Глава 11

Альвст, милый Альвст! Удивительно, но за эти дни я успела соскучиться по столице герцогства. Как ни крути, а он оставил мне куда больше приятных воспоминаний, чем Турайн и Лисс. Грустно было лишь от того, что теперь нашей дружной четвёркой мы снова разойдёмся в огромном городе: Эмметт возьмётся за работу в своём маленьком детективном логове, Ирвинг, вероятно, продолжит пропадать с утра до вечера по делам гильдийским, а мне останется заняться одинокими миссиями в компании с Теобальдом Гейтом... или же без него.

Когда мы приехали, нас радушно встретили хозяева дома, их дети и прислуга. А после мне передали письмо отца, в котором он сообщил, что уже на следующей неделе я смогу переехать в свою новую темницу. Точнее, поместье, которое отец приобрёл и приказал обустроить для меня в герцогстве. Так что подозреваю, что и с сэром Теобальдом мы теперь будем видеться лишь в те дни, когда я буду заезжать к Альвстайнам в гости.

Ну, всяко лучше, чем если бы я вернулась в столицу к "любящей" семье, принцу и гарему Эмили Дарроуз. Здесь у меня хотя бы появились друзья. Осталось только, чтобы меня никто не казнил в конце сюжета. Я, конечно, очень стараюсь быть примерной, но кто знает, совпадением или предостережением был тот смелый наёмник в трактире. Уж в последнее время я была склонна думать, что это был самый дурной знак из всех возможных.

Впрочем, я забыла об этом быстро. На следующий день после нашего возвращения Буше устроил грандиозный завтрак. Точнее, грандиозным его было назвать сложно, потому что по масштабам он мало отличался от обычных трапез в доме Альвстайнов, но блюда были просто невероятны. И всё время нас расспрашивали о том, чем мы занимались.

Мы с Ирвингом рассказали о забавных и не очень весёлых моментах с миссий, кратко описали им ситуацию с убийцей магов, умолчав при этом, каким образом он был нейтрализован, лишь упомянули, что помогли с ним разобраться. Слушали нас, что было весьма приятно, с неподдельным интересом. Кажется, Рьяна даже забыла про ревнивые обиды по отношению ко мне, так ей нравилось слушать истории о приключениях.

– Действительно приятно знать, что наше королевство и в особенности мои земли защищены столь талантливыми магами, — в конце подытожил Буше, подняв бокал с вином. Никогда не замечала, чтобы он пил по утрам, но неужели мужчина так радовался нашему возвращению? — За вас, Ирвинг, леди Ванесса.

Я смущённо кивнула, подняв свой бокал со свежевыжатым соком и улыбнулась каждому за столом, невольно задержав взгляд на Ирвинге. Но он улыбнулся мне в ответ, так что, думаю, мы наконец-то примирились. Слишком уж многое прошли вместе.

– Кстати, — со слабой улыбкой вдруг произнесла Анабель, когда наступила небольшая пауза. — Леди Ванесса, вы не планируете покидать наш дом в ближайшее время? Я имею в виду, вы ведь не собираетесь пока снова покидать столицу в поисках приключений?

А я уж думала, она тонко намекает, что мне пора покинуть их семейство. Я улыбнулась и качнула головой:

– Пока я думала заняться делами в Альвсте и приготовиться к переезду в моё поместье. Боюсь, скоро мне будет не до приключений...

– Это прекрасно, — женщина всплеснула руками и взглянула на мужа. Тот, словно мысленно получил от неё эстафету, повернулся ко мне:

– Завтра вечером я устраиваю приём. Знатные господа из Конарда и Арроунда приглашены почётными гостями. Я надеялся, что вы с Рьяной станете его украшением.

– Ах, вот как? — я покосилась на Рьяну, но она восторженно смотрела на меня во все свои голубые глаза, поэтому я с улыбкой снова взглянула на мужчину. — Почту за честь.

– Наверняка это не сравнится со столичными балами, к которым вы привыкли...

– А, не беспокойтесь. Ведь важен не размах мероприятия, а люди, на нём присутствующие.

– Чувствую жилку Карпианта, — Буше коротко рассмеялся, мне же оставалось только вежливо поддержать его улыбкой.

Странно, что он предлагает стать украшениями мне и Рьяне. Я думала, такие вечера — лучший способ пристроить собственную дочь, зачем ему моё присутствие? Но тут может быть несколько вариантов. Либо привлечение на его вечер гостей, желающих позаискивать перед несколькими герцогскими домами одновременно, либо он специально не хочет, чтобы Рьяна перетянула всё внимание на себя, а разделила его со мной.

Не знаю, почему мне в голову вдруг пришло такое предположение. Быть может, разговор родителей когда-то? Ну, о том, что Рьяна очень редко посещала знатные вечера, потому что Буше и Анабель уже присмотрели для неё выгодную партию. Впрочем... снова я думаю о вещах, до которых мне не должно быть никаких дел.

– Тогда, леди Ванесса, мы могли бы вместе готовиться к балу, — услышала я голос Рьяны и улыбнулась ей в ответ. Ах, молода и невинна. Но я рада, что больше она на меня не дуется.

Хотя именно вредный червячок Ванессы немного грыз меня тем, что это странно — остыть после того, как я путешествовала несколько дней с её возлюбленным. Или она, быть может, уже выпытывала что-то о путешествии у Теобальда, или её грела мысль, что скоро я покину дом Альвстайнов и внимание Ирвинга будет всецело приковано к девушке. Ну, на крайний случай, Рьяна просто настолько отходчивая (или мудрая?), что решила не ссориться со мной из-за какого-то мужика. Кто знает... Так что я решила поддержать разговор:

– Да, матушка как раз прислала со мной несколько бальных платьев. Попрошу Трисс вычистить...

– Вот как? Жажду посмотреть на платья столичных мастеров!

– Уверена, ваши мастера не хуже.

Так наш завтрак и прошёл: девушки щебетали о нарядах и украшениях, юноши, утомлённые их разговорами, быстро ретировались по своим делам.

А затем разошлись и мы. Я распорядилась своей служанке, чтобы она подготовила выбранное мною платье, а затем оставшийся день провела в своей комнате, почитывая какую-то любовную литературу. Как и предполагала, в поместье Альвстайнов поговорить с Ирвингом наедине было невозможно. Здесь опасения главы дома давили на нас обоих. Поэтому мне оставалось отдыхать классическими способами. Например, после недолгого чтения повышивать немного с Рьяной, расспрашивая её о местных новостях, а затем прогуляться по саду.

В последней локации меня выцепил Хэйвуд. И мы с моим юным женихом какое-то время обсуждали детали путешествий. Ему я уже спокойнее рассказала побольше подробностей поимки убийцы — его очень заинтересовал процесс поиска. Но, как и до этого, сами дела гильдии магов оставались для него наименее привлекательными.

К вечеру после долгих разговоров я невольно подумала, как же сложится наша семейная жизнь, если отец всё-таки отдаст меня замуж именно за Хэйвуда.

В принципе, мне казалось, что это даже неплохой вариант: надменный Хэйвуд будет заниматься своими делами, возможно даже мореплавательными, а я — своими. И ему будет плевать, что я делаю в стенах гильдии, а я не буду лезть в его корабли.

Конечно, я бы предпочла мужа, разделяющего мои увлечения и поддерживающего тягу к приключениям. Но равнодушный супруг меня тоже устроит — хотя бы пусть не лезет ко мне.

– Кстати говоря, лорд Хэйвуд. А вы задумывались о женитьбе?

– Ч-что? — мои слова так неожиданно прозвучали, что вид смущённого собеседника едва не вызвал у меня смешок.

– Ах, быть может, вы видели свою будущую супругу, бороздящую с вами моря? Или вы бы предпочли, чтобы она сидела дома и вышивала для вас гобелены?

Юноша опустил взгляд и всерьёз задумался. Он так забавно нахмурил брови, что я снова с трудом сдержала смех — младший Альвстайн слишком остро реагировал на подобное.

– Я никогда не задумывался... — медленно произнёс он, смутившись ещё сильнее, когда взглянул в мою сторону. А я по-матерински тепло ему улыбнулась:

– Я никуда не тороплю вас.

Но тема свернулась, потому что нас выцепил Ирвинг. Парень с улыбкой принёс нам сладости: конвертики с ягодной начинкой и орехи в меду. И теперь мы втроём перешли на обсуждение предстоящего торжественного вечера.

– А вы, мистер Ирвинг, разве не планируете участвовать? — я с деловитым видом надкусила медовый орешек. Хэйвуд с интересом взглянул на старшего. Но тот только пожал плечами:

– Не хотелось бы, но присутствовать придётся. Мы с Реджи считаемся представителями одновременно и Альвстайнов, и гильдии. Буше просит нас развлекать иностранных гостей историями о местных магах.

– А потом какие планы? — Хэйвуд поморщился, услышав про гильдию, но жаждал услышать о новых приключениях.

– Эмметту помогу. Не удивлюсь, если за время нашего отсутствия в Альвсте снова накопилось много дел...

– Хм, — я задумалась. — Трисс говорила мне, что участились беспорядки в городе...

– Да, — Хэйвуд вдруг помрачнел. — Жители больше прежнего недовольны. Всё из-за того, что увеличилось количество наёмников. Они, конечно, надолго у нас не задерживаются и вскоре покидают город, но закупаются здесь провизией и какое-то время нервируют местных. А им за это ничего не делают.

– Да? — Ирвинг как будто даже нахмурился. Уж не знаю, о чём он подумал, но следующие слова младшего Альвстайна словно подтвердили его мысли:

– Отец говорит, что раз те стекаются в город, значит, это кому-то нужно. И просил капитана стражников и наших рыцарей, чтобы за ними присматривали и докладывали в столицу.

– А, хочет схватить их с поличным? — ничего себе, а Буше довольно хитер.

– Видимо, так, — Хэйвуд кивнул и замолчал, задумавшись о своём. Вслед за ним призадумались и мы. Но ненадолго. Ирвинг прервал наше молчание шуткой о том, что с возвращением сэра Теобальда Гейта наёмники, как мышки, начнут тихонечко пробегать через Альвст и бежать дальше. Это немного разрядило наши грустные мысли. А дальше в ход снова пошли глупые разговоры о всякой всячине, а также обсуждения предстоящего званого ужина.

Так мы и разошлись. Хэйвуд вызвался проводить меня, но уже у главного входа его окликнул Буше. Так что я отпустила спутника к отцу, а сама направилась в комнату. Завтра меня ждут утомительный день и тяжёлый вечер...

***

А на следующее утро некоторые из нас впали в уныние. И эти кто-то в основном я. К нам пришёл Эмметт и сообщил Ирвингу (да и мне за компанию), что в столице маги всерьёз обеспокоены — всё чаще и чаще происходят нападения на некоторых представителей гильдии. Эмметт вызвался помочь, приглашал нас с Ирвом поехать с ним.

– А на кого нападают-то? Жертвы известны? Кто-то пострадал? — когда дело касалось каких-либо заданий, воспитанник Альвстайнов всегда был серьёзен.

– Боюсь, подробностей мне не сообщили... — детектив покачал головой, а я нахмурилась, потому что понимала, кто может быть главной целью.

Если я не ошибаюсь, как раз в это время на Эмили Дарроуз должны участиться нападения, а буквально через несколько дней кто-то из вторых фаворитов должен будет пострадать. Тогда (в игре) довольно много магов попадало под горячую руку наёмных убийц, так что неудивительно, что в гильдии забили тревогу. Только не помню, чтобы в игре это на что-то влияло. Вроде бы, тогда сюжет по большей части крутился вокруг бедняжки-героини и её преданного фаворита-рыцаря, кто бы им ни был.

– И когда собираешься ехать, Эмми? — похоже, сам Ирвинг был на распутье. Это известие перечёркивало практически все его планы.

