Глава 16

Олеся

    Я лежу в кровати и не хочу шевелиться. Чувствую себя разбитой. Во-первых, из-за нашего с мамой вчерашнего разговора. Ей действительно очень хотелось выговориться. Сперва она рассказывала про свадьбу. Про то, что их организатор отказался вести бракосочетание, а затем почему-то передумал и вновь пытался наладить связь, но в этот раз отказался уже Сергей, послав Инессу пешим эротическим путешествием. Следом сообщила, что платье, которое она хотела надеть на бракосочетание безнадежно испорчено. Все это время я чувствовала вину. Знала, что напрямую виновата в этих проблемах.    Но после она начала говорить о своих сомнениях и чувствах. Рассказывала, что с Сергеем у нее будто бы второе дыхание открылось, но она не может не обращать внимание на некоторые вещи, которые ее сильно заботят. Она говорила про то, что он слишком часто задерживается на работе, что где-то темнит, что она уже всерьез начинает сомневаться в правильности ее решения связать с этим человеком судьбу. Я была хорошим слушателем, но боялась и слова сказать. Понимала, что моя задача лишь подтолкнуть маму, но никак не наставлять.    Во-вторых, меня мучили мои чувства к Артему. Теперь я хорошо понимала, что это не только какая-то странная химия, но и что-то куда серьезнее. Мне стоит как-то избавиться от этого, но как это сделать, если мы слишком много времени проводим вместе? И с каждым разом подобные «свидания» приятнее.    Да, в настоящий момент нас многое связывает, но что будет дальше? Как мне отвлечься от такой неподходящей кандидатуры? Или стоит сломя голову прыгнуть в огонь, а после пытаться хоть как-то излечить свое сердце?    Телефон издал короткий звук входящего сообщения, и я отвлекаюсь от размышлений. Тянусь к тумбе и читаю, что пришло. Сообщение с незнакомого номера.    «Воспользовался своими связями и стребовал твой номер телефона с вашего бармена. Иван»    И сразу же следом от него же:    «Привет, кстати. Как ты?»    Пишу в ответ:    «Ого :) Я в порядке. А ты?»    «В кои-то веки выходной. Запоздало сообразил, что мне даже кофе не с кем попить. Что ты делаешь вечером?»    Я натурально зависаю над сообщением, не знаю, что ответить. И тут же приходит следующее:    «Можно чай, если ты не любишь кофе»    Бинго! Кажется, это потрясающий шанс отвлечься от Артема. Ваня и правда хороший, он не вызывает у меня никаких негативных эмоций. И вроде как он довольно трепетно относится ко мне. Может?..    «Я люблю кофе», — отвечаю.    «Отлично! Во сколько ты заканчиваешь?», — приходит буквально через несколько секунд.   — Олеся, ты проснулась? — за дверью раздается голос мамы. — Спустишься на завтрак?   — Иду! — откликаюсь я и сползаю с постели. Надо успеть собраться, умыться и успеть на электричку. С последней мыслью морщусь. По всей видимости, я слишком привыкла добираться до университета на машине с Артемом, но в то же время слишком хорошо понимала, что не имею никакого морального права злоупотреблять этим. К тому же, надо хотя бы в ближайшее время избегать встреч тет-а-тет с ним.    За завтраком мы все молчим. Сергей пытается несколько раз завести какой-то разговор ни о чем, но не встретив поддержку в нашем лице замолкает и он. Мама равнодушным взглядом утыкается в тарелку, вяло ковыряется в салате. За всю свою жизнь я уяснило одно, когда она такая — ей очень плохо. А когда ей долго плохо, грядет буря.    