По ее лицу пробежала тень того, что она пытается вспомнить события ночи, и в тот момент, когда они вторгаются в сознание, она зажмуривает глаза с необыкновенной силой, стараясь забыть то, что было. Когда открывает их, смотрит в мои цепляясь прямо за мое сердце.

- Я хочу на вечеринку. Сегодня же суббота, я уверена, что где-то что-то есть. Давай сходим.

Чувствую как мой рот застыл не закрывшись.

- Ты в себе?

- Да.

Она опять это делает: не рассказывает, что на самом деле случилось. Но я не собираюсь отступать. Эта девчонка топит меня,  и один на дно я точно не собираюсь

- Что у тебя за синяки на лодыжке?- она  выбралась из постели  и одевает мою рубашку, которую оккупировала в первый день, когда осталась у меня, натягивает серые гольфы выше колена, и у меня сводит живот от того, какая она. Я так давно не видел ее готовую к новому дню. Сэм наливает две чашки кофе, подает одну мне и садиться параллельно на кровати.

- Что у тебя за синяки?

- Какие синяки?- Она рассматривает свои ноги в гольфах,- я ничего не вижу.

Я хватаю ее за запястье, она собирается протестовать, чтобы я не трогал ее, но не успевает, потому что я шиплю на нее.

- Говори, иначе я не только к твоему запястью дотронусь, а сделаю все, что у меня проноситься в голове при виде тебя у себя в постели.

Она не пугается моих слов.

Она выгибает бровь снова и сладко произносит, издеваясь:

- Ты же понимаешь, что я сильнее тебя? И что угрожать мне бесполезно?

- Ну я попытаюсь... что-то да получиться.

А затем ее глаза впиваются в мои, пока она шепчет:

- Ты не захочешь этого знать.

Но я молчу, сигналя продолжать, и она выпаливает на одном дыхании:

- Ко мне дотянулся Алекс, я не знаю как, я проснулась, а он уже был рядом, это он схватил меня за лодыжку. Остальные синяки от того, что мы упали с кровати. Это длилось не больше минуты, я сделала все, чтобы разорвать связь.

Я чувствую, как вскипаю от злости и отчаянья. Как я хочу разрушить все в этой комнате, в том числе и ее. Но ее прорвало, и останавливаться она не собиралась.

- Я видела его днем раньше, когда возила Марису на встречу с мамой. Я даже из машины не вылезла,- конечно. Зачем ей еще были ключи от моего мустанга и уточнение на зимней ли он резине?- Но там возникли осложнения, и мне пришлось... В общем, я в этом виновата сама.

- Он, блядь, был в моем доме. Дотрагивался к тебе. Чувствую, что при следующей встрече я его...

- Я смогла перепрыгнуть реку.

- Навстречу ему?

- Нет.

- Я надеюсь. Не думай, что я не понимаю, почему ты прячешься я у меня. Потому, что тебе кажется, что это ставит дополнительные стены от него.

- Кто я такая, чтобы тебе перечить?!

Сэм так давно со мной не соглашалась, что меня вырубает. Я хотел прочесть ей огромную лекцию о том, что то, что сейчас с нами всеми происходит, выходит за всякие границы. Но этой фразой она поставила меня в тупик. И дальше решила добить своим:

- Извини. Я в порядке не волнуйся, пожалуйста, я и так доставляю очень много хлопот. - чмокнув меня в щеку, встала с постели, чтобы пойти в ванну.

Врушка. Врушка. Врушка.

Плетет свою, невидимою мне, паутину, чтобы запутать в ней. Наверняка не договорила, или исказила факты себе на пользу.

Но, даже осознавав это, я провожал ее взглядом. И все во мне переворачивалось от того, как она идет на носочках через мою комнату.