Глава 24

Их было четверо. Все были в черных мантиях. На лице каждого из них была маска, похожая на кролика из ужасов. Один из них перехватил руку демона и свернул ее за его спину с ужасным треском и синхронным к треску вскриком Брауна. Тот, в свою очередь, решил не оставаться в долгу и уже замахивался другой рукой на «гостя», так бесцеремонно прервавшего его «развлечения», но не тут-то было. Один удар и демон распластался на полу. Он что-то неразборчиво хрипел, и было не понятно, то ли это из-за сильного удара, то ли от алкоголя в его крови.

Мербен примирительно поднял руки вверх и сдался. Но ему повезло не меньше его «покровителя», одно оглушающее заклятие, и вот парнишка лежит уже рядом с главнокомандующим.

— Здесь пахнет кровью, — проговорил один из них, принюхиваясь. По крайней мере, с этим движением у меня ассоциировались его потряхивание головой.

— Похоже, это та вторая, о которой сообщали, — ответил ему тот, который вырубил моего надзирателя и садиста, поворачиваясь ко мне, — госпожа, вы должны пройти с нами. И всем будет лучше, если вы сделаете это самостоятельно и без выкрутасов.

— Вы кто?

Я была напугана, не то слово. Слишком много всего за один день на мои плечи, но показывать это было нельзя. Нужно было обуздать свой страх, как учили на парах.

— Мы здесь, чтобы доставить вас к отцу, - один из стоящих дальше демонов прошел ко мне и отцепил наручники от стены.

Плохи дела. Один из демонов вцепился в мою руку мертвой хваткой, казалось, что он хочет скорее ее оторвать, нежели придержать меня. Первым вышел вырубивший демонов, за ним двое, которые несли этих самых демонов с помощью заклинания, а за ними мы. Я все еще была не достаточно готова вступить в бой, наручники хоть и были некрепко затянуты, но силу все равно выкачивали. Даже этого «чуть-чуть» было достаточно, чтобы не восстановиться за это время. Мы шли медленно. Впереди идущий все время оглядывался по сторонам. Моя рука начинала ныть и синеть под хваткой демона, но открыть рот и пожаловаться я не осмелилась. Мысли лихорадочно перебирали все пути отступления. Местность была мне знакома. Это катакомбы. Точнее часть их, но какая я не знала. Если броситься на утек, велика вероятность и вовсе заблудиться. Теперь я понимала, почему не могла почувствовать ничего, что связано с этим местом. Сам по себе мощнейший артефакт просто блокировал все вокруг, сбивая все магические линии и путая меня. Мой новый «надзиратель», видимо заметил, что еще чуть-чуть и руку придется ампутировать, раз расслабил хватку, едва ли вообще касаясь меня.

— Как вы смогли отыскать меня в таком месте? — Интерес превысил страх, и я все же спросила.

— Великий повелитель не так глуп, как может показаться, он очень мудрый, — спокойно ответил тот, кто нес Лила Брауна.

— Что будет с ними? — Мне не было жалко демонов, но все же я поинтересовалась.

— Лил Браун, скорее всего, будет казнен, а этот отправиться в изгнание на круги, — кивнул на свою ношу тот, кто нес Мербена.

Про себя я спросить не рискнула. Побоялась. Я знала, что меня ждет. Прекрасно знала это и понимала. Но это не означало, что я смирилась, и что мне не страшно. Сейчас, шагая рядом со своим «конвоем», я ощутила насколько близко подошла ко мне смерть. Даже там, в той комнате с пьяным Брауном это чувство не было столь ясным, как сейчас.

Мы свернули на очередном повороте, и яркий свет ударил мне в глаза, заставляя ненадолго остановиться и зажмуриться. Это был выход. Мне всегда было интересно, куда попадает душа демона, которого казнят. Похоже, мне выпал шанс узнать это воочию. Подавила истерический смешок. Оставалось буквально пара шагов до лестницы, как кто-то резко дернул меня за руку в сторону, зажимая рот своей рукой и прижимая спиной к груди. Услышать я смогла лишь одно слово: «Леарма». Невидимость. Дальше среди демонов началась суматоха.

Идущий впереди, их лидер, как я успела понять, велел распределиться по катакомбам и отыскать меня любой ценой. Минута у них ушла на то, чтобы разбрестись по разным сторонам. И, лишь когда последний из них скрылся за поворотом, мой похититель убрал свою руку.

— Почти попались, — знакомый голос. Я обернулась и увидела Елизара. Вид у него был куда потрепаннее, чем когда он уходил.

— Даже не надейся услышать «спасибо», предатель.

Меня отдернуло от него словно током, и я вжалась в стену, лишь бы быть подальше от него. Я все еще помнила запах крови Индиры, в которой теперь его руки.

— И я рад видеть вас принцесса, — скептицизма в его голосе хоть ложками черпай, — нам нужно бежать. Господин Берг не в курсе, что я смог сюда пробраться, у меня не было времени ему сообщать.

— Руки убрал.

— Не понял? — Он поднял руки в примирительном жесте, — что случилось, госпожа?

— Что случилось? Что случилось?! Я не хочу, чтобы ко мне прикасался тот, кто только утром убил невиновную девушку и мать! — Я бы бросилась оттуда наутек, но бежать было некуда. Он стоял у выхода, загораживая проход, а за мной была лишь холодная стена.

— Госпожа, вы что-то путаете. Я был в темнице повелителя всю эту неделю, — его глаза округлились.

— Не ври мне! Я все видела. Это был ты. Ты ее притащил, ты ее и убил!

