Глава 15

Стоя посреди шатра, Митрандир говорил сидящему в кресле Трандуилу, размахивая руками для пущей убедительности:

– Вы должны отложить в сторону ваши мелкие склоки с гномами. Грядет война! Выгребные ямы Дол Гулдура пусты...

Бард, который привел Митрандира в шатер, в ошеломленной растерянности слушал пламенную речь и рассматривал странного гостя, которого Трандуил представил ему как мага, затем он перевел взгляд на короля эльфов. Трандуил скучающе смотрел на активность эльфов и людей, видную через открытый вход в шатер. Почувствовав взгляд Барда, он повернул к нему голову и закатил глаза. Митрандир заметил это и упер руки в бедра, но продолжил свою речь:

– Вы все в смертельной опасности!

Слово «смертельной» развеселило бессмертного короля эльфов, он прервал переглядки с Бардом и, обратив свое внимание на Митрандира, изобразил на лице подчеркнуто фальшивый интерес.

– О чем ты говоришь? – не выдержав, спросил Бард, подступая ближе к Митрандиру.

Митрандир повернулся к Барду и открыл рот, чтобы ответить, но тут вмешался Трандуил:

– Я вижу, ты ничего не знаешь о магах, – теперь настала очередь Митрандира закатить глаза. – Они как зимний гром, который неистовый ветер приносит издали, поднимая тревогу. Но иногда шторм – это просто шторм.

Трандуил грациозно поднялся с кресла и подошел к столику в центре комнаты. Поставив бокал, который он держал в руке, он налил вино Барду, затем снова поднял свой бокал. Демонстративно Трандуил не предложил вино Митрандиру, также он не предложил ему сесть.

– Не в этот раз, – ответил Митрандир на слова Трандуила. – Армии орков рушили вперед. Они бойцы. Они были выведены для войны. Наш враг собрал всю свою силу.

Бард растерянно смотрел на Митрандира, пытаясь понять, о чем он говорит. Митрандир стал горячиться, теряя остатки терпения. Трандуил уже был утомлен этим бессмысленным разговором. С видом мученика, обреченного говорить со слабоумными, он спросил:

– Зачем ему наступать сейчас?

– Потому что мы подтолкнули его! Мы подтолкнули его к этому, когда отряд Торина Дубощита отправился возвращать свой родной дом. Гномы никогда не должны были достичь Эребора, Азог Осквернитель был послан убить его. Его хозяин хочет получить контроль над горой, – Митрандир вышел из шатра и стал на очищенной площадке между колонами, с которой открывался вид на Эребор. Трандуил присоединился к нему, за ним последовал Бард. Указывая на гору, Митрандир продолжил. – Не только из-за собранного в ней богатства, но и из-за ее стратегического положения. Это врата для возвращения земель Ангмара на Севере. Если Эребор падет, Ангмар восстанет снова. Ривенделл, Лориэн, Хоббитшир, даже Гондор падут.

Слова Митрандира испугали Барда. Он не понимал, о каком хозяине идет речь, и Ангмар был для него лишь названием королевства из полузабытых страшных сказок, но пламенная речь мага проняла его. Он понимал, что речь идет о событиях, которые касаются всего мира, и его маленький народ оказался втянутым в их самую гущу. В отличие от Барда, Трандуила слова Митрандира совершенно не тронули. Поигрывая перстнем Мирквуда на указательном пальце, он бесстрастно наблюдал за Митрандиром во время его речи, а когда тот закончил, Трандуил спросил, глядя немигающим серебряным взглядом прямо в глаза мага:

– Эти армии орков, о которых ты говоришь, Митрандир, где они?

Митрандир поник. Он не знал, где они.

🍂🍂🍂

Спрятавшись среди скал, Леголас рассматривал огромную раздвоенную башню Гундабад, которая возвышалась между вершинами гор. Он не знал, что почти три тысячи лет назад его отец стоял на этом самом месте, глядя на башню и пытаясь найти в ней его мать. Древняя башня не изменилась с тех пор, разве что покрывающий ее метал еще сильнее стал казаться коркой засохшей крови. Леголас из укрытия наблюдал за Гундабадом, пытаясь увидеть здесь признаки активности орков. Тауриэль притаилась рядом с ним.

