XV

  Стук сердца гулко отдавался в ушах, я чувствовала напряжение, которое распространялось на всю комнату. Астарот молчал, как и все, кроме Аэллы, которую безудержно трясло от страха.   — То есть, вы хотите сказать, что кто-то из нас, — Аэлла показала пальцем на меня, потом на себя, — Умрёт?   Я стояла в углу и наблюдала с непроницаемым выражением лица. Меня не напугала новость об олене, лишь взволновала. Чего не могу сказать об остальных, они были в полнейшем ужасе.  Я слышала об этой легенде, но я и подумать не могла, что Торинский олень существует. Сейчас, когда легенда стала явью, я не чувствовала страха. Все мы знаем, что надвигается нечто страшное, война, где многие падут на поле боя. Кому-то из нас, Аэлле или мне, уготована смерть.   — Надо было убить это дьявольское отродье, — прошипела Аэлла, она была в гневе, к тому же олень не виноват в том, что он несёт с собой лишь смерть.   Он не был опасен, его глаза выражали что угодно, но не зло.   Я покачала головой и произнесла:  — Его смерть ничего не изменила бы, олень всего лишь предвестник, а не сам убийца. К тому же он не принадлежит дьяволу. Он находится на грани между небом и землёй.   — Мне плевать, к кому он относится, меня лишь волнует моя жизнь, которая, возможно скоро закончится. Я только смогла стать свободной, но стоило встретить тебя, как проблемы снова нашли меня, — её слова сочились ядом.   Я сжала свои кулаки. Видимо, Торинский олень был прав, и кто-то из нас умрёт в ближайшее время, например, Аэлла, от моих рук, если она не перестанет плескаться своим ядом.   Я встала и подошла к Астароту, я устала бездействовать, сегодня утром я почувствовала, как Рагнар пытается добраться до меня. Пускай благодаря браслету я и чувствовала себя в безопасности, но меня также не покидает чувство, что это не будет длиться долго и что в скором времени тьма настигнет нас.   — Какие дальнейшие действия? Вы молчите в последнее время, Вильям, ты, как никто другой, знаешь своего отца, мне нужны его слабые стороны, — я посмотрела на Вильяма, его кадык дёрнулся.   Мне нужно узнать как можно больше о слабых местах Рагнара. Чтобы быстрее одолеть врага, нужно заполучить то, в чём он нуждается больше всего, и использовать это против него.   — Что ты замышляешь? — спросил Вильям.   Дариан зашевелился в углу. Его глаза были прикованы к его ботинкам, на меня он смотреть не собирался.   — Сейчас он пытается получить камень жизни, хоть фэйри и не злой народ. Но несмотря на все совершенные тобой злодеяние, они будут относиться к тебе доброжелательно, если ты покажешь свою доброжелательность по отношению к ним. Я провела у них два месяца и знакома с ними. Несмотря на их размер, они очень воительный народ. Сейчас цель Рагнара ясна, поэтому я предлагаю направиться к фейри и предупредить их об опасности со стороны Рагнара. Взамен мы попросим их об одолжении.   Астарот выглядел удивлённым, подойдя к столу, он взглянул мне в глаза. Он искал во мне что-то. Я прекрасно знаю этот взгляд, он что-то замышляет.   — План весьма не плох, но о каком одолжении идёт речь? Другого я вопроса от Асторота я и не ожидала, на самом деле, я думала об этом плане с самого начала, но лишь сейчас я смогла рассказать о нём.   — Ни для кого не секрет, что у фэйри, лучшие целители, мы попросим их прислать нам нескольких умелых целителей. Они очень быстро передвигаются и в случае ранений на поле боя, они смогут их спасти и перенести в более безопасное место.   Все переглянулись. А Хоук улыбнулся.  — Да ты гений, почему ты так долго скрывала своё удивительное мышление?   