Глава 28

Как же долго тянулось время! Подруги не хватало катастрофически. В институте я всем сказала, что у неё тяжёлая форма пневмонии. Соврала, что летали кататься на лыжах, и она переохладилась. Со Стужей шутки плохи. Ага.

С самой Дианой мне связаться так и не удалось, но она каждые несколько дней посылала матери видеосообщения, что с ней всё в порядке. Уже хоть что-то. Всё же Стужа не совсем каменный, и мои слова насчёт её матери услышал.

Первый шок после случившегося прошёл, и я немного успокоилась. Высокородный дал Стуже срок месяц, и я была уверена, что если они с Дианой не поладят, её вытащат. Дейгассы слов на ветер не бросают. Поэтому, я набралась терпения и ждала, чем разрешиться ситуация. Только моё терпение не распространялось на отца Дианы. Я попросила Астарта устроить ему "сладкую" жизнь и разорить, чтобы деньги, вырученные за дочь, ему душу не грели. Тот задал лишь один вопрос, как быстро это нужно сделать. Постепенно, решила я. Чтобы неприятности сыпались на него, как из рога изобилия одно за другим, чтобы он прочувствовал свой крах. К тому же, Диана успеет вернуться и сможет насладиться местью. А уж она-то наверняка захочет отыграться за устроенную отцом подставу.

Мне очень сильно не хватало подруги, но сессия не давала времени грустить и поглощала всё моё время. Были и приколы. На экзамене мне попался неудачный билет. Я так переволновалась идя отвечать, что сработал мой браслет и в аудиторию ворвалась моя охрана. Вид у них был зверский и Эдуарда Владимировича, нашего препода, чуть удар не хватил. Он даже не слушал потом, что я ему вещала, и поставил мне пять без дополнительных вопросов. Мне кажется, когда я уходила, провожал он меня не скрывающим облегчения взглядом.

Меня потом вся группа благодарила, так как после этого он был слишком рассеян, и экзамен сдали без проблем. После этого случая многие зачёты я получила автоматом. Может, и не хорошо пользоваться своим положением, но я не настолько принципиальна, чтобы отказываться.

В личной жизни царила гармония. Отношения с высокородным с каждым днём становились более доверительными и близкими. Он держал меня в курсе дел отца Дианы. Неприятности того росли и ширились, как снежный ком, начиная от пробитых колёс внедорожника и заканчивая сорванными контрактами, проблемами с банками и налоговой. Отчёты о нём ложились на стол ежедневно, и я могла наглядно видеть, что ни один день не прошёл для него спокойно.

Так же Астарт не забыл о своём обещании провести проверку по поводу людей, находящихся в собственности и с первыми отчётами он меня тоже ознакомил. Нарушения были, и всё это решалось через суды и пересмотр дела. Мне запомнился один случай: молодая актриса театра пленила высокопоставленного дейгасса, но оказалась не продажна и от контракта с ним отказалась. Тогда он придумал организовать благотворительный спектакль в пользу кого-то там, где с актёрами была задействована и она. На репетиции он дал ей текст и выступил её партнёром. Она прочитала слова, где признавалась ему в любви и обещала до последнего вздоха принадлежать лишь ему. Хм... Вечером он её и забрал, оформив на неё собственность. Слова говорила? Говорила! Будь добра расплачивайся. Девушку освободили, заставив дейгасса выплатить ей денежную компенсацию, но четыре месяца она провела в плену. Хотя, неизвестно ещё, насколько увеличилась её продолжительность жизни.

Всех, кого отпускали, заставляли подписывать документы о неразглашении и в случае нарушения им грозили такие санкции, что плен показался бы раем. Только уверена, пройдя через жизнь у дейгассов, люди болтать не станут.

В моей же жизни было всё относительно спокойно и гладко. Неприятности подкрались с той стороны, откуда не ждали...

Я как раз выходила с лекции и не обратила внимания, почему наши шушукаются и довольно странно поглядывают на меня. Лишь столкнувшись у дверей с Денисом, потеряла дар речи.

— Привет! Мы можем поговорить? — от этих слов моё сердце ухнуло вниз.

— Ден, привет! — воскликнул Руслан, выходящий за мной следом.

— Привет, — пожал он тому руку.

— Давно тебя не видно, — на автомате произнёс одногрупник и, бросив быстрый взгляд на меня, понял, что сморозил. Он был одним из тех, кто был на дне рождении у Дианы и поздравлял нас с будущей свадьбой. О том, что я сейчас с дейгассом он тоже знал. Поняв, что лишний, он не стал задерживаться.

