Глава 7

Ху Юнфень

Храм дышал затхлостью, старостью и странной, ностальгической заботой. Его древние стены, казалось, впитали в себя сотни молитв и шепотов, но теперь здесь было пусто. Лишь редкие масляные лампы, потертые, но аккуратные, догорали в углах, оставленные кем-то, кто пытался сохранить хоть частицу святости этого места.

Группа учеников заняла основное помещение — широкий зал с каменными колоннами, потрескавшимися от времени. Когда-то здесь собирались верующие, склонялись перед статуями прославленными бессмертными или богами, просили защиты.

Пальцы Ху Юнфеня коснулись старого камня: жители любили этот храм, старались поддерживать его в хорошем состоянии, однако не сумели уберечь от зла. Еще бы несколько ночей и оплот надежды и желаний был бы осквернен.

"Они еще и не понимают, что делают это собственными руками... Воистину, методы темных духов довольно... интересны," - его губы искривились в легкой ухмылке, но он поторопился стереть ее с лица, когда кто-то из юных экзорцистов окликнул его.

Ло Муан склонилась над Цюй Фаном, ее руки светились мягким янтарным светом, когда она осторожно прикасалась к его поврежденной груди. Состояние ученика оставляло желать лучшего, но целительнице удалось привести его в чувства и уговорить выпустить из рук древко его духовного оружия.

— Это будет больно, – пробормотала Ло Муан. – Держись. Я дам тебе эликсиры и пилюли позже, сначала нужно извлечь темную Ци, попавшую в тело.

Он застонал сквозь стиснутые зубы, когда тепло магии проникло в сломанные кости, начиная их медленное сращивание, параллельно вычищая его меридианы от злобной энергии духов, что успела в него проникнуть. Ло Муан работала быстро, сглаживая края переломов, направляя потоки лечебной Ци в тело раненого.

Каждое движение давалось ему с трудом, но через несколько минут он смог сесть, вытирая со лба выступивший холодный пот.

— Лучше, чем быть мертвым. — Цюй Фан слабо усмехнулся, его голос был хриплым, но в нем уже звучала привычная прямая уверенность. – Спасибо, сестра Ло.

Ло Муан кивнула, но не ответила, но извлекла из пространственного кольца несколько коричнево-желтых пилюлю, заставляя копейщика их проглотить, не глядя на его протесты, что он и без этой горькой дряни справится. Естественно, целительнице было все равно на его мнение, пока лечение не закончено, отчего ученику Сосны прилетело от нее по затылку и тот, почувствовав ледяной взгляд Тао Ло на себе, смиренно проглотил все лекарства и эликсиры, морщась и откашливаясь.

– Клянусь, я отдам все свои богатства тому, кто сумеет сделать алхимические лекарства лучше на вкус!

– Не говори этого Вень Луну, иначе он найдет подходящих учеников пика Котла, чтобы перевернуть Пик Прохладных Вод вверх дном в попытках улучшить рецептуру и заработать на этом... – хмыкнул Се Ченг, передавая несколько своих талисманов Тао Ло по его просьбе, немного нервно улыбаясь. Первый ученик пика Медного Котла слыл молодым человеком пронырливым и цепким – достойный наследник Бэй Сяолуна.

Раздалось еще несколько нервных смешков: попытка Се Ченга поднять настроение остальным была встречена тепло, но все же ее было недостаточно, чтобы вернуть прежнюю беззаботность и спокойствие их лицам.

Ху Юнфень молча протянул руку Ло Муан.

Перелом, как он и думал, значит, будет больно, но терпимо. Всяко лучше подождать пару минут, пока чертов зуд внутри, словно твои кости царапают тысяча безумных кошек, не пройдет, чем глотать сразу несколько пилюль и терпеть тоже самое, но дольше. Раз Ло Муан решила щедро использовать свою силу, он не станет ее останавливать, хотя Ху Юнфень и считал, что это немного неразумно: если у них есть возможность беречь свою личную силу и вместо заклятий использовать талисманы, таблетки и эликсиры, то стоит этим воспользоваться.

