часть 5

— Мне кажется, сейчас не самое подходящее время.

Он стоял, глядя на закрытую дверь.

«Что у тебя в голове, Грэйнджер?»«Я вообще перестал что-либо понимать».

— Эй, Малфой, ты идёшь?

— Что?! — он словно забыл, где находится. Симус вытащил его из оцепенения. Он вернулся на тренировку, выкладываясь по полной, чтобы занять голову чем-то, кроме неё.

Вечером он с сыном отправился в одно из семейных поместий на юг Франции. Нарцисса Малфой была, как всегда, безупречна, несмотря на возраст. В свои 63 года она выглядела превосходно: дорогая ткань мантии лежала на безупречно ровной спине с правильной осанкой. Чёрно-белые волосы, как всегда, заколоты на затылке. Неизменная её часть — тот самый аристократический стиль.

— Родные мои! — она раскинула руки, подходя к внуку и сыну. — Я так соскучилась!

— Ба, мы виделись на той неделе!

— Это не исключает моего желания видеть вас чаще. Ужин уже на столе, пойдёмте.

Они зашли в большую просторную гостиную, освещённую сотней свечей. Бархат серебристых штор, спускавшихся до самого пола, играл бликами огоньков. Драко остановился, смотря в окно. Вечернее небо отливало золотисто-сиреневыми тонами. По двору особняка гуляла пара павлинов — неизменная традиция Малфоев. Он вздохнул и подошёл к столу. Нарцисса внимательно за ним наблюдала.

Ужин, как всегда, был безупречен. Они неспешно трапезничали, как и подобает истинным аристократам. Нормы поведения при его матери или других гостях Драко просил сына соблюдать надлежащим образом. Эти рамки были частью семейных обычаев, и Малфой решил их сохранять. Но вдали от всех, дома, Скорпиус с отцом забывали о принадлежности к данному обществу. Они могли играть в снежки зимой или запускать воздушного змея летом. Драко не вешал на сына свод правил в доме, чтобы тот не чувствовал себя зажатым в этих стенах.

— Драко, милый, у тебя всё хорошо? — он моргнул, заметив, что уставился на гобелен, висевший на стене.

— А, да, мама, всё прекрасно, — Нарцисса снова на него внимательно посмотрела. — Скорпиус, ты читал книгу, что я тебе давала на той неделе?

— Конечно. Я был в восторге…

Слова сына потерялись в его мыслях. Он не мог выкинуть из головы эти карамельные глаза, которые так манили, но отталкивали его каждый раз.

«А если Поттер прав, и, вспомнив, она не захочет больше иметь со мной ничего общего?»«Может, не стоило говорить о зельях? Пусть бы шло всё своим чередом, а я бы просто пытался добиться её расположения, как все взрослые люди?»

— Пап?

— А? Да, прости, Скорпиус, я задумался, — сын улыбнулся и сразу же отвернулся.

Драко отложил свои мысли на задний план и втянулся в семейную беседу. После сладкого фуршета Нарцисса попросила Скорпиуса сходить в её библиотеку, которую она с годами, прожитыми здесь, значительно расширила. Сказав, что на столе его ожидает подарок. Подросток ушёл, в чёрной строгой мантии, с ровной спиной и поднятой головой, как и подобает Малфоям. Нарцисса повернулась к сыну, положив ладонь на его руку.

— Кто она? — мягко улыбнулась мать.

— С чего ты взяла? — он удивленно на неё посмотрел.

— Драко, со мной можешь быть честен, я же не твой отец, — после смерти Люциуса, несколько лет назад, Нарцисса стала более открытой, её словно отпустили невидимые оковы. Мать всегда старалась быть близка к сыну, насколько это было возможно, но Люциус был строгих моральных правил и требовал от семьи того же. Он глубоко вздохнул.

— Я не говорил тебе, но больше полугода назад я вернул себе память. Я всё вспомнил.