– Что лежит за ней? – спросила она, показывая на башню, которая преграждала вход в ущелье.

– Старый враг, – ответил Леголас. – Древнее королевство Ангмар. Эта крепость была когда-то его цитаделью, здесь хранилось их неисчислимое вооружение и ковалось оружие для войны.

– Там свет. Я заметила движение, – Тауриэль указала на окно высоко в стене.

– Подождем прикрытия ночи. Это падшее место, Тауриэль. В другой эре наш народ воевал с этими землями.

Леголас умолк, его взгляд обратился внутрь. Удивленная его молчанием, Тауриэль повернулась к нему. Потрясенный пребыванием в этом месте, Леголас сказал то, что мучило его:

– Моя мать умерла здесь. Мой отец не говорит об этом. Ни могилы, ни воспоминания, ничего.

Тауриэль не знала, что ответить на это. В молчании они сидели за скалами, рассматривая зловещую крепость.

Когда стемнело, Тауриэль проверила свое оружие и сказала:

– Если мы собираемся пробраться внутрь – пора отправляться.

Леголас кивнул. Внезапно стая огромных летучих мышей вырвалась из крепости и пронеслась над ними. Леголас и Тауриэль вжались в скалы. Стая сделала широкий круг над башней и унеслась прочь, за ней вылетела еще одна.

– Это место кишит ними, – прошептала Тауриэль.

– Эти летучие мыши были выведены лишь для одной цели.

– Какой?

– Войны.

На соседнюю скалу верхом на варге выехал огромный белый орк. Леголас сразу узнал его – это был Болг, сын Азога. Несколько раз он возглавлял атаки на Лесное Королевство, которые Леголас отражал вместе с воинами отца. Подняв вверх булаву, он прокричал приказ. Ему ответил сигнал рога. Ворота крепости открылись, и из них хлынуло воинство орков. Ряд за рядом несметное количество вооруженных орков маршировало из Гундабада, стаи летучих мышей кружили над ними в ночном небе. Они отправлялись на войну, отправлялись убивать.

– Мы должны предупредить остальных, – сказала Тауриэль.

– Мы можем опоздать. Вперед, быстро!

Леголас вскочил и побежал туда, где была спрятана его лошадь, Тауриэль за ним. Вслед им неслись приказы Болга и рокот марширующей армии Гундабада.

А в это время армия орков Мории под командованием Азога Осквернителя, который теперь служил хозяину Дол Гулдура, с помощью червей-оборотней рыла туннели под скалами, окружающими Эребор. Азог – огромный белый орк, покрытый шрамами и с мечом вместо левого предплечья, отсеченного Торином Дубощитом в бою под Морией – готовился напасть на Эребор.

🍂🍂🍂

Близилась полночь, а Митрандир все еще не покинул королевский шатер. Трандуил уже жалел, что не налил ему вина – может, стоило напоить мага, чтобы он успокоился и заснул. Теперь Трандуил заигрывал с идеей напиться самому. Бард давно уже улизнул из шатра и отправился решать простые и ясные проблемы своего народа вместо того, чтобы вникать в непонятные ему происки сил Зла. Увы, Трандуил не мог последовать его примеру. Он не мог закрыть глаза на Зло, которое гнездилось на юге его леса.

– Некромант открыл свое лицо. Это Саурон, он явил себя в Дол Гулдуре, – сообщил Митрандир.

– Ты хочешь удивить меня этим? Я с самого начала утверждал, что это он. Я знал, что это он. А недавно пленный орк подтвердил мне это.

– Я помню разговор при нашей первой встрече, мой лорд Трандуил. Белый Совет считал, что это один из назгулов, призраков Кольца – и не был так уж неправ. Саурон призвал туда назгулов, чтобы они служили ему так, как раньше.

