Part 29🌊

– Скажите мне, когда это закончится, – попросила Талия. Глаза у нее были крепко зажмурены. Статуя держала нас так, что упасть мы никак не могли, но Талия все равно вцепилась в ее руку так, будто ничего важнее на свете не было.

– Да все нормально! – успокоил ее я.

– А мы... мы очень высоко?

Я посмотрел вниз. Под нами проносились заснеженные вершины горного хребта. Я вытянул ногу и сшиб снег с одного из пиков.

– Не-а, – сказал я. – Не так уж и высоко. Луанна держала меня за руку и смотрела в сторону Талии. 

– Это Сьерра-Невада! – крикнула Зоя. Они с Гроувером болтались в руках второй статуи. – Мне доводилось тут охотиться. С такой скоростью не пройдет и нескольких часов, как мы будем уже в Сан-Франциско.

– Ура! Фриско! – сказал наш ангел. – Слышь, Чак! Давай повидаемся еще разок с теми парнями с памятника механикам! Вот кто умеет поразвлечься!

– Ну, чувак, я только «за»! – сказал другой ангел.

– А вы что, бывали в Сан-Франциско? – спросил я.

– Ну, нам, автоматонам, тоже ведь хочется иногда поразвлечься, верно? – сказал наш статуй. – Эти механики сводили нас в Музей изящных искусств и познакомили с тамошними мраморными дамами, ну, ты понял? И мы с ними...

– Хэнк! – вмешался статуй, которого звали Чаком. – Это же дети!

– Ох, и верно! – Если бы бронзовые статуи способны были краснеть, могу поклясться, что Хэнк покраснел бы. – Все, летим молча! Луанна захихика. 

Мы полетели еще быстрее, видно было, что ангелам не терпится долететь. Горы сменились холмами, и теперь под нами проносились возделанные земли, поселки и шоссейные дороги. Гроувер заиграл на свирели, чтобы убить время. Зоя от скуки принялась стрелять из лука по рекламным щитам, над которыми мы пролетали. Каждый раз, как она видела универсам «Target», с его логотипом в виде мишени – а универсамов этих нам попадались десятки, – она всаживала в вывеску магазина по нескольку стрел, в самое яблочко, на скорости сто миль в час. Талия так и летела, зажмурившись. И все время что-то бормотала себе под нос, как будто молилась. Луанна легла мне на плече и смотрела прямо что то обдумывая.

– Ты молодец, – сказал я Талии. – Зевс тебе внял. Сейчас, когда глаза у нее были закрыты, трудно было понять, что она думает.

– Может быть, – сказала она. – А как тебе вообще удалось уйти от тех скелетов в машинном зале? Ты же говорил, они загнали тебя в угол.

Я рассказал ей про странную смертную девочку, Рейчел Элизабет Дэр, которая как будто видела сквозь Туман. Я думал, Талия скажет, что я псих, но она только кивнула.

– Бывают такие смертные, – сказала она. – Никто не знает почему.

- А вдруг она тоже полубог? - сказала Луанна.

- Думаешь? - сказал я.

- Нет просто предположила. Всякое может быть. Да и скелеты на неё же не напали, возможно она просто человек который видит мир как видим его мы. - завершила Луанна.

И тут я вдруг осознал кое-что, о чем никогда не задумывался. Моя мама такая же. Она ведь тоже увидела тогда Минотавра на холме Полукровок и сразу узнала, кто это. И в прошлом году она совсем не удивилась, когда я ей сказал, что мой друг Тайсон на самом деле циклоп. Может, она это знала с самого начала. Неудивительно, что она так боялась за меня, пока я рос. Она же видит сквозь Туман даже лучше меня!

– Ну, эта девчонка была довольно доставучая, – сказал я. – Но все-таки хорошо, что я ее не испепелил. Это было бы неприятно.

Талия кивнула.

– А хорошо, наверно, быть обычным смертным. – Она сказала это так, словно много об этом размышляла.

Я слегка задремал, но Луанна разбудил меня, Хэнк спросил:

– Ребят, вас где спустить-то? Я посмотрел вниз и воскликнул:

– Вот это да! 

На картинках я видел Сан-Франциско и раньше, но вживую еще ни разу. Это был, наверно, самый прекрасный город, какой мне довелось повидать: вроде Манхэттена, только поменьше и почище, если бы вокруг Манхэттена были зеленые холмы и туман. Я увидел огромный залив с кораблями, островами и парусными яхтами и мост Золотые Ворота, выступающий из тумана. Мне сразу захотелось сфоткаться или вроде того. «Привет из Фриско!», «Я еще жив!», «Жалко, что ты не с нами!».

– Вон там, – сказала Зоя. – У здания морского вокзала.

– Клевая идея, – сказал Чак. – Мы с Хэнком притворимся голубями...Мы дружно уставились на него.