С другой стороны, Медный Пик всегда отличался своей практичностью, предпочитая копить ресурсы, что порою принимало весьма странные формы. Склад, например, полный шелковых нитей просто "впрок", хотя ткачеством и плетениеи на пике занимаются в лучшем случае Лин Фень и еще несколько человек, был тому подтверждением.

Но когда ее пальцы коснулись его кожи и по телу пошло тепло, боль начала затихать, растворяясь в потоке целительной Ци, все мысли улетучились, словно их стерли мягким порывом ветра.. Через мгновение он уже двигал рукой, проверяя суставы.

— Это... впечатляет, — он слегка покрутил запястьем. Ухмыльнулся,посмотрев на хорошенькую старшую. — Эта старшая сестрица красива ликом, что затмевает луну, но и прекрасна душой, что подобна цветущему персику...

Ло Муан смутилась. Ее щеки вспыхнули румянцем, она немного неловко улыбнулась, пряча руки в рукава ханьфу.

— Вставай, младший ученик, у нас много работы, – пробормотала она в ответ, чувствуя спиной взгляд игривого юноши, чья улыбка напомнила ей летнее солнце. Немного запнулась, неуверенно подняла взгляд и снова опустила, словно не решаясь что-то сказать.– Что-то беспокоит старшую сестру? – продолжая улыбаться, тот склонил голову на бок, наблюдая за ней. Ло Муан напоминала ему птичку. Хрупкая, маленькая, тихая, совсем... прирученная.

– Скажи, ты... Ах.. то есть.. Сестра Лин Фень... – осторожно спросила она и, вздрогнув, словно допустила смертельную ошибку, заторопилась продолжить. - ...хорошо ли она к тебе относится?.. Я хотела спросить, не будет ли она держать обиды, что ее младший пострадал...Думаю, нам стоит извинится перед ней...

Ло Муан приподняла руки, скрывая нижнюю часть лица рукавами ханьфу, словно вот-вот сбежит, если Ху Юнфень допустит ошибку.

– Сестрица Фень... – он сделал вид, словно задумался. После качает головой. – Лин Фень амбициозна, это знают многие, но она из семьи торговцев. Стоит ли упоминания, что торговец не будет хорош, если таковыми не обладает?..Но я не хочу лгать своей старшей, поэтому...

Он вымученно улыбнулся. Ло Муань опустила руки и посмотрела на него с такой затаенной надеждой в глазах, что даже Ху Юнфеню стало не по себе. Наивна и чиста, словно лотос, или?..

– Лин Фень добродетельна, четыре в ней становятся одним, но трое не находят покоя*, – заметил юноша с таким видом, словно это его вина. – Вам не стоит беспокоится обо мне, старшая сестра Ло Муан. Нет места безопаснее, чем логово тигра, когда ты один из них.

Взгляд Ло Муан чуть потемнел, но она кивнула, тихо поблагодарив того за ответы. Она умолкла, глядя в стальные глаза юноши, забываясь, что молчание между ними затягивается, однако окрик Тао Ло заставил ее выйти из подобия транса и отвернутся, поторопившись к остальной группе.

Ху Юнфень усмехнулся, но больше ничего не сказал, решив, что не стоит дразнить еще одного тигра: Тао Ло бросил в его сторону неоднозначный настороженный взгляд,что сказал ему много больше всяких предупреждений.

Нужные слова сказаны – это все что ему требовалось.

Злой дух в его рукаве беспокойным червем зашевелился и Ху Юнфень незаметным движением спрятал его в своем пространственном кольце, решив, что лучше не рисковать, пока он ему не понадобится.

– Мы допустили ошибку, – скрипнул зубами Тао Ло, нахмурив брови. – Это моя ошибка как вашего командира, что пренебрег предупреждениями и словами соучеников. И за это – простите меня.