– Сегодня вечером. Надо собрать вещи и провизию, раздать задания ребятам. Не хочется ехать в ночь, конечно, но помощь просили как можно скорее.

– Зря всё-таки Буше пропускал наёмников... — процедил Ирвинг сквозь зубы, после быстренько обернулся, надеясь, что его никто не услышал.

– Вряд ли он мог знать, что те начнут так неистово действовать, — я попыталась подбодрить его, но не уверена, что это хорошо получалось. — К тому же он устанавливал за ними наблюдение, так что местные должны быть проинформированы, и поймать преступников не составит труда.

Но всё-таки... герцог Альвстайн позволил некоторым особо наглым группировкам просидеть в городе и после проникнуть в столицу. Не хочу быть грубой, но он либо очень глупый, либо как-то участвует в этой игре... Может, они ему должны были заплатить за такое прикрытие? Не зря же в Альвсте большая беда с налогами — финансовые дела Альвстайна явно идут под откос.

– В любом случае... — начал Эртон и замолчал. Обратил наше внимание на себя и ждал окончательного ответа.

Мы с Ирвингом задумались. Тот колебался по понятным причинам: нужно будет как-то согласовывать это с Буше. Я же, конечно, уже не хотела оставаться здесь одна с семейством Альвстайнов, где с одной стороны за мной шпионят ради отца, а с другой — пытаются сосватать за собственного сына. Но и ехать в столицу опасалась. В сюжете игры выяснилось, что Ванесса Карпиант тайно вернулась в Конард и строила козни против Эмили прямо у героев под носом. Я не хочу испытывать судьбу, поэтому пускай разбираются без меня, а я всё это время буду стряпать себе алиби где-нибудь за сотни километров от столицы.

– Я еду, — наконец, прервал тишину Ирвинг. И взглянул на меня. — Ванесса?

– Я... я лучше останусь, — нехотя ответила я, но не могла не заметить разочарование в глазах брюнета. И попыталась поскорее оправдаться. — В столице ко мне отношение ещё хуже, чем в Альвсте. Не хочу, чтобы вам не доверяли какую-либо информацию, опасаясь, что я могу её в корыстных целях использовать. Эффективнее вам будет работать там без меня.

– Хм, логично. Дурная слава дочери герцога Карпиант исходит именно из столичной гильдии, — произнёс Эмметт, прежде чем Ирвинг успел что-то на мои слова возразить. И у воспитанника не осталось никаких доводов. Он тяжело вздохнул, упёр руки в бока и ничего больше не сказал.

– Так мило, Ирв, что ты снова за меня переживаешь, — пропела я с хитрой улыбкой, на что парень только фыркнул. — Что, уже сгораешь от страсти ко мне?

– Да, ещё немного и прямо сейчас готов биться лбом возле твоих ног.

– А ты побейся, тебе полезно будет, — с невозмутимым видом я щёлкнула пальцами и направила указательный на брюнета. После широко улыбнулась.

Как я и надеялась, Ирвинг заметно расслабился.

– Ладно, — наконец произнёс он, повернувшись ко мне и усмехнувшись. — Присмотришь тогда за Тео и лавкой Эмми, пока мы не вернёмся. Потом проверим, кто раскроет больше дел.

– О, бросаешь мне вызов? Звучит забавно.

Эмметт, впервые за весь наш разговор, тоже улыбнулся и покачал головой, слушая наши лёгкие перебранки. Мы потом с Ирвингом вместе на него переключились, пытаясь смутить друга, но длилась наша пустая болтовня недолго. Парням надо было начать сборы в столицу.

Ну а мне надо будет уже совсем скоро заняться приготовлениями к балу... Вряд ли я теперь смогу отвлечь Ирва разговорами о наёмнике.

***

Я так долго крутилась у зеркала, что, казалось, прошло уже часа два. Но ничего не могла с собой поделать, я была в восторге от того, какая красивая из меня была героиня, пускай и злодейка. Жёлтое платье с фиолетовыми вставками-цветами и элегантными рукавами казалось мне вполне роскошным и достойным сегодняшнего бала у Альвстайнов. К тому же оно прекрасно подчёркивало стройную фигуру Ванессы, так что я уже ожидала, что буду приковывать взгляды. На шею я повесила скромное колье, сосредоточившись в основном на заплетённых волосах, где золотые с аметистами украшения блестели даже при свете вечернего солнца так, что порой ослепляли.

– Трисс, ну не правда ли твоя госпожа чертовски очаровательна? — пропела я, покрутившись вновь. Уставшая служанка, слушающая этот вопрос если не в восьмой, то точно в седьмой раз, устало сделала реверанс и повторила свою дежурную фразу о том, как её госпожа великолепна.

Я коротко рассмеялась:

– Из-за того, что в последнее время была вечно в полях, надеть после грязных сапог изящные туфли, и вместо дорожной одежды — роскошное платье для меня теперь словно первый в жизни случай. Уж не ругайся.

Служанка приподняла брови, не понимая мои "извинения", а я тем временем думала о том, что хотя и нахожусь в мире фентези-игры, здесь есть свои плюсы. Например, то, как роскошно я выгляжу. Могу предположить, что даже пацанка Юкико превратилась бы в принцессу, надев местный наряд. И осталась бы довольна результатом.

– О... — идея, поразившая меня, словно стрела, заставила медленно повернуться и зловеще улыбнуться служанке. — Трисс, милая, у меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться...

– Юная госпожа?.. — видеть, как напряглась девушка из-за моего хитрого выражения лица — это особое садистское удовольствие. Но куда большим удовольствием мне было посмотреть на её реакцию далее:

– Как насчёт приодеться во второе платье?

– Юная госпожа?..

– Предлагаю тебе приодеться, немного подурим всем голову, а? Давай назовём тебя графиней Глафенерой. Будешь уроженкой Арроунда, а твой муж... граф Глафенера... будет здесь по дипломатическим делам.

– О чём вы говорите, юная госпожа?! — девушка округлила свои ореховые глаза. — А если граф или графиня узнают, что я притворяюсь кем-то, с ними связанным?!

– Какие граф и графиня?

– Глафи...Глафенера!

– А... Не бойся, я выдумала эту фамилию. Уверена, их даже не существует, — и с улыбкой отмахнулась.

– Я никогда не соглашусь на это, юная госпожа, — Трисс резко мотнула головой. Я снисходительно улыбнулась ещё шире:

– Да брось! Будет весело! Трисс, ты же такая хорошенькая, наверняка привлечёшь чужое внимание.

– Да что с вами, юная госпожа? Это какой-то новый изощрённый способ наказания?

– Всего лишь подумываю устроить твою личную жизнь. Представляешь, будешь, как Золушка!

– Кто это?

Э-э-э... интересно, а есть ли у них в этом мире подобный сюжет?

– Не слышала арроундскую сказку о девушке, убиравшейся в доме, а после влюбившей в себя принца и ставшей королевой?

– Вот уж точно сказка...

– Да перестань! Ну давай хотя бы просто нарядим тебя! Время до бала есть, жаль тебя, красавицу, прятать...

В общем, я долго билась с Трисс. Но в результате ничего не вышло. Её упрямство было прокачано выше моего. Ах блин! Ну ничего, в следующий раз я подключу Рьяну! Или к тому времени моя служанка перестанет воспринимать меня с таким презрением и начнёт чуть больше доверять безумным идеям госпожи.

Я вздохнула и выглянула в окно. Часть гостей уже собралась в доме Альвстайнов, официально вечер был начат ещё полчаса назад, но я потратила много сил, чтобы подготовиться к этому. Надеюсь, Ванесса поможет мне включить весь свой шарм. А не она, так Ирвинг подшутит надо мной на прощание, тем самым намекнёт, что я делаю что-то не так. Быть может, перед отъездом мы с ним всё-таки сможем обсудить моё страшное открытие? Я всё ещё надеюсь, что если он мне не поможет, то хотя бы поддержит.

Внезапно я заметила двух лошадей и... Эмметта? Я прислонилась поближе к стеклу и прищурилась. Ну точно он. Его плащ и светящиеся на поясе побрякушки я везде узнаю.

– Трисс, если будут спрашивать, я скоро подойду.

И, ничего более не объясняя, я отправилась вниз, обошла зал, перебежала сад и вышла к конюшне, у которой заметила теперь не только Эртона, но и воспитанника Альвстайнов.

– Доброго вечера, — заметивший меня первым Эмметт дружелюбно мне улыбнулся. — Чудесно выглядишь.

– Благодарю, — игриво произнесла я, покрутившись. Что поделать, стоило мне надеть роскошное платье, как во мне тут же проснулась кокетка. — Значит, вы уже уезжаете?

– Верно. Как раз до полной темноты успеем добраться до одной маленькой деревушки, там переночуем и будем хотя бы на несколько часов ближе к цели.

– Вы и правда так спешите... — хотя, наверное, проехать пару часов и поспать — это намного удобнее, чем с утра до вечера трястись в седле. Жаль только, что мои проблемы всё-таки придётся решать самой. Я взглянула на Ирвинга, в это время стоявшего возле своего коня и какое-то время меня рассматривающего. Но когда парень заметил мой взгляд, кашлянул и быстро усмехнулся:

– Не передумала оставаться здесь? Желаешь с нами?

– Ага, прямо в платье несколько дней до Конарда. Запрягайте коня, — я размашисто махнула рукой, но Ирвинг только посмеялся, по тону моему поняв, что дальше шутки мы не уедем. — Так что лучше вы заканчивайте поскорее ваши дела и возвращайтесь.

– Как пожелаете, миледи, — тон брюнета внезапно из игривого стал таким нежным, что я невольно смутилась. Чёртов бард...

Эмметт в этот момент запрыгнул на коня. Кажется, он уже всё проверил и готов был ехать. Наверное, заминка Ирвинга сейчас была некстати.

Поэтому я, стараясь скрыть смущение, поправила волосы:

– Ладно, ребята, счастливого вам пути и удачи в столице.

– Тебе тоже, — ответили они мне почти одновременно.

А воспитанник Альвстайнов, чуть помедлив, завязал один из мешков. После повернулся ко мне, на прощание улыбнулся и, прежде чем запрыгнуть на коня, произнёс:

– Выглядишь великолепно.

– Да, спасибо...

Минутами позже маги выехали за ворота поместья Альвстайнов, а я, когда те скрылись из виду, медленно направилась в дом. Настроение тут же подпортилось, когда я представила своё дальнейшее одиночество. Без шуток Ирвинга, без обширных рассказов Эмметта... Боюсь, скучно мне будет эти дни. Очень скучно...

Грустно ещё и то, что рыцаря Теобальда я тоже не видела весь день. Похоже, он был слишком занят обеспечением охраны в преддверии такого масштабного количества гостей. Даже жаль, что для кого-то бал развлечение, а кому-то — напряженная работа. Быть может, в течение вечера я смогу его отыскать и угостить чем-нибудь вкусным?

***

– Леди Карпиант, вы выглядите бесподобно.

– Леди Карпиант, не желаете ли подарить мне танец?

– Леди Карпиант, а правда, что в Центральной гильдии аристократы вынуждены на равных разговаривать с простолюдинами?

– Леди Карпиант...

У меня кружилась голова. Стоило появиться в зале, как меня тут же окружили сначала знавшие меня люди, а после те, кто ни разу не видел, но нас "имели честь" сейчас познакомить.

Спустя полтора часа этих утомляющих бесед я тяжело вздохнула и присела на диванчик, чтобы прийти в себя. И тут же ко мне подсела Рьяна. Я уже давно её приметила, но гости никак не отвязывались от меня, и поговорить с ней не удалось.

– У вас такое чудесное платье, леди Ванесса! — голубые глаза девушки сияли. Видимо, она наконец-то дождалась пышного празднества, на котором могла бы познакомиться с новыми людьми и получить долю внимания.