– Шучу, шучу, – сказал он. – Чего, если я статуя, так мне уж и пошутить нельзя?

Но притворяться особо и не пришлось. Было раннее утро, вокруг почти никого не оказалось. Мы только напугали какого-то бомжа, ночевавшего на паромном причале. Увидев Хэнка и Чака, он завопил и убежал прочь, крича что-то про бронзовых ангелов с Марса. Мы попрощались с ангелами, которые улетели тусоваться со своими приятелями-статуями. И только тут я сообразил, что понятия не имею, что нам делать дальше.  Мы добрались до западного побережья США. Артемида где-то здесь. Аннабет тоже – я на это надеялся. Но я понятия не имел, как их найти, а завтра уже зимнее солнцестояние. И о том, на какое чудовище охотилась Артемида, я тоже не имел ни малейшего представления. Оно вроде как должно было отыскать нас во время похода. И вроде как «указать дорогу». Но этого не произошло. И вот мы торчим на паромном причале, почти без денег, без знакомых, как полные неудачники. Мы немного посовещались и сошлись на том, что надо бы выяснить, что это за таинственное чудовище.

– Но как? – спросил я.

– Нерей, – сказал Гроувер.

Я посмотрел на него.

– Что-что?

– Помнишь что Луанне сказали тени? Найти Нерея.

– Морской Старец, – припомнил я. – Надо отыскать его и заставить рассказать все, что он знает. А как его отыскать-то? Зоя скривилась.

– Это старого Нерея, что ли?

– А ты его знаешь? – спросила Талия.

– Моя мать была морская богиня. Знаю, конечно. Увы, найти его обычно нетрудно. Надо просто идти на запах.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я.

– Идем, – сказала Зоя без особого восторга. – Покажу. 

Я понял, что влип, когда мы остановились перед контейнером для старья. Пять минут спустя Зоя обрядила меня в драную фланелевую рубашку и джинсы, которые были мне велики на три размера, ярко-красные кроссовки и бесформенную шляпу всех цветов радуги.

– Да-а, – сказал Гроувер, стараясь не хихикать, – теперь ты совершенно не бросаешься в глаза! Зоя удовлетворенно кивнула:

– Типичный бродяга мужского пола.

– Ну, спасибочки! – проворчал я. – Объясни еще раз, зачем это надо?

– Я же тебе говорила. Дабы не выделяться.

И она повела нас обратно на берег. Мы долго бродили вдоль причалов, и наконец Зоя остановилась и указала вдоль пирса туда, где сгрудилась компания бомжей. Они кутались в одеяла, дожидаясь, пока откроется бесплатная столовая.

– Он, наверное, где-то там, – сказала Зоя. – От воды он никогда далеко не уходит. Но в течение дня любит погреться на солнышке.

– Но как же я узнаю, который из них именно он?

– Подберись поближе, – сказала она. – Веди себя, как обычный бродяга. Ты его узнаешь. Он пахнет... иначе.

– Круто! Расспрашивать о подробностях мне как-то не хотелось.

– А что дальше делать?

– Хватай его, – сказала она. – И держи крепче. Он будет делать все, что угодно, чтобы избавиться от тебя. Но, что бы он ни делал, не отпускай. Заставь его рассказать тебе про чудовище.

– Мы с тобой! – сказала Талия. Она хлопнула меня по спине – и стряхнула с пальцев большой ком непонятного пуха, налипшего на рубашку. – Фу-у! 

- Ну, в общем, мы с тобой – мысленно. - добавила Луанна. Гроувер ободряюще продемонстрировал мне два больших пальца. Я проворчал что-то насчет того, как хорошо иметь таких супермогущественных друзей. И побрел на пирс. Я надвинул шляпу на лоб и спотыкался, как будто вот-вот свалюсь – это было совсем не трудно, учитывая, как я устал. Я миновал знакомого бомжа с паромного причала, который все еще пытался предупредить остальных насчет бронзовых ангелов с Марса. Пахло от него неприятно, но не сказать, чтобы как-то особенно. Я побрел дальше. Двое чумазых дядек с полиэтиленовыми пакетами вместо шляп критически воззрились на меня, когда я подошел ближе.

– Отвали, малый! – буркнул один.

Я прошел мимо. Воняло от них сильно, но обыкновенно. Ничего необычного. Еще там была дама с пучком пластмассовых фламинго, торчащих из тележки из супермаркета. Она уставилась на меня исподлобья, как будто думала, что я их сопру. В самом конце пирса дрых в пятне солнечного света дядька, который выглядел так, словно ему уже стукнуло миллион лет. На нем были пижама и мохнатый купальный халат, который когда-то, наверно, был белым. Дядька был толстый, с белой бородой, пожелтевшей от грязи, очень похожий на Санта-Клауса, если бы Санту вытряхнули из постели и поваляли по помойке. И чем же от него пахнет? Подойдя поближе, я застыл. От старика действительно воняло, но от него воняло морем. Гнилыми водорослями, тухлой рыбой, лужами, оставшимися после отлива... Если у океана есть неприятная сторона, этот старик был ее воплощением. 

