Глава 29. Джессика

— Хочешь ли ты видеть меня каждое утро в своей постели? — обратился ко мне Гарри. — Терпеть мой невыносимый характер. И мириться, пожалуй, со всем моим сумасшедшим миром ненормального человека, который ничего не знает об обыкновенности. — от перечисленного у меня впервые за долгое время голова не пошла кругом.

Я помнила, как мы сидели в Центральном парке, ели хот-доги, а прохожие узнавали его даже издали. Они наводили камеры, тыкали пальцами и перешёптывались. Тогда это меня пугало. И не только тот эпизод. В голове вспыхнули воспоминания о былых днях в Лондоне, когда папарацци прохода ему не давали, когда всё, о чём я могла читать по утрам перед тем, как пойти в офис, были статьи о его предполагаемых пассиях! Всё это казалось мне полным абсурдом, пока я сама не попала в одну такую статью. То была расплата за несколько совместных фотографий. Через месяц, когда мы с Гарри уже расстались, и журналисты откопали сведения о том, что я выхожу замуж, все просто решили, что те снимки не более, чем случайность. Для них мы находились в рамках рабочих отношениях.

Сейчас же... Глядя в зелёные глаза, я понимала, для чего нужно было то болезненное расставание. В нём я искала подтверждение того, что я не принадлежу миру Гарри Стайлса, где меня либо терпит богатенькое, снобистское окружение, либо вытесняет всеми силами. А затем, оказавшись в Майами уже на перевёрнутой странице этой истории, я поняла, что значат некоторые понятия.

Скучать.

Тосковать.

И смиряться.

Я скучала по Гарри. Тосковала по пленительному Лондону. И готова была смириться с существованием сумасшедшего мира, который с остервенением оставила позади. Со всеми его снобами и богачами.

— Уверена, мы сможем договориться. — Я улыбаюсь ему в ответ.

По блестящим изумрудам я понимаю, как сильно ему хочется меня поцеловать. Но ему приходится сдержаться. Я не хотела торопиться с поцелуями до свадебной церемонии, да и ко всему прочему, губы мои были покрыты дорогущим блеском. Чёрт бы меня побрал оставить его дома.

— Мне нравится твоя деловая хватка, — Гарри поворачивается на сидении ко мне всем телом.

Я пробегаюсь взглядом по его голубому галстуку (жаль, не амарантово-розовый), улыбаюсь при виде милой бутоньерки, и что-то трепетное во мне просыпается. А вместе с нежными чувствами глаза открывает ещё и голод. Мы с Гарри так и не научились практиковать воздержание, но чем чаще мы запрыгивали в кровать, тем сильнее было моё желание оттуда никогда не вылезать.

Я дёргаю его за грудки пиджака, и он тут же оказывается в приятной близости, успевая выставить одну руку вперёд и найдя опору в спинке сидения за моими плечами.

— Как тебе такая хватка? — сверкаю глазами и вижу, что его зелёные наполняются желанием.

— Фил, сделай трек погромче.

Мои щёки заметно горят, и я надеюсь, что тональный крем скрывает их розовость, ведь я совершенно забыла о том, что мы не одни.

Салон автомобиля заполняется какой-то попсовой песней, слова которой каким-то образом вспыхивают в моей голове.

— Таких переговоров у меня ещё не было, мисс Кинг. — шепчет шатен и своим хриплым тоном вынуждает меня растечься по сидению, словно я какая-то лужица. — Условия нашего брака, значит? Я готов... — Гарри опускает пальцы на моё плечо и медленно, словно дразня зверя внутри меня, отводит ткань в сторону, — ...согласиться на один поход в месяц за продуктами, если подобная ерунда тебе всё ещё нужна, на просмотр слезливых мелодрам раз в неделю и даже на уборку лотка за твоим котом.

— Технически это будет наш кот, Гарри.

— Технически, — он повторяет за мной точь-в-точь, даже тон голоса, — кота ты завела до нашего брака. А значит, это не совместно нажитое имущество. — в его глазах пляшут озорные искорки, намекающие на то, что он шутит. В любом случае, за котом я в силах и сама убрать.