Он кланяется, низко, практически уничижительно. Лица остальных меняются, становятся растерянными, Ло Муан подходит к нему, чтобы взять за руки, заставляя подняться.

– Да ладно тебе, брат Ло, – хмыкнул Цюй Фан, опираясь на одну из колонн. Покрутился, сжал руки в кулаки и разжал. — Смотри, братец! Я полностью в порядке!

– И правда. Ошибаться может каждый, но признать ошибку – это добродетель, – ответил Се Ченг, проверявший плетение барьера уже в третий раз. Дрессировщица Юнь Лиу, что умудрилась привести себя в порядок и вновь сверкая множеством шпилек в густых волосах, активно закивала его словам. – Главное, чтобы мы не допускали ее впредь. Сейчас все закончилось хорошо, но в будущем...

– Они знают, что мы здесь, нет, похоже, дальше будет тяжелее?.. – заметил Цюй Фан, растерянно потерев подбородок. – Что ж, значит, будет веселее! Вот увидишь, братец Ло, я одолею всех злых духов этим копьем!

Строгое лицо Тао Ло озарилось слабой улыбкой. Он благодарно склонил голову, после чего продолжил:

– Се Ченг, удалось понять структуру потока темной Ци?

– Да, еще немного, но.. если я не ошибаюсь, это похоже на... печать?..

– Может ли это быть частью формации?..

– Я... не уверен, – растеряно моргнул Се Ченг. – Однако у нас нет карты, чтобы проверить. Изначально я думал, что мы имеем дело с "колодцами" темной Ци, но потоки Ци расходятся в несколько направлениях. Это может быть как обманной структурой заклинания, так и истинной. Пока не доберемся до хотя бы двух других узлов, я не могу сказать все точно.

— Бить в одиночку нельзя. Если нас разрознят, нас сожрут по одному, – заметила мрачно Юнь Лиу, поглаживая птенца Джу, который уже не дрожал так сильно, но все еще прижимался к ней всеми перьями и пухом. – Разумнее дождаться тех людей, которых упоминала сестра Лин Фень, разве нет?

Она подняла глаза на Тао Ло, словно дожидаясь его решения. Тот поджал губы и нехотя медленно кивнул

– Ху Юнфень, есть ли узлы рядом друг с другом?.. - обратился старший к нему, не поворачивая головы, погруженный в размышления.

– Нет, каждый в разных частях города. Однако каждый расположен в узких местах, что удобны для засад, – припомнил юноша.

– Два отряда, – в конце концов, заключил Тао Ло. Явно все еще виня себя за поспешность, что едва не стоила ему жизней товарищей, он скрестил руки на груди, тщательно обдумывая следующие шаги. – Один отвлекает, второй уничтожает узел. Когда мы приступим к разрушению узлов, духи будут волноваться. Нам нужно обеспечить чистоту на улицах, думаю, я сумею добиться от властей города комендантского часа. Но понадобится кто-то, кто останется в поместье Лин вместе с младшей Фень и предупредит остальных, если что-то начнет происходить в стенах их дома. Сегодня отдыхаем. Юнь Лиу, Цюй Фан, я ценю вашу готовность заступиться за товарищей, но вам нужен отдых. Се Ченг, это относится и к тебе. Пусть ты и мастер защиты, но выносливости тебе явно не хватает.

Се Ченг пожал плечами, а Цюй Фан недовольно заворчал, впрочем, спорить никто не стал.

– Брат Ло, если положение серьезное, может, нам стоит попросить помощи у странствующих заклинателей или написать в школу? – подала голос сестра Ло, обеспокоенно посмотрев на остальных. – Мы поступили опрометчиво, напав сейчас, наверняка тот, кто откармливал их уже почуял, что что-то не так.