— Нужно поговорить, — напряжённо произнёс Денис, стоило тому отойти.

— Не здесь. Давай отойдём, — бросила я взгляд в сторону наших, которые не спешили расходиться, и смотрели на нас не скрывая любопытства.

Найдя более менее уединённое место, где не было наших, мы остановились.

— Мила, у меня мало времени и лишь ты можешь мне помочь!

— Что случилось? — тут же спросила его.

— Мне нужно исчезнуть. С Али.

— С кем?!

— С Алианарией, это та девушка, с которой я встречался до тебя. Она ушла от мужа и беременна от меня. Слушай внимательно...

Денис говорил быстро и по существу, а я пребывала в шоке от услышанного.

— Теперь вся надежда на тебя. Мы уезжаем. Я не смог защитить тебя, но её и ребёнка отстоять обязан! Прости, что обращаюсь к тебе. Если тебе больно... — в глазах Дениса появилось чувство вины, но в то же время он не опустил взгляд. Деваться ему было некуда, и без моей помощи не обойтись.

— Я в порядке. Сделаю всё, что смогу.

— Мне нужно идти, — он нервно огляделся по сторонам. — Али дала мне прибор, который глушит сорб, и сейчас должна появиться твоя охрана, проверить всё ли в порядке.

— А зачем его глушить? — не поняла я. Денис посмотрел на меня, как на ребёнка:

— Он, как и сотовый, через него можно определить твоё местоположение и слушать. Ладно, что-то подобное я и предполагала.

— Удачи! — повинуясь импульсу, шагнула и обняла Дениса, прощаясь.

— Береги себя... котёнок, — крепко обнял он меня в ответ, и тут же отпустил, отстраняясь.

— Это ты будь осторожен!

Кивнув, он быстро удалился. Я сделала несколько шагов в противоположную сторону, когда увидела дейгасса из моей охраны, направляющегося ко мне. После случая на экзамене, я сделала внушение на предмет того, что это институт, а не цирк и попросила обойтись без представлений с их участием. Настоятельно рекомендовала не привлекать внимания. Меня порадовало, что он был один, а не вся банда заявилась. Подойдя к нему, я сказала, что мне нужно срочно встретиться с мужем.

— С вами всё в порядке? — уточнил он. Я кивнула, и он по сорбу передал, что я с ним. Пока мы шли к выходу, к нам присоединились ещё дейгассы из моей охраны. Походу, они разделились в поисках меня, и из института я выходила в окружении них. Ага, не привлекли внимания, называется!

К базе мы подлетели с другой стороны, но не там, куда влетали, когда у нас была экскурсия. Переместившись на административные уровни, флайт замер у одного здания, которое окружала парковая зона. Похоже, именно здесь работал мой муж. Всё так же в окружении охраны я проследовала внутрь, и они сопроводили меня до самых дверей его кабинета на пути к которым нам пришлось пройти несколько постов охраны, но нас нигде не задерживали. Видно, были осведомлены о нашем прибытии. Лишь у самых дверей охрана расступилась, пропуская меня и в святая святых я шагнула одна.

— Извини, что отвлекаю, но нам нужно срочно поговорить, — с волнением обратилась к Астарту. При моём появлении он встал.

— Я даже знаю о ком, — кабинет был просторный и дейгасс с мрачным видом смотрел на меня, пока я приближалась к нему.

— Тебе уже доложили?

— Ты о том, что твой бывший сосед сбежал с чужой женой и сегодня имел наглость заявиться к тебе? Да. Я в курсе, — рыкнул он. Я отметила, что Дениса он из бывшего жениха низвёл до соседа, но промолчала. — Чего он хотел? Оливьер иль Хастос уже подал жалобу. За то, что он посягнул на его жену, ему не избежать поединка.

— Ты ничего не знаешь...

— Я знаю достаточно!

— Астарт, прошу... — подошла я к нему.

— Он сбежал со своей бывшей любовницей, и ты ещё просишь за него?! — Неожиданно он весь побелел от ярости: — Ппочеммуу на тттебе его заппаххх? — прошипел он.

— Наверное, обняла при прощании, — отмахнулась я. — Послушай... Только после моих слов он уже ничего не слышал:

— Сссамма, — сузил он глаза, становясь вмиг холодным и недоступным. Я испугалась, что теперь Денис точно труп!