Его оперирование такими терминами, как «совместно нажитое имущество», напоминает мне об одном странном и простом факте. Мы не обсуждали брачный договор. Хотя честно признаться, я была готова к поднятию этого вопроса. Гарри заработал много денег и построил успешный бизнес. Обычно миллиардеры его уровня беспокоятся о таких нюансах, вступая в брак. Но он сказал, что надобности в этом нет.

«Если ты заберёшь половину, я всё ещё буду богат. Очень богат».

— А медаль мне сделаешь? Или хотя бы грамоту, — лукаво спрашиваю у него и не могу не опустить взгляд на вишнёвые губы.

— За какие такие заслуги на этот раз? — Гарри проводит рукой по моей щеке. Прикосновение едва ощутимо, но моё сердце совершает опасный кульбит.

Он проводит тонкую линию под моими губами, но не касается их и не смазывает блеск.

— Кажется, я сорвала твою вишенку «завидного холостяка Лондона». — услышав мои слова, Гарри беззвучно смеётся, откидывая голову назад. Я смотрю на его подрагивающий кадык и выпирающую вену на шее.

— Будет тебе трофей, — бархатисто отвечает, возвращая свой игривый взгляд к моему лицу, — Могу билборд заказать. Разместим твою фотографию и подпишем: «Срывательница вишенок».

Он подтрунивает надо мной как-то по-доброму. И в это время Фил останавливается напротив церкви. Мы с Гарри одновременно поворачиваем головы к величественному строению. Нас ждут там. Священник. Клятвы. И поцелуй. Запах ладана и тёплого воска. Таинственная тишина и атмосфера божества.

Сейчас мой нос заполняют другие запахи. Сырости, плесени и горячего кофе. Странноватое сочетание, и я готова рискнуть всем, чтобы узнать, как так вышло.

Едва-едва приоткрыв глаза, я щурюсь от разъедающего глазницы света. Чёрт возьми! В уголках глаз скапливаются слёзы. Я пытаюсь пошевелить рукой, ногой или хотя бы пальцами. Но такой усталости я никогда до этого не чувствовала. И пока конечности отваливались, я вновь попыталась приоткрыть хотя бы один глаз и осмотреть то место, в котором я находилась.

На сером потолке висела одинокая лампочка, покрытая пылью. Я лежала на односпальной кровати, застеленной простым белым постельным бельём. На платье были различимы засохшие багровые пятна крови. Взглянув на свои руки, я заметила, что они оказались связаны обыкновенной джутовой верёвкой. И в местах, где она соприкасалась с кожей, неприятно жгло. Кажется, натёрла.

— Давай, просыпайся! — воззвал ко мне голос, от которого мурашки побежали по спине.

Не веря всему происходящему, я подняла голову и встретилась с умиротворёнными глазами Нейтона. Он сидел с противоположной стороны комнаты, которая на первый взгляд показалась мне крошечной. Всё ещё лёжа на боку, я не могла оценить ситуацию правильно и со стопроцентной точностью. Но одно мне было известно точно: вчера меня похитил Чарли и привёз к Нейтону. Я тут же осеклась. А точно ли вчера?

— Сколько я уже здесь? — Мой голос оказался хриплым и шершавым. Я сразу закашлялась. Во рту пересохло.

— Здесь, — он обвёл пальцем комнату, в которой мы находились, — часов десять. Но без сознания ты где-то... почти сутки, получается! — казалось, сам тому удивляясь, констатировал парень.

Он был одет в белую рубашку и брюки. На ногах блестели дорогие туфли. И он то и дело поправлял часы на руке в то время, как мои запястья сжимала тугая верёвка.

— Что происходит, Нейтон? — я зажмурила глаза и попыталась прогнать туман из головы.

— Тебе нужно переодеться в более удобную одежду, хотя не могу не признать вслух: этот цвет тебе к лицу.

