ЭПИЛОГ

   ЛИСА.     Канун Нового Года.     Серебряные и золотые гирлянды пересекаются под потолком, мерцающие концы едва касаются голов, когда мы встаем. Мой обычно мрачный дом преображен, оживлен мерцающими огоньками и теплым светом свечей.    — Лиса, место выглядит потрясающе, — кричит Дерек из кухни. Стройная фигура опирается на стойку, пока он смешивает напитки.     Улыбаюсь, глядя на то, как он протягивает бокал Джонатану. Их пальцы задерживаются на мгновение, взгляды встречаются в моменте, полном интимности, который заставляет мое сердце сжаться. Отвожу глаза, давая им немного уединения.    Мой взгляд падает на Чонгука – пока он вешает последние украшения. Мускулы напряжены под рубашкой, пока он тянется, чтобы достать до угла. Мы только что завершили оформление смены имени и успели до Рождества, но всё еще держались в тени.    — Нужна помощь? — спрашиваю, подходя ближе.    Он улыбается, обаяние освещает лицо.— Я справлюсь, котенок. Но спасибо за предложение, — это прозвище отправляет по моему позвоночнику приятную дрожь. Занимаюсь тем, что поправляю стоящую рядом вазу с блестящими веточками, стараясь скрыть легкий румянец, ползущий по шее.    — Трудно поверить, что уже Новый год, — задумчиво бормочу, скорее себе, чем кому-то еще.    Рука Чонгука скользит на талию, притягивая ближе.    — Многое изменилось за последние несколько месяцев, — тихо говорит он, оставляя мягкий поцелуй на макушке.    Киваю, думая о закрытом деле, о смене имени, о том, что собираюсь скоро подать заявление об уходе из бюро. Начать всё с чистого листа. Наконец-то у нас появится возможность жить спокойно.    —К лучшему, — добавляю я.    Телевизор громко гудит на заднем плане, звуки празднования на Таймс-сквер заполняют комнату. Дерек и Джонатан устроились на маленьком диване, их ноги переплелись, шепчутся и смеются, пока Боунс растянулся на спинке дивана, совершенно не заботясь о происходящем. Этот кот – избалованный лентяй.Улыбка тронула губы, пока я прижималась к надежному теплу Чонгука, позволяя себе момент счастья. Он сжимает мою руку.    — Схожу за напитками перед обратным отсчетом, — шепчет он, губы нежно касаются уха.    Смотрю ему вслед, восхищаясь уверенным изгибом плеч. Телевизор внезапно стал громче, привлекая мое внимание.     — Две минуты до полуночи, друзья! — воскликнул ведущий. Дерек и Джонатан засуетились, хватая пульт и увеличивая громкость. На экране появился сверкающий шар на Таймс-сквер.    — Это оно! — воскликнул Дерек, дрожа от возбуждения.    Чонгук возвращается с двумя бокалами шампанского в руках и устраивается рядом со мной.    — Вот! — выкрикивает Джонатан, когда начинается обратный отсчет.    — Десять! Девять! Восемь! — хором кричат Дерек и Джонатан.    Поворачиваюсь к Чонгуку.— У тебя есть новогодние обещания? — спрашиваю, голос едва слышен на фоне общего шума.    Уголки губ Чонгука поднимаются в той самой легкой улыбке, которую я так люблю. Он ставит свой бокал на стол и встает, протягивая мне руку.    — Иди сюда, — говорит он мягко, помогая мне подняться.     Сердце ускоряет ритм. Что он задумал? Обратный отсчет продолжается, голоса Дерека и Джонатана постепенно становятся фоном.    — Семь! Шесть! Пять!    Чонгук  смотрит мне в глаза, взгляд становится серьезным и наполненным любовью. Замечаю, как он сглатывает, и вижу, как обычно уверенные руки слегка дрожат.    — У меня есть всего одно… Хочу сделать тебя своей женой, — говорит он, голос почти ломается.     Время замедляется, когда Чонгук опускается на одно колено прямо посреди нашей маленькой гостиной. Обратный отсчет, шум – всё исчезает.Глаза Чонгука наполняются влагой, в них мелькает уязвимость, которую я вижу так редко.    — Лиса, — начинает он, голос дрожит. — Ты выйдешь за меня?    Этот человек, который пережил столько боли, боролся со своими демонами и стал сильнее, сейчас просит меня быть с ним навсегда.    — Четыре! Три! Два!    Счастливый всхлип вырывается из груди, судорожно киваю.    — Да, да, да! — выкрикиваю я, слезы застилают взгляд.    На экране телевизора опускается новогодний шар, но я едва это замечаю. Бросаюсь вперед, утягивая Чонгука в поцелуй. Руки, крепкие и надежные, обвивают меня, губы соединяются в отчаянном порыве страсти. Снаружи взрываются фейерверки, их приглушенные хлопки отражают праздник, бушующий в сердце.    Джонатан и Дерек ликуют, осознав, что только что произошло, но я сосредоточена только на Чонгуке, вкладывая всю любовь и радость в наш поцелуй. Мои пальцы запутываются в его волосах.Мы отрываемся друг от друга, оба не можем отдышаться. Прижимаю свой лоб к нему, глупо улыбаясь.    — Я люблю тебя, — шепчу, и его губы снова касаются моих. Этот поцелуй – электрический, пробирающий до кончиков пальцев. Когда мы наконец разрываем его, оба тяжело дышым, глаза Чонгука темнеют от желания.    — Я тоже тебя люблю, котенок, — шепчет он, голос низкий и хриплый. Это прозвище. Оно разжигает во мне что-то первобытное. Всё, чего я сейчас хочу, – остаться с ним наедине.    Бросаю взгляд на Дерека и Джонатана, пытаясь придумать, как быстро и вежливо попросить их уйти.Чонгук замечает мой взгляд и дьявольски улыбается. Он склоняется ко мне, теплое дыхание касается уха.    — Позже, — шепчет он беззвучно, в глазах читается обещание.    Я содрогаюсь, предвкушение разливается по телу. Чонгук нежно тянет меня обратно на диван. Опускаюсь в его объятия и оглядываю нашу уютную квартиру, друзей, мужчину, которого люблю.Эта жизнь. Моя жизнь. До меня вдруг доходит – никогда не думала, что у меня будет всё это. Счастье. Безопасность. Любовь.    — Ты в порядке? — тихо спрашивает Чонгук, сжимая мою руку.    Я киваю, с трудом сдерживая слезы.— Больше чем в порядке, — отвечаю я. — Кажется… я наконец-то нашла свое место.                                           Конец