— Да послушай ты! — воскликнула я. — Я просто пожелала им счастья.

— У тебя странные взгляды на супружескую верность, — саркастически заметил он и заговорил ледяным тоном: — Их найдут. Это лишь вопрос времени. Оливьер в своём праве и заставит заплатить по счетам.

— Астарт, выслушай... Ты должен им помочь!

— Ты просишь МЕНЯ пойти против наших законов? Ради него?! — и следом хлёсткий вопрос, как удар кнута: — Он тебе настолько дорог?

— Да причём здесь это?! — начала терять терпение я. Было полное ощущение, что разговариваю с глухим и понятия не имела, как до него достучаться. — Послушай!

— Значит дорог... — пришёл к выводу он.

— Он не чужой мне человек! — защищаясь, воскликнула я. — Выслушай!

— Довольно! — отбрил он, окинув меня ледяным взглядом. — Мне всё доложили и я в курсе ситуации.

Я шагнула к нему, желая прикоснуться и заставить услышать меня, но звук входящего вызова заставил меня остановиться. Он подошёл к компьютеру и принял вызов. Неизвестный дейгасс отрапортовал, что Дениса взяли, и спрашивал, какие будут дальнейшие указания.

— Астарт, прошу! — одними губами прошептала я, умоляюще глядя на него, но он услышал.

— Задержать до моего распоряжения, — приказал он.

Сбросив вызов, он посмотрел на меня таким взглядом, что я отшатнулась. Так он смотрел на меня в нашу первую встречу: со смесью ненависти и голода. Как и в тот раз, этот взгляд заставил меня внутренне поёжиться.

— Проси, — произнёс он и потянулся к поясу брюк.

В немом изумлении я смотрела на него, не в силах поверить своим глазам. Не думает же он...

Но с непроницаемым выражением лица высокородный расстегнул ремень, и намёк был более чем прозрачен.

— Астарт... — потрясённо покачала я головой, пребывая в замешательстве. — Дай мне сказать.

— Как думаешь, что должно заставить меня забыть обо всём? Ты должна постараться, — игнорируя мои слова, расстегнул он ширинку, не сводя с меня тяжёлого взгляда.

— Астарт, не так... — я отказывалась верить, что это происходит со мной.

— На что ты готова, спасая его никчемную жизнь?

Умом я понимала, почему он делает это особо мерзким способом. Денис был ему как кость в горле и у него появился законный повод от него избавиться. Поэтому он и слышать меня отказывался. Уверена, не найди меня сегодня Денис, и я бы никогда не узнала о ситуации, в которой он оказался. Его бы растерзал муж пассии по-тихому во время поединка, и поминай, как звали. Даже если бы я об этом узнала постфактум, то всё было бы на законных основаниях — увёл чужую жену, за что и поплатился. Какие претензии?

Звук вызова прозвучал особенно громко в оглушительной тишине, что повисла в кабинете.

— Да! — ответил высокородный, не выводя изображение.

— Оливьер иль Хастос просит вас о разговоре, — сообщил мужской голос.

— Так что мне ему ответить, милая? — насмешливо спросил меня дейгасс, посмотрев на меня. Слово "милая" прозвучало особенно язвительно.

Я готова была послать его куда подальше в этот момент и проклинала обстоятельства, загнавшие меня в такую ситуацию, но... подумав о не рождённом ребёнке, жизнь которого сейчас зависела от меня, с колотящимся сердцем я шагнула к высокородному.

На его лице появилось презрительное и высокомерное выражение.

— Передайте ему, что я занят! — ответил он и отключился.

— Астарт, — в последний раз постаралась до него достучаться.

— Я могу и передумать, — жёстко произнёс он и надавил мне на плечи, опуская на колени. Он даже не сел, возвышаясь надо мной и смотря сверху вниз.

В жизни не испытывала большего унижения! В груди всё клокотало. Я могла вспылить, послать всё к чертям и уйти. Уверена, он бы меня не удерживал. Только будет ли жив после этого Денис? Даже если мне удастся отстоять его ребёнка, кому он будет нужен? Без него, эта Алианария вернётся к мужу и если даже родит, то какая судьба ждёт человеческого ребёнка в обществе дейгассов?

"Ты сможешь! — уговаривала себя. — В этом нет ничего унизительного".

Ложь, конечно, но я старалась в это поверить. Сколько раз он опускался передо мной на колени, лаская меня, и не считал это унизительным. О том, что я от него это не требовала, и делал он всё по собственной инициативе, старалась не думать.