Митрандир подробно рассказал о том, как он отправился в Дол Гулдур и был схвачен там орками. Беспомощно вися в клетке над бездной, он видел, как бесчисленное воинство орков под предводительством Азога покидало подземелья крепости и маршировало на север. Митрандира спасла Галадриэль, которой он смог передать просьбу о помощи. Она явилась в Дол Гулдур и освободила Митрандира, а за ней пришли Элронд и Саруман, которые защитили ее от назгулов.

– Как будто ее нужно защищать. Это от нее нужно защищаться, – хмыкнул Трандуил.

Митрандир оскорбленно посмотрел на него. Невероятная догадка озарила Трандуила:

– Ты влюблен в нее. Как тебя угораздило? Я могу представить реакцию Келеборна, когда он узнает. Не волнуйся, не от меня, я не выдам твой секрет.

Морщинистые щеки мага покраснели.

– Мои чувства к леди Галадриэль тебя совершенно не касаются, лорд Трандуил, и не имеют никакого отношения к происходящему.

Митрандир заставил себя успокоиться и продолжил рассказ. Маг Радагаст, друг всех живых существ на стороне Добра, пришел на помощь и вывез его ослабленного из Дол Гулдура. Издали Митрандир увидел, как огненное око с черным силуэтом Саурона внутри запылало над крепостью, и услышал голос, который на черном языке Мордора сказал: «Это началось. Восток падет. Королевство Ангмар поднимется. Время эльфов закончилось. Наступила эра орков». Затем засиял белый свет и раздался голос Галадриэль: «У тебя нет силы здесь, слуга Моргота. У тебя нет имени, нет лица, нет формы. Отправляйся назад в пустоту, из которой ты пришел!» Используя свою силу и фиал со светом звезды Эарендиля, Галадриэль изгнала Саурона на Восток. Черное облако с горящим глазом внутри пронеслось по небу и скрылось за горизонтом.

– И Белый Совет последовал за ним? – скептически спросил Трандуил.

– Боюсь, нет. Как я узнал потом, леди Галадриэль потеряла слишком много своей силы. Саруман приказал лорду Элронду отвезти ее в Лориэн и заявил, что сам будет следить за Сауроном. Без Кольца Всевластья Саурон никогда не достигнет своей полной силы.

– Значит, он вернется. Ваши полумеры не останавливают его. Помнится, ты уже раз изгонял Некроманта из Дол Гулдура.

– Не думаю, что он вернется в эту крепость.

– Возможно, нет. Возможно, он, затаившись на Востоке, наберет силу и вернет себе Мордор.

– Гондор охраняет...

– Люди слабы! С тех пор, как королевский род прервался в Гондоре, его народ теряет свою нуменорскую кровь и мельчает. Наместники думают лишь о своем богатстве и недостижимом долголетии. Только у дунэдайн Севера сохраняется чистая кровь Нуменора, но их слишком мало.

Но Гондор не интересовал Трандуила. Его интересовал Мирквуд. Если Саурон не вернется в Дол Гудлур – тогда там постоянно поселятся назгулы. Трандуил задумался о том, как научить свой народ защищаться от них. Лишь несколько эльфов могли дать отпор призракам кольца: Галадриэль, Элронд и его сыновья, Глорфиндель... Трандуил не был уверен, что он сам имеет силу, способную остановить назгулов, во время Войны Последнего Союза ему не приходилось лично сталкиваться с ними. Трандуил обладал не только эльфийской силой – он обладал силой леса, магией природы, но назгулы не принадлежали этому миру и не покорялись силам природы, они были частью мира теней, а потому магия природы была бессильна против них. Но все же можно было найти способ... Трандуил задумался об этом и перестал слушать Митрандира.