Я засмеялась, а Хоук лишь шире улыбнулся. Я помню, как изучала войны, которые были до моего рождения. Отличительной чертой всегда было то, что в каждой войне участвовали фэйри-целители.   — Кому-то придётся отправиться к фэйри прямо сейчас, если мы хотим успеть всё сделать, — Астарот выглядел сосредоточенным и довольным.   Он прав, мне нужно отправиться прямо сейчас, но в случае чего мне нужен ещё один человек.   — Я беспрекословно иду, но мне нужен ещё один человек, Хоук?   В его глазах отразилось сожаления и я уже поняла его ответ, до того как он успел заговорить.   — Извини, Селения, но я боюсь, что Лия ещё не до конца окрепла. Я должен остаться и следить за ней. Я не могу доверить её кому-то другому.  Я кивнула, прекрасно его понимая. Я бы тоже не смогла кому-то доверить жизнь близкого мне человека, поэтому.  — Аэлл...  Истеричный голос тут же перебил меня.   — Даже не смей думать, что я добровольно соглашусь отправиться к этим тварям, я ненавижу их. — Ты всех ненавидишь, — подметил Вильям, и его глаза странно блеснули.   — Ты абсолютно прав, Ваше королевское высочество, — Вильям скривился от последнего предложение и злобно посмотрел на неё. Мне кажется, я не одна в этой комнате хочу придушить эту занозу в заднице, она же Аэлла.  Я посмотрела с надеждой на последнего человека, с которым я бы хотела отправиться к фейри, Вильяма, но и он покачал отрицательно головой.   — Я уже встречался с ними и поверь, я им не нравлюсь также, как и мой отец.   Нехотя я повернулась к последнему варианту, находящемуся в этой комнате — Дариан. Он был последним, кого я хотела видеть рядом с собой в этом маленьком путешествии, особенно после случившегося в его домике. Я избегала его всё это время, потому что не знала, как оправдать своё поведение. Парные узы крепнут, а наша связь растёт, рано или поздно мы оба взорвёмся. Вот только, мы сои не знаем, когда это может произойти. Мы должны найти способ разорвать узы до того, как это произойдёт. Зеленоглазый демон сделал шаг из своего угла и произнёс.   — Раз других вариантов у охотницы не осталось, а выбора у нас нет. Еду я.   Дариан и я, одни, отправляемся к фейри. Меня больше тревожило не наше путешествие к маленьким существам, а то, что всё это время я буду наедине с Дарианом. Я в заднице.   Астарот улыбнулся и ударил в ладоши, как маленький мальчик, которому дали его любимый леденец.   — Раз всё решено, то можете отправляться послезавтра утром, я попрошу собрать для вас необходимые припасы и подготовить лошадей. Пока можете идти отдыхать, вас ждёт долгий путь.  Отдых — последнее, о чём я сейчас думала. Но об этом я вслух, конечно же, не призналась. Я ещё раз переглянулась с Дарианом и вышла. Он вышел вслед за мной.  — Ты разочарована?   Я остановилась и повернулась в его сторону. Разочарована? Почему он так решил? Я уже хотела спросить об этом, как он снова заговорил.   — Ты избегаешь меня. Не думай, что я этого не заметил. Я думал, что ты смущена после произошедшего утром. Как бы то ни было, ты предпочла меня последним вариантом из предложенных четырёх и осмелюсь предположить, что ты и вовсе не хотела видеть меня рядом с собой.  Он был прав, я правда была смущена, но больше зла на саму себя, за свою слабость. Рядом с ним, я не могу контролировать свои мысли и желание, я могу думать лишь о нём, а перед встречей с фэйри мне нужна ясная голова. Сейчас главными были не наши с ним отношения, а цель, которую мы все преследуем. Нужно уничтожить зло, что представляет собой Рагнар.   Но вместо этого я произнесла:   — Нам предстоит долгая дорога, мне нужно отдохнуть перед этим, как и тебе.   Я не отправилась в дом, в который меня заселил Астарот, я направилась к лесу. Мне нужно найти Троинского оленя.