От его комплимента меня затошнило.

— Я помогу тебе, — пугающе добродушно произнёс он, и я услышала противный скрип ножек стула, а затем его размеренные шаги.

— Не трогай, — прошипела в ответ, вспыхивая и открывая глаза.

— Так, Джессика. — Нейтон схватил меня за плечо, и от этого прикосновение всё тело разразилось непередаваемой болью. Меня будто всю ночь закатывали в асфальт, а затем с большим удовольствием потоптались сверху. Он усадил меня на кровати, но удержаться на месте самостоятельно я не могла. Нейтон пришёл на помощь, будто его ни капли не смущали обстоятельства, которые привели нас к этому. — Смотри на меня, хорошо?

Встряхнув моё тело, будто я была никчёмной тряпичной куклой, он заставил смотреть прямо на него. Сфокусировать взгляд оказалось сложной для меня задачей.

— У нас с тобой будет несколько правил, чтобы не было никаких недопониманий и проблем... — начал он, пока я забирала обратно контроль над своим телом. Однако сил пока было недостаточно. — Я развяжу тебе руки, чтобы ты смогла переодеться. Но ты должна пообещать не делать глупостей. Это первое правило, хорошо? — его спокойствие в голосе пугало меня намного сильнее, чем вчерашнее нападение Чарли.

Нейтон вытащил из-за пазухи складной нож, и меня передёрнуло. В кровь выплеснулся адреналин, и сердце бешено забилось.

— Кивни, если поняла.

И я, как болванчик на приборной панели автомобиля, начала трясти головой так, будто от этого зависела моя жизнь. Но... кажется, она и правда зависела.

Нейтон надрезал верёвку на моих запястьях и медленно стянул её. Теперь кожа была покрыта красными полосами. Действуя интуитивно, я аккуратно потёрла раны и сразу зашипела от жгучей боли.

— Будешь хорошо себя вести — я принесу перекись. — Нейтон торговался со мной за послушание. И меня это коробило. Вся естественность процесса с его стороны пугала каждый нерв в моём теле.

— Нейтон, — воззвала к нему с жалостливой мольбой, — что происходит?

Он взглянул на меня исподлобья карими глазами и тяжело вздохнул, вновь выбрав молчание. Казалось, этот вопрос не стоило больше задавать.

Рука его всё ещё сжимала нож. Верёвка упала на мои колени. И я взглянула на пальцы пораненной руки. Ногти оказались сломаны под самый корень, а под ними виднелась запёкшаяся кровь. От одного вида заноз, впившихся в мясо под ногтями, меня затошнило. Буквально.

— Держи. — тем временем он достал из дорожной сумки, стоящей рядом со стулом напротив кровати, комплект незнакомой мне одежды. — Переоденься. — тон его голоса не звучал дружелюбно. И даже не гостеприимно. Нейтон отдавал приказы, а я должна была слушаться. Из нас двоих только у него был припрятан нож за пазухой.

Я приняла из его рук чёрную футболку и штаны. Обыкновенные, без принта или узора. Нейтон, ощутимо нервничавший, заметил мой непонимающий взгляд. Конечно, я не хотела переодеваться при нём! Он ведь ни разу не видел меня голой, и всё происходящее... казалось мне диким.

— Не жди, что я отвернусь. Да и тем более... не думаю, что наличие сисек у девушки может меня удивить. — меня передёрнула от сказанной Нейтоном грубости. Ведь это совершенно не вязалось с тем образом влюблённого, наивного парня, которым он был рядом со мной долгие месяцы.

— Прошу... — я поёжилась одновременно и от его сканирующего взгляда, и от мысли, что мне всё-таки придётся перед ним оголиться.

— Не тяни время, Джессика. Просто сними грёбанное платье. Или мне попросить по-другому? — ледяной тон его голоса отрезвил меня окончательно, а когда Нейтон, потянувшись вниз к сумке, достал пистолет, я забыла, как дышать. Да, он не был похож на Чарли, в глазах которого вчера я часто прочитывала сожаление. Здесь им и не пахло.