– У тебя тоже, Рьяна, — я улыбнулась ей, но душой кривила. Дочь герцога Альвстайн была милой девушкой, чуть полноватой, но с чудесным личиком, большими светлыми глазами и пышными губками. Вот только платье, в которое её нарядили, было не самым выгодным для неё, если она планировала блистать на вечере отца. Рукава были устаревшей пышности, рюши на подоле — огромными и в большом количестве. Чем больше знакомлюсь с герцогом Альвстайном и его семьёй, тем более странными они мне кажутся.

Обычно аристократы стараются одевать детей по последней моде, чтобы очаровать максимально выгодные партии, но в случае с Рьяной всё было словно наоборот...

– ...узнать его мнение... даже потанцевать разок не получилось...

– А? — я перевела взгляд на шатенку, осознав, что немного погрузилась в свои мысли. И лишь благодаря своей сообразительности поняла, что она имела ввиду. — А, ну ничего, уверена, мистер Ирвинг ещё пригласит тебя на танец. К тому времени, держу пари, тебе сошьют ещё более роскошное платье.

– Да, было бы здорово... хочу платье, как у вас, леди Ванесса.

– Думаю, твоё платье будет ещё лучше...

Эти обмены любезностями длились ещё минут пятнадцать. И когда мне казалось, что утешенная влюблённая девушка уже готова была взлететь и дальше кружиться в танцах, она резко помрачнела и наклонилась ко мне поближе.

– Леди Ванесса. Скажите, у вас же не было ничего... дурного с графом Скуацилла?

– Ох, а кто это? — ляпнула я, и только потом в моей голове всплыл мутный образ красавца с русыми волосами и светло-карими глазами. Точно... Фергус Скуацилла же был моим главным помощником при поимке банды "Крысиный укус"! И лёгкой головной болью после. — А, поняла... в смысле "дурного"?

– Ну... может, вы ссорились с ним в последнюю встречу?

– Кхм... да вроде всё прошло мирно... когда Хэйвуд сообщил, что я его невеста, — я начала припоминать те моменты моего взаимодействия с графом. Забавно, прошло, наверное, недели две или даже три, а ощущение, что целая вечность! Такие насыщенные события, столько всего изменилось с того времени...

Я с улыбкой погрузилась в воспоминания, но это длилось недолго, потому что Рьяна прервала минутное молчание.

– А вы были... сильно близки с графом? Нет-нет, я не осуждаю вас! Он действительно очень красив и обаятелен!

Моя бровь дёрнулась от её испуганного тона, и я с прищуром покосилась на собеседницу.

– К чему это ты ведёшь, милая Рьяна?

– Я... ну... — девушка смутилась, опустила глаза и какое-то время теребила подол юбки. Я терпеливо ждала. В моей голове уже промелькнуло несколько подозрений. И девушка озвучила самое неприятное из них. — Просто... некоторые говорили... или, точнее, слухи обсуждали... что у вас был роман...

– Ха?

– Н-недолгий, но!.. я же говорю, в этом нет ничего удивительного, ведь граф Скуацилла...

А я-то думала, почему некоторые молодые люди смотрели на меня с такой усмешкой? Всё винила мою дурную славу злодейки, а дело оказалось в куда более приземлённой проблеме.

– И кто же рассказывает о моём романе с графом? Неужто сам мистер Фергус?

Я пыталась сдержанно улыбнуться девушке, но она вздрогнула, глядя на меня. Может, у меня получился слишком звериный оскал?

– Он... совершенно случайно признался одному своему другу! Он и не думал, что это так разнесётся по...

– Ага, случайно...

С одной стороны, мне было плевать на этого человека. Ну обижается он, что не смог меня охмурить, а статус поддерживать надо — чёрт с ним, я верю, что ему ещё прилетит ботинок справедливости в зубы. Но проблема была в рассказах Ирвинга о том, как этот же самый граф вытворял подобное с Рьяной в своё время. И кто знает, сколько ещё несчастных невинных леди в его списке.

Я бы могла ещё предположить, что он лишь тешит своё самолюбие таким образом. Будучи графом, он мог не опасаться, что мелкие аристократы или простолюдинки осмелятся обвинить его во лжи. Но уже второй раз он зарывается на дочь герцога! То есть кого-то, намного превосходящего его по статусу. Что вообще в голове у этого парня? И как же ему это сходит с рук?!

Я кашлянула в ответ на тихие извинения Рьяны. И улыбнулась ей нежнейшей улыбкой, прежде чем подняться с диванчика.

– Боюсь, милая, мы обе стали жертвами его самолюбия и абсолютной наглости. Но не переживай. Я ему покажу, как за счёт невинных леди понтоваться...

– Понтова..? — повторила собеседница, не совсем поняв значения сказанного мною слова. Я же махнула ей рукой и направилась сквозь толпу, высматривая свою жертву.

Я знаю, что ты где-то здесь, козёл... вот только что же сделать? Пнуть его в пах или пригрозить гневом отца? Хм... Или попробовать всё вместе.

– О, леди Карпиант, хотел сказать, что вы...

– Да-да, благодарю вас, — я не слушала, что говорил мне какой-то мужчина, но его фырканье (или мне показалось?) в ответ услышала прекрасно. Чёрт... как из звезды вечера почувствовать себя посмешищем за один короткий разговор? Видимо, вот так!

Искать цель пришлось долго, потому что народу в гостях у Альвстайнов было действительно много. Вскоре я заметила знакомый силуэт, беззаботно болтавший с незнакомым мне юношей. Я подошла ближе, мысленно готовая обороняться от хитрых и многозначительных усмешек собеседника Фергуса. Но парень, первый заметивший меня, вполне искренне улыбнулся и поклонился:

– Леди Карпиант. Позвольте заметить, что вы потрясающе выглядите.

– Благодарю вас, — я сделала реверанс и не без удовольствия заметила, как напрягся Фергус. Вскоре и он медленно повернулся ко мне и обворожительно улыбнулся.

– Миледи, — кивнул он мне в знак приветствия, но затем всё же поклонился. — Ваша красота ослепляет сильнее летнего солнца.

– Вы, как и всегда, искусны в комплиментах, граф... Может, пригласите меня на танец?

– Если я достоин такой чести...

Я мельком глянула на его молодого собеседника, прежде чем принять руку графа и направиться к центру зала.

Мне уже стало казаться, что каждый, с кем Скуацилла разговаривал, был в курсе грязного слушка, но юноша просто выглядел смущённым и даже словно немного расстроенным. Значит, у моей жертвы хватает ума не раскидываться подобной клеветой направо и налево.

Музыка совсем скоро уже должна была кончиться, но это не помешало нам начать медленный танец. Какое-то время мы молчали. Я старалась улыбаться, чтобы граф не заподозрил, зачем его пригласили. К тому я так и не придумала, как начать тему и...и что станет убедительным аргументом для него. И Фергус, видимо, не догадываясь о моём познании, заметно расслабился. И, наверное, думал сейчас, что я не смогла его забыть с тех времён.

– Наслышан о ваших успехах, леди Ванесса, — вскоре начал он с улыбкой. Я невинно похлопала глазками.

– О, да. Последнее время я бралась то за одно, то за другое.

– И в Турайн вы, кажется, отправлялись...

– Верно. Вы о многом в курсе, как я погляжу.

– В гильдии услышал совершенно случайно, леди Ванесса.

Я выдержала недолгую паузу, будто нахлынули воспоминания:

– Кстати о случайностях, граф. Наша с вами неожиданная встреча тогда в библиотеке действительно помогла мне с тем заданием, за что я вам до сих пор очень благодарна...

Мужчина польщённо улыбнулся, и я поняла, что он окончательно расслабился, потому продолжила:

– Вот только есть кое-что... чего я, в силу своего возраста, похоже, не совсем понимаю... но вы с вашим опытом наверняка сумеете разобраться.

– О, конечно, миледи, что вас беспокоит?

– Да вот не понимаю... во время нашего с вами сотрудничества в какой момент мы внезапно стали любовниками?

Граф резко остановился, а я почувствовала, как невольно сжались его руки. Секундами позже закончилась музыка, но лишь для того, чтобы начаться заново. И пока мой кавалер придумывал оправдания, я потянула его в новый танец.

– Не понимаю вас, леди Ванесса, — вдруг ответил он со снисходительной улыбкой, и мне захотелось дать ему туфлей по колену. — Быть может, вы неправильно истолковали моё внимание к вам...

– Да нет, судя по дошедшим до меня слухам, это вы неправильно истолковали наше партнёрство, — в тон ему ответила я, лучезарно улыбнувшись. Но затем, устав от этого представления, очень зло на него взглянула. — Я понимаю, что иногда мужчинам хочется похвастаться своими любовными завоеваниями. Но не кажется ли вам, что вы пытаетесь прыгнуть выше головы? Иначе как объяснить, что вы несколько забываетесь, распуская слухи про леди, которые выше вас по статусу?

– Мне кажется, вы...

– Я думаю, — перебив его, продолжила без тени улыбки, — что вы пользуетесь тем, что даже если леди уличит вас во лжи, слухи никуда не денутся, а её репутация станет ещё больше подмочена из-за большей огласки. Кто там потом будет разбираться, чем дело кончилось, когда главная новость — у неё мог быть роман? Рьяна в своё время просто стала заложницей своей скромности и молчаливости. Станет ли такая как она устраивать публичные скандалы? Особенно если это может привести к ещё большему распространению слухов. Да и дуэли у нас уже запрещены — никто не бросит вам перчатку за поруганную честь девушки, пусть даже она дочь Буше Альвстайна. Позор таким образом не смоется. Но её братья всё же убедили вас в чреватости подобных разговоров, и вы притихли...

Я помню, как Ирвинг мне рассказывал о той ситуации. И по лицу Фергуса, как бы он ни пытался сохранить невозмутимость (мне кажется, он вообще вскоре попытается перевести всё в шутку), было видно, что я говорю правду.

– ....А со мной вы, наверное, испугались, что наследник и воспитанник Альвстайнов припомнят в одном предложении ваши комплименты и заигрывания с последовавшим объявлением Хэйвуда о нашей с ним помолвке. Обидно ведь, если в весёлых беседах не вами обманутых девушек будут вспоминать, а наоборот. Это же Ванесса Карпиант, у неё и так репутация подмочена, разве она вылезет ругать графа-красавца, помогавшего ей, когда остальные отвернулись? Обвинять его в клевете? — я выдержала паузу, чтобы перевести дыхание. — Вы правы, граф, не станет. У меня есть проблемы посерьёзнее, чем жалкий ловелас, решивший похвастаться перед друзьями парой знатных аристократок в своем списке.

– Вы оскорбляете меня своим недоверием, леди Ванесса, — мужчина снова снисходительно улыбнулся. И всё было бы нормально, признайся он и просто извинись. Но этот прохвост смотрел на меня так, словно я маленькая глупая девочка! Бесит...

– А вы оскорбляете меня грязными слухами. Но даже это не так страшно для вас, как то, что вы оскорбляете моего отца. Ульрику Карпианту, знаете ли, не плевать, если дело касается его чести и репутации. А стоит кому-то перейти герцогу дорогу, как наглец почти тут же попадает в немилость самого короля. Рассказать вам о некоторых дворянах, потерявших всё своё состояние? — я сжала плечо мужчины с такой силой, что его застывшая улыбка стала совершенно ледяной. А я, не сводя с глаз собеседника взгляда, хищно усмехнулась. — А ещё опасно переходить дорогу гипнотизёрам. Даже не заметите, как сегодня ночью вы застрелитесь... могу сказать я, а после ваш хладный труп расценят как жертву несчастной любви.

Я на мгновение "включила" способность. Мир стал ярче лишь на секунду, но этого мне было достаточно.