В глазах Нарциссы промелькнула вспышка, она приоткрыла губы, явно перебирая поток мыслей.

— Я не злюсь ни на кого, я виноват в своих ошибках сам, — он смотрел внимательно в её глаза, которые наполнялись слезами. Драко не помнил материнских слёз даже на похоронах отца.

— Сынок, если кто виноват, так это мы с отцом. Это было после его первого падения, это были обычаи, которым, как ты знаешь, твой отец придавал большое значение. Я хоть и была против, но веса в данном решении не имела. Прости, что столько лет все об этом молчали, — она сжала его руку, когда слеза скатилась по щеке. Нарцисса быстро убрала мокрую дорожку салфеткой, глубоко вздохнув.

— Расскажи мне.

— Да нечего рассказывать. Блэйз изложил мне правду, я приготовил зелье и всё вспомнил… и чего-то ждал… Я обещал ему, а он Астории, что я не буду лезть в её семью.

— И тут она объявляет о разводе, — Нарцисса еле заметно улыбнулась.

— Да. И я в этот же вечер заявился к ней домой, — глаза матери округлились, она откинулась на спинку широкого дубового стула.

— Но как ты узнал их адрес.

— Я отправился в ту квартиру, где она раньше жила. И честно говоря, не надеялся её там встретить, но моя интуиция меня не подвела, мам.

— И что произошло дальше? — она смотрела на него теми же широко раскрытыми глазами.

— Произошло то, — он усмехнулся — что я меньше всего ждал. Пришёл Поттер, — брови Нарциссы поползли вверх. — Сначала, я думал, что он кинется на меня, но потом мы вышли вдвоём, и я ему всё рассказал.

— И он поверил?!

— Ты знаешь, он… на самом деле, я не знаю, как сказать… эта их Гриффиндорская черта — во всём видеть хорошее… но в итоге он меня спокойно выслушал.

— А как же она к этому отнеслась?

— Это ещё более интересно, — он снова ухмыльнулся и потёр висок. — Она выслушала мой монолог и выставила меня за дверь.

Повисла тишина. Драко усмехался, вспоминая прошлую пятницу. Нарцисса бегала глазами по его лицу.

— Знаешь, всё, что касается её, постоянно выбивается из моих планов. Я думал, приду, расскажу, она захочет вернуть память, и мы начнём всё заново. Но в понедельник мне пришло письмо из Министерства, Поттер просил помочь им с одним делом, им нужен был зельевар.

Нарцисса подняла брови.

— Да, я тоже был поражён. Столько лет и вдруг нужна моя помощь. Но насколько я понял, это было не их желание. Это была просьба лаборантов, они не могли найти противоядие, и просили министра обратиться именно ко мне. Всю неделю мы работали рука об руку, и в четверг она попросила зелье памяти, — Нарцисса в миг посерьёзнела. — Я принёс ей вечером недельный отвар, рассказал, как пить и его эффект, что всё будет происходить постепенно.

— А как вы с ней общаетесь? С её стороны есть какое-то тепло или интерес к тебе?

— Вообще нет. Поттер говорил в тот вечер, что она изменилась, она не та Гермиона Грейнджер. Но я не думал, что она стала совсем другим человеком. Мне кажется, она сломалась, но держит маску для всех. Она просто живёт здесь и сейчас.

— А что она вспомнила на данный момент?

— Сегодня должен быть выпит 3 флакон, а значит, начнёт образовываться картинка и размытые диалоги. Завтра она уже будет различать дни и обстоятельства.

— И ты думаешь, что она вспомнит и вы будете вместе? — Нарцисса сказала это сильно тихо.

— Мам, я сделал всё, что вы хотели. Женился, у нас родился сын, но Астории нет… да и я понимаю, что это были не чувства, а обязанность, которая влекла за собой привязанность. Я хочу исправить то, что натворил, и хоть сейчас пожить счастливо. Прости, что не так, как бы тебе хотелось.

