Глава 23

— Почему ты на мне женился? — спросила его.

Я сидела на кровати по-турецки, и ела мороженое, добавив в него кусочки ананаса и виноград. Дейгасс же полулежал рядом, лениво отщипывая виноград из вазы с фруктами. После всех активных телодвижений, мне действительно захотелось сладкого. Именно сладкого, а не того, что он подразумевал под этим!

Пока я в очередной раз посещала кабину очистки и одевалась ко сну, остановив свой выбор на шёлковой пижаме, слуги убрали остывший ужин и принесли десерт.

— Ты уже спрашивала об этом, — напомнил он.

— Да, но ты ушёл от ответа, потащив меня в постель. Как и сейчас, — красноречиво посмотрела я на него, давая понять, что он и в этот раз оставил мой вопрос без ответа. — Ладно, оставим в покое твой возраст. И так ясно, что по человеческим меркам с тебя давно песок сыпется.

Высокородный дёрнулся, многообещающе смотря на меня.

— Но-но! — ткнула в его сторону ложечкой и произнесла с нажимом: — Я сказала "по человеческим"! И лучше не становись между мной и мороженым, — любовно прижала креманку с ним к груди.

— Это вызов? — прищурился он.

— Астарт, ответь, — не приняла его игры, и быстро сунула в рот ложку с мороженым, пока ему не пришла идея его отобрать. Вообще-то, такими темпами мы точно из постели вылезать не будем.

Он смотрел на меня долгим непроницаемым взглядом, но улыбнулся уголками губ, когда за первой ложкой последовала вторая. Моя поспешность его позабавила и он расслабился. Увидев это, я решила напомнить, что именно меня тогда удивило:

— Почему, подписав контракт с моим биологическим отцом, — даже в мыслях я его своим родным отцом не считала, — ты тут же объявил меня женой?

— Имеешь что-то против?

— Мы уже обсуждали это, — отмахнулась я, — но ты так и не объяснил почему.

— Всё просто, — он сел на постели, смотря мне в глаза. — Я понял, что ты никогда не согласишься быть наложницей. Тебе нужно всё, или ничего.

Я задумчиво облизала ложку с мороженым. Хм... кто бы мог подумать... С другой стороны, мне показалось, что он что-то не договаривает. С их высокомерием, присущим всем поголовно, какое ему дело было до "соглашусь" или "не соглашусь".

Но прежде, чем у меня созрел вопрос, он придвинулся ко мне и попросил:

— Угости.

Я предложила ему креманку, но он не сделал и движения, чтобы её взять, не сводя с меня глаз. Что ж, я сама протянула ложку с мороженым к его рту. Он мягко обхватил её губами, всё также смотря мне в глаза. И почему в этот момент моё сердце замерло в груди?

Совсем не ожидала, что следующим его действием будет притянуть меня к себе и накрыть мои губы в поцелуе. Его язык со вкусом мороженного... жар его рта и холод десерта... Всё смешалось...

— Восхитительно! — отстранился он. — Ещё.

Я моргнула, приходя в себя, и попыталась понять, чего он хочет. Лишь через несколько секунд до меня дошло, что речь о мороженом. Перевела взгляд на свою руку, в которой была креманка, и к своему смущению вынуждена была признать, что если бы не его пальцы, которые лежали поверх моих, я бы её выронила.

Это уже ни в какие ворота не лезло! Что-то его близость действовала размягчающе на мои мозги и тело.

— Возьми, я наелась, — протянула ему мороженое, не желая продолжать в том же духе.

— А я только оценил все прелести мороженого, — сообщил он, забирая его у меня, и совсем неожиданным был его приказ: — Ложись.

Я не послушалась, и он мягко толкнул меня на постель. Держа в одной руке креманку, второй он начал расстегивать пуговички на пижаме.

— Астарт?! — в замешательстве произнесла я. Ведь не может же он опять...

— Хочу мороженое с запахом твоего тела, — предельно откровенно заявил он о своих намерениях.

— Я уже не невинна... Мой запах изменился, — на последней фразе голос дрогнул, так как он закончил с пуговичками и развёл полы пижамы в стороны, оголяя меня до пояса.

Лёгкая усмешка на его губах и он меня просветил:

— Он всё такой же восхитительный, только сейчас ты ещё пахнешь мной, милая. Моя...

От этого "моя", лёгкая дрожь прошла по моему телу. В одном маленьком слове была бездна собственнических ноток. А ведь теперь мой запах действительно заявляет каждому дейгассу, что я его.