Фергус дёрнулся и отскочил от меня, лицо же его так исказилось, будто у мужчины начнается истерика. Я же по-злодейски рассмеялась.

– О-хо-хо-хо, помилуйте, граф, какой же вы смешной!

– В-вы же не?.. леди Ванесса... — начал мужчина, испуганно глядя на меня, а я, не желая привлекать больше внимания, чем уже вызвала его реакция, подошла поближе и сделала лёгкий реверанс:

– Нет, граф. Пока нет. Но помните, что гипнотизёры нашей семьи способны внушать навязчивые мысли без зрительного контакта. Запомните это, прежде чем откроете свой поганый рот и оклевещете очередную девушку.

Последнее я буквально прошипела, но не перестала улыбаться. Не хочу, чтобы кто-то и правда решил, будто я угрожаю этому человеку.

– Я это запомню, леди Ванесса, — произнёс мужчина сквозь зубы (от злости или всё же от страха? Мне хотелось верить в последнее), поклонился мне и быстро пошёл к саду.

Не знаю, сработал ли мой блеф, поверил ли Фергус в сказанное мною, и как хорошо он знаком с магией гипноза и внушения, но я почувствовала небывалую лёгкость.

Даже если он решит выяснить эту маленькую тайну, я, по сути, не соврала... кроме того, что сама владею таким мастерством.

В приподнятом настроении я дошла до стола с закусками, оставленными здесь для того, чтобы заморить червячка перед званым ужином. И прекрасно провела последующие два часа времени, сытая и натанцевавшаяся: меня приглашали очень многие, от юношей до возрастных дядечек. Я старалась никому не отказывать, но об этом вскоре пожалела, когда за ужином поняла, что ноги буквально зудят, гудят и ноют.

Зато я полностью забыла о слухах Скуацилла, даже взгляды молодых людей казались мне теперь не враждебно-издевательскими, а обычными...

Но вскоре я заметила, как на меня в разговоре с Буше поглядывает один из пожилых графов. Я сделала ему лёгкий реверанс и продолжила было обсуждать с девушками столичную моду, как краем глаза снова почувствовала на себе чьи-то взгляды, и мельком глянула на хозяина дома. Он кивнув своему собеседнику, бросил на меня пару взглядов. И я бы не стала придавать этому значения (потому что заметила, что к моей компании подходит Хэйвуд), но тут же на меня взглянул и старый граф. Я быстро отвернулась, пришлось переспросить, какой вопрос задал мне младший Альвстайн. А сама тем временем не на шутку напряглась. Быть может, я паранойю из-за Скуацилла, но мне кажется, что они обсуждали меня. Но в каком ключе? Что я дочь Ульрика Карпианта? Что я печально известный маг гильдии? Что среди некоторых людей ходят слухи, что я имела связь с графом Скуацилла, и поэтому не могу быть невестой для сына герцога?

Ладно... ладно. Я же наверняка узнаю, если дело касается меня? Поэтому я постаралась переключиться на разговоры и пару танцев с Хэйвудом.

На какое-то время у меня это получилось. А затем я продолжила невольно следить за мужчинами. Их переговоры, переглядывания и уходы с серьёзными лицами в тёмные уголки заставили меня заподозрить, что мужчины как минимум что-то задумали. Если не против меня, то хотя бы в общем. По-любому это из-за грязных слухов... или герцогские игры против моей семьи? Может быть всё, что угодно.

Вскоре, когда я присела отдохнуть и остыть после танцев, я снова заметила, как проходивший мимо незнакомый граф кинул на меня быстрый взгляд, прежде чем обратился с чем-то к некоторым слугам. А минутами позже увидела, как хозяин дома проходил сквозь толпу с каким-то конвертом в руках. Он встал за колонну возле самой двери, где его мало бы кто заметил, порвал конверт, пробежался глазами по содержимому письма и, скривившись, вышел в коридор. Меня тоже закрывала колонна, так что он, похоже, меня даже не заметил. Зато я подсела поближе к выходу из зала и с трудом, но смогла разобрать голос Буше:

– В кабинет, — различила я его слова. — Положи его на мой стол... если кто спросит, скажешь, что...

Заиграли торжественные последние аккорды композиции, и я ничего больше не услышала. Наступила тишина. Я быстренько отсела подальше от выхода на всякий случай. Вскоре герцог появился в зале, но меня не заметил и целенаправленно направился к супруге. Я кинула взгляд на графа, но тот с улыбкой убеждал в чём-то двух дам. Видимо, с герцогом разговор завершён. А связан ли он с письмом — отдельный вопрос. Поэтому я выждала несколько минут, пока Буше не затеряется в толпе, и проскользнула в тёмный коридор по направлению к его кабинету.

Их загадочные взгляды и заговорщические перешёптывания раззадорили моё любопытство. Возможно, в здравом уме и твёрдой памяти я бы не стала придавать всему этому значения, но сейчас была доведена до предела: тот глупый диалог в таверне, затем всплывшие слухи Скуацилла, теперь ещё и герцог Альвстайн выглядит таким подозрительным из-за своего друга! Не хочу оказаться идиоткой, которая беспричинно лезет в чужие дела, но всё моё естество кричало, что здесь что-то нечисто.

Особенно я начала волноваться, что это может быть связано со мной. А я и так на грани из-за постоянных мыслей о финале Ванессы. Просто гляну одним глазком, что письмо от любовницы или какого-нибудь знатного жениха для Рьяны, успокоюсь и вернусь на праздник. Благо что он скоро кончится...

В коридоре оказался лишь один слуга, возможно, тот самый, который унёс письмо. Я улыбнулась ему и, обернувшись, чтобы нас никто не заметил, с засветившимися глазами повернулась к слуге:

– Вам, полагаю, безумно хочется пить... на кухне нужно попросить воды. Но перед этим обязательно надо проверить сад.

– Верно... — протянул завороженный слуга и развернулся в сторону столовой.

Стоило ли мне использовать на нём магию? Я сейчас очень сомневалась в моём решении проникнуть в кабинет. А если Буше придёт сюда?

Но я уже юркнула в комнату, хорошо, что дверь обычно не запиралась. В крайнем случае, подумала я, и на нём гипноз испробую. Нечего темнить, поглядывая на меня как на главную злодейку вечера...

Конверт лежал на столе. Но чем ближе подходила к нему, тем сильнее стучало сердце от жуткого страха. Ещё бы, я тайно пробралась в кабинет хозяина дома, герцога, друга отца. И планировала сейчас прочесть чужую личную переписку. Надо уйти отсюда, что за глупости я творю?

Поддавшись порыву, я развернулась обратно и сделала несколько быстрых шагов к двери, но всё-таки остановилась. Ведь не успокоюсь, если не узнаю, что там. Так и буду подозревать Буше не пойми в чём. Не лучше ль сейчас убедиться, что накрутила себя из-за одиночества в чужом доме и ощущения всеобщей ко мне насмешливости. Каждый взгляд я теперь встречала враждебно, так ведь не положено.

Будь Ирвинг или хотя бы Теобальд рядом, уверена, мне было бы спокойнее. Но нервы на пределе, надо убедиться, что всё — плод моего воображения.

– Глазком гляну. Кто ж меня поймает?.. — прошептала я, сама себя убеждая, пока медленно поворачивалась к столу вновь и приближалась к нему.

Я осторожно вытащила письмо из конверта и тут же присела на пол, тем самым спрятавшись под столом. Если сюда кто-то и войдёт, я услышу его раньше, чем он меня заметит. Не представляю, правда, как мне потом в этом платье подниматься, но это уже вторая проблема.

Переведя дыхание, всё ещё не веря в то, что занимаюсь этим, я медленно развернула письмо.

"Дорогой друг...

Меня всё больше терзают вопросы, почему в нашем мире так много бесполезных идиотов. Столько денег было потрачено, и всё впустую. Но в этот раз я вложился основательно: второй день лета станет последним в нашей миссии. И собор Святой Августины станет решающей точкой... "

Собор Святой Августины? Вроде, в игре даже была такая локация. Я смутно помню, что там были некоторые встречи с персонажами. Эмили там якобы с детства любила бывать. А ещё... Я поморщилась, но не могла уловить образ, всплывавший в голове. Что-то там с локацией было ещё...

Ну ладно. Потом вспомню.

"Я не скупился на это предприятие, потому прошу тебя покрыть убытки по урегулированию..."

Чёрт! Вспомнила! В соборе Святой Августины произошло то самое масштабное покушение на Эмили, из-за которого пострадал второй по отношению к ней фаворит! Кажется, при правильном выборе действий он получал тяжёлое ранение, а при неправильном даже мог погибнуть. И после того происшествия королевская семья официально объявляет героиню принцессой Арроунда и предоставляет королевскую защиту.

Я припомнила кадры из игры... после того случая сюжет закручивался довольно сильно. Все герои стали участвовать в расследовании, Эмили страдала по раненому (или убитому) фавориту, сокрушалась, что всё это произошло по её вине. К тому же громогласное заявление, что некая дочь барона — наследная принцесса, было встречено с огромным скептицизмом среди знати. Пришлось рыться в вещах в семейном доме Дарроуз, чтобы отыскать всё, что было при двухлетней принцессе в ту злополучную ночь. В лучших традициях бразильских сериалов это оказались пелёнка с гербом Арроундов и маленький кулон с королевским гербом, который умирающая королева Риатта нацепила на дочь, прежде чем рыцарь оставил королеву и бежал с юной наследницей к границам королевства.

И это, как ни странно, сняло все вопросы о том, как Эмили может быть "погибшей" принцессой.

А игра-то была довольно насыщена событиями. Если честно, я запомнила это всё лишь потому, что упрямство заставляло меня перепроходить некоторые ветки много раз, потому что с принцем и его слугой никак не удавалось выйти на идеальные концовки. Я, конечно, и без этого хорошо запоминала всякую бесполезную информацию из игр и сериалов (так бы в своё время запоминать уроки в школе, конечно), но сейчас порадовалась и поблагодарила себя, что перечитывала этот текст несколько раз. Сейчас я хотя бы вижу картину с той стороны, находясь за много километров от событий.

За дверью послышался какой-то стук, и я тут же затаила дыхание. Но сюда никто входить не пытался, поэтому я тряхнула головой и уткнулась в письмо. Надо дочитать и уйти. Сформулирую страшную мысль позже.

"...по урегулированию шума. Твоя идея с Карпиант..."

Что?!

"...твоя идея с Карпиант действительно хороша. Раз союзницы из неё не вышло, фамилия-то всё равно открывает все двери. Всегда можно прикрыться именем. И я уже заметил, что это отлично работает. Я продолжаю пускать лёгкий слушок про нападения из ревности. Этого будет достаточно, чтобы они искали в одном месте, пока мы занимаемся уборкой в другом. Господин А. обещал нас щедро отблагодарить. Его деньги нам и правда пригодятся, когда мы решим воплотить наш многолетний план. Пишу тебе так много, потому что, боюсь, скоро нам придётся реже писать письма.

Будь осторожен и внимателен. Я тоже буду.

Скорее бы всё это закончилось...

С горячей дружбой, М. Бьёрност."

Мне потребовалась минута, чтобы переварить информацию. Я готова была взвыть, но прикрыла рот рукой и глубоко вздохнула.

Как жаль, что здесь нет смартфона! Или вообще хоть какого-либо фотоаппарата. Если бы я могла сфотографировать это доказательство... наверняка герцог чуть позже перечитает письмо и сожжёт его. Что же делать... что же делать...

Сбежать отсюда, пока меня не заметили. Нет, надо как-то сохранить доказательство. Но как это сделать? Похитить оригинал? Нет, Буше наверняка заметит пропажу очень скоро. Настоящее письмо подделать и оставить ему? Да чёрт, если это его старый друг, герцог легко заметит, что что-то не так. К тому же на нормальную подделку нужно время, а у меня его нет. Что же... что же...

