Бегство

Ребята рванули бежать.

Слепой, животный ужас, сильнее разума, сильнее воли, выбросил в кровь адреналин и превратил их ноги в пружины. Они неслись по тёмным коридорам, не разбирая дороги, спотыкаясь о груды кирпичей и в страхе отшвыривая пустые бутылки. За спиной, словно эхо, неслось тихое, прерывистое хихиканье, которое было страшнее любого крика. Оно, казалось, доносилось отовсюду сразу — из каждой чёрной дыры бывшей палаты, из-под обвалившихся потолков, прямо из стен.

— Лестница! Там лестница! — закричал Дима, первым влетев в пролёт.

Они прыгали через три, через четыре ступеньки, не думая ни о чём, кроме одного — вырваться. Воздух рвал лёгкие, а в ушах стучала кровь. Юля, бежавшая последней, на секунду оступилась и, падая, обернулась. Вверх по лестничному пролёту, с самого верха, медленно, неспешно, словно паря над ступенями, спускалась та самая фигура в полосатой пижаме. Их взгляды встретились на мгновение — и Юля увидела в этих пустых глазах не безумие, а холодную, старую как мир, тоску.

— Бежим! — крикнул Саня, подхватывая её под руку.

Они ворвались на первый этаж и, не сговариваясь, помчались к тому месту, где вошли — к дыре в стене, ведущей на улицу. Луна, выглянувшая из-за туч, осветила их путь. Всего двадцать шагов. Десять. Пять.

И тут из-за угла прямо перед ними вышел Вадим с сигаретой в зубах. Увидев их перекошенные от ужаса лица, он ехидно ухмыльнулся.

— Что, приведения напугали, детки?

Но его ухмылка замерла, когда он заглянул в темноту за их спинами. Оттуда, из тьмы, донёсся тот самый скрипучий шёпот:

— Новый... друг...

Вадим остолбенел, сигарета выпала из его пальцев. А Юля, Дима и Саня, уже не оглядываясь, выскочили на прохладный ночной воздух и побежали по пустынной улице, не замедляя хода, пока зловещий силуэт заброшки не скрылся из виду окончательно.

Они остановились у ближайшего фонаря, тяжело дыша, опираясь руками на колени.

— Что это было, Саня?! — выдохнула Юля, и в её голосе звучали не только страх, но и ярость. — Ты знал! Ты знал, что мы найдём там... это!

Саня, бледный как полотно, лишь покачал головой.

— Я знал только то, что читал. Что девушка-пациентка по имени Лиза исчезла. И что... её искали ровно год. До дня. — Он поднял на Юлю полный ужаса взгляд. — До сегодняшнего дня.

Они молча смотрели друг на друга, понимая, что эта ночь не закончилась. Она только началась. И где-то в тёмных окнах домов, в отражениях на асфальте, в самом воздухе теперь висел вопрос: почему призрак заброшенной больницы смотрел на Юлю с таким странным, почти узнающим интересом?