Моя грудь вздымалась от того, как глубоко я дышала. Пальцами я сжала ткань молочного платья на коленях и перестала моргать. Нейтон лицезрел ступор, в котором я пребывала, наверняка напоминая ему оленёнка в свете фар автомобиля.

— Сними платье, — угрожающе повторил он.

Послышался щелчок предохранителя. Нейтон направил в мою грудь пистолет. И даже тот метр, который пролегал между нами, нисколько не успокаивал меня.

Встав на плохо двигающиеся ноги, я сглотнула ком из стекла и гвоздей. Голова кружилась, но это было совершенно не важно сейчас. Не тогда, когда чёртово дуло пистолета оказалось направлено в мою грудь.

Расстёгивая замок платья на спине, я тихо заговорила, и голос мой звучал хрипло:

— Не думала, будто ты сможешь так смело перечеркнуть всё то, что было между нами в прошлом.

— Этим я спасаю наши отношения, Джесси. — некогда ласковое прозвище сейчас звучало ядовито. — Пошевеливайся!

Замок всё-таки поддался моим манипуляциям и скользнул вниз. Достигнув своей цели, он замер. Под наждачным, колючим взглядом Нейтона, который не отводил глаза в сторону, я выдохнула и сбросила лямки с плеч, оказавшись перед ним в одних трусах. И мне снова стало тошно, когда он опустил взгляд ниже, пробежался по груди. Он посмотрел на одну, потом на другую, будто сравнил их между собой. Дальше его взор скользнул к моему животу. Затем ещё ниже, пока не коснулся кромки кружевных трусиков, которые я выбирала специально для Гарри.

— Медленно повернись. Я хочу убедиться, что при тебе ничего нет.

Блеф я почуяла сразу. Уверена, они обыскали меня, пока я была в отключке, и не один раз. Но не в данной ситуации можно было лишний раз вякать. Поэтому я медленно начала крутиться перед ним, будто кукла на подставке. Не хватало нежных аккордов пианино. Но вместо них я слышала гул собственного сердца и шум крови, бешено проносящейся по артериям.

Плотоядный взгляд Нейтон заставлял не расслабляться. И когда я сделала один оборот вокруг своей оси, повернувшись, я успела поймать его хмурый взгляд.

— Одевайся.

И я, как ошалевшая, бросилась к одежде, лежащей на кровати. Со скоростью натянув футболку и штаны, я нисколько не почувствовала себя одетой. Не после произошедшего. Я до сих пор чувствовала его скабрезный взор на своих сосках. И это делало меня грязной. Мерзкой. Греховной.

Несколько минут, пока Нейтон сидел на своём стуле, а я — на кровати, мы молчали. Он ещё раз продемонстрировал мне наличие пистолета в его руках и положил рядом на столик.

— Итак... — цокнул он, сделав вид, будто обстановка между нами не скрипела от напряжения. — ...к вопросу, почему ты здесь.

Парень поднял тарелку со своего столика и, подойдя ко мне ближе, отчего тело одеревенело вмиг, поставил её на табурет рядом с кроватью. В ней оказалась обычная паста с фаршем.

Вернувшись обратно и сев на стул, он вновь заговорил:

— Понимаешь, Джессика, ты испортила мне жизнь. Я бы даже сказал, что ты знатно подгадила, и мы здесь, чтобы это исправить. — Нейтон предусмотрительно бросил взгляд на тарелку, — Ешь.

Спорить я с ним не собиралась, да и что-то мне подсказывало, он должен был объяснить то, что только что произнёс. Каким это таким образом я испортила ему жизнь?

Послушно следуя его приказам, я подхватила тарелку с пастой и, несмотря на отсутствие аппетита, начала запихивать в себя еду.

— Отец исключил меня из завещания после того, как ты разорвала нашу помолвку на семейном ужине. Помнишь, как сделала это? — хмыкнул насмешливо и, наклонившись вперёд, угрожающе продолжил: — Понимаешь, Джессика... Мои родители — люди весьма консервативных взглядов. Видят меня с женой и милыми детишками. Чёрт возьми, они так сильно хотели разглядеть во мне ответственного человека, что готовы были поставить крест на моём будущем.