Этот маньяк-собственник не стал тратить времени даром и, наклонив креманку, пролил подтаявшее мороженое мне на кожу, рисуя полосу, начинающуюся между грудей и до пупка. От холода мурашки побежали по моему телу, а соски сжались, превратившись в горошины.

Глаза дейгасса засветились от удовольствия. Картина ему явно понравилась. Он не прикоснулся ко мне, хоть и ласкал глазами каждый сантиметр моей кожи. Переместившись вниз, сел между моими ногами и наклонившись, стал слизывать мороженое, начиная с живота, упёршись для равновесия руками в постель по бокам моего тела. При этом он не сводил с меня глаз, отслеживая реакцию на свои прикосновения и в то же время давая увидеть мне, какое удовольствие ему доставляет то, что он делает.

Дейгасс напоминал хищника на водопое. Он слегка прикусил мне кожу, заставив меня судорожно втянуть в себя воздух и усиливая этим ассоциацию с хищным животным. Несмотря на то, что было у нас до этого, в его глазах опять начал зарождаться чувственный голод. Как будто он не мог насытиться мной. Самое удивительное, что моё тело отзывалось на это, хотя совсем недавно я была абсолютно уверена, что уж сегодня повторения не захочу точно.

— У тебя есть боевая ипостась? — вырвался у меня вопрос. Просто все эти сравнения разбудили моё любопытство, да и в своих гастрономических экспериментах он стал приближаться к моей груди. Взгляд у него при этом стал такой... такой...

Вопрос оказался для него неожиданным, и он приостановился.

— Почему тебя именно сейчас это заинтересовало?

— Навеяло... от хищных замашек некоторых.

— Ми-ла-я, — как будто лаская этим словом, произнёс тягуче он, — я держу себя в руках.

— А мне показалось, что ты меня держишь в руках, — возразила я, потому что лежала в кольце его рук. Так есть или нет?

— Есть, — кратко ответил он.

А вот это меня заинтересовало. Любопытно, какая она у высокородных? Только отвечать он не спешил, вернувшись к своему занятию, то есть слизыванию мороженого с меня. Его язык добрался до ложбинки и оставил влажную дорожку на коже, а тёплое дыхание щекотало меня. Я задрожала.

— И...?

Дейгасс оторвал от моей груди взгляд и посмотрел на меня красноречиво, давая понять, что несколько отвлекаю:

— Что? — спросил он, как будто забыл, о чём мы говорили.

— Каким ты становишься?

— Выше ростом, — сообщил он и слизал остатки мороженого.

— И всё?! — не могла поверить я.

— Тебе мало, милая? — спросил дейгасс и поднял над моей грудью креманку. Вот как он это сделал?! Прозвучало так, как будто я попросила его повторить.

— Хватит здесь! — быстро воскликнула я.

— Как скажешь, милая, — не стал спорить он, отстраняясь. — Я тоже считаю, что у тебя есть более сладкие места.

И прежде чем я успела понять о чём он, мужчина сел в моих ногах и сдёрнул с меня пижамные штаны.

— Астарт?! — задохнулась от произвола я и, выпутав ноги из штанин, стала отползать назад, сбегая.

— Да, милая. Сейчас, — ласково произнёс он, при этом стремительным движением хватая меня за щиколотку и подтягивая к себе. Не успела я даже трепыхнуться, как он наклонил креманку, и растаявшее мороженое залило мой лобок, стекая в промежность.

— Астарт!!! — дёрнулась всем телом я.

— Сейчас-сейчас. Какая же ты нетерпеливая.

Я набрала полные лёгкие воздуха, чтобы возмутиться, но в этот момент он склонился и лизнул меня там.

К моему стыду, протяжный стон стал единственным звуком, который я оказалась способна издать.

* * *

— Ты умеешь позаботиться о женщине, — признала я, зевнув. Это единственное, что примиряло с его богатым опытом и темпераментом.

Конечно, переспав с уймой баб, прекрасно знаешь, как поухаживать за ними после секса. Высокородный мог дать сто очков вперёд любому. Как заботливая нянька он на руках отнёс меня в ванную комнату, сам помыл, высушил полотенцем и отнёс обратно в спальню. Я хоть и была выжата, словно лимон, но сил возмутиться насчёт того, что не собираюсь спать голой, у меня хватило. Надевать пижаму на меня он категорически отказался. Сам сходил в гардеробную и принёс шёлковую ночную сорочку на тонких лямочках, с кружевными вставками в области груди и вырезом чуть ли не до ягодиц на спине. Мои слабые брыкания насчёт того, что я не надену этот беспредел, он отмёл несколькими словами: "Тогда будешь спать голой!"