— Драко, ты меня не понял, — Нарцисса расправила плечи. — Если это то, что сделает тебя счастливым, я готова лично извиниться перед ней за тот злой рок, который произошёл с ней из-за нашей семьи.

Теперь была его очередь округлять глаза. Он встал и обнял мать.

Поздним вечером они вернулись в Мэнор. И Драко всё хотел обсудить с сыном Лили Поттер. Он вспомнил зимний разговор, где сын говорил, что ему нравится девочка: она очень умная, но они вечно ругаются. Но увидев его загоревшиеся глаза на новый сборник книг, подаренный Нарциссой, решил, что до его возвращения в Хогвартс этот вопрос может подождать. Он хотел дать ему наставнический совет.

Всё воскресенье он провёл в лаборатории, готовил новую порцию зелий для Мунго. И в голове переваривал дело, над которым работал в Министерстве. Попросив Альфи принести ему несколько книг из библиотеки, сам склонился над развёрнутым пергаментом, нарисовав схему, которую ему показывал Поттер. Эльф принес все нужные книги и оставил его в своих мыслях.

В понедельник он с сыном передали все составы в Мунго и ждали прихода Блэйза и Доротеи.

Забини купил дочке настольную маггловскую игру «Монополию», и вся компания засела за гостевым столом, меняя карточки и смеясь до упаду. Блейз хоть и был чистокровных аристократичных кровей, но относился к этому совершенно по-иному. С ним они были как два сапога пара — наедине подростками и друзьями своим детям. На публике всё те же манерные личности.

— Как твоя работа в Министерстве? — они отсели от детей, поддавшись им в игре. А Доротея всё не отставала и уговаривала Скорпиуса сыграть ещё раз. Чтобы детям было интереснее, Малфой позвал к ним Альфи. Эльф возмущался, но Скорпиус его уговорил умоляющим взглядом. Альфи так и продолжал быть другом и членом семьи для них.

— Противоядие готово. Сейчас я помогаю Поттеру с тренировками авроров.

— Что?! — Блэйз замер. — Малфой, тебе не кажется, что тебя используют в личных целях?

Драко усмехнулся.

— Перестань, Блэйз, я сам предложил помощь Поттеру.

— Не понимаю, в чём у него проблема?

— Проблема в том, что он сам очень силён, и требует того же от авроров, а они не выдерживают нагрузок. И, кстати, маггловским противоборствам он тоже обучен и очень даже неплохо.

— Малфой, мы тебя теряем, — он приложил ладонь к лицу.

— Ты не можешь отрицать, что он силён.

— А я и не отрицал. Только ты помешался на гриффиндорцах.

— Не неси ерунду.

— Так, а что с нашим дорогим министром?

— Тут ещё сложнее.

Блейз поднял одну бровь:

— Продолжай.

— Я в субботу предложил ей поужинать, на что она ответила «сейчас не самое подходящее время». Я решил, пока не попадаться ей на глаза, не знаю, насколько это правильно.

В этот момент комнату осветил бело-голубой шар, и выдра заскакала вокруг Малфоя. Все повернулись на её свет.

— Если у тебя есть возможность, пожалуйста, подойди срочно ко мне домой, — и выдра растворилась.

— По-моему, она передумала, дружище, — Блэйз расплылся в широкой улыбке. Малфой занервничал.

— Нет, что-то не то. У неё что-то с голосом, что-то случилось, — он посмотрел на подходящего к ним Скорпиуса, потом на Блэйза.

— Ты сможешь побыть тут до моего возвращения? Гостевые комнаты в твоём распоряжении. Скоропиус, — он посмотрел на сына, — я вернусь и обязательно тебе всё объясню.

Скорпиус внимательно посмотрел на отца и молча кивнул.

Драко почти бежал по гравийной дорожке Мэнора. И в голове был голос, исходящий от выдры, её голос.

«Что могло случиться, что она меня позвала?»