Он опустил голову, а когда вновь посмотрел на меня, его глаза были полны решимости. В руке у него было что-то наподобие пера.

— Теперь понятно, госпожа, — он улыбнулся и провел пером по запястью. Два символа засветились на его руки, это был фамильный герб Бергов, — из-за этого, даже если бы я хотел, я не смог бы предать семью господина, иначе бы умер, не завершив свое предательство. Тот, кого вы видели, скорее всего, был перевертышем. Прошу, госпожа, нам пора уходить, Квартет будут здесь с минуты на минуту.

— Перевертыш? — Смысл сказанного медленно, но верно, доходил до меня.

— Нет времени объяснять, — он схватил меня за плечи, — послушайте, госпожа, я отвлеку их, побежав в правое крыло. Дождитесь, когда они пройдут, и бесшумно направляйтесь по левому до конца, там поворот направо и будет выход, убегайте, как можно скорее. Понятно?

— А ты? — Я испуганно смотрела на него, не желая отпускать его туда, ведь это верная смерть.

Он снисходительно улыбнулся и так по-доброму, словно старший брат, потрепал мои волосы.

— Я выбрался из темницы повелителя, мне уже ничего не страшно, доверьтесь мне.

Он говорил очень убедительно, его взгляд и улыбка были самоуверенными, что я невольно улыбнулась в ответ. Отпускать не хотелось, но, если он сказал, что справиться, значит справиться.

— Здесь не работает телепатия, к сожалению, я не смогу за вами присмотреть. Будьте готовы, — он еще раз улыбнулся и вышел из нашего укрытия.

С ужасом в глазах я смотрела на то, как он разворачивается ко мне спиной, останавливается в середине тоннеля, и начинает бежать, намеренно топая ногами. «Квартет», или как там их назвал демон, не заставили себя долго ждать, спустя минуту все четверо пролетели мимо моего укрытия. Мне оставалось лишь ждать и надеяться, что у него все хорошо. Как только шаги стихли, я высунула голову, убеждаясь, что никого нет. Левый тоннель был пуст, следуя указаниям Елизара, я отправилась туда, предварительно сняв обувь.

Этот тоннель был очень плохо освещен, даже с обостренным восприятием демона мне было чрезвычайно сложно передвигаться бесшумно. Я прислушивалась к каждому шороху, к каждому стуку. Рядом не было ни души. Единственный звук, который я слышала — бешеный стук собственного сердца. Мне было страшно. Страшно с того самого момента, как Квартет появились в той злосчастной комнате.

До поворота оставались считанные метры, вот только мы не учли одно, повелитель действительно не так глуп, как это может показаться. Стоило мне только показаться из-за угла, как на моей голове очутился мешок, а руки еще сильнее сдавили наручниками, что с новой силой принялись высасывать с таким трудом накопленную магию. Глупцами в этой ситуации оказались скорее мы. Поначалу я растерялась и постаралась вырваться, но подхватили меня с двух сторон и крепко удерживали, пока один из них с кем-то связывался.

— Девчонка у нас, — голос был мне не знаком, это не Квартет, — да, ошибки быть не может, это она. Мы везем ее во дворец.

Повелитель расставил охрану на всех выходах, другого объяснения у меня не было. Меня потащили куда-то вперед. Из-за мешка на голове я не разбирала дороги и постоянно запиналась, почти падая. Две пары сильных рук удерживали меня, направляя в нужную им сторону. Спрашивать, куда меня везут, было бессмысленно. Ответ был уж слишком очевиден. Так глупо я себя еще никогда не чувствовала. А так беспомощно уж тем более. Подул мерзкий холодный ветер, мы были на улице. Мороз пробирал до костей. И кто придумал, что ад это пекло, когда по ночам тут так холодно? Мы ускорили шаг, и теперь меня скорее тащили, нежели я шла сама. Ноги заплетались друг за друга, руки тряслись. Я все размышляла, стоит ли кричать или нет смысла. Пришла к выводу, что смысла нет, никто мне сейчас не поможет. Никто, кроме кучки демонов, не осмелится выступить против повелителя.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног, один из демонов поднял меня и передал другому, скорее всего мы были в карете. Усадили меня между двух демонов, которые все так же удерживали меня, словно я вот-вот сбегу, будто мне было куда бежать, особенно, когда карета тронулась.

— Два ляма наши, — пробасил демон, сидевший слева от меня.

— Я бы место главнокомандующих бы попросил, их же отстранили, — хохотнул тот, что сидел напротив.

— Держи карман шире! Как же, — смеялся сидящий справа от меня.

Ехали мы не долго, мои кости толком не успели прогреться, как меня снова вытащили на мороз. Всю дорогу я ехала, молча, и сейчас хранила молчание. Один из моих конвоиров пошел вперед, докладывать о том, что они прибыли. А я принюхивалась. Ну, точно, знакомый запах лаванды и роз, дворец Люцифера, никак не иначе. От осознания того, что вот он — конец, задрожали колени, что заметно замедлило мое передвижение.

Нас поприветствовали несколько слуг, открывая двери и приглашая пройти во вторую гостевую залу. В замке было тихо, словно мертво. Ни единого звука. Мы шли в тишине. Были слышны лишь шаги и мое учащенное сердцебиение. Помимо сего этого, я ужасно переживала за Елизара и главнокомандующих. Ни от кого из них я не могла получить известия, да и вряд ли успею до своей казни. Прав был Милтон, в этом мире меня ждет лишь эшафот. Мы остановились, я всячески пыталась прислушаться, о чем после пожалела. Одна тихо сказанная фраза заставила меня вздрогнуть, а сердце биться чаще.

— С возвращением, дочка.