— Ты же хочешь, чтобы он жил? Побольше энтузиазма, — хлестнули по моим нервам слова и, пересилив себя, я прикоснулась к нему.

— Ты знаешь о ребёнке? — в последней надежде спросила его.

— Сколько раз мне повторить, что я знаю всё? — скучающи тоном произнёс он. — Ты слишком много болтаешь! — приспустил бельё.

— И он сможет остаться с Алианарией? — поставила условие я, смотря на его плоть.

— Она собственность мужа.

Интересно, он это сказал, чтобы указать и моё место?

— Она должна остаться с Денисом, — с нажимом произнесла я.

— Хорошо, если поразишь меня не только своим великодушием, — с раздражением и злостью согласился он.

Что ж, как бы он ни бесился, но когда я кончиками пальцев прикоснулась к его достоинству, оно тут же благодарно отреагировало.

Я постаралась отрешиться от ситуации. Пусть я этого никогда не делала, но уж видео смотрела и литературу читала. Я была девственницей, но какую-никакую теоретическую базу в этой области имела.

Странно, но несмотря на всё, когда я прикоснулась губами к нему, отвращения не было. Скорее любопытство. Я слышала, как изменилось дыхание Астарта, и его отклик на мои неумелые ласки прогнал смущение. Почему я раньше никогда этого не делала? Сейчас я не могла найти ответ на этот вопрос. Лизнув головку, попробовала его на вкус. Чуть солоноватый, но ничего отталкивающего или неприятного.

Я услышала, как резко втянул в себя воздух мужчина, и ободрённая, стала действовать более уверенно. Сжала его рукой у основания и прошлась по стволу язычком, проводя влажные дорожки. Вернулась к головке и отправилась в новое путешествие, обводя кончиком языка проступившие вены. Второй рукой коснулась его яичек, вырвав из высокородного ещё один судорожный вздох. Происходящее взволновало меня и я начала играть с ним, вспоминая всё, что видела когда-то. Мои губы всё смелее изучали его, целовали, и тяжёлое дыхание дейгасса говорило мне, что я на верном пути.

Представив, что у меня во рту мороженое, посасывала и облизывала его. Никогда бы не поверила, что в этот момент ощущаешь, что властвуешь над мужчиной. Для меня это было открытием. Я задавала темп, вела в этой игре и... это меня возбудило, хотя он не прикоснулся ко мне и пальцем!

Жаль, но то, что контроль не у него, не понравилось высокородному. В какой-то момент он больно схватил меня за волосы, фиксируя голову и начал двигаться сам, толкаясь в моё горло. Я мотнула головой, желая отстраниться, но он лишь жёстче зафиксировал мою голову. Движения стали глубже и быстрее. Всё возбуждение схлынуло. Я оказалась вынуждена бороться за каждый глоток воздуха и с рвотным рефлексом. Самое ужасное, что он не обращал на это внимания, заботясь лишь о своём удовольствии. И когда он достиг разрядки, я вынуждена была глотать, чтобы не задохнуться.

Когда он отпустил меня, я упёрлась ладонями в пол, судорожно дыша и думая лишь о том, чтобы меня не стошнило. Но всё это мелочи в сравнении с тем, что творилось в душе. Убивало то, что мной просто попользовались. Грубо.

— Ну и как тебе чувствовать себя использованной? — со злостью спросил дейгасс, дёрнув меня за волосы и запрокинув вверх голову. — Вставай, мы ещё не закончили.

Он потянул меня вверх и я, как марионетка, последовала за его рукой, вставая. Иного выхода не было, если я не хотела остаться без скальпа. Развернув меня к столу, он толкнул меня и уложил на него грудью. Я больно ударилась коленкой о ножку, а он задрал моё платье и, не слишком церемонясь, дёрнул трусики вниз.

"Лучше пристрелите меня!" — пронеслось у меня в мозгу. Я вся напряглась, когда ребром ладони он прошёлся между моими ягодицами.

— Нет! — дёрнулась я.

— Давай проверим, как далеко ты согласна зайти ради него, — произнёс он, обводя пальцем колечко ануса.

— Ради ребёнка, — простонала я, вся сжавшись.

Он замер, а потом вообще, к моему облегчению, убрал руку.

— Какое тебе дело до этого ребёнка? — в голосе слышалось неподдельное недоумение.

— Алианария беременна от Дениса.

— Что?!