– Вряд ли, узел здесь так и не был сформирован до конца, значит, мы сумели выиграть для себя несколько дней минимум, – возразил Се Ченг, немного подумав. – Однако в словах сестры Ло Муан есть зерно истины.

– И прослыть неумехами? – Цюй Фан нахмурился, недовольно скрестил руки на груди. – Это мое первое обучение практикой! Мне бы не хотелось быть осмеянным старшими братьями-соучениками, что я не умею держать удар каких-то там духов! Разве смысл не в том,чтобы совершенствоваться деяниями, когда мы спускаемся в мир смертных? Сражаться с мастерами боевых искусств здесь? Защищать слабых? Уничтожать злых духов? Сможем ли мы называть себя достойными Дао после этого?

– Ха!... Вижу, мнения разошлись. Хорошо. Тогда поступим так. Так как именно нам предстоит сражаться, пусть все выскажутся, - вздохнул Тао Ло. – Я буду первым. Я согласен с Цюй Фаном, однако я понимаю и огромные риски. Нам следует подготовится намного лучше, чем было, если мы не желаем умереть здесь.

– Я думаю, мы можем справится. Но в этот раз, пожалуйста, не пренебрегайте Джу! Он обязательно почувствует темную Ци, если постарается... – кивнула Юнь Лиу, обнимая своего птенца к груди крепче.

– Я против, – Ло Муан покачала головой, опуская взгляд в пол. – Лучше заручится помощью старших. Да, нам повезло, у нас есть в группе полноценный ремесленник, что сможет починить для нас оружие, сделать подходящие сокровища, хотя бы на одно сражение, однако будет ли этого достаточно? Мне бы не хотелось рисковать всеми вами.

– Я тоже не горю желанием рисковать зазря, но я известный лис, что любит курятники, но не любит охоту**, – усмехнулся Се Ченг.

– Ху Юнфень? А что скажешь ты? – спросила Ло Муан, повернув к юноше голову как и все остальные.

– Старшая сестра, разве мое мнение важно? – поднимает бровь в ответ, не скрывая недоумения.

– Конечно! Если бы не ты и не твоя храбрость, все могло быть иначе! Благодаря твоей помощи все завершилось хорошо! – девушка ему улыбнулась.

– Аххах, – Ху Юнфень неловко улыбнулся, чуть прищурившись. – Тогда... этот младший думает, что вся слава достается доблестным, разве нет? Храбрость будет вознаграждена Небесами.

– Значит, решено. Попробуем действовать самостоятельно. Се Ченг, ты завершил очищение? – Тао Ло спокойно кивнул, после повернул голову к тощему длинному заклинателю, что обходил периметр формации, в центре которой расположилась его группа.

Вместо ответа Се Ченг кивнул, закрепляя несколько фулу*** на стенах и колоннах храма.

– Вернемся на тот постоялый двор у дороги. Я не хочу ночевать в городе. Ху Юнфень.. тебе придется вернутся в поместье Лин, – распорядился Тао Ло, отчего остальные ученики собрались, готовые покинуть здание.

– Да, старший брат Тао Ло, – он почтительно тому поклонился. – Этот младший понимает.

– Подойди. У меня есть для тебя еще одно поручение, – он отвернулся, поторопился к выходу, Ху Юнфень, догадываясь, о чем может пойти их разговор, шел следом за ним.

Когда они оказались на каменных полуразрушенных ступенях, Тао Ло остановился и повернул голову на ученика пика Медного Котла. Недовольно поджал губы, впрочем, Ху Юнфеню было все равно на пренебрежение старшего.

– Я буду говорить прямо, Ху Юнфень, – он повернулся к нему, оглядывая сверху вниз. – У меня есть подозрения, что Лин Фень причастна к происходящему.

– Почему вы так думаете, старший? Да и зачем ей заманивать выдающихся учеников школы сюда? – он приподнял бровь, сделав вид, что не понимает. В душе Ху Юнфеня поднималось волнами ликование, словно наконец-то его извечная скука будет развеяна подозрительностью Тао Ло, что приведет к роковым событиям, что невозможно изменить, невозможно ими пренебречь.