Спорить мне перехотелось, и я позволила ЭТО на себя натянуть. Правда, он посмотрел на меня таким взглядом, что я засомневалась в правильности своего решения. По-моему, уж лучше было спать голой. Поймав мой несколько напряжённый взгляд, он с сожаление вздохнул и укрыл меня покрывалом, натянув его чуть ли не до подбородка. Меня тут же заинтересовал вопрос, это все высокородные такие активные, или мне сексуальный маньяк попался.

— Мне льстит, что ты оценила мои способности быстро обучаться, — самодовольно ответил он на моё замечание.

— Что ты имеешь в виду? — я приоткрыла глаза, которые слипались от усталости.

— Ты первая, за кем я так ухаживаю.

— Как это?! — в замешательстве произнесла я, и даже глаза от удивления широко распахнулись.

— Милая, я привык, что это женщины заботятся обо мне, а не я о них.

— Эмм... — у меня просто не было слов.

— Обязанность наложницы угождать и предугадывать малейшее желание своего господина, как до интимной близости, так и после, — пояснил дейгасс. — Нет, я бы мог потренироваться на них...

Бросив на меня быстрый взгляд, он тут же себе возразил:

— Нет, не мог. Ты единственная, о ком мне хочется заботиться.

Поцеловав меня в лоб, он встал и ушёл в ванную комнату, а я проводила его потрясённым взглядом. Умеет он... впечатление произвести. Не отнять.

Когда он вернулся, я всё ещё лежала без сна, уставившись в ночное небо и осмысливая его слова. Представить не могла, как можно было прожить долгую жизнь и совершенно потребительски относиться к своим женщинам?! Если его слова правдивы, то получается, что он никогда и не любил. Ведь о любимых заботишься и стараешься сделать им приятное.

На этой мысли я сбилась. Если так рассуждать, то выходит, что он меня любит?! Нет, эта мысль показалась бредовой. Я не обманывалась. Хочет — это неоспоримо. Да ещё проснулись собственнические инстинкты. Слишком часто я от него убегала, вот он и тянет руки ко мне при каждом удобном случае, желая убедиться, что уже не сбегу.

— О чём задумалась? — спросил меня дейгасс, вернувшись из ванной комнаты. Он был обнажён, не считая полотенца на бёдрах, которое он сбросил на пол, перед тем как лечь в постель.

— О справедливости.

— Относительно чего? — не понял он. Я лежала на спине, а он придвинулся ко мне и тут же положил на меня свою руку, обнимая. Да, хватательный рефлекс в действии.

— Есть высшая справедливость на земле, — выдала ему свои умозаключения. — Не представляю более избалованного женским вниманием существа, чем ты. И совершенно справедливо, что тебе досталась такая, как я.

— "Такая" — это какая? — переспросил он, уже понимая, к чему я веду.

— Мне нет дела до твоего статуса, положения и привычек. Я твоя карма в лице всех женщин, которым ты сильно задолжал, принимая их внимание и ничего не давая взамен.

— Как это ничего? — возмутился он. — У всех у них были очень щедрые выплаты по контрактам.

— Слушай, ну если бы ты ещё и жмотом оказался, то это уже совсем беспредел бы был, — сообщила я и повернулась на бок, прижимаясь спиной к нему. Чуть поёрзала, принимая удобное положение, и тут же замерла, ощутив шевеление у него в паху.

— Астарт, вот даже не думай! — предупреждающе воскликнула я.

— Спи уже, — усмехнулся он, сжимая в крепких объятиях и поцеловав в макушку. — Карма.

Я хмыкнула и закрыла глаза. Укутанная теплом его сильного тела, расслабилась и быстро уснула.

* * *

Утром был неожиданный звонок от Дианы. Подруга попросила залететь за ней и забрать в институт.

— А что с твоей машиной? — спросила её. Первой мыслью было, что она её поцарапала. Диана лихой водитель, но водит хорошо. Несколько раз я была с ней в таких ситуациях, когда она чудом избегала аварии.

— Потом, — не стала отвечать она, но голос был никакой.