Вынырнув из своих размышлений, Трандуил заметил, что он бессознательно водит большим пальцем по нижней губе, и поспешно опустил руку: в детстве у него была привычка грызть ногти, и эта привычка постоянно норовила вернуться, когда он терял бдительность. Между тем Митрандир продолжал говорить, и его следующие слова привлекли внимание Трандуила:

– Ты прав, мой лорд Трандуил: Саурон по-прежнему представляет опасность. Где бы он ни был сейчас, он уже запустил в исполнение свой план по установлению контроля над Севером. Потому эльфам, людям и гномам следует объединиться и вместе защищать Эребор.

Трандуил приложил руку ко лбу, как будто слова Митрандира вызвали у него головную боль, и простонал:

– Ты опять за свое. Ты утомил меня.

Он сидел в расслабленной позе, облокотившись о подлокотник кресла, Митрандир стоял перед ним, куря свою вонючую трубку. Он не спросил разрешения перед тем, как закурить, но Трандуил не стал заострять на этом внимание, хотя дым жженых листьев раздражал ему горло.

– С каких это пор мой совет так мало ценится? – вспылил Митрандир. – Что, по-твоему, я пытаюсь сделать?!

– Я думаю, ты пытаешься спасти своих друзей гномов, и я восхищаюсь твоей преданностью им, – спокойно ответил Трандуил, затем в его голосе зазвенела сталь. – Но это не свернет меня с выбранного пути.

Не отрывая серебряного взгляда от Митрандира, Трандуил поднялся и подошел к нему. Наклонившись, чтобы его лицо было на одном уровне с головой мага, Трандуил сказал с тихой безжалостностью:

– Ты начал это, Митрандир. Прости меня, если я закончу это.

Резко развернувшись, он подошел к выходу из шатра и крикнул своим капитанам:

– Лучники на позиции?

– Да, мой лорд, – капитан подбежал к нему.

– Отдай приказ: если что-нибудь двинется на той горе – убить.

Поклонившись, капитан удалился передать приказ. Глядя вдаль на Эребор, Трандуил сказал:

– У гномов мало времени.

Слова Трандуила привели Митрандира в отчаяние. Увидев Барда, идущего мимо шатра, Митрандир бросился к нему, зовя на ходу:

– Лучник!

Бард повернулся к Митрандиру.

– Ты согласен? – спросил его Митрандир. – Золото так важно для тебя, что ты окупишь его кровью гномов?

– До этого не дойдет, – ответил Бард. – Это схватка, которую они не могут выиграть.

– Это не остановит их, – раздался новый голос.

Стоя у входа в шатер, Трандуил наблюдал, как Бард и Митрандир удивленно повернулись к полурослику, который возник из ниоткуда среди руин Дейла.

– Вы думаете, что гномы сдадутся? Нет, они не сделают этого. Они будут биться до смерти.

– Бильбо Баггинс, – Митрандир был еще более удивлен, когда он узнал полурослика.

Митрандир потянулся обнять его, но радостное единение друзей было прервано криками того слишком бдительного горожанина, который ранее пытался прогнать из Дейла Митрандира:

– Это шпион гномов! Это шпион гномов! Я бы не стал доверять ему, сир!

Горожанин подбежал к Бильбо и попытался ударить его, но тот проворно уклонился.

– Оставь его в покое! – вмешался Митрандир. – Пусть пройдет!

Горожанин недовольно повиновался и отступил в сторону. Бильбо подошел к Митрандиру и Барду.

– «Шпион гномов» в самом деле, – обиженно возмущался он. – Я что, выгляжу как гном?

Одетый в одежду гномов, из-под которой блестела митриловая кольчуга, такой же грязный и растрепанный, Бильбо действительно выглядел как квелый гном.

– Ни в малейшей степени, – уверенно ответил Митрандир.

Бард тоже узнал полурослика, хотя раньше он не знал его имени, но он промолчал о том, что Бильбо был в составе отряда Торина, потому он фактически был одним из гномов. Но Бард не верил, что он был шпионом – хотя именно этот полурослик поручился своей честью за Торина. Положив руку на плечо Бильбо, Митрандир завел его в шатер. Бард вошел следом за ними и уселся на стул, пользуясь данным ранее приглашением Трандуила. Трандуил вернулся к своему креслу и сел в него.