***

  Я стояла около обрыва, где стремительно текла река. Здесь мы видели его в последний раз. Он не мог далеко уйти.   — Выходи и не прячься, я знаю, что ты здесь, не бойся меня.   — С чего бы мне бояться тебя, дитя? Ты спасла мне жизнь, не для того, чтобы прийти и отнять её, — олень вышел ко мне.   Сейчас он уже не выглядел как невинный оленёнок, сейчас передо мной стоял взрослый и величественный олень. Его рога теперь выглядели волшебно, и он сам был прекрасен.   Я встала на одно колено.  — Здравствуй, хранитель леса.  — Я удивлён, что ты знаешь, кто я, — его голос был глубоким и громким, от чего мне казалось, что от его силы вздрагивали даже горы.   Я правда не смогла узнать его в начале, но когда Дариан всё рассказал, я вспомнила, кем он является на самом деле.  Я выпрямилась.   — Для меня честь встретить вас. Мы наслышаны о вас, вы также оберегали наш лес, где на протяжении многих лет проживали мои сёстры.   В детстве рассказы о хранителях леса завораживали меня, я всегда мечтала встретить одного из них, даже при таких обстоятельствах.  — Неужто ты не боишься своей участи, Сияние Луны?   Я улыбнулась ему. Я знала, что он явился за мной. Я чувствовала это. Поэтому я сейчас и здесь.   — Я не боюсь смерти, я давно перестала бояться её. Я боюсь лишь одного, что не успею выполнить обещание, данное моей матери мне и о котором я не помню.   Он подошёл ещё ближе.  — Сияние луны, раз ты понимаешь, что смерть рано или поздно настигнет тебя. То, чего ты хочешь от меня?   Он стоял напротив меня.  От него веяло холодом, но не обычным холодным, скорее леденящим душу.   — Я знаю, что ты способен видеть будущее. Я хочу знать, сможем ли мы одержать победу над Рагнаром?   — По законам природы я не могу рассказывать о таком, но раз ты спасла мне жизнь, то я обязан тебе, но покажу тебе лишь часть. Это будет моей тебе благодарностью за спасение.  Внезапно его глаза загорелись серебристым светом, они ослепили меня, и я закрыла глаза. Когда я снова открыла их, то я уже не находилась в лесу. Я стояла на какой-то незнакомой мне поляне, меня окружали радостные и резвящиеся дети. Я чувствовала спокойствие. Солнце радовала нас своим присутствием. Поляна была усыпана цветами. Вдалеке я увидела Хоука и Лию, у которой был заметен живот. Они шли в мою сторону, улыбаясь и держа друг друга за руку, один из детей, увидев их, побежал к ним.  — Мама, папа! - закричал мальчик и кинулся в объятия к Хоуку, он поднял его и покружил, пока рядом стояла Лия и смеялась.   Это была их семья, и они были счастливы, в груди внезапно стало тепло, и я снова куда-то провалилась.   Меня окружало то же поле, только теперь оно было полностью сгоревшим. Пепел сыпался сверху и покрывал моё тело. Я почувствовала, как  что-то тёплое стекает к моим ногам, и посмотрела вниз. Это была кровь, и трупы, много трупов, я оглядела их всех и заметила знакомое мне лицо, Вильям. Он лежал в неестественной для человека позе: один глаз отсутствовал, всё его тело было изуродовано, руки и ноги отсутствовали, единственный оставшийся глаз смотрел прямо на меня. Я с ужасом вскрикнула и сделала шаг назад, но зацепившись за что-то, а точнее, за кого-то упала прямо на чьё-то мёртвое тело. Подо мной лежал мёртвый Дариан. В отличие от Вильяма его тело не было изуродовано, но его глаза, они потеряли свой красивый изумрудный оттенок и стали полностью серыми. У меня перехватило дыхание.   Внезапно я услышала смех позади себя и оглянулась. Посреди всего этого Хаоса стоял смеющийся Рагнар, а за ним... Нет... этого не может быть, но я не могла ошибаться, я точно знаю, что это Он. Немного поодаль от Рагнара стоял сам дьявол и смотрел прямо на меня. Страх сдавил мне горло. Его красные, будто облитые кровью глаза наблюдали точно за мной. Потом он улыбнулся, отчего по моему телу прошлась дрожь, я была в ужасе, когда он произнёс:   — Ты принадлежишь мне Ахлис. Ты кровь моя и наследие моё, и ты вернёшься ко мне.     Он оказался рядом со мной и начал тянуть ко мне свою руку, когда я проснулась от резкого толчка.   — Селения! Селения! Проснись же! — надо мной стоял Дариан, его обеспокоенное лицо смотрело на меня.   