Утвердившись в мысли, что всё же мелкое ДТП, я пообещала позвонить, как буду подлетать.

Собираться и завтракать пришлось в темпе, а виной всему мой муженёк. Мало того, что день начался с утреннего секса — это он меня таким образом разбудить решил, так ещё и в ванной комнате повторили. После целомудренной жизни, что я вела, моя интимная жизнь стала чрезвычайно насыщенной.

За завтраком дейгасс сообщил, что у меня сегодня будут занятия по изучению их языка, а завтра урок по этикету, ещё намечались уроки танцев. Я умолчала о своём знании их языка, да и против остальных занятий ничего не имела. Особенно любопытно было познакомиться с их танцами. После того, как я бросила посещать тренажёры, они могли стать неплохой заменой. Хотя... с половой активностью некоторых, потолстеть мне не грозило.

Всю дорогу, пока добиралась до Дианы, у меня из головы не выходил разговор перед сном. Понять не могла, почему высокородный даже не сделал попытки подогнать моё поведение под их женщин?! Понятное дело, что я бы послала его далеко и цветисто, но он с первой интимной близости между нами таскает меня на руках, как заботливый папочка, а я принимала такое отношение, как должное. Просто считала, что раз довёл до состояния не стояния, то это его прямая обязанность.

Нет, если бы он этого не делал, я бы сама, набравшись сил, ходила в ванную и совершала все гигиенические процедуры, но мне бы и в голову не пришло предложить помыть его или ещё как-то угодить. Перебьётся!

Единственное, к какому выводу я пришла — это дейгассу приелось раболепие женщин и установившиеся между нами отношения, для него новый опыт. Что ж, меня в данном случае всё устраивало.

Я позвонила Диане и к нашему прилёту она ждала уже у подъезда. Подхватив её, мы взлетели. Я отметила, что сегодня подруга была в таком сумрачном настроении, что даже не отпустила ни одной шпильки в сторону стужи, уйдя в свои мысли.

— Что случилось? Машину разбила? — спросила у неё.

— Уж лучше бы разбила, — невесело произнесла она, — Украли?!!

— Ага. Папочка!

— Как это?!

— А вот так. Воспользовался вторым комплектом ключей, ублюдок.

— С чего он с тобой так? И тут Диану прорвало:

— Представляешь, хочет свести меня со своим новым партнёром. Этот хрыч ровесник папаши! Со своей второй женой развёлся, теперь помоложе ищет, урод. Сколько раз раздевал меня взглядом, а теперь решил действовать через отца. Они теперь общие дела мутят и хотят закрепить сотрудничество родственными связями. Мне мой папашка вчера в ультимативной форме приказал явиться завтра на банкет, налаживать отношения. Я его послала, так он машину у меня тут же отобрал. Она же на меня оформлена, это его подарок был! — чуть не плача от обиды воскликнула она. — Сказал, что отдаст ключи и машину, если завтра приду. Ненавижу!

— Что думаешь делать? — осторожно спросила у неё. Если отец решил на неё давить, то машина — это первая ласточка. Что мешает ему отказаться платить за учёбу?

— Не знаю, — проворчала она, но тут же уверенно заявила: — но я обязательно что-нибудь придумаю!

Всё утро Диана была не в своей тарелке. Я успокоила её, предложив одолжить ей денег на учёбу, если отец перекроет свою помощь. Только она и я понимали, что это её не спасёт. Он же оплачивал не только учёбу, а давал деньги на карманные расходы. Диана привыкла жить ни в чём себе не отказывая. Не знаю, хватит ли оклада её матери, чтобы она смогла поддерживать привычный уровень жизни. Вероятнее всего нет.

— Знаешь, чувствую, придётся брать у тебя адресок ресторана, где ты работала, и устраиваться на подработку, — невесело пошутила она. Настроение у неё было на нуле.

Один умник из нашей группы, который видел, как мы сегодня прилетели, поинтересовался, не вместе ли мы живём, устроив тройничёк с дейгассом. Дианка на него так вызверилась, отводя душу, что тот до конца пар старался не попадаться ей на глаза.

"Мне нужен парень!" — на последней лекции пришло от неё сообщение. Я скосила глаза на подругу и ответила: "Прямо сейчас?!"

"Я приду завтра на этот дебильный банкет, но со своим парнем!"

"А это идея", — ответила ей. Правда не совсем понимала, кого она пригласит на эту роль, ведь в данный момент это место было вакантно. Судя по задумчивому лицу подруги, она перебирала кандидатуры знакомых.