– Лин Фень была выдающейся младшей. Для кого-то из пика Медного Котла принять участие в турнире школ, несомненно, хорошее достижение, однако тот не принес ей славы, – начал старший ученик пика Прохладных Вод. – Она дурно обошлась с моей младшей сестрой Мо Лоань, и ее друзья тоже не делают ей чести. Оборванец и нищая явно не подходящая компания "друзей" для образованной и богатой дочери торговца. Ровно как и для сына генерала. И я знаю, как она обращается с тобой на самом деле, Ху Юнфень. Когда бесталанного человека приставляют к достойному, тот за недостатком благонравия обращается к своим худшим качествам.

– Моя старшая...

– Все знают, что ты изучил техники, что практиковала Лин Фень намного быстрее, чем она. Твой уровень культивации ведь такой же, как у нее, верно? Если, конечно, не выше, но ты это скрываешь. Последнее, впрочем, не касается меня, пока ты не стоишь у меня на пути. Будешь отрицать и это?.. – он смерил его таким взглядом, словно тому стоило просто промолчать и принять его слова. Старший уверенно поучал младшего, кого волнует сердце последнего. – Жадность в городе Луан. Зависть в глазах Лин Фень. Она злая женщина, Ху Юнфень. Злая и высокомерная, ей не место в секте горы Лань. И я не один так думаю: ты изучал историю, ты должен знать, что участь тех, в чьем теле скоплено Ци Пустоты печальна и трагична. Они теряют себя, обращаются в демонов или становятся безумными колдунами – так не лучше ли пресечь это?.. Я знаю, что говорят наставники, но я не согласен с ними.

Это объясняло, почему группа прохладно восприняла их: и деяния феи достигли Небес****. Ху Юнфень задумчиво склонил голову вниз, скрывая равнодушный взгляд. Все по плану. Идут годы, но Тао Ло совершенно не меняется, что делало его прекрасным старшим. Горы, в конце концов, переживают поколения. И Тао Ло, в своей гордости, в своем высокомерии и уверенности, что он всегда знает лучше других, был как никогда подходящим человеком, чтобы позволить амбициям расцветать.

– Я не знал, что Мо Лоань ваша сестра, старший, – мягко заметил Ху Юнфень. В голову приходили перешептывания других учеников, а так же влияние Мо Лоань на остальных. Такая вполне могла распустить слухи и, похоже, именно так и поступила. В конце концов, такова ее природа: и пока она далека от убийства в себе мирского, чтобы вознестись к Дао и истоку Просветления. Сестра Мо Лоань была приятна подобно листу чая, но не все распознавали его сорт, принимая за воду*****.

– Понимаю. Но это не имеет сейчас значения, важно, что это знают многие, – продолжил тот. – Согласно дневнику, покои духа Алчности находятся под ее поместьем. Что это, как не попытка измотать нас? Если Се Ченг прав и весь город – огромная формация-печать, а поместье Лин окажется в ее центре.... разве это не станет подтверждением моим словам? Даже если она не причастна, она есть кровь семьи Лин. Одно древо, один корень.

– Я понимаю вас, старший. Этот младший слишком глуп, чтобы видеть столь далеко в Небеса, – он опустил голову в вежливом поклоне, чувствуя удовлетворение собеседника. – Этот младший сделает все, что от него потребуется.

– Возьми эти талисманы и размести в поместье Лин. Это должно заблокировать восприятие Ци. Если худшие опасения Се Ченга подтвердятся, это выиграет отряду время, прежде чем злой дух осознает, что мы уничтожаем печати. Конечно, это сработает только если Лин Тень действительно одержима злым духом, как то утверждает Лин Фень. Но я больше не стану пренебрегать никакими мерами, чтобы спасти свой отряд. Надеюсь, ты понимаешь меня, младший брат.