Голова ужасно раскалывалась, мне хотелось оторвать её.  — Что... что произошло? — спросила я, морщась от этой жгучей головной боли.   Он вздохнул и запустил пятерню в свои и так взъерошенные волосы.   — Я пошёл к тебе, сразу после того, как ты оставила меня около дома Астарота. Но тебя не оказалось в хижине. Потом я обыскал всю деревню, но тебя нигде не было. Я думал с тобой что-то случилось, и использовал нашу связь. Только так, я смог отыскать тебя, в этой глуши, лежащей без сознания и полностью бледной, — он дышал часто и глубоко, капельки пота покрывали его шею и лицо.   Я оглянулась вокруг. Хранителя леса уже не было. Остались лишь видения. Он показал мне два будущего. Один был ярок и добр, как первый солнечный луч весны. Другой же прогнил в пучине мести и ярости. Он дал мне понять, что всё будет зависеть лишь от хода событий. Ход, от которого будет зависеть наше будущее. Лишь от нас зависит судьба мира. Но дьявол, почему он был рядом с Рагнаром и назвал меня Ахлис? Я знала, что дьявол рано или поздно поймёт, что я жива, и придёт за мной. Я предначертана ему. Но я лучше предпочту гореть в адском пламени всю жизнь, чем быть у него на служении.   Я посмотрела в глаза Дариана, он до сих пор дрожал и держал меня на руках. Нас накрывал утренний туман. Я вздохнула и выдохнула горячий пар.   — Всё в порядке, — произнесла, утешая и себя, и его одновременно.   Я поднялась на трясущихся ногах, Дариан не отпускал меня и держал за локоть. Я не была против его заботы, он был напуган, увидев меня в таком состоянии. Я видела, его тревогу и беспокойство в изумительных изумрудных глазах, которые были мертвы в том видении.   Меня затошнило от этих воспоминаний, я старалась больше думать о первом варианте, но изуродованное тело Вильяма и мёртвые глаза Дариана всё ещё стояли перед моими глазами.   — Ты всё ещё бледная, тебе нужно отдохнуть, — его голос звучал отстранённым, будто не от мира сего.   — Да, было бы неплохо, - усмехнулась я, пытаясь хоть как-то унять его беспокойство. Но он не улыбнулся, наоборот, он стал мрачнее тучи, отчего моя улыбка тут же спала.   Я не должна забывать об обещании. Я должна держаться подальше от Дариана. Наша связь растёт с каждым днём, мои чувства к человеку, стоящему передо мной, усиливаются и это меня пугает до глубины души. Я никогда прежде не испытывала таких чувств разом, и я должна держаться от этих чувств подальше. Подальше от Дариана.   Я вырвала руку и пошла обратно в деревню. Шагов позади я не слышала. Он остался там, на секунду я хотела, чтобы он пошёл следом за мной, но я отбросила эту мысль напрочь. Мне суждено умереть, и что-то мне подсказывает, что мечом, пронзившим моё сердце, станет Дариан.

Дариан

  Я смотрел, как она уходит, я хотел пойти за ней, но не мог сдвинуться. Ноги не давали сделать и шага. Страх до сих пор сковывал меня. Боже, когда я увидел её на этой поляне, бледную, с закрытыми глазами и не подававшую никах признаков жизни. Когда я подбежал и прижал её к себе, ужас накрыл меня. Мне казалось, что моя маленькая охотница умерла, я думал, что не успел спасти её, помочь ей. Я испугался, я чертовски был напуган. Я думал, что потерял её, я думал, что больше никогда не смогу услышать её голос, увидеть её небесно-голубые глаза. Пока она снова не задышала и вновь не открыла их. Я будто снова задышал вместе с ней, но страх не исчез, он был рядом и шептал, что рано или поздно я потеряю её. Торинский олень, я очень надеялся, что он явился по душу Аэллы, как бы эгоистично это ни звучало, пусть лучше он заберёт её, но не Селению. Боль сковывает всё моё тело от мысли, что она исчезнет.   Я хотел пойти за ней. Но каждый раз, когда я стараюсь подступиться к ней, она воздвигает эту невидимую стену между нами.   Я правда дорожил ею, с того момента, когда она открылась мне с совершенно новой стороны. Раньше я видел в ней лишь озлобленную на весь мир охотницу. Но сейчас я вижу перед собой израненную и повидавшую чудовищные вещи девушку, и даже после пережитого, она не дала свету внутри себя погаснуть. Она доказала это, когда она спасла Лию и пожертвовала частью себя. Я чувствовал её боль в ту ночь, если бы не Астарот, сдерживающий меня всё это время за руку, я бы кинулся к ней и прекратил её мучения.   