— Тебе об этом не доложили? — поняла я, но никаких эмоций этот факт у меня не вызвал. Я была опустошена. — Её муж увлёкся землянкой, и уставшая от его холодности она поняла, что зря рассталась с Денисом. Нашла его, и они начали встречаться, пока её мужу было не до неё. Забеременела от него и тут неожиданно супруг вспомнил о ней. Факт измены его не обрадовал, но и расстаться с ней он не пожелал. Успокоившись, он объявил ей, что она сделает аборт, а на воспитание они возьмут ребёнка от землянки, которая беременна от него.

— Аборт?! Это невозможно!

— Она тоже так думала, пока не услышала, как он договаривается с врачом клиники насчёт аборта. После этого сбежала к Денису.

Меня перевернули и усадили на стол. Чувство тошноты всё ещё не проходило, и от резкой смены положения стало ещё хуже.

— Что с тобой? — изменившись в лице, схватил он меня за плечи. Надо же, какая забота.

— Не трогай! Меня тошнит, — сглотнула я. Он отшатнулся, а я слезла со стола. — Разберись с этим.

Избегая смотреть на него, пошла на нетвёрдых ногах на выход, желая оказаться как можно дальше от него. Вспомнив кое о чём, у самых дверей оглянулась:

— Мне удалось тебя поразить?

Он дёрнулся, как будто от пощёчины, а я вышла, приняв это за утвердительный ответ.

Наверное, именно моё оглушённое состояние позволило мне с высоко поднятой головой преодолеть все посты охраны, выйти из здания и сесть в флайт. От меня должно было разить сексом, но в данный момент я об этом не думала.

"Ну и как тебе чувствовать себя использованной?" — стояли в ушах его слова. Вынуждена была признать, что мерзко.

Он считал, что я его использую и отплатил мне той же монетой. Но разве я использовала? С Дианой — да, признаю. Я не задумываясь воспользовалась его положением и авторитетом, чтобы помочь подруге. Сейчас же была другая ситуация. Я обратилась к нему как к высшей инстанции, чтобы не допустить беспредела.

Почему отыгрался на мне именно сейчас? Что ж, я и так знала ответ: ревность и личная неприязнь к Денису. Его бесил сам факт, что он был в моей жизни. Как же, его собственность принадлежит ему не безраздельно. Стоило показать, что судьба Дениса мне не безразлична, как тут же поплатилась.

Тактичное покашливание пилота вырвало меня из круговорота мыслей. Я увидела, что мы уже прилетели, и он открыл для меня дверцу. Вышла, и пошла в дом.

— Отменить все занятия! Меня не беспокоить, — отдала короткие приказы прислуге и пошла к себе.

Первым делом прошла очистку, и физически мне стало легче, чего не скажешь об эмоциональном состоянии. Шок проходил, и в душе обида сменялась яростью. Я же пришла к нему за помощью! Верь мне... Ты всегда можешь на меня положиться... А в итоге макнули мордой в грязь. И не заикнись я о ребёнке повторно, меня бы ещё и к анальному сексу приобщили! Если б отказалась, он с чистой совестью позволил бы убить Дениса, а если бы не протестовала, сделал всё, чтобы сильно об этом пожалела. Куда только делся чуткий и внимательный любовник? Меня наказывали посредством секса, показывая его неприглядную сторону.

Чем больше я прокручивала ситуацию, тем сильнее заводилась, не находя себе места. Как же не хватало Дианы! Я остро ощутила своё одиночество. Дейгассы лишили меня всех, кто был близок: Томы, Дениса, Дианы...

Стены начали давить на меня, я задыхалась в комнате. Захотелось на воздух. Вызвала по сорбу охрану, сообщив, что летим в парк.

— Простите, но поступил приказ вас не выпускать, — отвёл глаза дейгасс. Ничего не ответив, я отключилась.

"Не выпускать, — скривилась я. — Собачку приказали сегодня не выгуливать".

От этой мысли перевернулось всё внутри и захотелось всё крушить, но я лишь сжала кулаки.

В голову пришла идея. Залезла в интернет и, полазив по сайтам, сделала заказы. Если первый заказ доставят без проблем, то за вторым отправила охрану. Оставалось надеяться, что успеют до прибытия высокородного.

Покажу ему, какая я "милая".

Из ювелирного заказ доставили быстро, а вот второй заказ пришлось подождать. Охранник, передающий мне переноску, попытался донести до меня, что собак у них заводить не принято, но я быстро осадила его, сказав, что если мне будет интересно его мнение, я им поинтересуюсь.