Артем тоже не спешит поддержать разговор. Он выглядит помятым, будто бы спал всего пару часов. А я... а я просто не знаю, о чем разговаривать. Хотя от такой гнетущей тишины мне, скорее всего, сильнее всего неловко.   — Вы все не выспались что ли? — деланно весело спрашивает Сергей. — Сегодня погода такая хорошая.    Ага, когда не знаешь, о чем поговорить, говори о погоде. Я мысленно усмехаюсь. Вслух же замечаю:   — Вечером дождь обещали.   — Не забудь тогда зонтик, — тут же подает голос мама.   — Могу тебя забрать с универа, — сразу после нее говорит Артем.   — Не, я сама. У меня планы сегодня, спасибо, — с улыбкой отвечаю я.    Артем хмурится, но ничего не спрашивает. Но когда мой телефон внезапно начинает звонить, бросает взгляд на экран. Делает это быстрее, чем я успеваю поднять трубку.   — Да, алло?   — Во сколько ты заканчиваешь? — спрашивает Ваня. — Ты не ответила, решил набрать.   — В четыре, — бросая виноватый взгляд и на маму (она не любит, когда я утыкаюсь в телефон за завтраком), и почему-то на Артема. Меня буквально окатывает ледяной волной недовольства от последнего.   — Тогда я заеду за тобой в институт. Тут мне тоже пришлось воспользоваться связями, — весело говорит Ваня.    Но я его перебиваю:   — Давай чуть позже, немного занята сейчас.    Кладу трубку, не дождавшись никакого ответа.   — Ну наконец-таки! — выдает мама с улыбкой. — Не учеба и не работа! Дожила!   — Это твой парень? — спрашивает Сергей, и я краснею.   — Просто друг, — невнятно отвечаю я.   — А покраснела тогда чего? — Сергей улыбается, а я краснею еще больше. Ох, знали бы вы из-за чего я краснею, не улыбались бы так...   — Неужели Иванушка-дурачок объявился? — скептично тянет Артем. — Жаль только у него вместо печки волшебная палочка.    Мама переводит на него удивленный взгляд и спрашивает:   — Волшебная палочка?   — Ой, затыкаюсь, — он натянуто улыбается и встает из-за стола. — Ладно, всем хорошего дня.   — У тебя на сегодня какие планы? — спрашивает Сергей.   — Поеду искать свой путь.   — Докинешь Олесю до института? — тут же спрашивает он.   — Сорян, но сегодня нам не по пути, — сухо отвечает он и выходит из столовой.   — Да что за волшебная палочка?! — восклицает мама.   — Не бери в голову, — пытаюсь улыбнуться, но выходит криво. — Это Артем так шутит.    До меня доходит, насколько двусмысленная у парня получилась шутка и вновь заливаюсь румянцем. Не очень вовремя.   — Будь дома в девять, пожалуйста, — с беспокойством отвечает мама.   — Думаю, что буду даже раньше, — встаю из-за стола и чмокаю ее в щеку. — Ладно, я побежала. Электричка через полчаса, а мне еще собраться. Всем хорошего дня.    Когда поднимаюсь по лестнице, натыкаюсь на Артема. Он стоит, прислонившись к стене с наигранно скучающим видом.   — Значит, сегодня на свидание идешь? С этим гайцом? — спрашивает он.   — Просто встречусь, — мне неудобно отвечать на эти вопросы, но я стараюсь взять себя в руки.   — Ты уверена? — спрашивает он. — Мне кажется, он не тот, кто тебе нужен.   — И кто же мне нужен? — с вызовом спрашиваю я. Друзья-друзьями, но мне не хочется, чтобы Артем лез в мою личную жизнь. И так тошно.   — Ну не знаю, — он усмехается. — Может, тот, кто сможет довести тебя до оргазма пальчиками?    Я дергаюсь, как от удара. Впрочем, это он и был. Только не физический, а словесный.   — Ты опять все портишь, — качаю головой. — Дай пройти.   — Более не задерживаю, — холодно отвечает он и отстраняется от стенки, позволяя пройти в коридор.