Она самая сильная девушка, которую я, когда-либо видел, но настолько же и сломленная. Раны, которые она старательно прячет от других, раны, которые я чувствую каждой клеточкой своего тела. Я знаю, кто она и что из себя представляет, я вижу её, очень хорошо вижу, настолько, что ей бы не хотелось, чтобы я этого знал.  Она отдала мне часть себя, как и я, отдал ей часть себя и своего сердца. Хочу ли вернуть эту часть? Нет. Хочу ли я вернуть её часть, чтобы она смогла, свободна жить дальше без меня? Нет, я никогда не являлся примером благих деяний или рыцарских поступков. Она стала моей, и она будет моей до конца наших с ней дней. Она моя пара, моя маленькая охотница, моя Селения.   Я хочу, чтобы она принадлежала только мне, и я чувствую себя нелепым ревнивцем. Начиная с момента, когда я просил Вильяма держаться от неё подальше. Защита моего брата всегда была в приоритете, но также я не хотел, чтобы она показывала ему ту часть себя, которую показала мне. Она предупреждала меня. Предупреждала, что я скоро сам паду к её ногам. Она была права, я пал не только к её ногам, я пал перед ней. Я усмехнулся, наверное, она бы сейчас засмеялась своим бархатным голосом и признала моё поражение, а я бы принял его, ведь на тот момент ничего бы не имело значения, кроме неё.

***

  — Ты сегодня не в духе, — произнёс один из парней моего легиона – Сот, которого я взял на тренировку один на один.   Потому что я хоть немного должен был отвлечься от маленькой охотницы, но это у меня выходило плохо.   Соту было 20, но он уже проявил себя как храброго и сильного воина. Он был чуть ниже меня, волосы вороного крыла и карие глаза, чуть пухлые губы, нос с горбинкой, и большой лоб. У него была вполне заурядная внешность, но всё же многих девушек она привлекала. Сот был сиротой, его родители умерли при пожаре их дома 12 лет назад, пока он играл с друзьями на улице. Сейчас он является одним из змеев, причём, одним из самых сильных.  — В последнее время я всегда не в духе, если вдруг ты не заметил, — произнёс я и сделал очередной выпад деревянным мечом.  Он с лёгкостью отбил его и ухмыльнулся.  — Ну не знаю, Сэр, если вспомнить моменты вашего времяпровождения с той охотницей, то тогда вы вполне были в духе, — вот же наглый засранец.   Я замахнулся мечом и ударил его в левое плечо, потом сделал выпад и сбил его с ног, ударив по его коленям.  — Держи язык за зубами, иначе когда-нибудь я возьму и отрежу его.  На мою угрозу он лишь усмехнулся, и, сделав поклон, ушёл к остальным. Как только я перестаю думать об этой девушке, кто-то постоянно напоминает о ней.   Я оглянулся вокруг, тренировочная площадка была густо наполнена распустившимися цветами. Но небо заволокло тёмными грозовыми тучами. Будет дождь, а может и град. Я вздохнул и пошёл в деревню. По пути мне все с теплотой улыбались и здоровались. Я не всегда был хорошим гостем, которого все ждали. Когда они узнали о моих налётах на другие деревни по приказу короля, они начали меня бояться и сторониться, совсем как Селению.   — Дариан, ложись! - кричит Мики, полное имя которого Микаэло.  Я пригнулся и сверху пролетел мяч, я хмуро посмотрел на играющих детей, но, увидев знакомые лица, расслабился. Мики стоял и приветливо махал мне рукой . Микаэло было 10, он имел рыжеватые волосы и веснушки, ростом был мал, но проворен и хитёр, это отличало его от своих сверстников, он был умён не по годам. Я поднял мяч и ухмыльнулся.  — Ну что, неумёхи, показать вам, как нужно играть?   Дети радостно тут же разбежались по местам, и мы начали играть, а я перевернул песочные часы.    Игра заключалась в том, чтобы никто не смог отобрать мяч у того, кто является сейчас мишенью в поле, то есть у меня, пока песок в песочных часах полностью не окажется в другой части. Если до этого времени они смогут отобрать у тебя мяч, то ты проиграл.   