Я была в курсе, что дейгассы не заводят домашних животных, с их обонянием держать собак или кошек в доме чревато. Полазив по форумам, я кинула клич, что мне нужна в аренду маленькая дрожащая собачка, метящая всё в доме на каждом углу. Удивительно, сколько нашлось желающих расстаться со своей живностью за приличное вознаграждение. Остановила я свой выбор на китайской хохлатой. Мне её арендовал парень, чья девушка в отъезде и отдала ему присмотреть свою любимицу. Так эта зараза его просто возненавидела, метя всё в доме, а с особой любовью на его вещи.

— Иди ко мне, моя прелесть, — достала я из переноски животинку и пошла с ней в комнату к высокородному. Он же хотел, чтобы я больше времени там проводила.

Приказав принести воды и еды, оставила комнату малышке на растерзание. Дверь в его гардеробную я тоже предусмотрительно открыла и ушла. Мне ещё нужно было и самой подготовиться к возвращению дейгасса.

Охрана сообщила мне о подлёте высокородного. Я просила их об этом, сказав, что хочу сделать сюрприз. Ага, знали бы они. Зайдя проверить как дела у малышки, осталась довольна. Постель была сбита, и посередине комнаты валялся ботинок, в котором эта малышка решила сделать туалет, судя по запаху. Да и в гардеробной она порезвилась.

— Ненавидишь мужчин? — спросила её, когда она подошла ко мне и доверчиво ткнулась носом в протянутую ладонь. Как чувствовала, что ругать не буду. — Я тоже. Пойдём, я тебе украшение прикупила.

Подхватив собачку, отнесла её к себе и надела на шею ошейник, усыпанный бриллиантами. На моей шее сверкало такое же украшение. Волосы я тоже зачесала назад, начесав их на макушке. Теперь у нас у обеих были хохолки. Платье я надела светлое, под цвет окраса тела собаки. Намёк был более чем прозрачен. Как говорится, найдите десять отличий.

Когда высокородный узрел наш встречающий дуэт, он сбился с шага, а потом медленно приблизился.

— Милая, познакомься, это наш хозяин, — обратилась я к собачке.

— Милая? — вопросительно посмотрел он на меня.

— В этом доме есть лишь одна милая, и это — она! — взорвалась я и всучила ему в руки собаку. Та обиделась и цапнула его.

Дейгасс вспыхнул. Он прекрасно понял, что я хотела ему показать. Собака полетела в одну сторону, мой ошейник в другую, вот не знала, что он с такой лёгкостью украшения рвёт, я же в третью.

— Мила...

О, уже не "милая". Прогресс! Назови он меня "милой" и я бы в него не хуже собаки зубами вцепилась. Во всём этом был только один большой минус — он вжал меня в стену, и от его близости меня накрыло такой волной неприятия, что замутило.

— Не трогай меня! — сквозь стиснутые зубы выдавила я, зажмурившись. Не от страха. Видеть его не могла!

Дышать сразу стало легче, а его ох заставил меня открыть глаза. Маленькая собачка вцепилась ему в ногу, а он пытался её стряхнуть. Быстро опустившись, я схватила собаку, пока он её не покалечил, и оторвала её от его штанины.

Та его облаяла, но вырваться из моих рук не пыталась.

— Тише, малышка, — погладила её. Надо же, хоть и маленькая, но смелая. Запрокинув голову, посмотрела снизу вверх на мужчину. Моя поза на коленях у его ног живо напомнила произошедшее днём, и я не удержалась от реплики: — Наказываешь всех, кто других защищает?

У него дёрнулась щека, а я поднялась и, не обращая на него внимания, пошла к себе, воркуя над девочкой: — Пойдём маленькая, вернём тебя хозяйке. Ты уж потерпи её бойфренда, она его любит, если тебя ему доверила. Если же он гад и её не достоин, то наступит момент, и он покажет своё истинное лицо. Ей повезло, что у неё есть ты. Ты же её любишь и защищаешь... от всяких мерзавцев. Жаль, что у нас, у людей, нет твоего нюха на них.

Я не стала снимать драгоценный ошейник. Пусть будет подарок её хозяйке. Всё равно девать это украшение некуда. Немного поиграв с собакой, с сожалением упаковала её в переноску и передала охране. С их отъездом, оживление, которое владело мной, пока я готовила показательную акцию, покинуло меня, и навалилась апатия.