Через 5 минут он уже стоял у её двери. Он постучал, но не услышал ответа. Прислушавшись к тишине вокруг, он надавил на ручку двери, и та поддалась. Малфой достал палочку из кармана мантии и медленно прошёл по коридору. Он услышал шум, исходящий из ванной комнаты, и повернулся, когда дверь открылась и из неё вышла Гермиона. Она замерла, увидев его и перевела взгляд на палочку в его руке.

— Прости, я стучал, но ты не ответила, а дверь была открыта. Что… — он всмотрелся в её заплаканное лицо. — Что случилось?

В три широких шага он пересёк комнату и оказался возле неё.Она вздохнула.

— Рон приходил.

«Мириться?»

Она посмотрела на него.

— Он прочитал статью в Пророке, что ты со мной работал.

«Он обидел тебя? Ударил?»

Драко стал нервно осматривать её лицо и руки.

— Нет-нет, перестань. Он никогда бы руки не поднял на меня, — она словно прочла его мысли.

— Тогда что случилось?

— Он… Он разбил зелье, когда узнал, что я решила всё вспомнить, — она нервно крутила в руках свою палочку.

— Что?! — он смотрел на пол, который был весь в осколках.

— Я пыталась восстановить, но…

— Их не восстановить, — он смотрел на осколки и не мог найти решение.

— И что теперь делать?

Он поднял глаза на неё. Слеза стекала по щеке так медленно, он смотрел на неё и ему как никогда хотелось её обнять. Он медленно поднял руку и большим пальцем вытер блестящую каплю.

— Я что-нибудь придумаю… — чересчур тихо произнёс он.

«Как же я хочу ощутить твоё тепло».

Она медленно закрыла глаза, и вторая слеза скатилась по щеке.Он в одно мгновение схватил её в свои объятия, так нежно, трепетно, будто хрусталь, как будто она сейчас исчезнет. Он наслаждался её запахом, её присутствием. Одной рукой он держал её поперёк лопаток, а второй перебирал непослушные кудри, вдыхая запах карамели. Сколько лет прошло, а она всё так же пахнет карамелью. Он почувствовал её руки на своих плечах.

«Неужели я дождался».«Я не хочу тебя отпускать. Ни сейчас, никогда».

Спустя несколько минут она попыталась отстраниться. Он нехотя убрал руки, и она отошла назад.

— Можно сварить ещё зелье?

— Сколько ты выпила флаконов?

— Четыре. Сегодняшний, пятый, не успела.

Он молча перебирал варианты.

— Можно же сварить ещё и выпить только три штуки?

— Нет, в состав зелья входят лепестки цветка седмичника. Семь лепестков, по одному, в каждой дозе. Добавить другой цветок нельзя, не говоря уже о других травах которые были в составе.

— Седмичник? Но где ты… — она смотрела на него широко открытыми глазами, поворачивая голову из стороны в сторону.

— Я узнал о нём на конференции в Северной Америке много лет назад, но не работал с ним в составах, пока он не понадобился для моего эксперимента. На какой стадии твои воспоминания?

— Я помню обрывки фраз и не совсем чёткие картинки. Но много чего могу сопоставить между собой. Если нет зелья, значит, всё так и останется как есть?

— А ты хочешь вспомнить всё? — он виновато смотрел на неё.

— Конечно. Я сделала этот шаг, нужно идти до конца.

— Я думаю, что есть только один выход.

— Продолжай.

— Если подобрать один состав, дающий толчок к активации мозга… но тебе нужно место где всё начиналось и…

— Где всё закончилось…

«Не знаю, готова ли ты».«Готов ли я».

— Да.

— И ты думаешь, я вспомню всё?

— Не факт, но возможно. Это единственный вариант, из всех возможных.

«Я уже сам не рад всему этому».

Она прошла мимо и села на стул, уперев руками голову.

— Куда нам нужно отправиться? Я не помню, как попала в Хогвартс. Помню поезд, я села в него с Гарри и Джинни. И всё, замка я не помню. Значит, нам нужен Хогвартс?

