Глава Пятьдесят Вторая

Дорогие читатели,У меня есть важная новость: я сменила свой ник. Это связано с тем, что предыдущая фамилия мне не нравилась, и никто не знал, как ее правильно произносить. Фактически, я убрала лишь одну букву, но на душе мне сразу стало легче. Надеюсь, новый вариант вам тоже понравится. И приятного прочтения!

К моему удивлению, когда мы вошли в дом, нас встретил не Джастин и даже не Камила.

Нас встретила Лоррейн.

Смеясь, она спустилась с лестницы со скоростью ракеты и тут же прыгнула Доминику в объятия. Подхватив малышку, он крепко прижал ее к себе и закружил. Ее маленькие ручки обвились вокруг его шеи, и она не переставала выкрикивать:

– Мама, Доминик приехал! Доминик приехал! – ее голос был таким звонким, что у меня чуть не заложило уши. И все же ее искренняя радость вызвала у меня улыбку. Она была невероятно милой девочкой – с каштановыми волосами, как у папы, и веснушчатой кожей, как у мамы. – Доминик приехал!

Доминик остановился и поцеловал малышку в макушку.

– Ну что, ты вела себя хорошо, пока мы не виделись? – спросил он с напыщенной серьезностью. – У меня есть кое-что вкусное, но этот подарок только для послушных девочек.

Глаза девочки засияли.

– Я вела себя хорошо! – закивала она. – Очень хорошо!

– А кто вчера отказывался чистить зубы перед сном? – в просторной гостиной появился Джастин. – И размазал зубную пасту по всему зеркалу?

Доминик ужаснулся.

– Боюсь, после услышанного мне придется съесть всю упаковку жевательных червячков самостоятельно.

Девочка восторженно ахнула.

– Жевательные червяки!

Доминик вздохнул.

– Я привез их для Лоррейн, но тебя, похоже, зовут Вредина.

Девочка замотала головой и посмотрела на своего папу.

– Я буду чистить зубы перед сном! – в ее глазах стояли слезы. – Обещаю-обещаю!

Решив долго не мучать малышку, Доминик опустил ее на пол и достал из кармана упаковку жевательных червячков. Они вызвали у Лоррейн такой восторг, словно это были не обычные мармеладные конфеты, купленные в аэропорту за два доллара, а самый настоящий торт или гора леденцов. Как объяснил мне ранее Доминик, Лоррейн обожала все, что было связанно с насекомыми: жуков, пауков, ползучих гадов и особенно – червяков. Камиле и Джастину приходилось изрядно потрудиться, чтобы отыскать подобные игрушки, это уже не говоря о детской одежде с рисунками тарантулов, гадюк и сороконожек.

– Червяки-и-и! - радостно выкрикнула она и тут же ускакала в другую комнату.

В проеме появилась Камила и недовольно покачала головой.

– Из-за тебя у нее будет кариес, – возмутилась она и все же подошла к Доминику ближе, чтобы обнять его. Наблюдая за ними, я в очередной раз убедилась, как сильно они похожи друг на друга.

– В таком случае у нее будут классные разноцветные пломбы, – Доминик поцеловал Камилу в макушку так же, как целовал Лоррейн минуту назад.

Я так залюбовалась ими, что не заметила, как Джастин подошел ко мне.

– Дейзи, – сказал он, широко улыбнувшись. – Я ведь могу тебя обнять, правда?

В ответ я прильнула к Джастину, и его большие руки прижали меня к себе.

– У тебя все в порядке? – обеспокоенно спросил он у меня над ухом.

Доминик и Камила продолжали спор о зубах, пломбах и кариесах.

– Да, – я слегка отстранилась. – Почему у меня должно быть что-то не в порядке?

– Ты впервые полетала самолетом.

– О, ты об этом, – я тяжело вздохнула. – Не скажу, что это было легко, но Доминик был рядом. Он очень помог мне.

Джастин покосился на парня.

– Ты испытываешь очень сильные чувства к нему. Всегда испытывала, – заметил он. – Я прав?

Я помедлила с ответом.

– Думаешь... думаешь, у него нет таких же сильных чувств ко мне?

Джастин рассмеялся.

– О, Дейзи, как раз наоборот. Думаю, он тебя обожает в тысячу раз больше. Ты бы знала, как он доставал меня своими звонками. Умолял пересказать ему о тебе каждую новость. Вел себя как по уши влюбленный мальчишка. Да он сейчас на седьмом небе от счастья, просто потому, что ты с ним.

Я не сомневалась в чувствах Доминика, точно не после последних дней, проведенных вместе, и все же услышать подобные слова с уст Джастина было особенно приятно.

– Я очень рад, что ты здесь, – добавил он и еще раз крепко обнял меня.

– Я тоже очень рада.

– Тот факт, что ты прилетела, очень много значит для меня. Как и то, что ты хочешь познакомиться с Арией.

Джастин даже не представлял, как много для меня значило его приглашение.

К моему удивлению, Камила тоже обняла меня. Мы были почти незнакомы, но я очень хотела узнать ее лучше. Когда между всеми нами повисло неловкое молчание, я осторожно спросила:

– А Ария... она тоже здесь?

Джастин как-то уж слишком активно замотал головой.

– Нет, не здесь. Они с Тео снимают жилье в центре города.