После лекций Диана с решительным видом обратилась ко мне:

— Мила, позвони Денису.

— Что?! — ошарашено посмотрела на неё. — У тебя жар?

— Ты пойми, тебе он не откажет, а мой отец знаком с его. К тому же, он мне может тысячу раз не нравиться, но только об него мой папочка зубы сломает. Попроси его подыграть мне. Тебе он не откажет.

— Диан, ты в своём уме?! — возмутилась я. — Стоит мне его набрать, как две головы полетят с плеч. Ладно, тебе Дена не жалко, так меня пожалей!

Пусть я преувеличивала насчёт своей головы, но зная о собственнических замашках дейгассов, насчёт судьбы Дениса не сомневалась.

— Мил, да ничего он тебе не сделает! — уверено возразила Диана, а потом состроила умильную мордашку.

Ага, на парней это может и действовало, а меня не проняло.

— А Денису?

— Мне главное, чтобы он со мной на банкет сходил.

— А потом его судьба тебя не волнует? — начала злиться я.

— Ну, ты можешь с ним просто поговорить по телефону? — канючила она, не сдаваясь.

— Диан, у тебя своих знакомых парней мало?

— Завались, только мне не нужен мальчик, которого мой папочка парой фраз по стенке размажет, показывая его никчемность. Денис же с характером, самостоятельный и из нашего круга.

— Надо записать на диктофон и послать Денису. Пусть знает, как ты о нём отзываешься, — съехидничала я. — В то время, когда я с ним жила, ты мне совершенно иное о нём пела.

— Он тебя не заслуживал!

— А я уж решила, что это я на него плохо влияла, раз после нашего расставания его акции резко пошли вверх.

Мы спустились к дожидающемуся нас флайту и сели. Диана была настолько увлечена своей идеей, что совершенно проигнорировала Стужу. Мне показалось, что в глазах того мелькнуло удивление. По крайней мере, цепкий взгляд, которым он проводил подругу, был задумчив.

— Мила, позвони, — продолжила свои уговоры Диана, как только мы взлетели.

— Нет!

— Да ты пойми, что до завтра я никого подходящего не найду! Неужели ты хочешь, чтобы мне пришлось весь вечер отбиваться от старого козла?

— Шпильки обуй, — посоветовала ей.

Диана не оставляла попыток меня уговорить до самого своего дома. Я даже порадовалась, что добираться по воздуху намного быстрее, чем толкаясь в пробках. Но даже когда мы прилетели, она не спешила покинуть флайт, давя на меня.

— Я могу с тобой пойти, — раздалось как гром среди ясного неба.

Диана осеклась на полуслове, и мы с ней переглянулись, молчаливо спрашивая друг у друга, не было ли это слуховой галлюцинацией, а потом потрясённо посмотрели на Стужу. Пилот обернулся к нам и, судя по всему, настроен был решительно, хотя и выглядел недовольным.

— Зачем тебе это? — тут же спросила Диана, смотря на него крайне подозрительным взглядом.

— Ты наконец-то выйдешь, и нам не придётся нестись, спеша на встречу, до которой осталось совсем мало времени.

Я бросила взгляд на свой сорб и отметила, что тут он немного погрешил от истины — до моего занятия с преподавателем время ещё было.

Диана вспыхнула и уже хотела ответить резкость, как вмешалась я:

— А это неплохой вариант! — ухватилась за предложение дейгасса. Не знаю, зачем он это делает, но всё лучше, чем вмешивать в это Дениса. — Представь, как вытянется лицо твоего отца, когда он увидит тебя с ним.

— Не знаю, не знаю... Он не в моём вкусе и отец вряд ли поверит, что я могла на него запасть, — поджала губы Диана.

— Мы будем стараться его в этом убедить, солнышко, — язвительно произнёс Стужа и властно добавил: — Заеду вечером, и обговорим детали. А сейчас мы спешим...

Намёк был более чем прозрачен, и Диана опять вспыхнула.

— Да с чего ты взял, что я с тобой пойду?!

— А у тебя есть иные варианты? — насмешливо поинтересовался Стужа. — Подумай до вечера.

Сказав это, он вышел из флайта и открыл перед ней дверь, заставляя покинуть флайт. Я простила ему своеволие, так как не хотела, чтобы Диана вернулась к кандидатуре Дениса.