Пришла служанка получить распоряжения насчёт ужина, но я ответила, что сегодня у меня нет аппетита, и ужинать я не буду. Не переодеваясь, завалилась на кровать и, укутавшись в покрывало, уснула. Если высокородный и приходил высказать мне насчёт беспорядка в своей комнате, то я не слышала. Меня никто не тревожил.

Утром, открыв глаза, поняла, что не хочу никуда лететь. Впервые я столь откровенно забила на учёбу. Для меня всё это потеряло ценность. Зачем получать образование, когда оно мне не понадобится? Разве позволит мне высокородный работать по специальности? Да и вообще работать. О чём речь, если одно его слово, и я нахожусь под домашним арестом. Какой смысл в нашем с ним договоре? У меня пропало желание становиться достойной ему женой. Ничего не хотелось. Поэтому, я повернулась на другой бок и заснула.

Разбудил сорб. Охрана тактично напоминала, что если мы в ближайшее время не вылетим, то опоздаем. Я сообщила им, что на сегодня они свободны и отключилась, не став ничего объяснять. Подумала, что дейгасс подсылает ко мне своих людей. Раньше охрана такого рвения не проявляла. Не знаю, как он спал в своей комнате, но испытывала облегчение, что ко мне не заявился. Я решила, что он понимает, насколько мне неприятен, но видимо надеялась напрасно. Не успела я задремать, как он вошёл в мою комнату. Одетый с иголочки и собранный, он составлял полную противоположность моему помятому виду.

— Ты сегодня не летишь на занятия? — нейтральным тоном поинтересовался он.

— Нет, — не стала я ничего объяснять.

— Оливьер иль Хастос задержан до выяснения всех обстоятельств дела. Денис не желает признаваться, где находится Алианария. Всё равно мы найдём её, но на это понадобится время. Может, ты поговоришь с ним и объяснишь, что ей ничего не грозит?

Надо же, он даже предлагал мне встретиться с Денисом! Сейчас у меня это вызвало лишь иронию с примесью горечи.

— Нет. Пусть своей головой думает. Не хочу принимать на себя ответственность за его решение, — произнеся это, я закрыла глаза и натянула на себя одеяло, недвусмысленно намекая, что хочу спать. Чуть постояв, он вышел, больше ничего не сказав. Я же смогла заснуть.

* * *

Моя депрессия набирала обороты. Я приказала подключить мне земные каналы, и целый день валялась на кровати, пялясь в телевизор. Смотрела сериалы и ела мороженое. Наверное, за несколько дней я съела его тонну. Мне не хотелось никуда идти и никого видеть. Я потеряла жизненные ориентиры. Мне не к чему было стремиться, а всё, ради чего я двигалась вперёд, потеряло смысл.

Высокородный не напрягал меня своим присутствием, пропадая на работе. Я спала, когда он уходил, а вечерами, не дожидаясь его, ужинала одна. Я вообще избегала его, а если мы и сталкивались, отделывалась односложными ответами.

Охрана сообщила, что запрет на вылеты снят, вот только мне уже не хотелось никуда лететь. В интернете я заказала подвесные качели и распорядилась повесить их на террасе. Слуги долго объясняли, что нельзя сверлить дыры в потолке, так как это... труднопроизносимое название материала, пока я не психанула, воскликнув, что это их проблемы, как их повесить. Ничего, справились. Приклеили каким-то клеем к потолку, вместо шурупов.

Это стало моим любимым местом, если я всё же покидала свою комнату. Я превратила террасу в тенистую поляну, окружённую непроходимым лесом, и часто сидела, покачиваясь на цепных качелях в полумраке.

Именно там и нашёл меня высокородный, вернувшийся как-то раньше обычного. Он пришёл с новостями. Вину мужа пассии Дениса удалось доказать. Принимая во внимание его высокое положение и то, что у него самого скоро появится ребёнок, судьи вынесли решение признать их брак с Алианарией недействительным, и капсула с её кровью была извлечена из истории памяти их рода. Так же ей назначили щедрую денежную компенсацию. Иными словами, случился беспрецедентный случай — первый развод! Сама же Алианария поспешила объявить о своём желании стать женой Дениса и получила на это разрешение.

Дейгасс смотрел на меня с каким-то ожиданием, но я новости восприняла отстранённо. Примерно такого развития событий я и ожидала. Он же пообещал, что эта Алианария сможет остаться с Денисом и выполнил наш договор.

— Денис просил разрешения встретиться с тобой. Они хотят поблагодарить.