– Если я не ошибаюсь, – сказал Трандуил, глядя на стоящего посреди шатра Бильбо, – это тот полурослик, который украл ключи от моей темницы под носом у моих охранников.

Он сразу узнал в этом Бильбо Баггинсе того полурослика, которого видел цепляющимся за бочку во время схватки у водных ворот. Под ледяным взором Трандуила Бильбо смутился и опустил глаза.

– Д-да. Прошу прощения за это, – пролепетал он.

Бард улыбнулся, позабавленный этой сценой и мыслью, что великий король эльфов был проведен маленьким человечком.

Преодолев смущение, Бильбо сделал шаг вперед. Он достал из кармана сверток из ткани и положил его на стол поверх разложенных там карт Эребора и его окрестностей – Трандуил собирался потратить ночь на изучение карт местности и планирование боевых действий, а не на прием непрошенных гостей.

– Я пришел отдать вам это.

Бильбо развернул ткань, и камень невиданной красы засиял перед глазами собравшихся в шатре. Казалось, что все звезды неба были собраны в этом камне, их искры мерцали под его гладкой поверхностью. Трандуил сразу же узнал его – он видел этот камень сотни лет назад. Пораженный и не веря своим глазам, не в силах оторвать взгляд от сияющего камня, Трандуил поднялся и подошел к столу.

– Сердце Горы, – прошептал он. – Королевский камень.

Трандуил поднес к нему руку, но не прикоснулся. Кончики его пальцев ощутили покалывание, исходящее от его сияния – камень излучал мощную энергию земли. Бард тоже поднялся и подошел к столу, но, в отличие от Трандуиловой фиксации на значимости камня, он сразу увидел в нем практическую пользу:

– Он стоит королевского выкупа.

Бильбо кивнул. Митрандир отступил в сторону и молча наблюдал. Трандуил и Бард оба посмотрели на Бильбо, и Бард задал вопрос, который интересовал всех:

– Как вышло, что ты в праве отдать его?

– Я взял его как мою четырнадцатую часть сокровища, – объяснил Бильбо Барду.

– Почему ты делаешь это? Ты не обязан быть верным нам.

– Я делаю это не ради вас. Я знаю, что гномы могут быть упрямыми, твердолобыми и трудными, они недоверчивые и скрытные, с самыми ужасными манерами, какие только можно вообразить, но также они храбрые, и добрые, и слепо преданные. Я очень привязался к ним, и я хочу спасти их, если могу. Торин ценит этот камень превыше всего. Взамен за его возвращение, я думаю, он отдаст вам все, что должен вам. Тогда не будет необходимости в войне.

Слова Бильбо растрогали Барда. Он вопросительно посмотрел на Трандуила, который пристально рассматривал Бильбо. Трандуил перевел на него свой взгляд. Бард очень хотел заключить эту сделку, его глаза умоляли Трандуила согласиться. Трандуил едва заметно кивнул.

– Возьми камень себе, – сказал он Барду.

Бард, Митрандир и Бильбо облегченно выдохнули. Митрандир увел Бильбо из шатра, по дороге давая ему наставления, что утром он должен оказаться как можно дальше отсюда, чтобы избежать гнева Торина. Бард тщательно завернул камень в ткань и спрятал во внутренний карман своего поношенного пальто. Бард медлил, не спеша покидать шатер.

– Увидимся утром, – сказал ему Трандуил. – Мы вместе поедем к Эребору на последние переговоры с Торином. На рассвете наши армии выстроятся перед горой на случай, если Торин откажется вернуть себе Аркенстоун и предпочтет войну. Твои люди должны быть вооружены и готовы сражаться. Мозг Торина разрушен драконовой болезнью и отравлен золотом, его действия могут быть непредсказуемыми.

Трандуил отвернулся, ясно давая понять, что он хочет остаться в одиночестве. Барду ничего не оставалось, как удалиться.

– Хорошо. Я отдам приказы. Встретимся утром, – бросив последний взгляд на спину Трандуила, он вышел.