Сдерживая тошноту, я уселся рядом с ним, как будто очень устал. Санта подозрительно приоткрыл один глаз. Я чувствовал, что он пялится на меня, но сам на него не смотрел. Пробормотал что-то насчет дурацкой школы и дурацких родителей, решив, что это должно звучать убедительно. Санта-Клаус снова задрых. Я напрягся. Я понимал, что это будет выглядеть странно. Я не знал, что станут делать остальные бомжи. Но я бросился на Санта-Клауса.

– А-а-а-а! – завопил старик.

Я собирался его схватить, а вышло так, что вместо этого он схватил меня. Как будто и не спал вовсе. Вел он себя явно не как дряхлый старец. Хватка у него была стальная.

– Помогите! – заорал он, пытаясь меня придушить.

– Это же преступление! – вскричал один из бомжей. – Вы посмотрите, как этот мальчишка старика валяет! Я действительно повалил старика, и мы покатились по пирсу, пока я не ударился головой об один из столбов. На секунду я растерялся, и Нерей ослабил хватку. Он собрался улизнуть. Но прежде, чем ему это удалось, я пришел в себя и ухватил его сзади.

– У меня нету денег!

Он пытался вскочить и убежать, но я обхватил его руками поперек груди. От него ужасно несло тухлой рыбой, но я терпел.

– Мне не нужны деньги! – сказал я, преодолевая его сопротивление. – Я полукровка! Мне нужна информация. От этого он только сильнее принялся сопротивляться.

– Герои! Ну почему вы вечно цепляетесь именно ко мне?

– Потому что ты все знаешь!

Он зарычал и попытался стряхнуть меня со спины. Это было похоже на американские горки. Он метался во все стороны так, что я не мог стоять на ногах, но я только стискивал зубы и сжимал руки. Мы очутились на краю пирса, и тут меня осенило.

– О нет! – воскликнул я. – Только не в воду!

Идея сработала моментально. Нерей торжествующе взревел и сиганул вниз. И мы вместе плюхнулись в залив Сан-Франциско. Должно быть, он удивился, когда я сильнее стиснул руки – океан наполнил меня новыми силами. Но и у Нерея в запасе остались кое-какие хитрости. Он принялся менять облик, пока я не обнаружил, что держу скользкого черного тюленя.

Я слышал шуточки насчет того, каково удержать в руках намазанную салом свинью. Так вот, скажу я вам, удержать тюленя в воде куда труднее. Нерей устремился в глубину, извиваясь, дергаясь и кружа в темных глубинах. Не будь я сыном Посейдона, мне бы его нипочем не удержать. Нерей крутанулся и вырос, превратившись в косатку, но я ухватил его за спинной плавник, когда он вынырнул на поверхность.

– Ух ты! – ахнула целая толпа туристов.

Я даже сумел им помахать. Ну да, мы тут, в Сан-Франциско, каждый день так развлекаемся...Нерей нырнул под воду и обернулся склизким угрем. Я принялся завязывать его узлом, но тут он сообразил, что происходит, и снова обернулся человеком.

– Почему же ты не тонешь? – взвыл он, молотя меня кулаками.

– Я сын Посейдона, – ответил я.

– Проклятый выскочка!

Наконец он рухнул без сил на краю лодочной пристани. Над нами возвышался один из туристических причалов, весь уставленный магазинчиками и ларьками, так что он походил на торговый центр на воде. Нерей пыхтел и отдувался. Мне было хорошо. Я мог бы продолжать так весь день, но ему я этого говорить не стал. Пусть думает, будто сражался достойно. По лестнице, ведущей с причала вниз, сбежали мои друзья.

– Ты его поймал! – воскликнула Зоя.

– А чему ты, собственно, так удивляешься? – спросил я.

– Ну, замечательно! – простонал Нерей. – Мало того, что меня унизили, так еще и прилюдно! Надеюсь, все будет по-честному? Ты меня отпустишь, если я отвечу на твой вопрос?

– У меня не один вопрос, – сказал я.

– За одну поимку – не больше одного вопроса! Правило такое. Я посмотрел на своих друзей. Плохо дело. Мне надо найти Артемиду, мне надо выяснить, что это за роковая тварь. И еще мне надо узнать, жива ли Аннабет и как ее выручить. Ну, и как спросить обо всем этом одним вопросом? Внутренний голос вопил: «Спроси про Аннабет!» Это меня волновало сильнее всего. Но тут я подумал о том, что сказала бы Аннабет. Она бы мне ни за что не простила, если бы я спас ее и не спас Олимп. Зоя, конечно, хочет, чтобы я спросил про Артемиду, но Хирон нам говорил, что чудовище даже важнее...

