ГЛАВА IV (2)

Произнеси эти слова кто угодно, кроме господина, и Шань Сюай подумал бы, что его ревнуют. Но Черный лис не мог испытывать к нему подобных чувств. Отношения между ними были странными и сложными. Юноша знал, что был дорог господину, вот только в этом не было ничего, что бы походило на отношения между возлюбленными. Шань Сюай знал это так же четко, как знал, что солнце восходит на востоке, а садится на западе. Вот только иногда так больно было себе об этом напоминать.

Желая отвлечься, юноша стал отчаянно рыскать в памяти в поисках недавних событий, за которые можно было бы уцепиться. И в его груди потяжелело, когда он вспомнил нечто, о чем еще не рассказал повелителю.

— Господин... — сдавленно проговорил демон, сглатывая ком в горле. — Господин, Шань Сюай должен вам в кое-чем признаться.

Рука лиса замерла.

— Что такое, Сю-эр? — мягко спросил он.

Юноша закрыл глаза. Груз вины с новой тяжестью опустился ему на плечи. Как он мог быть таким невнимательным к драгоценному подарку повелителя?

— Шань Сюай потерял вашу заколку.

Минуты, в которые господин молчал, растянулись для юноши в вечность. Он холодел внутри, ожидая гнева лиса, но вместо этого услышал, как король выдохнул и с явно сквозившим облегчением в голосе спросил:

— Ты из-за этого был таким расстроенным, Сю-эр? Сегодня ты сам на себя не похож. Поднимись.

Шань Сюай, закусив губу, встал и развернулся к господину, позволяя тому развязать пояс, которые удерживал полы верхнего халата.

— Этот слуга очень виноват. Был невнимательным.

Господин рассмеялся, и этот мягкий бархатистый смех отдался острой нежностью в груди юноши. Невольно на его губах появилась улыбка, которая тут же исчезла, стоило господину прикоснуться костяшками пальцев к его щеке.

— Ты не виноват, Сю-эр. Это всего лишь заколка. Я сделаю для тебя новую. Улыбка на твоих губах стоит намного больше обычной безделушки. Поэтому улыбнись.

Лис, чуть помедлив, осторожно дотронулся большим пальцем до уголка рта Шань Сюая и потянул его вверх, из-за чего юноша невольно рассмеялся.

— Господин, перестаньте!

— Ну вот... — в бархатистом голосе Черного лиса играла улыбка. — Ты, наконец, смеешься.

Стоило королю сказать, что юноша не виноват, как тяжелый груз, давивший на плечи, мгновенно исчез. И хотя ему все еще было жаль заколки - ведь она напоминала ему об их с господином прошлом - больше он не чувствовал себя так плохо из-за ее потери.

Тем временем Черный лис уже спустил с его плеч верхний халат, и сейчас развязывал тесемки на нижнем одеянии. Шань Сюай прикусил губу, умоляя свое тело не реагировать. Здесь не было никакого пошлого подтекста, господин просто снимал с него одежду, чтобы помочь искупать. Он даже не касался его кожи, и даже словно избегал прикосновения к ней.

Юноша почувствовал прохладный воздух, и мышцы его живота судорожно сжались. Господин же, действуя очень деликатно, медленно снял с него нижнее одеяние, оставляя Шань Сюая в одних лишь штанах.

Юноша сглотнул и, ненавидя себя за несдержанность, опустил взгляд вниз. Увидев, как красивые руки господина приближаются к тесемкам его штанов, Шань Сюай тяжело сглотнул и сделал шаг назад, ускользая от прикосновений. Собственное тело в очередной раз предало его. Хорошо, что господин не мог видеть, как полувставший член юноши натянул мягкую ткань.

— Я сам, — хрипло проговорил юноша и прочистил горло.

В одно мгновение избавившись от остатков одежды, он вошел в купальню и опустился на специальной сидение с абсолютно прямой, напряженной спиной. Голубоватая вода, отдающая ароматом магнолий, теперь прикрывала его тело до груди, нежно лаская возбужденные соски.

Юноша уже почти ненавидел ситуацию, в которой он оказался. Он всегда испытывал некоторые затруднения, когда господин был к нему так близко. И ему было особенно трудно сдерживаться, когда он долгое время не видел его. Но сейчас все это смешалось, а господин был даже более мил и нежен, чем обычно. Поэтому Шань Сюай хотел выпроводить его и закончить купание самостоятельно... Но лис, как назло, уже подошел к купальне и, нежно прикасаясь к волосам, вылил из ковша воду на голову юноши.

— Господин, Шань Сюай уже отдохнул. Я смогу сам помыться. Вы можете идти... — хрипло проговорил он, боясь, что, если король продолжит так к нему прикасаться, он не выдержит.

— Тш-ш-ш... — бархатно протянул лис. — Мне нравится купать тебя. Неужели ты откажешь мне в этом?

Шань Сюай был обречен.

Он до боли прикусил губу, ощущая, как господин нежно массирует кожу его головы.

— Ты, как обычно, напряжен... Расслабься, — тихо проговорил лис.