Мне захотелось спросить, почему они не могли остаться жить в этом доме, вместе с нами, но решила смолчать. Для этого наверняка была причина, о которой мне знать не следовало.

Мы провели в гостиной еще некоторое время, разговаривая обо всем подряд. Джастин увлеченно рассказывал о жуках, которые Лоррейн насобирала в банку этим утром, когда Камила остановила его и намекнула, что после перелета мне и Доминику не помешало бы отдохнуть. Я не чувствовала себя уставшей, но история об австралийских насекомых была такой жуткой, что я согласилась с Камилой и отправилась вместе с Домиником в нашу комнату.

Доминик все же решил вздремнуть, а я, приняв душ, приступила к нанесению макияжа.

Открытие выставки должно было состояться уже через несколько часов. И это будет не просто вечер, где я впервые встречусь со своей кровной сестрой, это будет самый настоящий прием – прием, куда придет целая толпа. Я не сомневалась, что посещающие подобные галереи люди были не просто ценителями искусства, но и невероятно богатыми, раз уж им было по карману купить картину за несколько сотен тысяч долларов.

Будучи парой Доминика, я уж точно не имела права выглядеть плохо на таком важном мероприятии.

И как будто назло, моя рука начинала дрожать, стоило мне поднести подводку к лицу. Я уже четыре раза снимала весь макияж, чтобы накраситься заново, и от постоянно трения салфеткой мои глаза покраснели. Сдавшись, я спрятала подводку в косметичку и, схватив ее, вышла в коридор. Отыскав Камилу в гостиной, я немного потопталась на месте, а потом вдруг выпалила:

– Ты могла бы помочь мне накраситься? Пожалуйста, – я опустила взгляд в пол, вдруг почувствовав себя максимально некомфортно. С чего бы Камиле помогать мне? Я ведь не ее подруга...

Камила на секунду застыла, а потом радостно закивала головой.

– Да, Дейзи, – она улыбнулась – такой же обаятельной улыбкой, как у Доминика. – Я с удовольствием тебе помогу. Пройдем в мою комнату?

Мы прошли в ее спальню, и Камила усадила меня на маленький стульчик перед трюмо.

Она внимательно осмотрела мое лицо.

– До чего же ты красивая! – услышав это, я смутилась. Камила считала меня красивой? Да она и ее двоюродный брат были самыми настоящими произведениями искусства! – Какого цвета у тебя платье?

– Красное.

Камила резко втянула в себя воздух.

- О, не сомневаюсь, ты будешь выглядеть просто великолепно в этом цвете, – она достала из выдвижного шкафчика несколько палеток теней и положила их возле моей скромной косметички. – Делаем акцент на губах или глазах?

– Не знаю, – ответила я. – Как лучше?

Камила задумалась.

– Мне кажется, если мы сделаем акцент на твоих губах, Доминик зацелует тебя так, что к началу вечера на них уже не останется помады.

Я рассмеялась, и от смеха у меня выступили слезы. В этот момент я порадовалась, что Камила еще не успела накрасить мне глаза.

– Ты правда так думаешь?

– Дейзи, я вижу, как он на тебя смотрит. Я никогда не видела своего брата таким... влюбленным.

Влюбленный.

Я уже второй раз за день слышала это слово. Неужели Джастин и Камила действительно считали, что Доминик любит меня?

– Глаза, – я кинула взгляд на палетку. – Давай сделаем акцент на глазах.

Камила согласно кивнула и начала наносить мне розовый оттенок на веки.

– Похоже, Лоррейн его обожает, – сказала я, чтобы как-то поддержать разговор.

На лице Камилы растянулась улыбка. Не отвлекаясь от дела, она ответила:

– О, да, обожает. Доминик ее часто балует, но Лоррейн любит его не потому, что он привозит ей конфеты или подарки. Просто он всегда находит с ней общий язык. Даже у нас с Джастином не всегда получается. У нее очень сложный характер.

Камила сменила кисть и растушевала тени.

– Иногда, когда Лоррейн что-то тревожит, она закрывается от нас и напрочь отказывается разговаривать. Мы долго не знали, как справиться с ее молчанием, пока однажды она не подошла ко мне и не попросила набрать номер Доминика. Лоррейн всегда рассказывает ему обо всем. Почему-то она доверяет Доминику куда больше, чем нам.

Если бы Камила в эту самую секунду не колдовала над моими закрытыми веками, от удивления у меня бы округлились глаза. Душевные разговоры с пятилетней девочкой по телефону казались такой несвойственной вещью для Доминика... но одновременно с этим я могла отчетливо представить, как он с полной серьезностью выслушивает все ее детские проблемы.

Камила закончила с тенями и взяла из моей косметички тушь для ресниц.

– Он был бы очень хорошим отцом для своего ребенка, – прошептала она на выдохе.

Мое сердце пробило удар.

– Своего ребенка?

Камила пристально смотрела мне в глаза, и между нами затянулось молчание.

– Ну, однажды у него ведь будет ребенок. Я не имею в виду сейчас, – она хохотнула и коснулась моей руки. – Ты еще очень юная. Пожалуйста, предохраняйтесь. Я просто хотела сказать... я верю, что он будет отличным папой. Заботливым. Любящим.

Я улыбнулась.

– Я тоже так думаю.