Но в голове слишком много каши. Я не знаю, что думать. Не знаю, как расценивать ситуацию. Не знаю, что теперь делать. Только паника заставляла сердце биться сильнее.

Возможно, потом буду корить себя за то, что такая дура, но... я решила положить письмо туда, откуда взяла. Осторожно сложив его и сунув в конверт, я медленно, стараясь не издавать ни звука, вышла из кабинета. Затем галопом добежала до лестницы. Надеюсь, никто не заметил м...

– Госпожа?

– Ах, Трисс... — я резко повернулась к служанке. Та выглядела удивлённой.

– С вами всё хорошо, юная госпожа? Вы так бледны, словно... — она не смогла подобрать подходящего сравнения, судя по её паузе. Но мне было достаточно и того, как плохо я выгляжу.

– Передай, пожалуйста, леди Альвстайн мои извинения, но мне очень дурно. Лягу спать пораньше...

– Принести вам воды или травяного чая, юная госпожа?

– Ничего не надо. Хочу тишины и покоя.

На этих словах я медленно, всей своей мимикой демонстрируя, как я болею, направилась вверх по лестнице. Хоть премию выдавай! Медленно дошла до комнаты и выдохнула только тогда, когда оказалась внутри и могла закрыться.

Боже мой, что происходит? Нет, серьёзно, что происходит?! Альвстайн... Буше Альвстайн финансирует убийство Эмили Дарроуз?! С неким своим другом Бьёрностом? Да зачем им это? Я не просила их о таком, а сами они что? Они знают, что Эмили — наследная принцесса? Откуда?! Об этом ещё не объявляли!

Или погодите... Господин А. обещал их отблагодарить. Кто же это? Влиятельный дворянин, знающий правду? Слишком много в этом мире фамилий на А., даже можно предположить, что сам король Аскондский мог просить их умертвить невесту сына!..

Оу... Вот это был бы поворот. Я нервно усмехнулась своей фантазии. Но вообще-то господином А. может быть, в таком случае, и король Арроунда. И это было бы логичнее, ведь первые попытки убийства были совершены именно арроундскими убийцами. Нашёл себе союзников в королевстве и решил избавиться от угрозы... Такое вполне может быть. Но как они решили прикрываться моим именем?

Голова шла кругом. Я медленно (потому что ещё с огромным трудом. Пожалела в какой-то момент, что запретила меня беспокоить) сняла платье, затем принялась за украшения. Правда, они в какой-то момент так запутались в волосах, что я, и без того ощущавшая нервозность, чуть не вырвала заколки вместе с прядями. Кое-как я переоделась в ночную сорочку и упала на кровать, продолжая размышления, мучавшие меня в течение всего этого времени.

Я старалась связать всё, что знала из игры и из жизни. Пыталась найти что-то, что дало бы мне объяснения, но в голове всё путалось, мешалось, выдавало мне такой бред, что я понимала — надо разложить всё по полочкам на трезвую голову.

И попыталась уснуть. Но беспорядочные мысли всё ещё лезли ко мне в голову, заставляя паниковать от страха и ужасаться неожиданному открытию. Я хотела убедиться, что Буше безобидный, а на деле узнала о заговоре. Страшном заговоре против избранницы принца, принцессы другого государства, главной героини... и, что хуже всего, меня тоже хотят в это как-то впутать. Кто знает, вдруг помимо слухов в ход пойдёт что-то ещё?

Мне надо придумать план...

***

Утро казалось не менее скверным, чем моё настроение. Вроде погода за окном стояла вполне приятная, но у меня складывалось ощущение хмурого неба и ледяного ветра. Благодаря не самому крепкому, но всё же сну, я смогла успокоиться и привести мысли в какой-то порядок. И, лёжа в постели, собиралась расставить всё по полочкам.

Герцог Альвстайн и некий Бьёрност (вот кажется очень знакомой фамилия, но не могу вспомнить ни его титула, ни внешности) участвуют в покушениях на Эмили Дарроуз. Возможно, их подкупили. Возможно, здесь какой-то более глубокий заговор. Эти дворцовые интриги всегда были довольно изощрёнными. Странно только, что в игре про это ничего не было сказано. Либо так хорошо замели следы, либо... быть может, что-то было во второй части игры? Не зря же там действие происходило в доме Альвстайнов.

Я бы хотела на это надеяться, но велика вероятность, что заговор останется тайным. Быть может, когда Эмили официально объявят принцессой, эти двое уйдут в тень. Если так, не хочу вмешиваться в их дела. Но если...

Я бы пустила всё на самотёк. Правда-правда. Мне не хотелось ввязываться в какие-то интриги, ссориться с главой герцогства, в котором мне ещё долго жить и работать. Ну покушаются и чёрт с ним, Ванесса сама в игре так поступала. Но всё же смущало, что они упоминали меня в разговоре. Видимо, сам Буше писал ему что-то обо мне. Но часто ли? Может, они с Бьёрностом что-то ещё против меня затеяли? Если это так, то мне хотелось бы найти эти доказательства, чтобы в случае, если моё имя всплывёт, было чем защититься. Кто знает, они шепнут про ревность, а меня и цапнут! Я почти уверена, что сюжету особого повода не надо. И так уже всякие наёмники и прочие сомнительные личности считали, что за покушениями стоит дочь герцога Карпиант.

Ладно. Решено. Я совершенно не хотела прибегать к подобному, но надо было воспользоваться своим гипнозом против Буше. Только бы он не сжигал письма... тогда я обречена.

Вскоре после своих размышлений мне не без труда пришлось подняться с постели. Служанки привели меня в порядок, помогли одеться. И я, чувствуя, что из-за плохого сна мало что соображаю, спустилась к завтраку. Здесь уже был глава дома (странно, обычно он немного запаздывал), который с озабоченным видом что-то обсуждал с супругой. Но стоило Анабель меня увидеть, как женщина широко мне улыбнулась и жестом остановила мужа. Всё, что я успела услышать, это "Конард" и "не был втянут". Не был втянут в столице... кто? И во что? В ваш с другом заговор?

Но я только приветливо улыбнулась, сделала реверанс, пожелала доброго утра и прекрасного дня, после чего села за своё место.

Наступила неловкая тишина. Похоже, я прервала супругов в разгар очень важной беседы. Но виноватой я себя не ощущала. Тем более, что не прошло и минуты, как в столовую вошли Хэйвуд (снова восторженно меня поприветствовавший и сделавший пару милых комплиментов) и Рьяна, тоже, как и я, сонная и разбитая, хотя и пыталась это скрыть. А у неё что? Так весело провела время на балу или волновалась о возлюбленном?

– Как ваше самочувствие, леди Ванесса? Вчера мне доложили, что вам стало дурно, — произнесла, наконец, женщина, с улыбкой глядя на меня. Ага, вспомнила всё-таки.

– Благодарю вас, уже намного лучше. Поездки по районам герцогства совсем меня утомили... похоже, я ещё не привыкла к такому режиму — столицу я раньше почти не покидала, все проблемы решались в Конарде или совсем близко к нему.

– Понимаю, — Анабель улыбнулась, взглянула на мужа. Тот, похоже, тоже пришёл в себя после разговора, и вёл себя невозмутимо:

– Зато Ирвинг снова рванул с места, не успев отдохнуть. Маги действительно занятые...

– Похоже, это особый случай, — начала я, следя за каждой реакцией мужчины. — Всё-таки маги вынуждены справляться с огромным наплывом наёмников и убийц. Мало того, что банд стало больше, они ещё и покушения на аристократов совершают...

– Вы правы, — спокойствию Буше можно только позавидовать. У него ни один мускул не дрогнул, словно он и правда тут ни при чём. — Надеюсь, скоро всё это закончится.

– Конечно, гильдия и рыцари обязательно со всем разберутся.

Я лучезарно улыбнулась ему. Старалась держать свой тон совершенно отстранённым, но мне казалось, Буше чувствовал, насколько я в курсе его связи со всем этим. Надеялась, конечно, что у меня просто паранойя...

Далее наш завтрак прошёл с менее двусмысленными диалогами. Все обсуждали планы на ближайшие дни, обговорили произошедший вечер, поделились новыми знакомствами, слухами. На самом деле, несмотря на моё жуткое открытие о двуличности Буше, мне нравился этот дом и семья... даже захотелось всей душой, чтобы они не сильно пострадали от действий главы дома. Что бы там ни случилось, пускай Рьяна, Хэйвуд и без того слабая здоровьем Анабель проживут спокойно.

От этих мыслей я вновь засомневалась, стоит ли мне углубляться в дела Буше. Но упрямство Юкико и гордыня Ванессы твердили: стоит. Если бы они не пытались использовать меня в своих гнусных планах, я бы оставила их самим расхлёбывать эту кашу. Но я иду по тонкому лезвию, где рискую свернуть на дорожку с казнью в конце. Не для того я старалась делать всё наперекор канонной Ванессе, чтобы так глупо проиграть сюжету.

***

После завтрака я уделила немного времени Рьяне: мы сели за вышивание, поподробнее обсудили кавалеров (хотя какой в этом был смысл, когда для неё Ирв вне конкуренции? Ну хоть сошлись на том, какой мерзкий Скуацилла). После я покинула её, сославшись на то, что хочу изучить новые гильдийские дела. Сама я прошмыгнула в коридор, уточнила у одной из служанок, в кабинете ли Буше, попросила его аудиенции.

Сначала я планировала притвориться, что передумала и готова с ним сотрудничать (когда-то он предлагал мне помощь, как я поняла на свежую голову, с местью Эмили Дарроуз), но отбросила эту затею — когда я им, по сути, нужна в качестве приманки, вряд ли они будут посвящать меня в детали своих коварных интриг. Так что я решила полностью скрыть, что заинтересована в этом деле. И придумала другой план. Жаль только, я не могу точно знать, насколько он надёжен — с каждой минутой мне всё больше казалось, что времени в обрез, а опыта в таких опасных интригах даже Ванесса не имела.

Когда я вошла в кабинет, начала с нейтральных тем: о самочувствии мужчины, о моей ему вечной благодарности, что приютил; о том, как я надеюсь, что Альвстайны будут радовать меня своим присутствием на званых ужинах, когда я перееду в особняк, купленный для меня отцом. А затем, надеясь, чтобы меня посчитали хотя бы дурой, но уж точно не подозрительной, с задумчивой улыбкой заговорила:

– Знаете, мне сегодня приснился такой страшный сон... словно я затеяла тайную переписку с подругой из столицы. Она рассказала мне в одном из таких писем, что близится свадьба дочери барона Дарроуз и принца Аскондского. И вот мы решили с ней действовать, придумали план, как убить эту выскочку-разлучницу... все письма я, помнится, сожгла, чтобы избавиться от улик. И вот мы пробрались во дворец, но убийство провалилось. Уж и не помню, почему... Нам удалось сбежать и сделать вид, что мы даже не знали о происшествии, но... — я тяжело вздохнула, стараясь придать виду побольше печали. — Но вскоре моя подруга обвинила меня в покушении на невесту принца. И в качестве доказательства показала одно из писем нашей переписки, где я была выставлена в самом неприглядном свете. Я пыталась защититься, но доказательства, что подруга тоже виновна, были сожжены. И меня взяли под стражу, — в этот момент я взглянула на мужчину как бы между прочим. Но он с вежливым интересом слушал, что я говорила, а когда понял, что я закончила, покачал головой:

– Действительно, страшный сон...