Игра началась, и сзади на меня тут же налетел Мики. Я пригнулся и побежал к концу поля, за мной тут же побежали и другие. Смеясь, я убегал от них. Честно сказать, я даже в один момент чуть не переступил поле, но быстро взял себя под контроль и продолжил играть. Астарот всегда говорил, что хоть я повзрослел телом, но душа у меня ребёнка, потому что я никогда не проигрывал им специально. Я с детства не любил это, поэтому для меня считалось кощунством проигрывать, чтобы просто не обидеть.   Я занёс руки с мячом назад. Оставалось совсем немного, я уже почти выиграл, как вдруг я почувствовал, точнее, я просто перестал чувствовать мяч. Дети начали победно прыгать, а я обернулся. За мной стояла Селения с мячом в руке и улыбалась.   — Да уж, плохой из тебя игрок, Анкастер.   Она же сжульничала, она не играла с нами с самого начала. Может, я сейчас мыслю, как обиженный ребёнок, но это правда. Она нагло сжульничала и подставила меня.   — Это не считается, ты не играла с нами с самого начала, — она улыбнулась той самой улыбкой, от которой у меня чаще всего замирало сердце. Но сейчас я не могу дать сердцу ослепить мои глаза.   Жульница отдала мяч, а я кинул его обратно ребятам. Она уже выглядела полностью здоровой, и мертвенная бледность сошла с её лица.   Как только я кинул мяч обратно детям, она тут же развернулась и ушла. Снова. Я смотрел ей вслед. Ребята позади продолжили играть, а меня всё грызли мысли о том, что произошло в лесу. Она ясно дала понять, что не собирается рассказывать о произошедшем. Я слегка сжимал и разжимал кулаки. Я злился. Мысли в голове смешались, и я не мог сконцентрироваться на чём-то одном. Завтра мы с Селенией отправимся к фэйри. Это очень злой и опасный народ, и только бог знает чем наша встреча закончится. Я верю Селении, она уже знакома с ними. Я же только читал про них и совру, если не скажу, что мне не понравилось ни единое слово про них.   Я запустил пятерню в волосы и отправился к себе, мне нужно собрать кое-какие вещи до завтра.   По дороге я снова увидел Селению, она тренировалась с луком. Я бы посоветовал ей потренироваться на чём-то другом, ведь из лука она уже стреляет хорошо, даже слишком хорошо.  Я понаблюдал за ней ещё минуту, ни единого промаха. С удовлетворением я прошёл дальше. Зайдя к себе, я обнаружил Вильяма. Он сидел, сгорбившись на стуле, но как только я зашёл, его голова тут же повернулась ко мне. Его выражение лица было пустым.   — Что случилось? — тут же спросил я, беспокойство начало расползаться по всему телу. В последнее время оно меня никак не хотело отпускать.  — Ничего, — слишком чуждо, отстранённо.   Я редко видел его таким, и он сам не позволял себе возвращаться в это состояние.   Я подошёл ближе. С него стекал пот, он был бледен, очень бледен, и его всего трясло.   — Вильям...  Уже хотел произнести я, как он перебил меня.  — Я его видел во сне, он был в гневе, и... у него был нечеловеческий вид, он смеялся нечеловеческим голосом и смотрел на меня. Потом меня начало сжигать изнутри, он сказал, что следующим стану я. Думал, что умру во сне, но нет, я проснулся, он дал понять что следующий я, Дариан, он убьёт меня.  В груди разжёгся огонь, моя защитная братская сторона полыхала. В детстве Вильям всегда защищал меня, но когда мы немного подросли, эта роль перешла ко мне, так как я стал сильнее.   — Он и пальцем не посмеет тронуть тебя. Не беспокойся об этом, — он грустно улыбнулся, я знал, что он не поверил моим словам, — Собирай вещи, ты едешь с нами, - он резко поднял голову наверх. В его глазах стояли слёзы. Он был серьёзно напуган, я впервые видел Вильяма таким.   — Но Астарот сказал...  — Мне плевать, что он сказал, я не оставлю тебя одного в таком состоянии, иди собери вещи, утром мы выдвигаемся.   Он встал и обнял меня, я обнял его в ответ.   — Я безумно счастлив, что у меня есть такой брат, как ты, Дариан.   — Я всегда рядом, Вильям. Когда тебе нужна будет помощь, я всегда буду рядом. Если ты упадёшь, я подниму тебя. Я буду поднимать тебя до тех пор, пока я сам не паду вместе с тобой, а этого никогда не случится.   Он отпустил меня и вышел.   Я догадывался, что Рагнар связался с тёмными силами, только так он мог одурачить половину королевства и убить своих родных. Нужно узнать, с кем именно он заключил сделку и убить его, пока он не убил нас.