— Созвонимся! — надувшись, сказала мне Диана и вышла из флайта. Прожгла Стужу разъярённым взглядом и пошла к подъезду, тряхнув рыжими волосами и гордо задрав подбородок. Тот не стал наблюдать за её дефиле, а тут же сел в флайт и мы взлетели.

— Стужа, в чём ваш интерес? — спросила его. — И лучше ответьте честно. Идея прийти на банкет с дейгассом хороша, но я могу попросить того же Маркангасса подобрать на эту роль иную кандидатуру.

Мои слова насчёт другой кандидатуры ему явно не понравились и он ответил:

— Ей придётся весь вечер делать вид, что я ей нравлюсь.

Я задумчиво сверлила взглядом светлую макушку дейгасса, размышляя, не подставляю ли я подругу. С другой стороны, она столько раз проезжалась на счёт Стужи, что он имеет право на маленькую моральную компенсацию. К тому же, я была уверена, что в глубине души он ей нравился, иначе не нападала бы она него так яростно при каждой встрече. Сам же дейгасс ей вряд ли осмелится сделать что-то плохое, так как должен понимать, что отдача замучает.

"Ладно, развлекайтесь ребята", — сказала про себя, решив не вмешиваться.

Что бы там ни говорил Стужа, а прилетели мы вовремя. Я даже перед занятием не спеша переодеться успела. Учителем языка оказалась женщина. Невысокого роста, длинное платье в пол застёгнуто на множество пуговиц, тянущихся от талии до самого горла. Да, с такой одеждой быстро не переоденешься. Небольшие рога были окрашены в чёрный цвет и не привлекали внимания на фоне тёмных волос, собранных в строгий пучок. Черты лица не броские, мелкие, тонкие губы без следа помады были поджаты. Со мной она поздоровалась прохладно. Без высокомерия, но явно проводя грань и давая понять, что отношения у нас будут сугубо деловые. Её звали Фариза эль Мастанс. От напитков она отказалась, предпочтя перейти сразу к делу.

Наш первый урок носил чисто ознакомительный характер. Она принесла мне что-то типа плеера с наушниками. Я должна была прослушивать уроки, информация с которых записывалась в подкорку головного мозга, а её задача проверять, как я усвоила материал и ставить мне произношение. На этом мы расстались.

Я решила не спешить и дождаться высокородного, чтобы он мне объяснил, как всё это работает. Назовите это мнительностью, но где гарантия, что там только уроки языка? Не хотелось, чтобы помимо него мне ещё что-то внушили.

Поэтому свободное время я посвятила своим делам. Как раз готовилась к завтрашним парам, когда позвонила Диана.

— Освободилась?

— Да. Сегодня быстро всё прошло.

— И что мне делать? — тоскливо спросила она.

— Если не передумала идти — соглашайся. Я, конечно, могу попросить кого-то из охраны с тобой сходить, но они постарше Стужи и не такие красавцы. Если хочешь утереть всем нос, он идеальный вариант.

— А может, ты всё же Денису позвонишь? — спросила скорее для порядка, чем настаивая, она.

— Исключено. Пусть мы с ним и расстались, но он мне дорог. Не хочу создавать ему проблем.

— Тогда мне нужно сногсшибательное платье, и уж в этом ты просто обязана мне помочь!

— Каким образом? — спросила её, хотя уже догадывалась, что последует.

— Мы едем за покупками!

— Диана, а давай я за тобой флайт пришлю, и ты сама выберешь?

— Совесть есть? — насупилась она. — Мне нужен твой совет. Надо найти такое платье, чтобы завтра некоторые блондинистые сволочи дар речи потеряли!

— И что ты будешь делать с неадекватным спутником? — поддела её, убеждаясь, что он ей действительно нравится.

— Воспитывать и учить правилам поведения с девушкой!

— Слушай, так как он мой пилот, давай по щадящей программе. Ладно, я сейчас утрясу с охраной нашу поездку и пришлю его за тобой. Только учти, не больше двух часов! — предупредила сразу, зная её любовь к магазинам.

— Ты золото! — воскликнула она, отключаясь.

Я улыбнулась её энтузиазму. Что хорошо — Диана не умела долго грустить. Вот и сейчас она уже была в хорошем настроении, забыв о проблемах с отцом и думая, как бы произвести впечатление на Стужу.

Бросив случайный взгляд в сторону гардеробной, замерла. В проёме двери стоял дейгасс, сложив руки на груди и задумчиво смотря на меня. У меня тут же возник вопрос, как долго он там находится и что успел услышать.