– И вот я подумала. Если я планирую интриги, то, по логике, должна уничтожать компрометирующие меня документы. Но, выходит, не выгоднее ли их хранить, чтобы в случае чего они могли стать моей защитой или оружием? Я так юна и неопытна, пускай и жила бОльшую часть своей жизни в столице, — я смущённо опустила глазки, а затем снова взглянула на собеседника, желая придать лицу максимально невинный и просящий вид. — Мои родители так далеко... А вы мне стали словно отец, лорд Буше. Этот сон очень меня обеспокоил. Пожалуйста, дайте мне отцовский совет, как в таком случае стоит поступить? Как бы вы поступили? Пускай это лишь дурной сон, но в жизни может произойти всё что угодно. Я хочу понять, как мне жить в этом мире...

Мужчина задумался. Не знаю, что творилось сейчас в его голове, но я надеялась, что он не воспринимает меня как угрозу и скажет всё максимально честно. Если он поделится своим опытом, то я буду понимать, как именно должен звучать мой приказ... и имеет ли смысл вообще его отдавать. Ведь если он уничтожает...

– Надёжно прятать.

– А?

– Я всегда считал, что любая переписка или вещь может стать оружием как против меня, так и в мою защиту. Потому я всегда надёжно прятал всё, что могло бы сыграть роль в моей безопасности. Рекомендую вам всегда иметь под рукой, но надёжно спрятать всё, что может вам навредить. Однако будьте осторожны, если это кто-то случайно найдёт, вы рискуете сильно пострадать.

– Ох... — насколько же ты сам следуешь этому совету, интересно? — А где вы прячете свои документы, чтобы они не попались кому-то случайно?

Мужчина коротко рассмеялся на мой наивный вопрос. Но этого я и ждала.

– Леди Ванесса, не стану я вам отвечать на такое. Разве вы бы поделились со мной своими секретами? Не поймите меня превратно. Конечно, я вам доверяю, ведь мы с вашим отцом давние друзья. Я бы никогда не причинил вред ему или его семье. И надеюсь, что смею ждать того же от него...

Это звучало весьма... красноречиво. Но тут-то я и подловила тебя, старый ты прохвост. Не причинил бы ты вред дочери друга? То-то, я смотрю, пытаешься все стрелки на меня перевести, если дело запахнет жареным в вашем с Бьёрностом плане. Но я не показала, что скептически воспринимаю слова мужчины. Улыбнулась, коротко рассмеялась, прикрыв рот ладошкой.

– Ах, право, простите мне мою девичью глупость! Конечно, я очень жду, что скоро мы станем одной семьёй, поэтому будет правильно, если наши тайны останутся при нас. Просто мой недостаток опыта... в любом случае, спасибо за ваши ценные советы, лорд. Я буду беречь их в своём сердце.

– Всегда рад поучить молодёжь жизни.

Мужчина снова коротко рассмеялся, пока я шла к двери. А я, дождавшись, когда он взглянет на меня, спокойно улыбнулась.

– Тогда не отвлекаю вас от дел... — я открыла дверь, не сводя взгляда с мужчины, а после мир вокруг стал непривычно ярким. — А всё-таки покажите мне ваш тайник с письмами от Бьёрноста.

Мужчина смотрел на меня какое-то время словно оцепеневший. Я уж начала бояться из-за этого промедления, что моя магия разрушится или не сработает вовсе (вдруг на нём защитный амулет), и меня в лучшем случае прогонят из дома. Но он поднялся и медленно пошёл по комнате. Я тут же заперла дверь в кабинет, чтобы мою магию никто посторонний не сбил. Ну и чтобы никто не увидел, каким преступлением я здесь занимаюсь.

Затаив дыхание, я наблюдала за действиями герцога Альвстайна. Мужчина медленно прошёл вдоль стены, где стояло два массивных книжных шкафа, а между ними висела небольшая картина с коршуном и волком. Ага! А за картиной тайник? Но нет, мужчина опустил руку под картину и постучал по одной из досок, та подалась вперёд и открылась. О-о-о, потайное место в стене!

Но в открывшемся мне пространстве я видела лишь каменную кладку. Здесь пусто или письма спрятаны на полке ниже?

Однако последующие действия герцога удивили меня ещё больше. По одному из камней он провёл рукой, вырисовывая непонятные символы. И камень вдруг превратился в небольшой чёрный ларец, который мужчина бережно вытащил из стены. Когда герцог повернулся ко мне, я смогла получше разглядеть шкатулку, украшенную драгоценными камнями и витиеватыми узорами, сплошь зелёными, как из изумрудов. А ещё на ней были какие-то письмена, светящиеся тусклым светом.

– Неужели это... один из ларцов горных магов Арр-шен-Ора?.. — прошептала я восхищённо, зачарованный моей магией мужчина медленно кивнул.

Маги горы Арр-шен-Ора, принадлежащей далёкому королевству Орриуэн, были известны во всём мире своими непревзойдёнными шкатулками и ларцами. Красота, качество, дороговизна и волшебные свойства их особо ценных творений пользовались восхищением как магов, так и просто знатных богачей, коллекционеров. Ларец, вроде того, что я видела перед собой, был необычайно редким — насколько мне известно, всего четыре таких существовало в мире. Они способны были сливаться с внешней обстановкой, маскируясь под обычные вещи, а также открывались лишь хозяином или его представителем. В данном случае, полагаю, нужно было знать невидимый пароль, чтобы шкатулка вернула свой первоначальный вид. Но...

Я попыталась открыть тайник Буше, но ларец был плотно закрыт.

– Откройте, — отдала я новый приказ, и герцог медленно поставил ларец на креслице, затем поднёс свой перстень к замочной скважине. Действительно, случайно не добраться! Послышался щелчок. Я смогла открыть крышку и увидела явно немаленькое количество писем, сложенных в несколько аккуратных стопочек. На самом верху одной из таких лежал уже знакомый мне вчерашний конверт. Бинго!

Осталась самая страшная часть... Хоть бы сработало...

– Самое время вам забыть всё, что произошло после того, как я постучалась в ваш кабинет. — обратилась я к герцогу, опасаясь, что скоро мой гипноз перестанет действовать. — А ещё взять свою дорогую супругу и отправиться с ней на прогулку — в последнее время она слишком бледна. Вы очень волнуетесь за её состояние. Свежий воздух будет ей полезен.

Герцог застыл. Я действительно испугалась, что переоценила свои способности, дала слишком много приказов одному человеку за раз, держала его под гипнозом больше положенного... пускай и практиковалась во время миссий, от уровня оригинальной Ванессы Карпиант явно отставала. Но вскоре Альвстайн кивнул и медленно вышел из кабинета. Я постояла так с минуту. Перевела дыхание.

А затем подхватила ларец и быстро подбежала к двери. Выглянула. Чуть не попалась на глаза одному из слуг, но тот меня, хвала богам, не заметил.

В перебежках от кабинета Буше до своей комнаты я вспомнила все стелс-игры, которые когда-либо проходила. Беда, правда, была в том, что мне пришлось минут десять прятаться под лестницей, потому что жертва моего гипноза и его приятно удивлённая супруга очень долго торчали вместе со слугами в холле, собираясь на неожиданную прогулку.

Кое-как я всё же добралась до комнаты, вроде бы никем не замеченная. Тут же щёлкнув замком, я осторожно поставила ценный ларец на кровать и присела на пол рядом. Да уж, у Буше губа не дура. Неудивительно, что он не стал рассказывать мне про свои способы прятанья вещей. При всём желании я сама не отыскала и не открыла бы этот тайник! Как мне повезло, что моё тело обладает столь удобной способностью! И как вовремя я смогла освоить эту способность до уровня прежней Ванессы (или мне просто повезло, но какая разница?).

Осталось лишь понять, почему Буше скрывает свои секреты настолько тщательно: слишком ли страшные тайны или он просто параноик?

Я сделала глубокий вздох. Чёрт, если так притормозить на минутку и поразмыслить, я творю какое-то безумие. Ни с того ни с сего лезу в личные дела человека, приютившего меня в своём доме, предоставившего защиту и рассматривающего меня в качестве будущей невестки. С моей стороны это настоящее преступление! Ну пускают они слушок, что я ревную Роланда к Эмили, что такого? И без них все об этом думают: согильдийцы, аристократы... Ирвинг в своё время тоже меня в этом упрекал! Ничего странного...

В нерешительности я поднялась с пола, сделала несколько шагов туда-сюда. Надо вернуть ларец. К чёрту эти авантюры...

Но что-то меня останавливало. Что-то подсказывало дойти до конца. И в результате нескольких минут терзания я махнула рукой и снова села перед ларцом. Была не была! Я уже совершила страшное — использовала гипноз в корыстных целях. Если это вскроется и меня выгонят из поместья, то хотя бы будет заслуженно...

Осторожно вытащив из стопки случайную сложенную бумагу, я всмотрелась в отправителя. Снова Бьёрност.

"Дорогой друг,

Всё пропало! Мои люди наконец нашли пропавшую принцессу. Шпионы господина А. уже спешат сообщить ему. Считавшаяся мёртвой Вертэнди II ди Арроунд преспокойно воспитывается в доме барона Дарроуз. Более того, если верить моей дражайшей супруге (а ты знаешь, как она хороша по делу слухов! Чудо, а не информатор), юная девушка в последние месяцы у всех на виду: очаровательная леди с редким даром уже завела множество друзей, в том числе из королевской семьи.

Это может слишком усложнить дело. Если девушка знает о своём происхождении, это может изменить вообще всё! Что ты думаешь по этому поводу? Напиши мне, ты всегда мог найти блестящее решение в подобных делах.

С горячей дружбой, М. Бьёрност."

Я зависла. Судя по всему, это письмо с тех времён, когда у Эмили ещё не вышла на романтическую линию с кем-либо из фаворитов, но в ней были заинтересованы. Интересно, за сколько времени до первого покушения это было написано? И снова некий господин А.

Я достала следующее за этим письмо. И, как я и думала, оно было написано датой раньше.

"Мой славный друг,

Как чудесно! В столичной гильдии традиционный праздник весны. Празднует ли ваша гильдия это событие?"

Я поморщилась, пытаясь сопоставить события. Праздник весны отмечался в начале марта, значит, если вспомнить игру... кажется, Эмили поступала где-то зимой? Не помню точный месяц, но к празднику произошли некоторые ключевые сюжетные события: героиня поступает, начинает дружить с Роузи (главной героиней второй части, хотя это не точно), идёт на совместное задание с принцем и его слугой, расследует тем самым первое дело... и, кажется, где-то к концу зимы впервые сталкивается с ревнивой Ванессой Карпиант, не простившей, что какая-то девица помогала принцу в расследовании. Ах, приятно помнить последовательность событий. Правда, детали я уже не назову, но... интересно, о чём мужчины секретничали в это время.

"...Я слышал, сейчас для многих бал — это не только повод повеселиться и завести новые знакомства, но и продемонстрировать свои магические таланты. Ирвинг и Реджинальд не собираются к нам? Слышал, твой старший сын уже обручился с леди Анабель Ристат. Говорят, неописуемой красоты девушка. Поздравляю от всей души. Надеюсь, скоро и Ирвинг остепенится и присмотрится к леди Рьяне. Она у тебя хотя и юна, но страсть как хороша. Тебе бы перестать уже скрывать этот цветочек дома, иначе как Ирвинг сможет её разглядеть? Впрочем, мальчик от тебя зависим, так что я понимаю, почему ты спокоен — всё равно на ней женится, если ты скажешь..."

Вау, Буше с другом на полном серьёзе обсуждали женитьбу его воспитанника и дочери?

От этой мысли я вдруг почувствовала себя неуютно. Мне бы радоваться за Рьяну, ведь для неё это было бы настоящим счастьем. Просто Ирв ведь... Я начала было представлять их вместе у алтаря, держащихся за руки и дававших клятву. Но рядом с искренне улыбающейся Рьяной я видела только Ирвинга, женившегося, "потому что сказали". И его образ в этой сцене заставил всё внутри меня сжаться... Тут я вскрикнула, потому что из-за раздумий до боли дёрнула серьгу. И-та-та-та... Вот уж не думала, что привычка Ванессы теребить украшения может быть опасна для ушей. Однако это меня отрезвило.