— Да.

— Когда у тебя будет время?

— Что?! А как же твоя работа?

— Подождёт. Я слишком много лет уделяла только работе. Гарри подменит меня на несколько часов, — она подняла глаза. — Ну так когда?

— Когда ты скажешь.

«Я покажу тебе всё».

— Завтра, после обеда. Мне нужно быть на работе утром. Я быстро сделаю все дела, и после обеда отправимся.

— Хорошо, я приду.

Взмахом волшебной палочки он убрал разбитое стекло и остатки разлитого зелья.

— Закрой, пожалуйста, только за мной дверь, — он смотрел на неё, такую далёкую, но такую родную.

Она кивнула и встала, пройдя за ним в коридор. Он повернулся и, как и прежде, поцеловал её в висок. Она посмотрела ему в глаза, на его губы, закусив при этом свою.

«Грейнджер, ты сводишь меня с ума».«То тебе не время, то смотришь в ожидании поцелуя».«Я тебя обнимаю, ты замираешь, а потом, словно выныриваешь и отступаешь».«В какую игру мне с тобой играть?»

— Спокойной ночи, Малфой.

— До завтра, Грейнджер.

В Мэноре его ждал Блейз, сидя у камина, с газетой в руках.

— Дети уже спят? — Драко сел напротив.

— Да, Доротея давно ушла, а Скорпиус без слов понял, что вы поговорите позже, без свидетелей. Ты решил ему рассказать?

— Я долго думал, но нет смысла молчать. Он взрослый и достаточно умный парень.

— Как твоё неожиданное свидание?

— Уизли разбил оставшиеся три зелья, почитав сегодняшнюю газету, — он кивнул на Пророк, который лежал на коленях Забини. — Завтра мы отправляемся в Хогвартс, чтобы она увидела начало и конец. Возможно, это поможет заполнить остатки её неведения, — чересчур тихо закончил Малфой.

— Ты о чём-то всё время молчишь. Может, пришло время поделиться? — Блейз развёл руками.

— Я так хотел, чтобы она вспомнила, как и я. Я был ослеплён этой идеей, а когда отдал ей зелье, понял, что вы правы. Никто не знает, как она отнесётся к этому.

— Короче, теперь ты струсил.

— Ты знаешь, веду себя, как пацан. Каждое слово и движение по пять раз обдумываю.

— Ну, раньше ты брал и делал, — Блэйз усмехнулся.

— Да. А теперь думаю, и ломаюсь. Я боюсь все снова испортить.

— Есть предложение, — Забини подмигнул, а Драко поднял бровь.

— Спарринг?

— А то! Нужно выбросить энергию, я так понимаю? Мне же нужно завтра занять чем-то детей…

— Ты лучшая нянька, я так и знал Забини, — Драко хлопнул его по плечу, и они отправились в зал.

Он проснулся рано, лёжа в большой кровати, с длинным балдахином, смотря на восходящее солнце, которое пробивалось в окна. В дверь постучали, и Альфи заглянул.

— Мастер, я принёс вам завтрак… Я решил, что вы захотите побыть в одиночестве?

Малфой сел на кровати и уставился на старого друга. Альфи прекрасно знал всё, что касалось Грейнджер и раньше и сейчас.

— Я переживаю, Альфи. Точнее, я боюсь, чтобы снова всё не испортить. Я столько натворил, — домовик поставил поднос у прикроватной тумбочки и уставился на Драко.

— Вы очень много страдали, Альфи знает, Альфи всё видел. Но и она не жила счастливо. Всё, что от вас зависит, вы сделали. Будьте с ней рядом, как бы она ни отреагировала, и возможно, всё станет на свои места.

Малфой смотрел на него всегда как на равного себе, но никогда не говорил с эльфом настолько откровенно.

— Откуда в твоей маленькой голове такие глубокие мысли? — он улыбнулся.

— Альфи не знает, просто говорит, что думает.