7

Ынхёк тут же сорвался с места, без лишних колебаний подхватил корчащегося  принца на руки и помчался в сторону придворного лекаря, на секунду ощутив, словно подобное в его жизни уже когда-то происходило. Но наваждение быстро улетучилось, когда он почувствовал, как пальцы Хичоля сжимают его тунику. Принц безуспешно пытался вдохнуть спасительного кислорода, но все его попытки обращались в пугающе хрипящие звуки, из-за которых Ынхёк  испытывал страх, подступающий к горлу тошнотой. Он не понимал, но ясно осознавал, что не хочет, чтобы Хичоль умер вот так. Когда Ынхёк  ворвался в небольшой, узенький кабинет Реука, того самого лекаря, тот без лишних слов, секундно оценив ситуацию, велел положить принца на койку и выйти из комнаты. Ынхёк делал все, что от него требовали, машинально. Он ничуть не отдавал себе отчет в собственных действиях, пока расхаживал по коридору, сцепив дрожащие пальцы в замок. Ынхёк  не понимал самого себя, но это не имело значения, когда принц находился между жизнью и смертью. Не мудрено, что кто-то хотел убить Хичоля, и от этой мысли, которая кольнула в самое сердце, Ынхёк замер посреди коридора и немигающим взглядом уставился в стену. Что, если он оказался здесь не случайно? Он припомнил старую фотографию молодого человека, на которого наткнулся, пролистывая ленту, и вновь услышал тихий шепот о помощи в своей голове. И что, если Ынхёк  опоздал со спасением принца?

Попытавшись избавить себя от подобных мыслей, Ли  прислонился спиной к каменной стене, ощутив собственной кожей зябкий холод, пробравшийся под легкую ткань туники. Неожиданно в его голове наступил полный штиль – все мысли испарились, и осталась лишь манящая, успокоительная пустота. Он будто переместился туда, где не было самого мира, даже не чувствуя прохлады каменной стены, которая продиралась сквозь одежду и кожу и касалась костей. Ынхёк не чувствовал ничего, лишь блаженный вакуум, отгородивший его от всех размышлений и эмоций.

– Ынхёк! – требовательно позвал его голос, и парень медленно, лениво открыл глаза. Перед ним стоял Реук, выглядевший бледнее, чем обычно. – Ты простоял все это время здесь? – удивленно спросил лекарь.

– А сколько времени прошло? – вторил вопросом Ынхёк.

– Около двух часов. Принц жив, но ему понадобится время, чтобы полностью восстановиться, – поджав губы, уставшим голосом поведал Реук. – И… спасибо тебе за то, что ты не оставил его умирать.

Ынхёк успел сказать лекарю ничего, потому что тот поспешно развернулся и скрылся за дверью своего небольшого кабинета. Он с каким-то отстраненным удивлением понял, что пробыл в состоянии анабиоза около двух часов, и это было очень странно и необычно, ведь такого прежде не случалось никогда. Ынхёк  до этого момента не выпадал из реальности. Хичоль  восстанавливался медленно и постепенно. Ынхёк  так и не нашел смелость, чтобы проверить принца, но он узнавал всю интересующую его информацию у Реука, который заметно смягчился к нему. Этого было достаточно, чтобы убедиться в том, что принц выздоравливает и идет на поправку. С тех пор, как Ынхёк  обнаружил задыхающегося и умирающего Хичоля на полусобственных покоев, мысль о том, что среди них присутствует тот, кто хотел убить молодого принца, не отпускала его и не давала спать по ночам. У королевской семьи было много недоброжелателей, в том числе и дом Ли, о котором Хичоль отзывался с ненавистью. Ынхёк не признавался в этом самому себе, но причина, по которой он не навестил Хичоля ни разу, была проста и весьма прозаична. Ынхёк  боялся, что принц скинет всю вину на него. И даже смерть не была страшна, как ложные обвинения.

Ынхёк  как раз возился в конюшне, когда позади него зазвучал знакомый, немного бесцветный голос.

– Тебе была бы выгодна моя смерть, – произнес Хичоль, заставив Ынхёка  нахмуриться. Тот отбросил лопату и посмотрел на принца с нескрываемой усталостью.

– Да, но я спас тебя, – фыркнул парень, а Хичоль  удивился тому, насколько неформально обратился к нему этот странный, не вписывающийся в рамки нормального и обычного парень.

– Ты даже не зашел узнать, жив ли я, – настойчиво продолжил принц, скрестив на груди свои руки. Ынхёк  отметил, что тот выглядел еще более худым и бледным, и поморщился. – Конечно, ты ведь Ли, – иронично проговорил он.

– Ты настолько погряз в своей ненависти, что совсем упустил тот момент, что если бы мне была выгодна твоя смерть, то я бы не кинулся тебя спасать! – повысив голос, зло проговорил Ынхёк. Он так устал, что даже очевидная смерть за то, как он разговаривает в присутствии столь важной  персоны, не пугала его.

Хичоль поразился его словам. После того, как он пришел в себя, едва понимая, что происходит, единственное и самое важное на тот момент было лишь его  королевство. Хичоль не думал о себе или своей жизни. Он думал о том, что тот глоток вина мог стать последним в его жизни; принц не сомневался в том, что после его смерти королевство быстро бы прибрали к рукам. Он осмотрел Ынхёка  внимательным, изучающим взглядом. Тот заметно осунулся. Внезапно чувство вины кольнуло Хичоля под самые ребра, и он потупил взгляд, понимая, что перегнул палку с обвинениями. Ынхёк был прав – если бы он хотел его смерти, то оставил бы задыхаться и умирать, а не бросился бы его спасать. Хичоль  смутно помнил события того дня, но он знал о том, что спас его именно Ынхёк, а не кто-то другой.

– Спасибо, – извинение тихо слетело с его губ, заставив Хёкдже  удивленно приподнять брови. – И не смотри ты на меня так, – усмехнулся по-доброму принц, заметив выражение лица парня.

– Надеюсь, я получу нормальную комнату за свой героический поступок, – со смешком произнес Ынхёк, конечно же, не рассчитывая на согласие. Нужно было хоть как-то замять эту неловкость, появившуюся между ними.

– Не сомневайся! – преувеличенно бодро ответил Хичоль, ухватившись за спасательную соломинку, потому что внезапно захотелось отмотать время назад и не приходить сюда. Но он ничуть не жалел о том, что пришел сам, потому что теперь ему стало гораздо легче.

– Вы меня удивляете, принц, – с насмешливой улыбкой проговорил Ынхёк, а Хичоль вновь поразился тому, как просто и незатейливо разговаривал с ним этот парень. Хичоль чувствовал себя молодым и юным, когда находился рядом с ним, потому что непринужденность разговоров – именно то, что ему недоставало все это время.

Ынхёк продолжал улыбаться, ловя блики заходящего солнца в глазах принца, который стоял напротив. Это было так красиво и так естественно, будто Ынхёк  уже видел нечто подобное. Теперь, оказавшись здесь, в этом времени не по своей воле, Ли  осознал, что у Хичоля  не такая простая жизнь. И что вполне оправдано то, что у принца на том снимке был безжизненный, пустой взгляд.

следует>>