Так что я мотнула головой, не желая думать о лишнем. Сейчас не до этого. Ведь за грустью последовали сильное удивление и непонимание. Зачем герцогу беречь свою благородную дочь ради безродного воспитанника? Каким бы хорошим ни был Ирвинг, он всё ещё не может тягаться с выгодными по социальному статусу партиями. И это казалось диким со всех сторон: дочь герцога и безродный юноша, хотя и взят под крыло семьи. Да, Буше казался заботливым отцом и, возможно, я сужу по своему мерзкому бате, но стал бы герцог выдавать дочь за такого человека? Даже богатый барон — более выгодная партия, чем какой-то там воспитанник без рода и племени, которому не светит ни наследство, ни земли... Пускай мы и шутили про свадьбу Ирва и Рьяны в своем маленьком дружном кругу, однако шутить — одно дело. А здесь даже Бьёрност уверен, что этим двоим суждено пожениться...

Ох, хотелось бы мне позавидовать отцовской любви Буше в сравнении с моим отцом, но подозреваю, что опыт не зря заставляет меня усомниться в искренности Альвстайна.

Я пробежалась взглядом по письму дальше, но там мне не объясняли, почему два друга говорят о возможной женитьбе дочери герцога и его воспитанника. Скорее, просто обсуждались дворцовые новости и события, интриги и слухи. Скука. Я отложила письмо и взяла следующее. Оно явно было написано до поступления Эмили в академию. В нём, как я поняла, Бьёрност поздравлял Реджинальда и Ирвинга (точнее, их отца) с возвращением в родное герцогство после обучения в Центральной гильдии, сватал свою племянницу за Реджинальда, приглашал к себе в гости. Единственное, что меня смутило в том письме, это его слова: "Я ведь хочу наладить отношения с твоими старшими детьми. Как-никак я тоже играл большую роль в их судьбе, особенно судьбе Ирвинга, если ты не забыл, мой старый верный друг".

Слишком много о герцогском воспитаннике. В мою голову закрадываются сомнения, но я никак не могу понять, какие. Может, на самом деле, Ирвинг — сын этого Бьёрноста? Внебрачный, от какой-нибудь фрейлины или торговки фруктами. Вот тот, сбагрив на друга своего бастарда, изредка проявляет интерес к его жизни?

Но как-то не сходилось.

Я вздохнула и достала письмо из серединки другой стопки. Я думала, там Бьёрност будет поздравлять друга с рождением кого-нибудь из детей и снова заикнётся про Ирвинга, но всё оказалось намного печальнее.

"Дорогой друг,

Ликуешь ли ты или плачешь? На всю столицу поднялся шум: сын короля разорвал помолвку с дочерью герцога Карпиант. Говорят, из-за её недостойного поведения. Даже моя дражайшая супруга удивлена, а ведь она знаток светских сплетен. Но что же здесь поделаешь... Королевская семья уже пообещала лорду Ульрику достойную компенсацию за необдуманные поступки принца. Но какое нам дело до этого чванливого старика? Лучше расскажи мне, не передумал ли ты о судьбе своей милой дочери? Я бы предложил королю двух своих прекрасных дочурок, но я всего лишь граф и не могу перепрыгнуть выше головы. Однако ты, мой дорогой герцог, можешь попробовать. Ещё неизвестно, что выйдет с Арроундом, а здесь можно и попытаться. Разумеется, я готов помогать тебе всеми силами, зная, что ты не забудешь меня в трудную минуту.

И пусть тебя не смущают слухи о заинтересованности принца в дочке барона Дарроуз. Господин А. уже написал мне, что совсем скоро девушку навестят его убийцы..."

Вот так прочитаешь чужую переписку и узнаешь много всего интересного! Жаль только, что я не могу увидеть ответов Буше. Интересно, что он планировал? Ведь к этому времени я уже должна была направляться к нему в гости, если не ошибаюсь. И всё же их игры и интриги меня сильно напрягают. Такое ощущение, что у них для каждого подготовлен свой план.

Я достала ещё пару писем. Там обсуждались мелкие вопросы касательно Эмили. Бьёрност сообщил другу, что нападение на неё провалилось, но, пока никто не знает о причинах, нужно действовать и нападать. Последнее письмо меня особенно заинтересовало, ведь в нём граф подробно и в красках расписывал гнусную натуру дочери герцога Карпиант. В конце он добавил, что "её чувства можно использовать на благо общего дела". Я припомнила тот странный разговор с Буше, когда он выказывал понимание моему возможному желанию мести, а также убеждал изо всех сил, что окажет мне поддержку в начинаниях. Благодаря этим письмам всё встало на свои места. Хах, в игре, наверное, всё пошло по их плану. Представляю, как тут они расстроились, когда я отказала! Теперь мне стало ещё более любопытно прочесть, как сильно бушевал герцог Альвстайн после того, как я послала его вместе с предложением мести.

Самодовольно усмехнувшись, я достала следующее письмо.

"Дорогой друг,

Не перестаю восхищаться твоим коварством! Именно потому я и считаю, что такие как ты достойны быть правителями или отцами правителей! Когда ты написал, что девчонка отказалась, я был в гневе и отчаянии. Я уже представлял, как эта глупая курица своими тоненькими ручками закопает себя в интригах и убийствах. В конце концов, её способность и правда очень полезна, с ней мы могли бы до самой Эмили Дарроуз добраться в два счёта!..»

Ха! Почувствуйте разочарование, что всё пошло не по вашему плану. Хотели воспользоваться разбитым сердцем гордой девушки и заставить плясать под свою дудку? Ну что за подлецы? Я рада, что не пошла по сценарию игры. Теперь, выбрав совершенно правильный вариант ответа, я смогу обойти плохую концовку. Приятно видеть тому подтверждение.

Я жадно впилась в последующий текст, но улыбаться дальше желание резко пропало.

"..Однако ты, мой славный друг, непризнанный гений, смог даже это повернуть в свою пользу! Никогда бы не подумал, что можно пойти по такому пути! Ха! Нанимать убийц через её имя! А ведь когда-то и я занимался подобным, как же эту старую хитрость можно было забыть?

Знаешь, я передам эту информацию господину А., он наверняка найдёт этому применение. Он уже однажды обмолвился в одном из писем, что нанял сильного мага-контрактора, чтобы ни один из пойманных наёмников не смог выдать тайну и личность нанимателя..."

Минуточку. Я взглянула перед собой, пытаясь сопоставить имеющиеся знания. В Турайне Эйн и Атилл говорили же нам об этой проблеме. Вот оно как. Значит, это и правда часть заговора. И если господин А. — король Арроунда, тогда мы думали в верном направлении. Ничего удивительного, что аристократы не хотели бы, чтобы их личности раскрыли.

Это заставило меня тяжело вздохнуть. Всё сводилось к попыткам убить Эмили. Но плевать. Что там дальше?

"...В нашем нелёгком деле это истинное спасение! Мы тоже пустим слух о том, что наши люди работают на леди Ванессу Карпиант, уведём от себя подозрения, спрячем имя истинного заказчика за ширмой. У кого возникнут вопросы, если даже чернь знает про любовный треугольник принца с дочерьми герцога и барона? Ах, как же прост, кажется, наш план, когда я пишу его тебе... А ведь до того, как прочесть твоё письмо полностью, я был вне себя от гнева! Зато сейчас как подумаю об этом, сердце сжимается от сладостного чувства предвкушения.

Я продолжу финансирование нападений в столице, но маги гильдии слишком ловко отлавливают наёмников. Пожалуйста, дорогой друг, позаботься о достаточном количестве этих головорезов. От гор Турайна до Конарда километров много, а времени мало! Мы должны успеть, пока личность девицы не установлена..."

Я внутренне похолодела и закрыла глаза, чтобы уложить полученную информацию в голове.

Не пошла по сценарию игры, говорите? Обойду плохую концовку?..

Теперь очевидно, почему наёмник в Лиссе обещал сделать всё в лучшем виде. Точнее, я и раньше могла бы догадаться, но как поверить, что кто-то всерьёз будет использовать моё имя? Всё это время я, выходит, думала, что иду параллельно нападениям, но на самом деле была втянута в гущу событий.

Осознание этого оказалось самым страшным для меня. Герои всё равно рано или поздно выйдут на меня, так? И меня в любом случае казнят.

От этой мысли я так сильно расстроилась, что сжала письмо и невольно заплакала. Столько стараний было впустую! Очищала свою репутацию как могла, терпела унижения и бойкоты в надежде, что в будущем всё зачтётся. А толку? Эти интриганы, сами спонсировавшие убийства долгое время, вероятно, сбегут с чистыми ручками!

От навалившегося на меня расстройства и усталости, иначе это не описать, я проплакала несколько минут. Как же горько... как теперь объяснить миру, что мне хотелось лишь новую долгую жизнь? И почему моя роль — злодейка Ванесса Карпиант? Которую так легко впутать в интриги, зная лишь имя и репутацию...

Но после нескольких минут такого самобичевания я резко ударила себя по щекам:

– Минуточку, глупая ты курица!

А ведь иначе себя точно не назову. Чёрт побери, я же имею у себя на руках все доказательства! Более того, могу начать даже шантажировать Буше: если он хотя бы пикнет про меня, я продемонстрирую письма!

Впрочем, чуть подумав, я поняла, что вряд ли смогу грамотно шантажировать Буше. Зато могу... могу прямо сейчас предупредить ребят в столице о заговоре. Уверена, что если даже они не смогут предотвратить покушение второго июня, хотя бы поймут, в каком направлении им можно двигаться. И по крайней мере будут раньше всех предупреждены, что слухи обо мне — ложь.

С этой мыслью я тут же села за письменный стол, достала бумагу, чернила, обдумала, что напишу.

"Дорогой друг..."

Кхм, перечитала писем Бьёрноста.

Я зачеркнула написанное и ниже набросала, раз уж всё равно испортила бумагу, черновик. Затем взяла чистый небольшой лист и вывела короткий, но, надеюсь, вполне актуальный к тому времени текст. И почему я не сделала этого вчера вечером?! Ведь ещё тогда было понятно, что готовится покушение на Дарроуз, в которое и меня втянуть хотят!

"Ирвинг,

Большая беда, не спрашивай меня ни о чем, доказательства своим словам я предоставлю позже. Просто поверь тому, что сейчас скажу.

Во второй день лета в соборе Святой Августины на Эмили Дарроуз планируется покушение. Имена причастных сообщу позже. Прошу лишь об одном. Не верьте слухам. Вы можете услышать, что я желаю Эмили Дарроуз смерти и именно я наняла этих убийц. Но это абсолютная ложь. У меня есть доказательства, что меня подставили. И я беспокоюсь, что после покушения всё выйдет на меня. Не знаю, свидимся ли мы в этом случае, но прошу вас с Эмметтом, не верьте хотя бы вы. Что бы вам ни говорили, какие бы доказательства ни привели. Повторяю, то, что я желаю Эмили Дарроуз смерти — ложь.

И будьте осторожны. Сами не попадите под шальную стрелу, эти наёмники очень профессиональны, кто-то обязательно пострадает...

В. Карпиант"

Я быстро свернула письмо, склеила его и подписала. Затем осторожно вышла в коридор и попросила одного из слуг передать это письмо гонцу гильдии. Чем раньше письмо дойдёт до Ирвинга, тем лучше. Слуга молча поклонился мне и исчез за дверью.

А сама я принялась ходить по дому туда-обратно, чтобы успокоиться. В какой-то момент меня окликнул Хэйвуд:

– Леди Ванесса?.. Не желаете в гостиной выпить чаю со мной и Рьяной? Пока родители уехали, было бы чудесно...