«Расслабься... Я введу три пальца, хорошо?» — тут же отозвалось в больной голове юноши. Шань Сюай со свистом втянул в себя воздух и положил ногу на ногу, стремясь скрыть уже болезненно твердый член, ненавидя свое слишком яркое воображение.

— Что такое? — тут же спросил Черный лис. — Я слишком сильно потянул за волосы? Тебе больно?

«Тебе больно? Слишком быстро? Давай попробуем нежнее».

— Нет... — сипло проговорил юноша, пытаясь прогнать порочные образы из своей головы. — Все хорошо.

Внизу он был болезненно напряжен, а прикосновение собственных бедер ничуть не улучшало ситуацию. Юноша закрыл глаза, пытаясь думать о чем угодно, кроме мягких касаний к своей голове, бархатного голоса и дурманящего запаха. Но вместо того, чтобы отвлечься, увяз во всем этом только сильнее.

Пока лис, мурлыкая себе под нос какую-то красивую мелодию, мыл его волосы, Шань Сюай, стараясь не создавать лишних всплесков, осторожно, точно вор, прошелся по своему животу и подрагивающей рукой дотронулся до напряженного члена. Едва коснувшись его, он вздрогнул всем телом, сдерживая тихий стон. Мелодия господина оборвалась, его руки замерли в волосах Шань Сюая.

— Что-то не так? — проговорил он.

Юноша неслышно выдохнул через рот и, закатывая глаза, прикусил губу, пытаясь справиться с чувствами.

— Немного... больно... — соврал он.

— Я буду нежнее, — с улыбкой в голосе произнес господин, сам того не зная, полностью уничтожая Шань Сюая.

«Давай попробуем нежнее».

Больше не выдержав, юноша оттолкнулся от выступа, на котором стояли его ноги, и нырнул на глубину купальни, застонав под водой во весь голос и несколько раз резко проходя рукой по члену, чтобы хоть немного высвободить напряжение. Это мало ему помогло, но большее делать было нельзя, пока здесь был господин.

Юноша вынырнул и подплыл к выступу с сидением. Встав на него, он провел рукой по лицу, убирая воду, и, распахнув глаза, был готов нырнуть обратно. Господин... Был просто совершенным.

Лис сидел на алых подушках, разведя колени и изящно подпирая голову рукой, которую уместил на сгибе колена. Черная лисья маска лежала рядом на подушках. Его слепые фиолетовые глаза смотрели в одну точку, куда-то над головой Шань Сюая, но на красивых губах играла лукавая улыбка.

— Что за внезапные приступы ребячества, Сю-эр? — с тихим смешком спросил он. — Ты позволишь себя искупать или нет?

Для Шань Сюая видеть его фигуру и чувствовать его запах уже было более, чем достаточно для того, чтобы сходить с ума. Но когда Черный лис показывал свое лицо... Это было слишком. Ни перед кем... Ни перед кем, кроме Шань Сюая, господин никогда не снимал своей маски. И понимание этого каждый раз прознало внутренности острой нежностью и искрящимся счастьем, дрожью отдававшимся во всем теле.

Невозможно было быть таким потрясающим.

Юноша прикрыл лицо руками, крича внутри и отчаянно желая остаться наедине с собой. Его сердце и разум сегодня больше не могли выдерживать выходки Черного лиса.

— Садись, Сю-эр... Позволь мне закончить купание.

Разве Шань Сюай мог хотя бы раз отказать, когда господин так мило просил? Обреченный, он с тяжелым вздохом вернулся на сидение и вздрогнул, когда лис провел по его шее и плечу мягкой мыльной тканью.

— Что с тобой такое? Сиди смирно, —проговорил господин, наклоняясь к нему чуть ближе и обдавая ухо юноши горячим дыханием.

— Господин, пожалуйста, давайте закончим побыстрее. Шань Сюай очень устал и хочет отдохнуть, — как можно более спокойно произнес демон, молясь о том, чтобы у лиса возникли срочные дела, и он покинул купальню.

Влажная ткань, касавшаяся его кожи, вдруг исчезла. Предчувствуя неладное, Шань Сюай обернулся и потерял дар речи, ведь господин с улыбкой развязывал свой пояс. Тысяча непристойных мыслей тут же заполонили голову Шань Сюая, и его щеки мгновенно вспыхнули.

Это ведь не то, он чем он подумал?

— Г-господин... — дрожащим голосом спросил он. — Что... Что вы делаете?

— Не беспокойся, — чуть растягивая гласные, мягко протянул тот в ответ, в очередной раз за вечер ненароком убив юношу.

Как в такой ситуации вообще можно было оставаться спокойным?!

Тем временем лис сбросил верхнее одеяние и сапоги с загнутыми острыми носами. Шань Сюай смотрел на неаккуратную кучку на полу и тяжело сглатывал, боясь, что если хоть раз посмотрит на господина, то просто не выдержит и набросится на него. То, что сейчас происходило, было куда больше, чем мог вынести Шань Сюай.