"За что благодарить? Что расплатилась своим телом?" — мысленно скривилась я.

— Это лишнее.

Я сидела, чуть покачиваясь, прислонившись головой к цепи, рядом со своей рукой. Неожиданно он тоже взялся за цепь, останавливая меня, и присел передо мной.

— Разве ты не этого хотела?

Я отодвинула свою руку от его, тут же садясь прямо.

— Этого. Рада за них, — сообщила я, никакой радости не испытывая по этому поводу. Может потому, что для самой меня цена помощи им оказалась непомерно высока.

— Тогда почему так реагируешь?

— А какой реакции ты ждёшь? — не поняла я. — Ты озвучил цену своей помощи. Я её заплатила. Теперь ты выполнил свою часть сделки.

— Заплатила, значит, — сузил глаза он.

— А разве нет? Я же сделала всё, что ты хотел.

— Я сожалею...

— Что так? Не понравился минет? — язвительно поинтересовалась у него. — Странно, разрядки ты достиг, а если насчёт неумелого исполнения, то сам знал об отсутствии опыта.

— Это невыносимо! Мила... — качнулся он ко мне, но я тут же дёрнулась от него и он замер, напряжённо смотря на меня. — Я сожалею, что всё случилось именно так.

— Чего уж теперь, — пожала плечами.

— Ты простишь меня?

— Мне не за что тебя прощать. Скорее уж благодарить надо, что раскрыл глаза. Всем словам, что моё место рядом с тобой, грош цена. Хотя, оно действительно рядом — на коленях у твоих ног.

— Это не так! Ты нужна мне рядом.

Он коснулся моего колена, но я убрала ногу из-под его руки.

— Что мне сделать для тебя? — настойчиво спросил он.

— Как, ты согласен быть использованным?! — Впору было удавиться от его щедрого предложения.

— Не надо так! Я совершил ошибку и признаю это. Не представляешь, как сильно сожалею. Как мне всё исправить? Скажи.

— Никак... Знаешь, я шла к тебе за помощью. Была уверена, что ты выслушаешь меня и со всем разберёшься, а ты даже слушать не захотел. Знаешь, я работала блюдом в ресторане, но шлюхой никогда себя не чувствовала. К нам уважительно относились, никто не прикасался и пальцем. Ты же заставил меня ощутить себя ею и этого не забыть. Астарт, ты сам низвёл близость между нами до обменной монеты и сделал предметом торга. Мне ничего от тебя не надо, но если понадобится — поговорим о цене. Урок я усвоила.

Я говорила без надрыва, спокойно. Бежать мне от него было некуда, но это не значило, что между нами будет всё, как прежде. Если раньше я делала усилия над собой, чтобы принять новую жизнь, то сейчас она мне и даром была не нужна с ним.

Не знаю, как он это сделал, но в следующий миг я оказалась прижата к стене, а он сжимал меня в объятиях.

— Не делай этого с нами! — его жаркое дыхание коснулось моей щеки, и он сделал глубокий вдох, касаясь губами кожи.

— Не трогай меня! — упёрлась руками ему в грудь. Прежней волны отвращения не было, лишь неприятно, что он меня касается.

Астарт как будто не слышал, осыпая поцелуями моё лицо, а я вертела головой уворачиваясь.

— Мне не хватает тебя...

Горячий шёпот был неспособен растопить лёд, сковавший всё внутри, и когда он поймал мои губы, я осталась безучастна. Если бы я среагировала на него, то потом бы сама себя возненавидела, но оставшись холодной — удивилась. Даже перестала вырываться, чтобы убедиться в этом. Но нет, действительно, его поцелуи не трогали меня. Желания не было.

Почувствовав это, он отстранился и обхватил руками моё лицо, заглядывая в глаза. В его взгляде я увидел тревогу. Он медленно приблизился и нежно коснулся моих губ. Я даже не дёрнулась, позволив ему сделать это. Ничего.

— Я не хочу тебя, — констатировала факт. — Принудишь? — Я могла собой гордиться — голос звучал холодно и безучастно.

Ничего не ответив, он прислонился лбом к моем лбу:

— Девочка моя, больше всего на свете я хочу видеть тебя счастливой.

— Это легко. — Он запрокинул мне голову, пытливо заглядывая в глаза. — Потребуется одно лишь слово — "свободна"!

— Всё что угодно, кроме этого, — помрачнел он.

— Как жаль, что ничего иного мне не нужно.