Нейтон завалился на спинку стула и презрительно окинул меня холодным взором.

— Им не нравился мой образ жизни, когда я был студентом. А с годами, когда я повзрослел, этот образ и вовсе стал им ненавистен, понимаешь?

Кивнув головой в ответ, я, сидя напротив него с набитым ртом, кажется, действительно, начала понимать, к чему он клонил.

— Отец поставил условие: либо я остепенюсь и найду себе невесту, либо лишусь строчки в его завещании. А он никогда не шутил насчёт завещания. С женщинами у меня никогда проблем не было, но моим родителям подавай милую, хорошую и умную. Таких рядом со мной не водилось. Потому что в тех кругах, в которых я кручусь, Джесси, женщины раздвигают ноги ещё до того, как я успею назвать им своё имя.

Мне не было тошно от осознания, что Нейтон не оказался мне верен пусть и в фиктивных отношениях. Если он кого-то и трахал, то я... не отставала, греясь в постеле Гарри.

— Но потом мы встретились. С первых твоих слов, наполненных британским акцентом, я понял, что ты — моя самая выгодная партия. Англичанка с образованием и амбициями. Таких мой папа любит. Признаюсь, тот факт, что ты не залезла на мой член в первые несколько недель, порядком смущал меня. И я даже думал, что ты фригидная. — Нейтон не стеснялся в выражениях, но я смиренно молчала. — Ты мне правда нравилась. Как подруга. Как человек. И я убедился, что наш союз был бы выгоден нам обоим. Я даю тебе деньги и пропуск в светское общество, а ты — прикрытие. Ты, Джессика, была моим гарантом лучшей жизни, пока не открыла свой грёбанный рот на том ужине! Ты порвала со мной на глазах у родителей!

По гневной интонации его голоса я почувствовала на себе злость Нейтона. И мне стали ясны причины неприязни ко мне, но они нисколько не оправдывали похищение. Я знала, что это оно и было. Уверена, что если я попрошу отпустить меня на свободу, Нейтон вновь достанет пистолет и напомнит мне моё место.

— Родители засуетились, а отец поспешил проследить за моими транзакциями и опросил сначала водителя, затем прислугу в доме и закончил на охранниках. Конечно, они выложили ему, какие места я посещаю и сколько плачу за секс! — взбешённо продолжал он, переходя на повышенные тона. — На прошлой неделе мой дорогой папа вычеркнул меня из завещания, о чём поспешил доложить. Причём в твоём нимбе над головой они не сомневаются, хотя я знаю, чем ты на самом деле занималась. Ведь оказалось, ты совсем не фригидная. Просто мой член тебя не интересовал.

Кровь зашумела в ушах от испуга, когда я поняла, что он знает про нас с Гарри. И скорее всего, знал какое-то время, чтобы выносить свой план отмщения. К сожалению, это означало, что следующий удар придётся по Гарри.

— Какую цель преследовала ты, когда начала эти отношения, я так и не смог понять. Долгое время я был уверен, что дело в деньгах. Это самый очевидный вариант, но ты... мисс Ангельские-Глазки, не попросила у меня ни цента. Ни разу. Ты даже не хитрила в попытках обманным путём вынудить дать тебе денег. Ни-че-го... Поэтому просто назови свою цену сейчас. Чего ты хочешь? Я сделаю всё, чтобы ты согласилась возобновить помолвку и продолжить играть в карточные отношения.

Я всё ждала, когда он скажет, что знает о Гарри, пока не поняла, почему именно мы пришли к торгам сейчас. Нейтону не было известно о моём браке, а значит... Он просто думал, что я встречалась с кем-то ещё. Чёрт... Но вдруг я ошибаюсь!

— Как ты узнал, что я была... неверна? — задала вопрос, нарушив тишину впервые за долгое время.

