Дверь

— Оно здесь, — прошептала Юля.

И в тот же миг лицо Валентины Сергеевны исказилось совершенно нечеловеческой, детской улыбкой. Той самой, что была на стене в заброшке. И на фотографии Вики.

Время замерло. Пустота в глазах библиотекарши была бездонной, а улыбка — ледяной. Она медленно подняла руку и вытянула палец, указывая прямо на Юлю.

— Ты... следующая, — проскрипел её голос, но это был не её голос. Это был знакомый, скрипучий шёпот из заброшки.

Дима ахнул и отпрянул, опрокидывая стул. Грохот о каменный пол прокатился по тишине библиотеки, словно выстрел. Саня вскочил, сжимая в руке злополучный отчёт, его лицо было маской ужаса.

Юля не могла пошевелиться. Она чувствовала этот взгляд на себе — тяжёлый, липкий, впивающийся в душу. Он парализовал её, как тот крик из старых газет. В ушах зазвенело, и в этом звоне она услышала отголоски — детский смех Вики, их ссору, свой собственный испуганный смех, который тогда показался ей таким нелепым.

— Мы... мы должны бежать, — выдавил Саня, хватая Юлю за руку.

Его прикосновение стало спасительным толчком. Паралич отступил, сменившись животным инстинктом самосохранения.

— Бежим! — крикнула она, рванувшись с места.

Они помчались по коридору между стеллажами, к выходу. Юля на бегу обернулась. Валентина Сергеевна не двигалась с места. Она просто стояла и смотрела им вслед своей жуткой улыбкой, словно провожая.

Они вылетели на улицу, ослеплённые дневным светом. Воздух показался невероятно свежим и ценным.

— Что... что это было? — задыхаясь, проговорил Дима, прислонившись к стене. — Она... она вселилась в неё?

— Оно не вселяется, — с трудом выдохнула Юля, опираясь на колени. Её сердце бешено колотилось. — Оно... показывает себя. Через других. Потому что мы его позвали. Мы открыли дверь.

Она посмотрела на Саню, в чьих глазах читалось отчаяние и вина.

— Этот отчёт... там было что-то ещё, да? Что-то, что ты не сказал. Как его остановить?

Саня сжал потрёпанные листы так, что они смялись.

— Там ничего нет о том, как остановить! — его голос сорвался. — Там только... как оно работает. Оно питается, пока не поглотит полностью. Пока не займёт твоё место. Оно будет приходить снова и снова. Через сны. Через чужие лица. Через твои собственные воспоминания. Оно будет подменять их, пока ты не перестанешь понимать, где реальность, а где оно.

Он посмотрел на Юлю, и в его взгляде была безысходность.

— Оно выбрало тебя, Юль. Связь через Вику слишком сильна. Ты была ей ближе всех.

По спине Юли снова поползли ледяные мурашки. Она вспомнила, как сегодня утром, глядя в зеркало, на секунду показалось, что её собственное отражение улыбнулось ей не её улыбкой.

— Значит, что? Я обречена? — её голос прозвучал тихо и безнадёжно.

В этот момент из-за угла вышла пожилая женщина с сумкой-тележкой. Она шла, опустив голову, но, поравнявшись с ними, вдруг подняла взгляд. И на долю секунды её обычное, усталое лицо исказила та самая, знакомая до жути, детская улыбка. Она мгновенно исчезла, женщина прошла мимо, даже не взглянув на них.

Дима сдавленно ахнул. Саня побледнел ещё больше.

Оно не осталось в библиотеке. Оно вышло наружу. Оно было здесь, на улице. Оно было повсюду.

Юля закрыла глаза. Она чувствовала его. Холодок в глубине сознания. Чужое присутствие. Оно уже сидело внутри, как червь, точащий яблоко изнутри.

Она открыла глаза и посмотрела на своих дрожащих друзей.

— Оно не хочет просто меня убить, — тихо сказала она. — Оно хочет стать мной. И, кажется, оно уже почти победило.