Ху Юнфень не отвечает, молча забирает пачку талисманов из рук старшего.

Предупреждение. Если Тао Ло начнет сомневаться в нем или же сам Ху Юнфень допустит ошибку, он не станет помогать ему. Он выберет свою группу, нежели его.

А значит, не выберет и Лин Фень.

Ху Юнфень отворачивается, чтобы вскочить на свой меч и взлететь, направляясь к поместью Лин.

Высоко в небе, когда его фигура стала точкой в облаках, тот вытащил талисманы Тао Ло, посмотрев на них. Бумага, сделанная на пике Медного Котла, как и чернила. Но почему-то всем есть дело лишь до работы кистью и тушью заклинателя.

Как бы Ху Юнфень не относился, вернее, не опасался Бэй Сяолуна, он не мог не испытывать уважения к нему, всякий раз восхищаясь холодным расчетом. Жаль, но он тоже хорош в вэйци******.

Ху Юнфень сжал пачку фулу, сосредотачивая Ци в кулаке. Бумага вспыхнула синим пламенем, съежилась, магическая сила растворилась в очищающем огне и юноша разжал руку, наблюдая, как ветер подхватывает пепел.

Тщательно посеянные семена раздора с первых его дней в секте, наконец, приносят свои плоды.

_______________________________________________________________________

* - отсылка к "трем послушаниям и четырем добродетелям", по которым оценивалась хорошая девушка. Три послушания: покорность, смирение и подчинение отцу до брака, мужу в браке и сыну в вдовстве. Четыре добродетели: нравственность (почитание за отсутствие талантов. В конфуцианстве считалось, что "добродетельная женщина не нуждается в способностях"), речь (умение быть сдержанной), внешность (бледная кожа, женственность, умение одеваться, а в эпоху Тан еще и полнота. Для сословия торговцев или ремесленниц это были короткие брови и здоровый, желательно ровный, цвет лица), трудолюбие (управление домом, уход за семьей, подготовка к ритуалам). Здесь Юнфень с одной стороны хвалит Лин Фень, но с другой – совсем нет.

** - метафора, значит, что Се Ченг не любит прикладывать слишком много усилий, особенно если неизвестна выгода от них

*** - собственно, грамотное название письменных заклинаний в технике соединения или комбинирования разных китайских иероглифов, они же бумажные талисманы, написанных даосским магическим языком, что передается от мастера ученикам в даосских школах

**** - если коротко – "карма из э бич". Здесь – Лин Фень пренебрегала своей репутацией за пределами пика Котла и не обращала внимания на то, что происходит у нее за спиной, слишком сосредоточенная на своих проблемах, неудачах и медленном прогрессе по сравнению с остальными учениками ее набора, чтобы уделять внимание мелочам вроде общественной жизни.

***** - отсылка к "девушке зеленого чая" (та, кто выглядит мило и наивно, прям святая простота, а внутри - корыстная и расчетливая особа). Игра на контрасте, "принимая за воду" здесь – принимают за чистую монету ее слова и проявленный характер.

****** - она же японская го. Дословный перевод – "дыхание камней". Представляет из себя квадратную доску (воплощение Земли), а так же набор камней, черных и белых (воплощение Небес или духовного начала). На доске есть особые точки, называемые звездными пунктами, по-японски - хоси. Знание о звездных пунктах и восьми направлениях в древности применялось в управлении государством, воинских искусствах, астрономии, календарной системе, гадании и астрологии, а одним из способов постижения этого знания посредством опыта является игра в вэйци, что делало ее запретной среди простых сословий на долгое время. Вэйци — идеальный инструмент для воспитания мудрого управленца, что в Древнем Китае являлось одной из важнейших задач традиционной конфуцианской культуры. В отличие от шахмат, вэйци более динамичная, а целью игры является победа с помощью эффективного дележа территории и решения конфликтов, не уничтожение противника.