Он прищурил свои тёмные глаза и несколько длительных мгновений ничего не отвечал. Тишина пугала. В ней я слышала жужжание лампочки над головой, урчание в животе и своё неровное дыхание.

— Всё очень просто. Чарли видел, как ты заходила с мужчиной в свою квартиру. Он стал свидетелем случайно, но эта информация определённо мне помогла. — без всякой ревности ответил Ривера. — Не переживай. Всё в порядке. Я не буду его искать и отстаивать честь своей будущей супруги... если мы с тобой договоримся, понимаешь? — наш разговор всерьёз напоминал торги. Я встрепенулась, окончательно заключив для себя одну мысль: Нейтон понятия не имел о существовании Гарри в моей жизни.

— Ты хочешь, чтобы я продолжала играть роль твоей невесты? — когда я озвучила своё предположение, мне не стало плохо. В нём я увидела возможность выбраться на свободу. Нужно было всего лишь обмануть Нейтона.

— И вот мы перешли к самой вкусной части нашего диалога. Кстати, знаешь, чем диалог отличается от разговора? — Он опасливо менял тему, и я понимала: Нейтон управлял ситуацией и готов был крутить мной, как ему вздумается. — В диалоге собеседники не игнорируют друг друга и стараются обоюдно поддержать беседу, балансируя на тонкой нити взаимопонимания, а при разговоре — нет. Так что, Джесси, постарайся держать баланс вместе со мной.

— Я постараюсь, — тихо отозвалась и потупила взгляд в тарелку с едой. И честно, паста совсем не лезла.

— Положа руку на сердце, — Нейтон как сказал, так и поступил, — я не хочу бросать свой образ жизни. Думаю, мне совершенно не свойственна моногамия. Да и в целом, — он болтал сейчас с такой необыкновенной лёгкостью, что до меня дошло: впервые он был честен и не сдерживал свои мысли. — зачем отказываться от шведского стола ради одного блюда из забегаловки?

Я подавила в себе удивление, когда поняла, что в его глазах я была чёртовой не вкусной тушеной капустой.

— Кроме того, ты создавала идеальную ширму. Видя меня рядом с тобой, родители будто слепли. Так что ты можешь оказать мне большую услугу с возвращением их доверия. Уверен, ты понимаешь, что нам надо пожениться. Но это не значит, что я рассчитываю на твою верность или... жду исполнения супружеского долга. Не то чтобы... я против. Мы можем трахаться иногда. Время от времени. — от услышанного я сжала ноги и сомкнула колени. Неужели он поэтому оглядывал меня голой? Понять, возбужу я его или нет? — Но моё сердце не разобьётся, если ничего не будет.

Было бы чему разбиваться!

— Однако... — Нейтон отвёл взгляд в сторону. Тон его голоса изменился на более холодный. — ...есть одна проблема, которую нам стоит устранить сейчас. Поэтому ты здесь! — хлопнув ладонями по своим ногам, он наклонился снова к сумке. Я сжалась, боясь вновь увидеть пистолет, но он вытащил какой-то тканевой свёрток. Маленькое полотенце прямиком из моей ванной.

Нет. Не может быть. Лучше бы это был пистолет!

— Мне было бы плевать на количество мужчин в своей постеле, но... чужого щенка я воспитывать не собираюсь! — Нейтон бросил на тумбочку белое полотенце, поверх которого лежал мой тест. Тест на беременность. Отметка на дисплее указывала на срок. «2-3 недели». Не такой маленький, чтобы не догадываться. Но и не такой большой, чтобы набраться смелости и сказать Гарри, что он скоро станет отцом. — То, что ты умудрилась залететь, Джесси, вынудит меня по полной проверить твоё женское здоровье. Заниматься сексом без резинки... — он нетерпеливо вздохнул, пока я не сводила глаз с теста. — Это очень легкомысленно. Но в любом случае, вопросом твоего здоровья мы займёмся позже. Уже после того, как решим проблему с этим... недоразумением.