Селения

  Мы с Аэллой шли к конюшне. Она всё ещё была бледна, но страх немного ушёл. Вчера она ворвалась ко мне и сказала, что я обязана взять её вместе с собой, я категорически была против. Но эта змея пошла и попросила помощи у Астарота, который неравнодушен к ней, и, конечно, наш добрый старикан согласился. Когда только она прибежала ко мне, я почувствовала, как она серьёзно чего-то испугалась или кого-то, она была в слезах, но так и не решилась рассказать мне о произошедшем.  Она ехала с нами, оставалось сообщить Дариану, который явно не будет этому рад.   Утро был холодным, солнце только начало подниматься, и его блики виднелись на горизонте, ярко-красные огни обволакивали небо. Я помню, как мы с мамой при каждой возможности выходили утром, чтобы встретить рассвет, а вечером, чтобы проводить закат. Мама очень любила рассветы и закаты. Она всегда улыбалась и смотрела на них с грустью, будто вспоминала о ком-то. Больше всего ей было больно провожать солнце, ведь после света, всегда наступала тьма. Мама ненавидела ночь, она никогда не выходила из дома, после того как сядет солнце, не из-за диких животных, просто темнота угнетала её душу. Мне же она была чем-то родным.   — Селения, — позвала меня Аэлла, я посмотрела в её сторону, мы почти дошли до конюшни.  Я увидела вдалеке Дариана, а затем и Вильяма?   — Дьявол, только не говори, что и эта особа королевских кровей вместе с нами, — пренебрежительно фыркнув, она прошла вперёд, я закатила глаза.  Я не знаю, откуда взялась эта ненависть между Вильямом и Аэллой, но как только они остаются вместе в одном пространстве, они буквально готовы перегрызть друг другу глотки.   Я пошла за ней, но смотрела лишь на Дариана, я мысленно спрашивала, что здесь делает Вильям. Но он также вопросительно смотрел на меня в ответ, переводя взгляд с меня на Аэллу. Я покачала головой, он лишь нахмурил брови.   — Да быть этого не может! — воскликнул Вильям.   Прекрасно, не успели мы уйти, а эти двое уже начали цапаться между собой, как кошка с собакой.   — Может! Я тоже еду с вами, и если Вашей королевской заднице это не нравится, вы всегда можете вернуться обратно, — улыбнувшись, Аэлла запрыгнула на свою лошадь.   Вильям стоял рядом и гневно смотрел на неё.   — Моя, как ты выразилась «королевская задница» тоже едет с вами, Ведьма, и мне плевать нравится тебе это или нет.  Ого, да Вильям прямо в ударе сегодня.   Я снова взглянула на Дариана. Он уже подводил к нам наших лошадей. Альт был чист, я сразу же подошла и обняла его, он фыркнул, и я засмеялась. Дариан уже залез на своего коня.   Он посмотрел на меня. Я знала что он хотел спросить.  — Если ты спросишь, почему со мной Аэлла, то, наверное, по той же причине, что и Вильям с тобой. Поэтому давай оставим всё как есть и уже поедем, мы должны добраться до безопасного места, - он всего лишь кивнул и подошёл к Вильяму и Аэлле.  Выход утром был плохой идеей, ведь днём за нами легче следить, ночью же у нас было больше шансов уйти незаметными. Но Асторот сказал, что всё проверил и мы можем быть в полной безопасности. Но я ему не поверила, я не верю этому старику. Что-то в нём было не так, Яне могла понять что именно, но моя внутренняя охотница подсказывала мне держаться от него как можно дальше.  Мы выбрали лесную чащу для передвижения, хоть и лошадям будет труднее перебираться, но шансы нас увидеть будут малы. А всё, что сейчас нам нужно — дойти и вернуться целыми и невредимыми.   Мы ехали, Вильям и Аэлла перестали спорить, а лесная чаща всё сильнее поглощала нас. Будто она не собиралась нас выпускать никаким образом. Но я знаю, что выход из леса есть, он не может быть врагом, природа неподвластна никому, она наш друг и ей можно доверится.