***

    Весь день настроение упрямо держится на уровне плинтуса. Не помогают ни веселые картинки от Тани, которые она скидывает, чтобы хоть как-то поднять настроение, ни любимая музыка, ни вовлеченность в лекции и семинары. Я всегда любила учиться, с удовольствием ходила в институт и с радостью выполняла даже самые неинтересные домашние задания. Реферат? Готова. Доклад? Да легко. Выступить с мини-проектом на конкурсе? Изи.    Последнее особенно радовало, ведь победителю обещали стажировку за границей с проживанием в семье за сущие копейки. Грубо говоря, платишь только за то, что ешь и пользуешься местным транспортом. Дешево даже для меня, потому я и вписалась в этот конкурс.    «На сегодня все в силе?», — в три часа приходит сообщение. Я радостно дергаюсь и только потом расстроенно подмечаю, что оно от Вани. И тут же корю себя за то, что ждала смс от Артема.    Чувствую себя грязной и неправильной, мне кажется, что я обманываю вообще всех вокруг. И маму, и Ваню, и Артема, и, что обиднее всего, себя. Ненавижу обманывать себя. От этого на душе становится гадко. Так, что хоть на стену лезь, хоть на луну вой — ничего не поможет.    «Да», — отправляю я. И следующим сообщением, чтобы хоть как-то смягчить резкий ответ отправляю смайлик. Только потом соображаю, что резко это сообщение прозвучало только в моей голове. Дожила, Олеся...    Час тянется бесконечно. Не то, чтобы я по-настоящему ждала это свидание, скорее, хотела, чтобы день в целом закончился поскорее. А лучше — неделя. Еще прекраснее — год. Но, как мне кажется, Время всегда потешается над страждущими. Мечтаешь о том, чтобы секунда растянулось в бесконечность? Получай лишь миг. Желаешь, чтобы час поскорее завершил свой ход — хренушки, стрелка часов буквально прилипнет к циферблату.    Когда я все же выхожу на улицу, на небе сгущаются тучи. Пасмурно почти так же, как и у меня на душе. Еще одна насмешка природы — почти как в фильмах или книгах. Природа отражает состояние человека только тогда, когда он действительно обращает на нее внимание.   — Олеся! — слышу оклик и поворачиваюсь на звук. Ваня. К счастью, без формы. И машина не рабочая, потому удается не привлекать внимание. Растягиваю улыбку и иду к нему.   — Привет, — киваю.   — Рад тебя видеть! — А вот он улыбается вполне искренне. От этого чувствую себя еще более виноватой. — Куда пойдем? Сперва в кофейню?   — Можно, — пытаюсь расслабиться. Буквально заставляю себя.   — Поехали, я знаю одно замечательное место. Ты ведь любишь кошек?   — Люблю. — А вот тут ни на грамм не кривлю душой. Животных я и правда очень люблю. И неважно кошек или собак.    Ваня радостно огибает машину и открывает передо мной дверь автомобиля, словно я какая-то леди. Мысленно делаю пометку, что Артем так ни разу не делал. Кто же знал, что именно это первое сравнение заставит меня вести мысленную табличку на протяжении всего свидания?    Ваня расспрашивает, как у меня дела, на протяжении всей дороги, а Артем ни разу этого не делал. Ваня, когда мы добираемся до места вновь открывает передо мной дверь (в этот раз, потому что с моей стороны заклинило ручку, но все же)! Он пропускает меня вперед в котокафе, в которое он меня привез. А потом галантно помогает мне снять с себя джинсовку. Он делает все, будто бы сошел со страниц фэнтези-книг про рыцарей. А я никак не могу отделаться от мысли, что мне невыносимо скучно. Что я хочу домой.    И я корю себя за эти мысли, сотни раз корю. Да что со мной не так вообще?! Любой другой девушке Ваня бы понравился с первых минут, ведь с ним легко. По-настоящему легко. Можно не ждать удара по больной точке, можно не напрягаясь рассказывать что угодно, можно смеяться его шуткам – он хороший парень. По всей видимости, слишком хороший для меня.   — Олесь, ну что с тобой? — уже в который раз спрашивает Ваня.   — Не бери в голову, — натянуто улыбаюсь. Мысленно отвечаю: дело не в тебе, дело во мне, но даже в голове эта фраза звучит настолько ужасно, что аж зубы сводит. — Просто с мамой некоторые сложности.    Использую отмазку, хотя по сути даже не соврала. Маме и правда грустно, и все это из-за меня.   — Хочешь поделиться? — деликатно спрашивает он. — Если что, моя жилетка всегда к твоим услугам.   — Не бери в голову, — повторяю я и ко мне на руки прыгает один из котов. Вальяжно укладывается на коленках, подставляя пузо, и я начинаю его чесать.   — Он обычно ни к кому на руки не идет, — произносит Ваня.   — Котокафе — лучшее место для свиданий? — неудачно шучу я. Мужчина хмурится, сперва явно не поняв шутку, но потом его лицо разглаживается, и он широко улыбается.   — Конечно! — восклицает он. — Девушки очень любят котиков, почти безотказный прием! — Потом добавляет уже более серьезно: — А если честно, то ты первая. Просто мне захотелось поднять тебе настроение.    Вот только от этой фразы аж на стенку лезть хочется. Ну почему ты такой хороший, Ваня? Ну сделай хоть что-нибудь не так, хоть крохотный просчет, и мне будет уже не так сложно!   — Вань, я, кажется, не очень хорошо себя чувствую, — все же нахожу в себе силы это сказать. Очень кстати вспоминаются слова Таньки о том, чтобы я не дурила голову хорошему парню, чтобы не причиняла ему боль.   — Что с тобой? Температура? — он неуловимым движением касается моего лба и снова хмурится. — Вроде нет.   — Просто слабость какая-то. Наверное, я лучше домой поеду. Сейчас вызову такси.    Добираться своим ходом не хочется, я даже готова раскошелиться, лишь бы поскорее нырнуть под теплое одеяло.   — Я тебя отвезу, — безапелляционно заявляет мужчина.   — Вань, не надо. Как-то неудобно...   — Ерунда, — отмахивается он, вставая из-за стола и одним резким движением заливая в себя оставшийся кофе.    Я не нахожу причин для отказа. Да и понимаю, что он его не примет. Путь до дома проходит в неловком молчании. Ваня пытается как-то меня разговорить, но я отвечаю вяло. Весь вечер для меня проходит под тегом: «я виновата перед всеми». Но я ничегошеньки не могу с собой поделать, не могу даже себя заставить быть милой.   — Что-то ты совсем расклеилась, — под конец дороги замечает Ваня. — У тебя есть дома лекарства?   — Ага, — глухо отвечаю я.   — Если вдруг не будет, я привезу, — с готовностью замечает мужчина. — Мне несложно.   — Спасибо большое, но все есть, — уверяю я.    На въезде в дачный поселок он демонстрирует удостоверение. Этого охранникам достаточно, потому перед нами спокойно открывают шлагбаум. Еще пара минут, и я буду дома. А потом и в кровати. Не хочу ничего делать. Ни заниматься, ни даже фильмы смотреть. Чувствую себя максимально... как там сказал Ваня? Расклеенной.   — Вот тут можно притормозить, — рукой показываю на калитку, ведущую на участок Сергея.    Он останавливается. Я пытаюсь открыть дверь, но ее вновь заело. Ваня с готовностью выходит из машины и помогает мне выбраться.    Домой... Как же я хочу домой.   — Олесь, все было совсем плохо? — внезапно тихо спрашивает он.   — О чем ты?   — О нашем свидании? Я что-то сделал не так?    Вот только этого разговора мне не хватало.   — Вань, ты все сделал так, — искренне отвечаю я. Тяжело вздыхаю. — Просто я какая-то не такая. Прости меня. Правда, ты отличный парень.   — Ох, как часто я это слышал. Чаще, чем мне бы хотелось, — он горько усмехается. — Ты очень хороший парень, все дело во мне.   — Прости меня, — опускаю взгляд.   — Забей. Все нормально. У меня уже шкура отросла на такую реакцию, — он улыбается уже привычной добродушной улыбкой. — Я привык и к тому, что девушки всегда выбирают мудаков, а не хороших парней.   — Что? — Я приподнимаю брови. — О чем ты?   — О нем, — он кивает на дом. Я слежу за его взглядом и вижу Артема, выглядывающего из-за окна третьего этажа. Он выглядит равнодушным, но не сводит с нас глаз.   — Прости, — я вновь опускаю взгляд. Говорю это уже в третий раз, но мне все равно кажется, что недостаточно.   — Ладно, я сам скажу, — Ваня вздыхает, но продолжает весело: — Вечер был крутой, ты очень хорошая девушка, но давай останемся друзьями?   — Друзьями? — Он даже не представляет, какую боль доставляет эта фраза. Не потому что я не хотела бы сохранить с этим мужчиной дружеские отношения, а потому что совсем недавно я сама это сказала. Интересно, Артем чувствовал то же самое, что и я? Нет, вряд ли.   — Ага, друзьями. А теперь заставим его поревновать, — Ваня подмигивает, а затем внезапно распахивает свои медвежьи объятия и крепко меня обнимает. Я боюсь даже пошевелиться, чувствую себя максимально напряженной. — Если тебе понадобится моя помощь, то можешь на меня рассчитывать.   — Спасибо, — внезапно для самой себя я улыбаюсь. И впервые за вечер по-настоящему тепло и искренне.    Сообщив маме, что я дома, поднимаюсь к себе в комнату. К счастью, мама меня не задерживает, ни о чем не расспрашивает, с чем-то копошится на кухне. И еще к большему счастью, по пути я не встречаю Артема. Просто ныряю в свою комнату, затем так же тихо, как мышка, иду в горячий душ. Через десять минут я уже лежу под теплым одеялом с закрытыми глазами.    Сон не идет, вместо этого мозг подбрасывает образы. Совершенно непрошенные образы. И непонятно откуда взявшиеся.    Я почти физически ощущаю горячее дыхание Артема. Ощущаю его руки между своих ног: они поднимаются все выше и выше, мягко касаются самых запретных и интимных точек на моем теле. Язык скользит вниз по моей шее, к ложбинке между грудей, а потом и к соскам. Губы мягко покрывают сперва правый, а затем и левый... Тело горит, хотя мозгом я четко понимаю, никакого Артема тут нет.    Пытаюсь хоть как-то отделаться от своих фантазий, но мозг подбрасывается брошенную фразу Артема про душ. И мозг вновь уходит в далекие дали... Теперь я представлю, как мы оба стоим под прохладными струями, абсолютно обнаженные.   — Тпррр, — выдаю вслух и сажусь в кровати. Пытаюсь подумать о чем-то отвлеченном. Даже нахожу в телефоне «Войну и мир» в вордовском формате и пытаюсь погрузиться в сложные французские диалоги. Нет, я не знаю язык в совершенстве, но это отвлекает. Ненадолго.    Стоит мне отложить смартфон в сторону, наконец смирившись с тем, что пора бы уже спать, как в голову вновь лезут непрошенные образы.    Да как так вообще можно?!    Как можно всеми фибрами души желать забыть парня, но при этом думать о нем... ТАКОЕ? Как можно после свидания, пусть неудачного, с одним, лежа в постели думать о другом?    Чувствую себя грязной и испорченной. Похотливой шлюхой, которая не может никак усмирить свои чувства и желания. Последняя мысль отрезвляет, именно под нее удается погрузиться в объятия Морфея. Вот только ненадолго...    Из сна я вырываюсь с протяжным стоном. На лбу испарина, низ живота ноет, грудь болит так, будто ее все это время мяли. Губы горят, словно я их кусала во сне... Я встаю резким рывком, пытаюсь отдышаться. На глазах выступают слезы — ну почему все так сложно?    Толком не думая, что я делаю и зачем, отбрасываю от себя одеяло и выхожу в коридор. Поднимаюсь наверх и замираю у двери Артема. Для того, что я хочу сделать, нужна недюжая смелость. Вот только ее у меня нет, меня ведет желание. Дикое, необузданное, из категории тех, за которые я буду себя винить половину своей жизни.    Поддавшись ему, я толкаю дверь комнаты. И замираю, не в силах переступить через порог.