В его голосе я отчётливо расслышала отвращение. И оно было направлено на то, кого я вынашивала сейчас. Поборов желание переместить руку с тарелки на живот, я сглотнула и перевела взгляд на Нейтона.

— Решим проблему? — я не отрицала тот факт, что тест принадлежал мне. Это было не к чему.

— Представ передо мной голой, ты не подтвердила мои опасения. Срок маленький, и ты, — он подчеркнул последнее слово, — можешь всё исправить.

Нейтон наклонился вновь к своей сумке, а я окинула взглядом комнату. Здесь оставаться я не могла. И пусть поступок Ривера был объясним, оправдать его отвращение к ребёнку, к которому он не имел никакого отношения, я не могла.

Дверь позади него закрыта, скорее всего, на замок. В комнате нет окон. Я будто нахожусь в коробке и не понимаю, как выбраться. Куда меня вывезли? Мы в Майами? Или где-то за его пределами? А если за пределами... как далеко? Вдруг я уже в другом штате... Нет. Нейтон не оставит город надолго. Если только не планирует «решить проблему» в короткие сроки.

— Медицина наших дней предлагает отличные способы решения проблем нежеланных беременностей. — как только он называет моего ребёнка нежеланным, я сжимаю кулаки. Из сумки его рука достаёт небольшую картонную коробку белого цвета. Это таблетки. — Ты ничего не почувствуешь. Для тебя буквально всё пройдёт безболезненно.

Его лицо мрачнеет, когда я отрицательно мотаю головой из стороны в сторону. Нет. Я не убью своего ребёнка. Даже ради того, чтобы выйти за пределы этой чёртовой серой комнаты. Нет. Нет.

— Неужели ты хочешь стать мамой, Джесси? — непонимающе он обращается ко мне, пока паника охватывает всё моё тело.

Я всё-таки кладу руку на живот. Где-то там, под ладонью, растёт несформированный человечек. И пусть его жизнь ещё не началась, он не умел мыслить и... понимал происходящее, я так не могла. Мы с Гарри осознавали, что делали, когда отказывались от контрацептивов. И пусть мы не обговаривали ничего, хранили молчание, не касаясь вопроса того, что будет, когда всё-таки я забеременею, Гарри не боялся. Он знал, что я давно мечтала о семье. И он сам решил быть тем, кто мне её даст.

Временами я чувствовала, что это было чем-то очень эгоистичным с моей стороны. Я сомневалась, хочет ли детей сам Гарри? Или поступает так, чтобы не потерять меня... Поэтому я так и не набралась храбрости сказать, что нахожусь в положении. Догадываться стала сразу, через несколько недель с нашей поездки в Нью-Йорк. И я пыталась сказать ему об этом на яхте. Но сначала мне помешал звонок Нейтона, затем на почве дикой ревности мы с Гарри поругались и... Всё закончилось тем, что он сделал мне предложение. Я не хотела наслаивать одни события на другие, чтобы не получилась мешанина, однако я и подозревать не могла, что всё так затянется.

Вторую попытку оборвали обстоятельства, от которых я не зависела. Приезд моих родителей в компании Дани. Мне казалось, что рассказать Гарри о беременности на романтичном предрождественском вечере, было прекрасной идеей. Мы бы вместе поужинали, затем поболтали и перед тем, как он бы стал приставать, я бы достала тест и без слов дала бы ему понять, что теперь наша жизнь будет другой.

Я так переживала весь вечер насчёт разглашения правды, что... чуть не выпалила при родителях, что мы и поженились (на тот момент мы уже подписали все бумаги, став мужем и женой под одной фамилией), и ожидаем ребёнка. Вовремя остановившись, я сказала только о женитьбе, а затем поспешила забрать свои слова обратно.

— Я буду мамой, Нейтон. — отвечаю ему спокойно, пока внутри от разгоревшихся воспоминаний и мыслей всё клокочет.

— Убери тарелку на тумбу. — холодным голосом он отдаёт приказ.