Я вздохнул:

– Ну ладно, Нерей. Скажи мне, где искать то ужасное чудовище, которое способно принести погибель богам. То, на которое охотилась Артемида. Морской Старец ухмыльнулся, показав нечищенные зеленые зубы.

– О, это проще простого! – с коварным видом сказал он. – Он здесь! – И Нерей указал на воду у моих ног.

– Где? – сказал я.

– Сделка выполнена! – злорадно ответил Нерей. Раздался хлопок, он обернулся золотой рыбкой и плюхнулся в море.

– Ты меня надул! – взвыл я.

– Постой! – Глаза у Талии расширились. – А это кто?

– Му-у-у-у-у-у-у!!!

Я посмотрел вниз. Да это же моя старая знакомая, змеекорова! Она плавала рядом с пристанью. Змеекорова ткнулась носом в мою кроссовку и уставилась на меня печальными карими глазами.

– А, Бесси! – сказал я. – Не до тебя сейчас.

– Му-у! Гроувер ахнул:

– Он говорит, его зовут не Бесси!

– А ты что, понимаешь ее... то есть его?

Гроувер кивнул:

– Это очень древний диалект звериного языка. Но он говорит, что его зовут Офиотавром.

– Офио... как-как?

– По-гречески это значит змеебык, – сказала Талия. – Но что он тут делает?

– Му-у-у-у-у-у!

– Он говорит, Перси его защитник, – объявил Гроувер. – И он спасается бегством от злых людей. Он говорит, они уже близко. Интересно, как можно сказать так много одним-единственным «му-у-у-у-у-у»?

– Постой! – Зоя посмотрела на меня: – Ты знаком с этой коровой?

Я начинал злиться, но все же рассказал им, как все было. Талия покачала головой, словно не веря своим ушам.

– И тебе даже не пришло в голову сказать об этом раньше?

– Ну... да.

Теперь, когда она так сказала, это выглядело глупо, но все произошло так быстро... Офиотавр Бесси казался сущей пустяковиной.

– Какая же я дура! – сказала вдруг Зоя. – Я же знаю эту историю!

– Какую историю?

– Из времен войны с титанами, – объяснила она. – Мой... мой отец мне ее рассказывал, много тысяч лет тому назад. Это и есть тот зверь, которого мы ищем.

 - Бесси? – Я уставился на змеебычка. – Но... но он же такой славный! Как же он может уничтожить мир?

– Мы просто ошиблись, – сказала Зоя. – Мы ожидали найти огромное опасное чудовище, но Офиотавр погубит богов иначе. Его должны принести в жертву.

– М-м-м-м! – прогудел Бесси.

– По-моему, ему не нравится это слово, на букву «ж», – сказал Гроувер. Я погладил Бесси по голове, стараясь его успокоить. Он позволил почесать себя за ухом, но все равно дрожал.

– Ну как же можно его мучить? – сказал я. – Он же безобидный. Зоя кивнула. 

– Но убийство невинных дает могущество. Ужасное могущество. Много эпох назад, когда родилось это существо, богини Судьбы изрекли пророчество. Они сказали, что тот, кто убьет Офиотавра и принесет его внутренности в жертву огню, обретет могущество, которое уничтожит богов.

– М-М-М-М-М!!!

– Хм, – заметил Гроувер, – возможно, о внутренностях тоже лучше не говорить...

Талия и Луанна в изумлении уставились на змеекорову:

– Могущество, которое уничтожит богов... но как? В смысле, а что случится-то?

– А никто не знает, – сказала Зоя. – В первый раз, во время войны с титанами, Офиотавра и впрямь убил великан, союзник титанов, но твой батюшка, Зевс, отправил орла, который похитил внутренности, прежде чем их успели бросить в огонь. Тогда все было на волосок от гибели. И вот теперь, три тысячи лет спустя, Офиотавр возродился вновь. Талия села на пристань. Она протянула руку. Бесси подплыл прямиком к ней. Талия положила руку ему на голову. Бесси содрогнулся. Мне не понравилось выражение лица Талии. Вид у нее сделался какой-то... алчный. 

– Мы должны его защитить, – сказал я ей. – Если он попадет в руки Луке...

– Лука бы не колебался, – пробормотала Талия. – Могущество, способное повергнуть Олимп. Это... это же великая сила!

– Да, именно так, дорогая моя, – сказал мужской голос с сильным французским акцентом. – И это та сила, которую ти випустишь на волю! Офиотавр издал жалобный звук и ушел под воду. Я поднял голову. Мы так заболтались, что позволили себя окружить. Позади нас, грозно сверкая своими разноцветными глазами, стоял сам доктор Терн, мантикор. ❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️