— Почему не заходишь? — спросила его.

— Не хотел мешать. Вы куда-то собираетесь? — нейтральным тоном спросил он, заходя в комнату.

— Диана зовёт съездить с ней и помочь выбрать платье. Вот, хотела утрясти с охраной, — указала на сорб. — Ты сегодня рано.

— Ничего, можешь ехать. У меня ещё есть кое-какие дела. — Я сидела на кровати по-турецки, а он замер напротив меня и любопытством спросил: — У неё роман с твоим пилотом?

— Кто знает. Об этом ещё рано судить. У неё проблемы с отцом и он вызвался ей помочь.

— Вот как... Что-то серьёзное?

— Как сказать. Собирается сосватать ей своего партнёра по бизнесу, а у Дианы на личную жизнь свои планы.

— Она пойдёт против воли отца?

— У землянок несколько иное воспитание, — напомнила я.

— Чем же твой пилот ей может помочь? Заключит договор?

— Нет. Будет её спутником на вечере, намекая, что девушка уже занята и другие опоздали. — Я колебалась, говорить или нет, но решила открыть карты: — Сначала она уговаривала меня позвонить и попросить Дениса сопровождать её, но кандидатура Стужи оказалась лучше.

При упоминании имени бывшего, на лице у высокородного заходили желваки.

— Почему же она сама не позвонила ему? Помнится, они были близки.

Вот же гад! Неужели было обязательно напоминать об этом? Хочет ткнуть носом, что он был мне не верен?

— Это было давно и сейчас они не сильно ладят.

— Тогда зачем с ним куда-то идти?

— Их родители знакомы и он был бы хорошим прикрытием, но я отказалась звонить.

— Почему же? — чуть растягивая слова, поинтересовался он безразличным тоном. Слишком безразличным.

— Мне показалось, что тебе было бы неприятно, если бы я это сделала, — сдержанно ответила я. Ага, теперь я была точно уверена, что Денису не поздоровилось бы!

— Только из-за этого?

— Слушай, не надо так явно намекать, что ты в курсе моих телефонных разговоров, — ответила с усмешкой. — Мне нечего скрывать. Если что-то интересует — спроси прямо.

Он не стал ничего отрицать, а я в душе костерила их ревнивость. Да по сравнению с ним любой Отелло отдыхает!

— Тебе не хватает общения с ним? — отрывисто спросил он, сверля меня взглядом, как будто хотел заглянуть до дна души.

И как на это ответить?! Наши отношения с Денисом резко оборвались, и я закрыла дверь в прошлое, понимая, что ничего хорошего не будет, если оглядываться назад.

— На данный момент, я не испытываю настоятельной необходимости позвонить ему и не искала встреч. Да и о чём нам говорить? — Не стану же я рассказывать ему, как у меня складываются отношения с высокородным и совсем не интересно, нашел ли он уже себе кого-нибудь. Об этом я точно ничего знать не хочу!

— Но он тебе дорог...

Мне показалось, или эти слова прозвучали с оттенком обвинения? Как бы там ни было, но отнекиваться я не собиралась.

— Что тебя удивляет? Мы встречались, жили вместе. Вместе ходили в магазины, готовили, гуляли, строили планы на жизнь. У меня кроме Томы и него больше и людей по-настоящему близких не было. Пусть мы расстались, но я желаю ему счастья, и мне будет очень больно, если с ним что-то случится. — Последние слова я произнесла с нажимом. Никогда не прощу, если он причинит ему вред.

— А я тебе дорог?

От этого вопроса я онемела. Он стоял, широко расставив ноги, замерев возле кровати, и смотрел на меня сверху вниз, напряжённо ожидая ответа. Только что я могла сказать, чтобы не соврать? Пришлось осторожно подбирать слова:

— Мы не с того начали наше знакомство. Обычно люди ходят на свидания, встречаются, постепенно сближаясь, влюбляются. Мы же сразу начали жить вместе, и только начинаем узнавать друг друга. Могу лишь сказать, что ты движешься в правильном направлении для этого.

— А сейчас я двигаюсь в правильном направлении? — он поставил колено на постель, сокращая между нами расстояние. Двигался он с грацией хищника, вышедшего на охоту.

— У тебя же ещё дела... — заикнулась я.

— Подождут!

"Диане тоже придётся подождать", — поняла я.