Несколько секунд моё тело находится в оцепенении. Я перестаю дышать, молча смотря на Ривера. В нём не было ничего похожего на того Нейтона, который подошёл ко мне познакомиться полгода назад. Я столько времени потратила на самоуничтожение, думая, что портила ему жизнь, а он... похитил меня, удерживал в незнакомом месте и склонял к аборту. Всё это было приправлено под соусом «ради нашего блага», пока дело крылось в деньгах.

Я убрала тарелку, как он велел.

— Справа от тебя, — продолжил Нейтон всё тем же колючим тоном, — цепь. Видишь?

Опустив взгляд, я всё никак не могла унять дрожь в теле. И она усилилась при виде ножек кровати, приваренных к металлической балке в полу. К одной из ножек была прикручена толстая цепь. Новенькая. Блестящая. На другом конце я увидела кандалы.

— Не надо, Нейтон. Прошу, — я изо всех сил смаргивала образовавшиеся в уголках глаз слёзы. Ему нельзя было видеть слабость во мне. Но и отчаянно-храброй я не могла оставаться.

— Всё может закончиться, не начавшись, прямо сейчас. Ты выпьешь одну таблетку за другой, и сразу я попрошу открыть дверь позади меня. Такова цена твоей свободы. Нет! Чёрт! — он сорвался как-то по-детски, зажмурив тёмные глаза. — Я обещал себе не говорить так! Не я в этой истории плохой герой! А ты! Так что просто выпей таблетки.

Он швырнул на кровать картонную коробочку, и та, ударившись о стену позади меня, бесшумно упала на одеяло. В их сторону я даже не собиралась смотреть. Без слов, наклонившись, я подняла тяжёлые кандалы. В них уже оказался вставлен ключ. Длина позволяла отойти от кровати на какие-то жалкие полметра.

— Глупый выбор, Джесси. Но ты его поменяешь. — устрашающе произнёс он, когда я защёлкивала замок на своих щиколотках. — Сначала ты будешь тешить в себе надежду, что кто-то придёт и спасёт тебя, но спустя недели заточения, когда уже станет поздно, я приглашу сюда врача, и ему придётся хирургически выскоблить из тебя остатки мёртвого ребёнка, потому что срок окажется слишком большим для таблетки. Возможно, тогда ты поймёшь, насколько глупый выбор совершила.

Нейтон встал со стула, забрал ключ, поднял сумку и ещё раз взглянул на меня с жалостью. Он считал, что любой расклад приведёт его к победе, а меня — к поражению. И я пока не знала, какими тузами в рукавах он обладал.

— Никто за тобой не придёт. Понимаю, ты уверена, как и мои родители, что я взбалмошный и глупый. Ты даже можешь рискнуть всем, но я всё равно возьму своё. Подумай над этим, хорошо?

Я ничего не ответила. Слова скомкались в горле, образовав неприятный ком.

Нейтон забрал сумку и стул, оставив в пустой комнате меня с кроватью и тумбочкой. Когда несколько засовов по ту сторону двери глухо закрылись, я почувствовала панику, зарождающуюся где-то глубоко в груди. Свет потух, и я вскрикнула. Забравшись с ногами на кровать, я не могла найти тепло внутри себя. Тогда горячие слёзы хлынули по моим щекам. Я глупо считала, что их никто не сможет увидеть, пока не заметила в углу мигающий красный огонёк.

За мной наблюдали. Записывали. Я была грёбанной мышью в клетке, которую могут забыть накормить или напоить. Могут бросить здесь, и я просто тихо умру, прикованная к кровати.

Забравшись под одеяло, я полностью укрылась в поисках тепла, пока солёные слёзы пропитывали и без того сырую от местной влажности подушку.

— Помогите... — прошептала себе под нос, но никто не услышал.

Я была совсем одна. И я надеялась, что Гарри ищет меня. Только он мог найти меня. Только он не доверял Нейтону Ривера. Теперь и я знала, почему.

Подписывайся на мой телеграм-канал: https://t.me/vasha_vikusha