– Ах, простите, — я была слишком взволнована, чтобы сейчас отвлекаться на этих двоих. — Я всё ещё дурно себя чувствую... вышла прогуляться на пару минут, но снова ощущаю необходимость прилечь...

– Позвать для вас лекаря? — было приятно видеть, как вышедшая к нам Рьяна казалась искренне взволнованной. Но я покачала головой:

– Не стоит. Уверена, этот пустяк пройдёт сам...

И, проводив детей Альвстайнов взглядом, я стала медленно подниматься по лестнице. А затем резко замерла от ужасного осознания. Господи, почему умные мысли иногда приходят постфактум?! Я совершенно не подумала о том, что слугам Альвстайнов доверять нельзя! В доме, где меня подозревали в возможной любовной связи с Ирвингом какова вероятность, что письмо попадёт в нужные руки? Не хочу параноить из-за всей этой ситуации, но что, если слуга помедлит с передачей письма? Дождётся и расскажет своему господину? А ведь может рассказать. Спросит, как быть с письмом... и тем самым вызовет у герцога лишние подозрения на мой счёт. А если Буше догадается?!

С этой мыслью я быстро направилась к себе. Мне нужно было успокоиться, потому что сердце в панике стучало так, словно вот-вот остановится. В голове вертелось столько страшных сценариев, было такое жуткое разочарование в своей борьбе с сюжетом, что я ощущала себя слабой, жалкой, очень глупой.

Сейчас то письмо для Ирвинга всё больше казалось мне ошибкой. Но с другой стороны, не знаю, что теперь будет. Что изменилось, что осталось прежним? Каким будет сюжет? Как в игре? И тогда меня казнят? Или я успела всё-таки что-то изменить, и теперь у меня есть шанс?

Я попросила Трисс принести мне травяной ромашковый чай в библиотеку, где уединилась, чтобы успокоиться и отвлечься за чтением. Ларец с письмами спрятала под кровать и в комнату свою запретила пускать любую живую душу.

Думаю, мне теперь остаётся только ждать исхода... насколько я помню, после покушения в соборе должно пройти от силы несколько дней, чтобы концы привели к Ванессе Карпиант (во всяком случае, в игре было так). Вот только всё у них развалится, ведь меня в столице, в отличие от игрушки, не будет. Тогда доказать мою причастность будет сложнее. А если попробуют, у них нет против меня доказательств, кроме слухов, зато у меня есть письма Буше.

Я с улыбкой человека, ощутившего, что он смог ухватиться за плавающую досочку, а потому у него есть шанс на выживание, просидела в мягком кресле библиотеки и медленно попивала чай, пытаясь успокоиться и привести нервы в порядок. Главное, чтобы Буше в ближайшее время не полез в свой тайник. Хотя даже если он туда и залезет, догадается ли, кто похитил его сокровища? Хотелось бы верить, что он действительно забудет, что я к нему даже заходила. И особенно наш с ним разговор.

Спустя час или полтора, когда мои мысли полностью успокоились, я, отбившись от волнений настойчивой Рьяны (так не вовремя она меня заметила!), направилась к себе, снова заперлась и старалась отвлечься от ларца под моей кроватью. Достала листовки с заданиями гильдии и пыталась их какое-то время изучить. Но мысли всё возвращались к письмам. Затем я, плюнув на это дело, решила придумать, куда спрятать моё сокровище. Быть может, закопать в саду? Но рискованно — свежевскопанную землю заметят быстро. Спрятать здесь? В чужом особняке будет сложнее. Если Буше заметит пропажу и будет искать, вероятность, что вещь обнаружится в его собственном доме велика и опасна. О! Отвезти в свой особняк! Всё время про него забываю. Блистательный план.

Недолго думая, я достала большой дорожный сундук, приготовила несколько вещей, которые якобы отвезу в свой новый дом, чтобы там оставить. Затем залезла под кровать и достала ларец с письмами Буше. Какое-то время смотрела на него в нерешительности и уже хотела было положить в сундук, но любопытство Юкико оказалось сильнее, и я, не вставая с пола, достала ещё одно из писем. Раз уж я начала читать, может, мне стоит узнать совершенно все их планы? Пускай и только через письма Бьёрноста, но у меня будет несколько козырей против главы дома Альвстайн.

Все сообщения времён появления Эмили в гильдии были посвящены в основном обсуждению планов, финансирования, вербовки наёмников. Потом я начала читать дальше, стало интересно, что ещё задумывали когда-то эти двое. Там письма уже были пореже, видимо, они раньше не так часто обсуждали компрометирующие темы. Я бы так и закинула в конце концов это дело, потому что всё было посвящено то детям Буше, то событиям в Арроунде (в частности они обсуждали переворот и нового короля, "погибшую" Вертэнди). Но более старые письма... я уже пробегалась по ним глазами, скучающе понимая, что они подставляли ещё парочку всяких дворян. Ну этим и мой отец занимался. Его они тоже часто вспоминали. То хвалили, то, что забавно, долго ругались на то, как ловко он добился помолвки принца и своей дочери. Ещё и манера письма Бьёрноста мне не нравилась: он так подробно расписывал и повторял планы по обману, захвату, подставам и прочему, что у меня сложилось ощущение, будто собеседник Буше искренне наслаждается каждой задумкой своей или друга. Так же подробно он расписывал лишь свои восхищения Буше. Подлиза... Пора прекращать читать этот бред, подумала я, разворачивая последнее для меня письмо, но тут мои глаза зацепились за интересную строчку: "...как он? Уже год прошёл, как мои люди доставили тебе мальчика. Кстати, мне нравится это имя. Ирвинг. Звучит просто, но, главное, совсем непохоже на..."

Мои глаза расширились от жуткого осознания, до которого я бы не хотела доходить в этой жизни, пожалуй, никогда. Дочитав до конца, я порылась в ларце, но ничего из искомого не нашла.

– Да нет... бред... такое ведь только...

Я перечитала письмо ещё раз. И потом ещё. Закрепила четвертым разом (ну а вдруг в первые три мне просто показалось!). Но нет...

Быть не может! Такое только в книгах да сериалах бывает. Но я... Я, не успев даже сообразить, что делаю, тут же подскочила к столу и села писать Ирвингу ещё одно письмо. На этот раз оно было ещё более короткое. О Буше. О том, что он хранит слишком страшные тайны, о которых Ирвингу, я уверена, лучше узнать пораньше. Попросила его возвращаться в Альвст как можно скорее — плевать на Эмили Дарроуз, она всё равно не умрёт. Но есть кое-что, что до полной заварушки воспитанник Альвстайнов должен узнать как можно скорее.

Я запечатала письмо в три небольших конверта — для надёжности. Прижав свёрток к груди, в каком-то беспамятстве выбежала из комнаты и в нерешительности металась по коридорам. После выскочила на улицу, размышляя, что это письмо точно никому из слуг не отдам, доверять могу только себе и, быть может, совсем немного тому, кто способен своей силой уничтожить любого, кто встанет на его пути.

– Миледи, мне сообщили, что вы пропустили обед. С вами всё в порядке? На вас... лица нет...

А вот и он! Я с улыбкой повернулась к рыцарю Теобальду. Мысль о том, что глава стражи Альвстайна — не самый надёжный человек для меня, а также сомнительный в возможности покинуть особняк надолго, в те минуты не промелькнула в моих мыслях. В голове стоял такой туман от навалившейся сегодня информации, что, пожалуй, очень скоро мне предстояло пожалеть о своих сегодняшних поспешных решениях. Но сейчас видела в добром старом рыцаре единственного, кто мог мне помочь. Я подскочила к нему и свободной рукой взяла его покрытую морщинами и мозолями руку.

– Миледи?

– Сэр Теобальд! Всё то время, что я находилась в герцогстве, вы оберегали меня и наставляли. Без вашей защиты, умиротворяющего присутствия я бы, скорее всего, сошла с ума или впала в отчаяние в первые дни моего пребывания здесь!..

– М-миледи?.. — кажется, мои слова немного сбили мужчину с толку. Но я, не буду лукавить, этого и добивалась.

– Я благодарна вам до такой степени, мой дорогой рыцарь, что могу с уверенностью заявить вам. Вы — спаситель моей жизни! Именно поэтому я не могу обратиться к кому-либо ещё, помимо вас. Как бы это ни звучало дико, неправильно... как бы это ни было запрещено для вас — покидать герцогство из-за прихоти глупой юной девушки, но я молю вас! — я выдержала паузу, опустила взгляд, словно не решаясь продолжить (надо ведь, помимо надрывного голоса и наполненных слезами глаз придать своему виду максимальное отчаяние), резко вытянула руку с письмом. — Я не могу надеяться на кого-то ещё! Не могли бы вы отвезти это письмо в столицу как можно скорее?

Повисла напряжённая пауза. Кажется, мужчина не до конца понимал, что происходит. Или не знал, как мне отказать. Я снова опустила глаза:

– Сэр Теобальд... я узнала кое-что, от чего зависит человеческая жизнь. Нет... даже не одна. Несколько человеческих судеб. Я прошу вас, передайте это письмо Ирвингу, пока не случилось что-то ужасное.

– Миледи, я не могу покинуть...

– Знаю, но всё же осмелюсь снова попросить вас! Понимаю, что для вас я всего лишь гостья, которую вам велено защищать да присматривать за ней, но дело действительно серьёзное. Я бы... я не побоюсь сказать, что государственной важности!

Мужчина замолчал. И молчал долго, обдумывая все за и против. Я с мольбой следила за его лицом, надеясь, что он согласится.

Чёрт, если бы могла применить на нём гипноз, было бы намного проще, но... слишком много сил и приказов ушло на Буше, сейчас даже не могу толком воззвать к магии — глаза начинают слезиться. С одной стороны, это прекрасно, ведь теперь Теобальд видит только несчастную, готовую вот-вот разрыдаться девушку, а с другой, даже если он откажется, я переживу. Но вот если он донесёт об этом Буше...

– Я должен просить разрешения у господина.

– Сэр Теобальд, я всё ему объясню! Именем дочери герцога Карпиант! Поверьте, я первым делом обратилась бы именно к лорду, не будь он где-то далеко с леди Анабель. Именно потому я молю вас сейчас.

Рыцарь снова замялся.

– Государственной важности, говорите...

– Это связано с делом, которое расследуют сейчас Ирвинг и Эмметт. То самое, к которому причастна королевская семья.

– Откуда вы знаете, что они расследуют именно это..?

– Я же говорю вам! Я узнала кое-что на... задании, — быстро я нашлась, но, кажется, это звучит не очень правдоподобно.

Снова повисла тишина. Со всех сторон моя просьба звучит дико. На месте рыцаря я бы послала себя в прекрасное далёко, но хотелось верить, что мне повезёт... хоть в чём-то же должно, эй, сюжет!

– Хорошо, миледи, — наконец, произнёс рыцарь, но уверенности в его голосе почти не ощущалось. — Ради вас я постараюсь доставить его как можно скорее. Но после сразу же вернусь сюда.

– Разумеется! Огромное вам спасибо!

Я не могла поверить своему счастью. В протянутую мужчиной руку осторожно вложила конверт. Теобальд какое-то время смотрел на него, так что я, если честно, начала сомневаться в его честности, но Гейт только прищурился:

– Надеюсь, это письмо не любовное?

– Да я же Ирвингу пишу, сэр Теобальд, — я нервно рассмеялась. — К тому же не посмела бы просить вас рассылать любовные письма.

– Кто же молодых людей знает... — протянул мужчина и направился в дом. — Попрошу приготовить еды в дорогу. И сразу в путь.

– Тогда я распоряжусь, чтобы вам пока приготовили лучшего скакуна! — крикнув это ему вслед, я снова не сдержала слёз. Но уже от облегчения. Пожалуйста, пусть всё получится...